WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ГУМАНИТАРНЫЙ ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ-2010(3)-7

Научный журнал

 

Альтернативная экологическая идея дикой ПРИРОДЫ

В первой половине 20-го века экологи представили совсем другую идею дикой природы. В то время в экологии доминировала парадигма Клеменца. Клеменц считал, что объектами изучения экологической науки являются так называемые организмы третьего порядка, организмы третьего типа, или суперорганизмы. Первыми организмами -организмами первого порядка — были одноклеточные. Из-за близкой симбиотической ассоциации одноклеточные эволюционировали в многоклеточные организмы — организмы второго порядка. Подобным же образом, из-за близкой симбиотической ассоциации многоклеточные организмы эволюционировали в организмы третьего порядка -суперорганизмы. До изобретения микроскопа мы не могли воспринимать одноклеточные организмы, поскольку они были слиш-


102


2010


тумнжяуный   экологический   жууыл



ком малы, — мы даже не знали об их существовании. Мы также не воспринимали и суперорганизмы в качестве организмов, потому что они были слишком велики. Однако изобретение экологии предоставляет концептуальные, если не физические, линзы, с помощью которых все организмы можно открывать и исследовать. Благодаря этому концептуальному устройству — этой парадигме — Клеменц смог организовать и подразделить науку экологию по аналогии с биологией организмов. Таксономическая экология идентифицировала типы супероганизмов, таких, к примеру, как сосново-можжевеловые и пост — дубовые перекрестные леса, высоко-травные и низко-травные луга, торфяно-лиственнич-ные болота, или тиссово-кипарисовые топи. Экологический онтогенез проследил, каким образом — после катастрофических, обычно антропогенных, нарушений такие суперорганизмы возвращаются к своим «зрелым» или «климактерическим» условиям через процесс сукцессии, собственное «фирменное блюдо» Клеменца. Физиологическая экология изучает функции разных компонентов таких суперорганизмов — как корни деревьев удерживают почву, как грибы и бактерии превращают детрит в минералы, готовые для поглощения растениями, как хищники препятствуют чрезмерному росту популяций травоядных, и т.д. Так же, как и все организмы, суперорганизмы понимались как замкнутые, гомеостатические и саморегулирующиеся системы. Люди считались внешними по отношению к ним и главным источником их нарушений.

В 1935 году Артур Тэнсли раскритиковал и отверг парадигму суперорганизмов в экологии и ввел вместо нее концепцию экосистемы, однако и он тоже считал, что экосистемы — это «квази-организмы», и что те из них, которые обладают самой высокой степенью стабильности и динамического равновесия, эволюционировали путем естественного отбора. В 1960-е годы Юджин П. Одум вернул экологию к истокам, заложенным Клеменцом, приписав


«зрелым» экосистемам еще более изощренное и утонченное равновесие, такое как пропорция между продукцией биомассы и дыханием или между потреблением и высвобождением питательных веществ.

Соответственно, некоторые экологи хотели сохранить представительные (репрезентативные) экосистемы, свободные от внешних антропогенных нарушений как объекты экологического изучения. Точно также, как искусствоведы, имея профессиональный интерес к антиквариату, могут оплакивать разрушение мраморных скульптур вследствие антропогенных загрязнений воздуха и пропагандировать разные средства их сохранения, некоторые экологи оплакивали разрушение первозданных экосистем вследствие антропогенных причин — охоты, рубок леса, добычи полезных ископаемых, распашки, мощения и т.п. — и отстаивали в качестве средства их сохранения устройство заповедников дикой природы (хотя, они их так не называли). Экологическое общество Америки (ESA) в 1917 году создало Комитет по сохранению природных условий (CPNC) под председательством Виктора Шелфорда. Шелфорд был серьезным последователем Клеменца, который совместно с Клеменцем написал книгу, объединившую экологию растений ориентации Клеменца с экологией животных ориентации Шелфорда. В 1926 году CPNC опубликовал «Путеводитель по Америке для натуралистов», в котором была сделана попытка идентифицировать все оставшиеся в Северной Америке и других частях западного полушария первозданные зоны дикой природы. Сферой особого профессионального интереса для многих зоологов была стремительная потеря диких животных в конце 19-го века, главным образом вследствие нерегулируемой коммерческой охоты. Джозеф Гриннел и Трэйси Сторер со своим последователем Джорджем Райтом и др. предложили, чтобы национальные парки служили средой обитания для диких животных, находящихся под угрозой полного истребления, особенно же для тех видов, которые не могут сосущест-


103


тужлтшуный покоішаш жууыл


ТОМ.  п,   fan.   3   (38)



вовать с человеческим жильем и деятельностью.

