WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Пантин В.И. Альтернативы и риски социально-экономической политики и возможности российской инновационной модернизации // Модернизация и политика в ХХI веке / Отв. ред. Ю. С. Оганисьян; Ин-т социологии РАН. - М. : Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2011. - С. 112-119.

Научная статья

 

Альтернативы и риски

социально-экономической политики и возможности

российской инновационной модернизации1

На основе анализа тенденций мирового развития можно с высо­кой вероятностью прогнозировать, что в ближайший период прак­тически все страны, пережившие глобальный кризис 2008-2009 гг., будут испытывать многочисленные экономические и социально-по­литические последствия «послекризисного» периода своего разви­тия. При этом термин «послекризисный» приходится использовать с определенными оговорками, поскольку существуют веские осно­вания предполагать, что возможны и даже весьма вероятны новые кризисы (или новые «волны» одного и того же кризиса), которые последуют вслед за неустойчивым подъемом мировой экономики2. Это разбалансированное состояние мировой финансовой системы, нежелание многих стран иметь доллар в качестве мировой резервной валюты, полный отрыв финансовой сферы от реальной экономики, значительная финансовая задолженность многих развитых и разви­вающихся стран, быстрое изменение баланса экономических и по­литических сил в мире, процессы динамичного технологического обновления в развитых странах при сохраняющемся ограниченном платежеспособном спросе, структурный кризис в мировом промыш­ленном производстве, резкое усиление Китая и рост популярности в мире китайской модели модернизации, угроза региональных поли­тических конфликтов (в Иране, на Ближнем Востоке, в Центральной Азии и др.). О глубине дестабилизации и серьезности общей социаль­но-экономической ситуации свидетельствуют тяжелое финансовое положение целого ряда европейских стран (например, Греции, Пор­тугалии, Испании, Ирландии, Великобритании), полемика и острые противоречия между демократами и республиканцами в США по по­воду реформы банковской системы, политический кризис в Японии, усиливающиеся торгово-экономические противоречия между Кита­ем и США. В этих условиях многие действия международных фи­нансовых и экономических институтов, а также меры, согласованные на встречах «восьмерки» и «двадцатки», выглядят неэффективными,

1   Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского гу­

манитарного научного фонда (РГНФ) в рамках научно-исследовательского

проекта № 10-03-00109а «Экономический кризис и социально-политические

аспекты инновационного развития России».

2   Кругман П. Возвращение Великой депрессии? Мировой кризис глаза­

ми нобелевского лауреата. М., 2009.

112


запоздалыми, не способными решить наиболее важные проблемы, стоящие перед международным сообществом.

На этом фоне экономическое и социально-политическое положе­ние России в ближайшие годы неизбежно будет чрезвычайно слож­ным, подверженным многочисленным угрозам и рискам. Из-за одно­сторонней экспортно-сырьевой ориентации российской экономики она ощущает и будет ощущать все колебания конъюнктуры мирового рынка, в значительной мере оставаясь не столько субъектом, сколько объектом мирового технологического, экономического, финансового, политического и социального развития. При этом значительное вли­яние на развитие России в ближайшее время будет оказывать эконо­мическое и политическое положение США, стран Европейского со­юза, СНГ, Китая и др. Социальная и экономическая нестабильность России, связанная как с внутренними, так и с внешними проблемами, способна создавать значительные риски и угрозы самому существо­ванию российского общества и государства. Более того, геополити­ческие и геоэкономические сдвиги, в частности перемещение центра тяжести экономического и социального развития с Запада на Восток, которые происходят в современном мире, неизбежно затронут Рос­сию, и, в случае неадекватного или несвоевременного реагирования на них, она может подвергнуться угрозе распада, как это в свое время по сходным причинам произошло с Советским Союзом.

Вместе с тем будущее России будет определяться характером соци­ально-экономической политики, которая будет проводиться в ближай­шие годы и десятилетия. Существуют, по крайней мере, три варианта осуществления послекризисной социально-экономической политики в России, позволяющих избежать катастрофы. Первый вариант вклю­чает постепенный, но последовательный переход от ориентации на экспорт природных ресурсов к развитию емкого внутреннего рынка, новых отраслей и технологий и связанному с этим повышению уровня жизни большинства населения, включая рабочих, рядовых служащих, представителей малого и среднего бизнеса, учителей, врачей, ученых, производителей сельскохозяйственной продукции. Подобный вариант был реализован в ходе глобального кризиса в Китае в 2008-2009 гг. и показал свою эффективность. Однако осуществление такого варианта требует четкой управляемости и относительно низкого уровня корруп­ции в среде бюрократии, чего в сегодняшней России явно не наблюда­ется. Второй вариант основан на развитии инновационных технологий путем кооперации с иностранными инвесторами и закупки за рубежом не устаревшего, а нового и новейшего оборудования для наиболее важ­ных отраслей российской экономики, включая переработку нефти, производство сжиженного газа, нанотехнологии, информационные тех-

