WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Поташинская Н.Н. [Рецензия] на кн.: Salvini G., Zingales L. Сon Salvatore Carruba. Il buono dell, economia: Etica e mercato oltre i luoghi communi. Universitа Bocconi Editore. – Milano. 2010, pp. 190. (Сальвини Дж., Цингалес Л., Карруба С. Экономическое благо: Этика и рынок вне привычных истин. Милан: Университет Боккони. 2010. 190 с.) [Электронный ресурс]. Н.Н. Поташинская // Официальный сайт ИС РАН. - 2011

Научная статья

 

Наталия Поташинская к. и.н., в.н.с. ИС РАН

ХРИСТИАНЕ ОПРЕДЕЛЯЮТ ОТНОШЕНИЯ БОГА И МАММОНЫ.

[Рецензия] на книгу: Salvini G., Zingales L. Con Salvatore Carruba. II buono deireconomia: Etica e mercato oltre i luoghi communi. Universita Bocconi Editore. Milano. 2010, pp. 190.

(Сальвини Дж., Цингалес Л., Карруба С. Экономическое благо: Этика и рынок вне привычных истин. Милан. Университет Боккони. 2010.  190 С).

Монография представляет дискуссию теолога и экономиста,

обобщенную журналистом. Теолог и философ Джанпаоло Сальвини -

священник-иезуит,   который       более   25   лет  руководит   журналом   «Ля

Чивильта Католика», выходящим под эгидой Государственного Секретариата Ватикана. Экономист Луиджи Цингалес - доцент Чикагского университета, сотрудник Европейского правительственного корпоративного института, Национального бюро экономических исследований и Центра по изучению экономической политики, автор многих передовиц в широко известных итальянских изданиях: экономической газете «Иль Соле 24 оре» и еженедельнике «Л'Эспрессо»; в 2003 г. получил премию как лучший молодой европейский экономист. Журналист Сальваторе Карруба является постоянным сотрудником газеты «Иль Соле 24 оре», которой одно время он руководил.

Во время работы над данной монографией была опубликована первая социальная энциклика Бенедикта XVI (Йозеф Ратцингер, 2005) «Каритас ин веритате» (2009); на нее постоянно ссылаются и Сальвини, и Цингалес. Оба согласны с заявлением Папы Ратцингера о необходимости гуманизации экономики, исходя из понимания рынка, конкуренции и прибыли в качестве инструментов, а не цели развития общества.

И Сальвини, и Цингалес утверждают, что связь этики с экономикой тем успешнее, чем больше общество пронизано моральными ценностями, оба пытаются понять, в какой именно этике нуждается рынок и не уверены в том, какие конкретные шаги следует предпринять для укрепления этико-моральных основ экономики. Цингалес убежден в существовании моральных норм, способствующих повышению эффективности экономики, и в том, что в


2 этом отношении может оказаться полезным определенный интерес экономических воротил к благосостоянию. Однако, по его словам, большинство экономистов США с ним не согласны.

Сальвини отмечает, что с блаженного Иоанна Павла II язык социальных энциклик начинает приближаться к языку крупнейших экономических газет и журналов. Веками Папы и епископы Католической церкви акцентировали внимание преимущественно на грехах сексуального характера. В связи с некомпетентностью в экономике они игнорировали предприятие, ограничиваясь проблемой распределения.

Цингалес предпочитает термину «капитализм» термин «рыночная экономика»; он очень верит в такую этику последней, которая не ведет к приватизации доходов и социализации потерь. Этот экономист не верит в существование этического государства, способного определять моральные ценности и устанавливать нормы поведения.

Сальвини считает рыночную экономику лучшим или менее несовершенным экономическим инструментом. По его мнению, современная экономика работает в большей степени не на производство материальных благ или услуг, а на добывание денег с помощью денег, причем зачастую не в виде инвестиций, а путем прямой спекуляции. Он видит мало труда в финансовой экономике, особенно в сравнении с промышленным или сельскохозяйственным производством. Тем не менее, Сальвини полагает справедливой выплату менеджерам бонусов за долю их ответственности. Но, по его мнению, тут должны быть задействованы этика, здравый смысл, социальная справедливость и солидарность: такие бонусы не должны слишком сильно превышать доходы других вкладчиков. При этом следует учитывать, откуда берутся средства на эти бонусы, не из того ли, что дает банкам государство.

Цингалес возражает: это раньше труд ассоциировался с потом на лице. Сегодня заработать или потерять деньги способны не только рабочий на заводе или крестьянин на поле; адвокат, певец или футболист получают в двести раз больше рабочего. Оплачивать труд важно, потому что при малой зарплате есть риск получить некомпетентных работников, ожидающих более интересного рабочего места. Однако совсем недавно люди работали не только за деньги, но и за престиж, социальное уважение и другие нематериальные ценности. За время кризиса этические стандарты снизились:


3

теперь в основном работают только ради денег, и успех определяется количеством последних.