Именно тогда, в начале двадцатого века, появился зародыш новой идеи дикой природы. Зоны дикой природы следовало подбирать не по их рекреационным свойствам -пригодности для трансцендентных рекреаций или для походов по лесу лишь «с крючком и пулей», — а по двум другим атрибутам: (1) тип репрезентативной экосистемы и/или (2) среда обитания для тех видов диких животных, которые находятся под угрозой.

В 1946 году старые члены CPNC сформировали свою независимую организацию — Экологический Союз — решив предпринимать «прямые акции» для охраны природных территорий. В 1950 году этот союз сменил свое имя на Комитет по охране природы, — одну из крупнейших, наиболее успешных и уважаемых неправительственных организаций, которая существует до сих пор, преследуя цели охраны природных зон, представительных экосистем и среды обитания для видов диких животных, находящихся под угрозой.

Леопольд получил степень магистра по лесоводству в Йельской школе лесоводства, но в 1933 году он стал профессором по управлению охотой и промысловыми животными в Висконсинском университете (без получения Ph.D. — докторской степени по философии). В результате он стал прикладным экологом-самоучкой; и в самом деле, он даже был избран, к своему собственному удивлению, президентом ESA в 1946 году. Ясно, что Леопольд знал о существовании еще одной организации, кроме Общества дикой природы, отстаивавшей охрану дикой природы, — CPNC, побуждаемой, однако, совсем другими мотивами, ценностями и идеями. Леопольд попытался создать альянс Общества дикой природы и CPNC, но получил отпор от Шелфорда. До сих пор неясно, почему Шелфорду показались неприемлемыми попытки Леопольда, но я склонен думать, что либо он, либо сам Леопольд понимали несовместимость целей


этих двух организаций. Несомненно под влиянием новой идеи дикой природы двадцатого века, которая была тогда популярной среди экологов, Леопольд в 1941 году сам сформулировал новую научную аргументацию от имени сторонников охраны дикой природы: «Рекреационная ценность дикой природы представлялась часто и квалифицированно, но ее научная ценность до сих пор едва ли понята хотя бы смутно. Это — попытка изложить потребность в дикой природе как в базе данных для решения проблем здоровья земли. Науке о здоровье земли нужна, прежде всего, такая база данных о нормальном состоянии, соответствии норме, картина того, каким образом здоровая земля содержит себя как цельный организм.

У нас есть две доступные нам нормы. Одну мы обнаруживаем там, где физиология земли остается в основном нормально, несмотря на века человеческого обитания и деятельности. Мне известно только одно такое место: Северная Европа. Маловероятно, что нам не удастся изучить ее.

Вторая, и наиболее совершенная норма- это дикая природа».

Очевидная органичность, которую Леопольд демонстрирует в этом эссе «Дикая природа как лаборатория земли», поразительна. Это можно объяснить, по крайней мере отчасти прямым обращением к экологическим взглядам Шелфорда. Однако научная аргументация самого Леопольда в необходимости сохранения дикой природы является абсолютно антропоцентрической и ориентированной на человеческое управление. Правильное лесное хозяйство и другие формы извлечения ресурсов, правильное сельское хозяйство дадут возможность поддерживать здоровье земли — стабильно плодородную почву, хорошо зарегулированное движение водных потоков, разнообразие и стабильность популяций растений и животных. Дикая природа служит как бы контрольной зоной — базисом нормального состояния, по сравнению с которым менеджеры могут измерить экологическое функционирование земли, на-