113


нологии, биотехнологии и др. Этот вариант осуществления социально-экономической политики требует создания в России благоприятного инвестиционного климата и четких, не изменяющихся постоянно по воле чиновников «правил игры» (причем не только для иностранных, но и прежде всего для российских предпринимателей), обуздания рэке­та со стороны правоохранительных органов и бюрократических струк­тур, увеличения ассигнований на науку и т. п. Наконец, третий вари­ант может базироваться на более сбалансированном и эффективном развитии экспортных отраслей, включая экспорт переработанной неф­ти (а не сырой), зерна и некоторых других видов сельскохозяйствен­ной продукции, электроэнергии, продуктов химической, металлургиче­ской, отдельных видов продукции машиностроения, вооружений. Од­нако и в этом, последнем, случае из-за перехода развитых стран к новым технологиям необходимо широкое внедрение различных инноваций, постоянное обновление производства и ассортимента выпускаемых на экспорт товаров. Вместе с тем необходимо учитывать, что при осущест­влении такого варианта развития Россия будет занимать определенную нишу в мировом производстве, но эта ниша будет связана с индустри­ально-сельскохозяйственным производством, характерным для средне-и слаборазвитых стран, и в итоге подобная стратегия в долговременной перспективе не способна обеспечить устойчивое развитие России.

Перечисленные три варианта осуществления социально-эконо­мической политики не являются взаимоисключающими и до неко­торой степени могут сочетаться друг с другом. В то же время каждый вариант предполагает разработку и последовательное осуществление соответствующей стратегии, которая задавала бы доминанту всего развития российского общества. Эклектическое смешение различ­ных стратегий развития может привести к тому, что ни одна из них не будет реализована. Поэтому чрезвычайно важно, чтобы российское общество и политическая элита в результате открытого обсуждения определились с основным направлением социально-экономической политики, а не предоставили бы все стихийному развитию, борьбе сиюминутных интересов различных олигархических и бюрократи­ческих групп. Еще более важно, чтобы принятая стратегия не оста­валась на бумаге, как это было со многими программами, а последо­вательно воплощалась в жизнь. Для этого необходимы политическая воля руководства страны и согласие большинства общества.

Однако пока что существуют большие сомнения относительно того, что утвердившийся режим «мягкого» авторитаризма способен проводить внятную, последовательную и учитывающую важнейшие тенденции мирового развития социально-экономическую политику. В настоящее время основная энергия политической элиты нередко

114


уходит в «свисток», т. е. в правильные (а иногда и неправильные) сло­ва высших лиц государства при полной безответственности и безна­казанности коррумпированной бюрократии, которая имитирует ре­акцию на слова и поручения президента или главы правительства, но при этом практически ничего не делает для реального решения давно назревших экономических и социально-политических проблем. Бо­лее того, многие из «реформ» 2000-х гг. (в действительности, скорее, контрреформ) в значительной мере разрушают потенциал развития российского общества, оставшийся еще с советских времен или по­лученный в ходе демократизации конца 1980-х — начала 1990-х гг. Это видно на примере отмены выборов губернаторов и создания властной вертикали: вертикаль власти не только усилила автори­тарный характер политического режима, но, как ни парадоксаль­но, в итоге снизила управляемость, создав условия для безмерной коррупции региональной бюрократии, для того чтобы чиновники и сотрудники правоохранительных органов получали огромные «от­каты» и «кошмарили» малый и средний бизнес. То же самое, но с еще более разрушительными, создающими безграничное поле для кор­рупции последствиями характерно для «реформ» финансирования бюджетных организаций, среднего и высшего образования, включая введение ЕГЭ и «болонской системы», «монетизации льгот», «ре­формы» ЖКХ, местного самоуправления и т. п. Это относится также к «реформе» армии и ВПК1, которые в советское время составляли основу государственной мощи и в значительной мере финансиро­вались за счет развития других отраслей. Тем более это относится к науке, образованию, здравоохранению, отраслям обрабатывающей промышленности, наукоемкому производству, которые составляют фундамент инновационного типа развития (ИТР).