Цингалес отмечает, что сами по себе не все финансовые работники обязательно плохие, так же, как и не все рабочие обязательно хорошие. По его мнению, не случайно говорят, что в Италии лучшие секретари и худшие менеджеры, а в США - наоборот. Следует помнить, что деньги - это не цель, а только средство достижения цели. Поиски прибыли, считает Цингалес, один из признаков рыночной экономики, и он не видит морального запрета на усилия по удовлетворению собственных интересов, если при этом уважают правовую систему. Однако он отмечает, что систему стимулов нередко определяют люди, не имеющие отношения к предприятиям и слишком симпатизирующие менеджменту. Цингалес согласен, что многие менеджеры злоупотребляют своей властью, но, по его мнению, сложно уточнить правила справедливости, потому что тут речь идет об аспектах, скорее социальных, чем экономических или этических. В частности, внутри административных советов предприятий нет достаточного количества советников, которые способны защищать интересы акционеров, а прибыль предприятия от нефти связана с ценой на нее и не зависит или не исключительно зависит от профессиональных способностей менеджера.

Цингалес утверждает, что Католическая церковь идет на поводу у общественного безразличия, тогда как она должна осуждать менеджеров, нарушающих правила морали, а обществу следует решать заслуживают ли такие люди применения против них санкций. Этот экономист призывает всех граждан бойкотировать продукцию предпринимателей, поступающих плохо, и сетует на то, что средства массовой информации, особенно в Италии, напротив, привлекают к таким личностям внимание и симпатии.

Цингалес ссылается на традицию протестантизма осуждать ошибающихся силами верующих, имеющих свои Советы при приходах. Он не знает, как это можно ввести в Италии, но убежден, что без такого рода общественных санкций любые социальные ценности не способны стать эффективными.

Сальвини возражает, что для Католической церкви характерно поддерживать социальную справедливость и равенство; она выступает против злоупотреблений во всех областях, включая экономику. Католическая церковь не является трибуналом и может молиться за всех: за Иуду, Сталина, Гитлера или Пиночета. Но она способна осуждать этически


4

неверное поведение и начинает это делать, что показывают последние социальные энциклики. Сальвини напоминает, что эта церковь испытывает трудности в преобразовании своей социальной доктрины в сторону ее осовременивания. Встают, в частности, вопросы о налогах, особенно в Италии, где государство считают противником, а не партнером. Когда обычные граждане уклоняются от уплаты налогов, теряется смысл говорить об этике предпринимателей и банкиров.

Оба участника дискуссии согласны с тем, что отношения этики с экономикой не сводятся к возврату доверия к рыночным механизмам. И Сальвини, и Цингалес говорят о необходимости показать моральный аспект экономической деятельности, который они обуславливают общественными этическими ценностями. Оба они подчеркивают, что основная причина финансово-экономического кризиса заключается не в нарушении этики, а в недостатках системы управления.

Сальвини видит в экономической этике деловую систему честной игры, подразумевающей уважение установленных правил. Он признает, что рынок и прибыль не самоцель, а полезное орудие человеческой деятельности.

Сальвини придерживается традиционной католической социальной доктрины, которая рассматривает процесс накопления в качестве средства роста всеобщего благосостояния и допускает прибыль только, если она не препятствует ему и не ограничивается личными интересами. Цингалес же с большим реализмом констатирует, что любое предприятие, игнорируя общее благо, всегда стремится к максимальной прибыли. Попытки уклониться от налогов или повлиять на политику этот экономист не относит к неэтичным поступкам.

Сальвини признает, что не знает механизма работы предприятий, но убежден в их обязанности заботиться обо всех работающих на них и живущих своим трудом. В то же время этот теолог считает эффективность предприятия мерой благосостояния, а потому допускает массовые увольнения ради увеличения доходности, полагая, что уволенные способны найти другую работу. Цингалес возражает, напоминая о миллионах безработных и отмечая, что после рецессии занятость всегда возобновляется медленно.

Сальвини не сомневается в праве государства вмешиваться в экономику ради всеобщего благосостояния. Однако он считает, что   такое


5

вмешательство не должно сводиться к простому перераспределению богатств. Важно уделять постоянное внимание каждой личности. При этом непременной составляющей экономической деятельности остается конкуренция, по его выражению, соревновательность, которую не следует превращать в борьбу до последней капли крови.