104


2010


тумнжяуный   экологический   жууыл



селенной и эксплуатируемой людьми. Однако практический вывод этой концепции дикой природы совершенно соответствовал целям CPNC — охране репрезентативных экосистем, независимо от того, годятся ли они для трансцендентальных рекреаций либо рекреаций типа походов по лесу только «с крючком и пулей» — для научного изучения. Как вьфазительно подметил Леопольд, «невозможно изучать физиологию Монтаны в долине Амазонки; каждой биотической провинции нужна своя местная дикая природа для сравнительного изучения нетронутых и бывших в пользовании земель». Более того, лет за пять до этого Леопольд публично зарегистрировал судебный иск на охрану диких мест обитания видов животных, находящихся под угрозой, особенно крупных хищников, поставив себя в один ряд с другими экологами — сторонниками сохранения дикой природы.

После принятия в 1964 году Закона о дикой природе североамериканское движение в защиту дикой природы остановилось на перепутье. Последует ли оно по пути, освещенному Гринеллом и Шелфордом и получившему благословение позднего Леопольда, или пойдет путем, предложенном Рузвельтом и ранним Леопольдом, позже одобренном Обществом дикой природы и Сьерра-Клубом? Джеймс Мортон Тернер утверждает, что «в одном направлении была система дикой природы, охраняемой строгим ограничением посещений, предназначенной, главным образом, для того, чтобы служить биологическим резерватом и требующей большого самоограничения по отношению к сообществу дикой природы. В другом направлении была система дикой природы, подрывавшая биологическую целостность дикой природы, приоритетом которой были рекреации для народа, и которая, таким образом, обещала политическую популярность. К середине 1970-х годов стало ясно, что сообщество защитников дикой природы вместе с большим количеством туристов, выбрало второе направление».


Следствия для международной охраны пограничных экосистем в двадцать первом веке

К концу 20-го столетия экологическая идея дикой природы была фактически забыта. Следовало ли возродить ее и использовать в качестве руководства для охраны пограничных экосистем в двадцать первом веке, таких как на южной оконечности Америк? По-моему, ответ ясен, тверд и недвусмыслен — и «да», и «нет». Да, пограничные экосистемы двадцать первого века следует считать кандидатами на позиции «биологических резерватов», пользуясь удачным выражением Тернера, или «резервами биологического разнообразия», как я предлагаю повсюду. В последней четверти двадцатого века и в начале двадцать первого мы стали полностью и очень остро ощущать чрезмерность резкого массового истребления видов в данный момент истории -события такого размаха и значимости, что оно становится в один ряд с пятью предыдущими мощными случаями массового истребления животных за всю предшествующую историю жизни на Земле. Сейчас — разгар шестого великого истребления, и резервы биологического разнообразия являются самыми важными и эффективными средствами его замедления. Трансцендентальные рекреации в дикой природе и тип высокотехнологических рекреаций типа походов в дикой природе с минимальным воздействием, не оставляющих следов, в которые трансформировались рекреации с одним лишь «крючком и пулей», вполне могут быть разрешены в резервах биологического разнообразия — или пограничных экосистемах дикой природы — однако только в той мере, которая совместима с основной целью таких резерватов. Как полагает Тернер, в таких зонах дикой природы мы должны правильно устанавливать свои приоритеты и считать главным охрану биологического разнообразия. Как он лаконично излагает это, такие зоны дикой природы «следует охранять путем установ-


105


тужлтшуный покоішаш жууыл


ТОМ.  п,   fan.   3   (38)



ления строгого ограничения посещений» — не только в терминах количества посетителей в единицу времени, но также и в плане того, куда точно эти посетители могут пойти и что конкретно они могут делать. Самый низкий приоритет имеет сохранение американского национального характера, который уж во всяком случае не имеет смысла за пределами США, и даже здесь, сейчас, спустя столетие после его расцвета, все еще остается отвратительно расистским и националистическим. Нет, пограничные экосистемы дикой природы не следует представлять себе как представляли их экологи в первой половине двадцатого столетия — как суперорганизмы или «квази-организмы». Организмы — это «замкнутые системы», имеющие проницаемые, но избирательные барьеры между наружными и внутренними подсистемами, как кожа, посредством которых регулируется приток и отток внешнего материала, энергии и других организмов. Организмы являются самоорганизующимися, го-меостатическими и саморегулирующимися. Это здоровые объекты, подверженные естественному отбору. Экологи — от Кле-менца до Одума — считали, что экосистемы имеют одинаковые характеристики. Далее, как уже отмечалось, Homo sapiens считался внешним по отношению к таким системам и источником экзогенных нарушений или помех. По мнению Одума, к примеру, стратегия развития экосистемы — это «повышенный контроль физического окружения или гомеостаз с ним в смысле достижения максимальной защиты от его нарушений. Важной тенденцией сукцессион-ного развития является закрытие или уплотнение биогеохимических циклов важнейших питательных веществ, — азота, фосфора или кальция».