В связи с этим возникают вопросы: за счет чего существует совре­менная Россия и какие возможности инновационной («креативной») модернизации российского общества имеются в современных усло­виях? Ответ на первый вопрос очевиден: за счет остатков советско­го индустриального и образовательного потенциала, а также за счет огромных природных богатств, которые, правда, используются чрез­вычайно неэффективно. Ответ на второй вопрос гораздо сложнее. С одной стороны, потенциал развития, созданный в советское время, стремительно исчерпывается и разрушается в результате действий коррумпированных бюрократических структур, и это чревато много-

1 Шепова Н. Я. Глобальный кризис и реформа в Вооруженных силах РФ // Глобальный кризис и проблемы обеспечения общественно-полити­ческой стабильности: опыт стран Запада и Россия. М, 2009.

115


численными рисками, включая риски крупных техногенных катаст­роф (вспомним недавнюю аварию на Саяно-Шушенской ГЭС), эко­логических бедствий, возникновения множества социальных, меж­этнических, политических конфликтов, ведущих в конечном итоге к распаду общества и государства. С другой стороны, возможности для повышения доли инновационных исследований, внедрения их резуль­татов в реальный сектор экономики и даже для быстрого развития в целом ряде отраслей (например, в создании новых материалов, разра­ботке и внедрении нанотехнологий, в химии и фармацевтике, атомной промышленности, ВПК) в России существуют, о чем свидетельствует, например, опыт инновационных разработок и создания технопарков в Томской области, Новосибирске и некоторых других регионах1. Од­нако эти возможности почти не реализуются из-за упорной незаинтере­сованности финансово-спекулятивных структур и коррумпированной бюрократии в каком-либо инновационном развитии. Вместо реальной поддержки венчурных фирм, малых и средних предприятий в сфере наукоемкого производства, организованных талантливыми учеными и выпускниками вузов, огромные средства, выделяемые государством, оседают в офшорах или банках, осуществляющих спекулятивные опе­рации и не желающих инвестировать в реальное производство и новые разработки. Поэтому пока что дело ограничивается главным образом многочисленными разговорами об инновациях, а также созданием «потемкинских деревень» для высшего начальства, прожектами типа «электронного правительства» или российской Силиконовой долины.

Характерно в этой связи отношение значительной части россий­ского общества к чиновникам и бюрократии, которые, по существу, представляют собой правящий класс. Как свидетельствуют данные социологических опросов, большинство российских граждан видят в современной российской бюрократии одно из главных препят­ствий на пути развития страны и ее модернизации. Так, по данным исследования, проведенного Институтом социологии РАН совмест­но с фондом Эберта в 2005 г., 76 % россиян считали чиновников осо­бым сословием, безразличным к интересам общества. Особенность исследования состояла в том, что одни и те же вопросы параллельно задавались населению и чиновникам разных звеньев.

Согласно этим данным, почти 40 % россиян были уверены, что на современном этапе российской истории наблюдается самое значи­тельное засилье бюрократии по сравнению со всеми предыдущими ис­торическими периодами. Среди населения в целом 76 % опрошенных

1    Материалы конференции 11-го международного форума «Высокие технологии XXI века». М., 2010.

116


были убеждены, что сегодняшние чиновники не столько помогают развитию страны, сколько тормозят его. В то же время ответы чинов­ников на тот же самый вопрос «перевернуты» с точностью до наобо­рот: лишь 22 % чиновников были согласны с тем, что они не столько помогают развитию страны, сколько тормозят его, зато в обратном были уверены 76 % чиновников. По мнению населения, основные личные качества, которые характерны для большинства нынешних российских чиновников, — это безразличие к государственным ин­тересам (так считали 49 % опрошенных), нечестность (48), рвачество (47), неуважение к людям (38). Лишь небольшое число россиян при­писали нынешним чиновникам такие качества, как профессионализм (17 %) и трудолюбие (10). Максимально негативная оценка чиновни­чества в целом высказывалась в основном пенсионерами и малоиму­щими гражданами, т. е. теми слоями российского общества, которые вынуждены больше всего сталкиваться с чиновниками и бюрокра­тией. К причинам некомпетентности бюрократии российские гражда­не в основном относят безнаказанность, низкие моральный уровень и профессиональную подготовку, несовершенство законодательства. В свою очередь, большая часть чиновников основными причинами не­эффективности своей работы считает несовершенство законодатель­ства, большую нагрузку, низкую зарплату, но около 20 % из них назва­ли также отсутствие страха перед наказанием. Усилить общественный контроль за работой чиновников требуют 60 % населения и только 28 % представителей государственного бюрократического аппарата1.