Цингалес считает этику сводом норм и принципов, определяющим экономическую деятельность. По его мнению, Сальвини неправильно понимает соотношение прибыли и всеобщего благосостояния, так как для предпринимателя, даже если он не нарушает законов, главное не общее благо, а максимальная прибыль. Предприниматель использует лучших адвокатов, чтобы найти в законах лазейки для уклонения от уплаты налогов. И это, и попытки повлиять на политический выбор Цингалес не считает противоречащим этике.

Этот экономист напоминает, что неправильно искать причины финансово-экономического кризиса в нарушении этических норм и предположительной дегенерации капитализма. Ошибки были не в этике, а в управлении банками. Этические стандарты снизились не только за счет человеческой жадности. Отчасти вина лежит и на экономистах. Экономика основывается на принципах методологического индивидуализма, по которому индивидуум избирает такое поведение, которое наиболее отвечает его личным интересам. «Справедливое» и «несправедливое» разграничиваются все с большим трудом, и человек, не способный украсть библиотечную книгу, нелегально записывает из сети Интернета фильм или песню.

Сальвини напоминает, что цель не может оправдывать недостойные средства, и государству следует вмешаться, если экономическая деятельность противоречит законам и наносит личности моральный или социальный вред. Католическая церковь выступает за социальную справедливость и всеобщее равенство прав при различиях в амбициях и вкусах. Человек важнее товара, экономических или финансовых проблем. Каждый должен получить возможность реализовать себя и свой потенциал. Сальвини выступает за увеличение инвестиций в социальные программы в качестве примера безвозмездности и бескорыстия экономики. Он отмечает, что «Каритас ин веритате» не утверждает, что безвозмездность способна заменить рынок или преобразовать его. Цингалес говорит о потенциальной возможности рыночной экономики и предприятий безвозмездно отдавать


6

труд и деньги, однако предостерегает от риска неэффективного использования бесплатных даров.

Сальвини приветствует развитие экономики, техники и рыночных отношений, но осуждает их неправильное использование, отмечая, что последние двадцать лет Католическая церковь ставит вопрос о социальной ответственности всех предприятий, а не только крупных или средних.

Оба участника дискуссии считают для экономики жизненно важными хотя бы минимум доверия и взаимной порядочности, кооперации и ассоциации.

Сальвини предлагает согласовывать конкретные рецепты экономического развития с абстрактными принципами. Последние он видит в солидарности и бескорыстии, которые понимает как сотрудничество, братство и христианское милосердие, признавая все это делом сложным, рискованным и дорогостоящим, которое также опасно переоценивать, как и недооценивать.

Сальвини убежден в отсутствии единой социально-экономической модели, пригодной для любого континента и любой широты. Он отмечает, что при всей своей многовариантности рыночная экономика не способна контролировать себя самостоятельно. Зацикливаясь на успехах в производственной сфере, рынок игнорирует образование и здравоохранение. Поэтому человечество ищет такую экономическую систему, которая уважала бы основные свободы и обеспечивала ненасильственную смену правительств. А церковь, как отмечалось в «Каритас ин веритате», не вмешивается в политику и не предлагает технических решений.

Цингалес выступает за социальную поддержку рыночной экономики. Вклад демократического государства в благосостояние осуществляется в виде инвестиций в социальную сферу. Этот экономист не видит серьезных противоречий между солидарностью и соревновательностью, но весьма скептически относится к потенциальной социальной ответственности предприятия. Последнее - всего лишь собрание индивидуумов, которые сотрудничают ради определенных целей. Предприниматель может самостоятельно принять решение насчет увеличения цены на свою продукцию и получения меньшей прибыли, когда он, например, захочет сделать инвестиции в защиту окружающей среды. Но если он действует совместно с другими людьми, его выбор будет зависеть от их мнения и, вероятно, сведется к реализации того, что даст больше прибыли.


7

Для успешного функционирования общества, по мнению Цингалеса, необходимо формирование гражданского капитала, под которым он понимает уплату налогов всем населением. Строить такой капитал предлагается путем воспитания, обучения в школе, усиления обязательных норм и примера лидеров.

Цингалес считает религиозный фактор, если это не фанатизм или интегризм, весьма позитивным явлением. В то же время, признавая связь между религией и этикой, этот экономист не считает религию обязательной для распространения этических норм, так как этика может быть и светской, а там, где религия претендует на монопольное владение истиной, люди от нее отходят. Напротив, различия ведут к толерантности, к поискам общих принципов, когда религиозный дух разделяет выражение гражданского духа.

Не претендуя на обязательные рецепты развития, оба участника дискуссии стремились показать моральные аспекты экономики, оставляя при этом окончательное решение читателю этой интересной монографии.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.