Новая парадигма в экологии была сформулирована в последней четверти 20-го века и прочно утвердилась в экологии 21-го. Экосистемы не имеют никакой стратегии развития или цели; они не являются биологическими объектами, подверженными естественному отбору (на самом деле


очень спорно то, что они вообще являются прочными биологическими сущностями); они открыты для притока организмов — захватчиков и внешних материалов; на них могут влиять — положительно или отрицательно — отдаленные силы и процессы; они подвержены периодически повторяющимся естественным нарушениям; и почти все подвергаются или подверглись человеческому вмешательству или влиянию в течение многих сотен лет. Поэтому, чтобы сохранить и защитить пограничные экосистемы дикой природы, «жесткого ограничения посещений», конечно, недостаточно. Необходимо приложить местные и региональные усилия для того, чтобы контролировать вторжение иноземных видов, как, например, североамериканских бобров в Патагонию. Необходимо принять международные меры для снижения воздушных и водных загрязнений. И — самая большая проблема — необходимы глобальные усилия для замедления глобального изменения климата, фактора, оказывающего самое мощное воздействие на природу высоких широт — одних из последних границ на планете. Пограничные экосистемы нужно также понимать как дом для тех народов и культур, которые помогли сформировать и поддерживать их устойчивость посредством собирательства, охоты, рыбалки, подсечно-огневого земледелия. Наконец, такими экосистемами нужно активно управлять, консультируясь с местными коренными жителями, чтобы предотвратить неблагоприятные изменения вследствие вторжения чуждых видов и загрязнений из ближних и дальних краев, сумевших избежать наших попыток не допустить их. Эти последние аспекты новой парадигмы в экологии — включение человеческих, а также естественных нарушений, и сопутствующая концепция управления экосистемами, основанного на участии местного сообщества, — гарантируют акцент путем выводов и умозаключений. В пост — колониальных Соединенных Штатах и Австралии идея дикой природы дала возможность некоренному населению — американцам и


106


2010


тумнжяуный   экологический   жууыл



австралийцам -путем самообмана стереть из памяти их «геноцидное» наследство. Роберт Маршалл, например, — вместе с Леопольдом и другими один из учредителей Общества дикой природы — заявил, что «когда Колумб совершил свою бессмертную высадку, он коснулся дикой природы, охватывавшей, фактически, целое полушарие. Он также заявил, что употребляет слово wilderness (дикая природа) «для обозначения региона, который, помимо прочих характеристик, не имеет постоянных жителей». Итак, сопоставив эти два заявления, получим вывод: если Колумб коснулся дикой природы, охватывавшей фактически целое полушарие, это был регион, не имевший постоянных жителей. То есть, это был регион, свободный для захвата. (Конечно, Маршалл признавал присутствие американских индейцев в Западном полушарии, но он считал, что их количество было так незначительно, они были такими технологически отсталыми и такими этичными по отношению к своей окружающей среде, что не могли изменить общее состояние дикой природы в Западном полушарии).


Сейчас мы уже знаем, что эти мнения так ошибочны! Более того, одним из самых пагубных последствий экспорта в другие части света американского представления двадцатого века о дикой природе, как рекреационных, так и экологических, стало вытеснение с родины и лишение собственности коренного местного населения. Особенно в Африке и Южной Азии национальные правительства создавали национальные парки, просто приходя и изгоняя его с привычных мест. В результате образовался глобальный класс беженцев вследствие их создания. В двадцать первом веке международная трактовка дикой природы, ее охраны не просто совместима с наличием коренных народов и их культур — она требует либо продолжения их проживания на таких территориях, или его стимулирования с помощью менеджеров дикой природы — если и когда коренные местные жители добровольно и самостоятельно решат, что они хотят жить где-нибудь в другом месте или заниматься не тем, чем их предки добывали средства к существованию, а чем-либо другим.