Эти и другие социологические данные свидетельствуют о воз­растающем отчуждении бюрократии от остального общества, о том, что коррумпированное чиновничество становится одним из главных факторов торможения модернизации российского общества и госу­дарства, а также неминуемого последующего распада России. Риски распада ядерной державы с огромным количеством оружия не под­даются сколько-нибудь точной оценке. Можно лишь с уверенностью утверждать, что последствия распада России будут гораздо более тя­желыми и кровавыми, чем последствия распада СССР или Югосла­вии, а огромные количества оружия, в том числе ядерных материалов, станут добычей криминальных или террористических групп.

Какие реальные факторы могут подтолкнуть российскую полити­ческую элиту к инновациям и какие здесь возникают альтернативы? Одним из таких факторов может стать рост протестных настроений

1 ИА Regnum. 76 % россиян считают чиновников особым сословием, без­различным к интересам общества. URL: http://www.regnum.ru/news/538009. html.

117


в широких слоях российского общества под давлением кризиса и его социальных последствий. Так, по сообщению пресс-центра МВД РФ, в 2009 г. в России прошло 30 тыс. публичных акций, на 2,5 тыс. из них выдвигались политические требования. В этих акциях участво­вали 5,5 млн человек. 440 акций не были санкционированы властя­ми, в них участвовали более 20 тыс. человек. 56 раз блокировались автодороги1. По прогнозам МВД, в 2010 г. количество протестных выступлений, число их участников и частота выдвижения полити­ческих требований должно было быть гораздо выше. Это связано с растущей неэффективностью осуществления экономического и со­циально-политического курса, отсутствием стратегии развития стра­ны в условиях кризиса, ухудшением реального экономического по­ложения большинства рядовых российских граждан. Только в Кали­нинграде с начала 2010 г. уже состоялось несколько крупных митин­гов против политики, проводимой губернатором Г. Боосом, причем со стороны местных властей были попытки использовать для разгона митингующих ОМОН и СОБР. Очевидно, что при дальнейшем рос­те протестных выступлений в условиях углубляющегося социально-экономического кризиса и неэффективных действий власти может произойти чреватое тяжелыми последствиями радикальное отчуж­дение правящей элиты от основной массы населения.

В то же время чрезмерная радикализация протестных акций спо­собна серьезно дестабилизировать всю ситуацию в стране. Но россий­ская политическая элита пока что не вполне это ощущает и продол­жает жить своей особой жизнью, отличающейся от жизни подавляю­щего большинства населения России. При этом высшее руководство нередко не контролирует действия различных звеньев государствен­ного аппарата, включая многие подразделения правоохранительных органов, региональной и местной бюрократии, государственные кор­порации. В результате могут возникнуть условия для деструктивной «революционно-хаотической» ситуации (а не для конструктивной «реформационной»), которая будет представлять реальную угрозу стабильности общества и целостности государства. Основная про­блема, как представляется, заключается в том, сумеют ли российское общество и государство пройти между Сциллой очередного автори­тарного застоя и Харибдой радикальных социально-политических, межэтнических и иных конфликтов. В настоящее время однозначно ответить на этот вопрос не представляется возможным, поскольку со­циально-политическая ситуация в России под воздействием кризиса

1   МВД велело милиционерам готовиться к народным волнениям / Лен-та.Ру. 12 февраля 2010. URL: http://news.rambler.ru/Russia/head/5330545.

118


Какие реальные факторы могут подтолкнуть российскую полити­ческую элиту к инновациям и какие здесь возникают альтернативы? Одним из таких факторов может стать рост протестных настроений

1 ИА Regnum. 76 % россиян считают чиновников особым сословием, без­различным к интересам общества. URL: http://www.regnum.ru/news/538009. html.