ВЕКОВЫЕ И ВЫДАЮЩИЕСЯ ДЕРЕВЬЯ УКРАИНЫ    <Sm

ЗАПОРОЖСКАЯ ОБЛАСТЬ

Дуб

Обхват ствола — 6 м. Высота — 40 м. Возраст около 799 лет. Растет в селе Терпение Мелитопольского района. Заповедан в 1999 году.

107


ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ЭТИКА

Охотничья этика отношения к животным и природе: опыт разработки

В. Борейко, Киевский эколого-культурный центр, г. Киев


Введение

Реализация идей экологической этики может происходить не только при помощи традиционных методов морального воздействия (провозглашение долга, апеллирование к совести, возбуждение чувства ответственности и т.п.), но и путем инструментального введения экоэтических ценностей в практику повседневной жизни. К таким инструментальным механизмам можно отнести гуманизацию экологического и природоресурсного законодательства, судебные разбирательства, работу этических комитетов, проведение экоэтической экспертизы и экоэтического аудита. Весьма перспективным направлением может стать разработка профессиональной этики для различных групп природопользовате-лей — охотников, лесников, рыбаков и т.п. в отношении природы (3).

Этика охотников в отношении животных и ПРИРОДЫ

В качестве пилотного проекта в марте — апреле 2010 года нами с сопредседателем Международного Социально — Экологического Союза, охотником с большим стажем В.Бринихом в экологических рас-сылках «Грин-Мув», «ENWL», «ДОП— рассыл» была проведена плодотворная дискуссия по разработке охотничьей этики в отношении животных и природы.

Необходимость этого объяснялась следующими причинами:

1. Необоснованно низким в последнее время уровнем морали и экологической просвещенности значительной массы охотников России, Украины, Беларуси, что выражается ими в активной поддержке истребительных методов охоты—весенней охо-


те на птиц, уничтожении волков и других так называемых «вредных» животных при помощи ядов, капканов, мотосредств, зимней охоте на медведей в берлогах и т.п.

Недавно проведенные в Ярославле социологические исследования говорят о том, что в обществе охотники воспринимаются как безответственные, экологически и юридически безграмотные люди, к тому же жестокие и злоупотребляющие спиртными напитками (1). Можно предположить, что если охотники так безответственно будут себя вести и дальше, общество потребует запретить спортивную охоту. Спортивная охота может закрыться и по другой причине — полного истребления дичи охотниками. Охотники должны серьезно осознавать, что они должны или «позеленеть», или исчезнуть.

  1. Гуманизацией охотничьего законодательства Украины, России и Беларуси, которое является одним из самых жестоких и антиэкологических в Европе.
  2. Практическим отсутствием охотничьей этики в отношении животных и природы. Так, в русскоязычном Интернете, несмотря на огромное количество упоминаний «охотничья этика», имеется всего лишь три оригинальных статьи по охотничьей этике, все остальные в основном являются их компеляцией. К этому нужно добавить еще несколько работ, в том числе одну книгу, посвященных охотничьей этике (7,8,9).

Хотя, справедливости ради, необходимо отметить, что они в основном касаются распределения трофеев, отношения охотников друг к другу, охотничьих ритуалов и т.п., а не вопросов отношения к животным и природе в целом. Эти важнейшая часть общей охотничьей этики является «белым пятном», что в первую очередь отражает-


108


2010


тумнжяуный   экологический   жууыл



ся на жестоком, истребительном отношении большинства современных охотников к охотничьей фауне.

Негативную роль в «антивоспитании» современных охотников играют и различные коммерческие охотничьи журналы и некоторые охотничьи сайты, воспитывающие у своих читателей—охотников дух стяжательства и неуважение к законам, а то и самое настоящее браконьерство. В связи с вышеизложенным, разработка охотничьей этики в отношении животных и природы является актуальной задачей специалистов в области экологической этики, экологов, правоведов, активистов природоохранных организаций.

Из ИСТОРИИ РАЗРАБОТКИ  ЭТИКИ В ОТНОШЕНИИ ЖИВОТНЫХ  И ПРИРОДЫ

Важнейший вклад в разработку охотничьей этики в отношении животных и природы внес в начале 20 века выдающийся российский охотовед, орнитолог и природоохранный деятель С. А. Бутурлин.

На Втором Всероссийском съезде охотников в Москве в 1909 г. С. А. Бутурлин выступил с рядом докладов: «К вопросу о вредных животных», «К вопросу о сроках охоты и ловли», в которых впервые в Российской империи предложил и аргументировал ряд важнейших правил охотничьей этики в отношении животных. Во-первых, он выделил истребительные и общеопасные способы охоты и предложил их запретить как опасные и вредные для животных и людей; во-вторых, потребовал минимально сократить список так называемых «вредных» животных, а на оставшихся в списках охотиться только в охотничий сезон, дабы не способствовать браконьерству; в-третьих, высказался категорически против охоты на птиц весной, как расточительной и безрассудной (4,5,6). Прошло сто лет, но некоторые из этих морально-экологических правил охотничьей этики, к сожалению, не поддерживаются большинством охотников до сих пор. После С.А.Бутурлина каких-либо серьезных разработок по охотничьей эти-

ке в отношении животных и природы не предпринималось.

Если охотничья этика С. А. Бутурлина опиралась только на один утилитаристский (компенсационный) принцип постоянного поддержания охотничьих ресурсов, то спустя век, в силу общего морального прогресса отношений человека к животным и природе, следует ввести и другие, более этичные принципы, прежде всего запрет на жестокое обращение с животными и уважения их права на существование. Охотники, как природопользователи, не могут дальше игнорировать эти важнейшие этические моменты.

Если во времена С. А. Бутурлина моральные вопросы запрета жестокости на охоте к животным никто не обсуждал, то сейчас это — веление времени. Охотничья этика не может дальше оставаться такой архаичной и традиционной, какой она является сейчас. Необходимо внести в нее новые принципы и правила, усиливающие гуманность, милосердие, справедливость в отношении к животным и природе.

Охотничья этика в отношении животных и природы — это специальное собрание нравственных критериев и норм поведения, которым охотники следуют на охоте. Она представляет собой следствие внутренних убеждений. Это происходит вследствие собственной совести охотника, а не из страха наказания. Вместе с тем ряд положений охотничьей этики обретает букву закона, превращаясь в юридически обязательные нормы. Охотничья этика отражает уровень культурного развития охоты и охотничьего хозяйства в целом.

Принципы, правила и запреты охотничьей этики в ОТНОШЕНИИ

ЖИВОТНЫХ  И ПРИРОДЫ*

Принципы и правила охотничьей этики в отношении животных и природы гласят, какие общие виды действий охотники мо-

Раздел написан совместно с В. Бринихом.


109


тужлтшуный покоішаш жууыл


ТОМ.  п,   fan.   3   (38)



рально обязаны осуществить или воздержаться от их осуществления.

Принципы — это основные исходные положения любой этики. В отличии от правил, они имеют общий характер и предлагают определенные моральные требования относительно выбора поведения охотника. Правила касаются более частных случаев поведения охотника во время охоты. Запреты имеют узко специализированный характер и обращают внимание охотника на недопустимость неэтичных поступков.

1. Утилитаристский (компенсационный) ПРИНЦИП постоянного

ПОДДЕРЖАНИЯ ОХОТНИЧЬИХ РЕСУРСОВ

Правило 1

Каждый охотник должен быть подлинным хранителем природы и по хозяйски относиться к охотничьим ресурсам и среде их обитания (нужно лично участвовать в биотехнических мероприятиях, охранять природу, бороться с браконьерством, спасать животных, попавших в беду).

Правило 2

Каждый охотпользователь должен изымать не более ежегодного прироста популяции, сохраняя репродуктивное ядро и поддерживая хозяйственно допустимую плотность диких копытных животных в лесных условиях.