117


в широких слоях российского общества под давлением кризиса и его социальных последствий. Так, по сообщению пресс-центра МВД РФ, в 2009 г. в России прошло 30 тыс. публичных акций, на 2,5 тыс. из них выдвигались политические требования. В этих акциях участво­вали 5,5 млн человек. 440 акций не были санкционированы властя­ми, в них участвовали более 20 тыс. человек. 56 раз блокировались автодороги1. По прогнозам МВД, в 2010 г. количество протестных выступлений, число их участников и частота выдвижения полити­ческих требований должно было быть гораздо выше. Это связано с растущей неэффективностью осуществления экономического и со­циально-политического курса, отсутствием стратегии развития стра­ны в условиях кризиса, ухудшением реального экономического по­ложения большинства рядовых российских граждан. Только в Кали­нинграде с начала 2010 г. уже состоялось несколько крупных митин­гов против политики, проводимой губернатором Г. Боосом, причем со стороны местных властей были попытки использовать для разгона митингующих ОМОН и СОБР. Очевидно, что при дальнейшем рос­те протестных выступлений в условиях углубляющегося социально-экономического кризиса и неэффективных действий власти может произойти чреватое тяжелыми последствиями радикальное отчуж­дение правящей элиты от основной массы населения.

В то же время чрезмерная радикализация протестных акций спо­собна серьезно дестабилизировать всю ситуацию в стране. Но россий­ская политическая элита пока что не вполне это ощущает и продол­жает жить своей особой жизнью, отличающейся от жизни подавляю­щего большинства населения России. При этом высшее руководство нередко не контролирует действия различных звеньев государствен­ного аппарата, включая многие подразделения правоохранительных органов, региональной и местной бюрократии, государственные кор­порации. В результате могут возникнуть условия для деструктивной «революционно-хаотической» ситуации (а не для конструктивной «реформационной»), которая будет представлять реальную угрозу стабильности общества и целостности государства. Основная про­блема, как представляется, заключается в том, сумеют ли российское общество и государство пройти между Сциллой очередного автори­тарного застоя и Харибдой радикальных социально-политических, межэтнических и иных конфликтов. В настоящее время однозначно ответить на этот вопрос не представляется возможным, поскольку со­циально-политическая ситуация в России под воздействием кризиса

1   МВД велело милиционерам готовиться к народным волнениям / Лен-та.Ру. 12 февраля 2010. URL: http://news.rambler.ru/Russia/head/5330545.

118


и его последствий меняется и будет стремительно меняться дальше. Не следует также забывать, что в конце 2011 г. в России пройдут оче­редные выборы в Государственную думу, а в начале 2012 г. — выборы президента. В связи с этим в политической элите уже сейчас ведется скрытая борьба за власть между различными группами, в частности борьба по поводу кандидатуры будущего президента.

Вместе с тем, как представляется, наиболее серьезным фактором, способным подтолкнуть власть и политическую элиту к реальной, инновационной модернизации могут стать не очередные бунты и ре­волюции, которые лишь приведут к значительным жертвам, а форми­рование широких коалиций на низовом уровне, прежде всего в реги­онах. Если подобные объединения и коалиции, созданные наиболее активными гражданами для защиты своих самых насущных социаль­ных и политических прав, решения конкретных социальных проблем (например, защиты прав граждан на бесплатное среднее образование и медицинское обслуживание), будут созданы хотя бы в нескольких регионах России, то возникнут условия для формирования широких коалиций и в столицах. Такие коалиции, объединяющие представи­телей различных политических сил и даже «аполитичных», но оза­боченных своим социальным положением граждан, могли бы ока­зывать устойчивое и относительно эффективное давление на власть, заставляя ее действовать не только в интересах коррумпированных чиновников и полукриминальных финансовых структур, но и в ин­тересах широких слоев российского общества. А это, в свою очередь, стимулирует деятельность старых и новых оппозиционных полити­ческих партий, приведет к необходимым изменениям в российской политической системе, сделает ее более конкурентной, социально ориентированной, демократической. Такие коалиции, объединяющие людей для защиты своих прав и достижения конкретных целей, в из­вестной мере напоминают коалицию очень разных по своему харак­теру социальных и политических сил, на поддержку которых в свое время опирался в США Ф. Рузвельт при проведении «Нового курса». В то же время, учитывая присущую большинству российского насе­ления пассивность и неспособность организованно отстаивать свои права, можно прогнозировать, что формирование таких коалиций на региональном уровне будет происходить медленно, непоследо­вательно и неравномерно. Тем не менее в существующих условиях, по-видимому, это единственный путь более или менее эволюционно­го, некатастрофического изменения политической системы России и перехода к реальной, а не «бумажной» экономической, социаль­ной, политической и культурной модернизации российского обще­ства.

119

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.