Правило 3

Следует соблюдать ограничения сроков, норм и времени охоты, половозрастные и количественные ограничения, направленные на сохранение репродуктивного ядра популяций охотничьих ресурсов.

Правило 4

Следует строжайше соблюдать в лесу правила пожарной безопасности, не рубить дуплистые, фаутные и плодовые деревья, оставлять часть урожая лесных грибов, ягод и орехов для диких животных.

Запреты

1.1. Нельзя охотиться на животных в период зимней спячки, размножения, в том


числе на беременных самок, и в период воспитания потомства и весенних миграций.

1.2.    Нельзя раскапывать, повреждать

или уничтожать другими способами норы,

гнезда, хатки и другие убежища охотничьих

животных, разорять птичьи кладки, соби

рать яйца.

  1. Нельзя охотиться сверх нормы, в начале тока и на токах, где меньше пяти токующих глухарей или тетеревов.
  2. Нельзя мусорить в природе во время охоты.
  3. Нельзя применять на охоте, в том числе при регулировании численности хищных зверей и птиц, общеопасные и истребительные средства — яды и иные химические препараты, взрывчатые вещества, капканы, петли, сети, газы, дым, птичий клей, электронные звуковые устройства и механизированные транспортные средства, истребительные способы (проведение облавных охот «котлом» и «подковой»), фары, приборы ночного видения, накрывание зимующих стадных птиц «шатрами», загон зверей и птиц в «тенета» и т.п.
  4. Нельзя проводить притравку, нагонку, натаску охотничьих собак в охотничьих угодьях вне сроков охоты.

2. Принцип гуманности

и предотвращения жестокого

обращения с животнбіми

Правило 1

Негуманными считаются действия, причиняющие диким животным неоправданные мучения и неудобства, которые могут быть устранены или ослаблены совершенствованием тех или иных технологий, связанных с изъятием животных или воздействием на условия их обитания.

Правило 2

Необходимо добивать подранков, как можно быстрее прекращать их страдания.

Правило 3

Необходимо с уважением относиться к охотничьим собакам и ловчим птицам.


ПО


2010


тумнжяуный   экологический   жууыл



Запреты

  1. Нельзя охотиться на животных, в том числе при регулировании численности хищных зверей и птиц, находящихся в беспомощном состоянии и в бедственном положении на водных переправах, на линных взрослых птиц, на молодняк зверей и птиц, на животных, спасающихся от бури, пожара, снегопада, разлива, снежной лавины, бескормицы, попавших в гололед, наст, глубокий снег, на обмерзших птиц, находящихся в полыньях, находящихся в других случаях чрезвычайной ситуации.
  2. Нельзя использовать животных в качестве живой мишени или живой приманки, если это связано с угрозой их жизни.

3. Принцип допустимого выстрела

Запреты

  1. Нельзя стрелять на дальние и сверхдальние дистанции за пределами надежного выстрела, так как это приводит к большому количеству подранков.
  2. Нельзя охотиться с применением свинцовой дроби.
  3. Нельзя охотиться на нелетающий молодняк (хлопунцов).
  4. Нельзя стрелять в животных ради забавы в качестве мишени при обучении стрельбе или в соревнованиях по стрельбе.
  5. Нельзя стрелять дичь там, где нет возможности ее найти и подобрать.
  6. Нельзя стрелять зайца на лежке или куропаток и тетеревов, убегающих от охотника по земле.
  7. Не допускается стрельба, не целясь, по стае уток или взлетевшему выводку тетеревов.
  8. Нельзя стрелять «старку» (матку), которая обьгано взлетает первой и изображая из себя подранка, всегда старается отвлечь внимание охотника от своих птенцов.
  9. Нельзя стрелять по нечетко видимой цели.

3.10.  Нельзя стрелять по стаям птиц и

другим скоплениям животных.


3.11. Нельзя охотиться при помощи пневматического оружия, нарезных вкладышей.

4. Принцип уважения прав видов диких животнвіх и дикой ПРИРОДВІ

НА СУЩЕСТВОВАНИЕ

Правило 1

Отношение к диким животным должно, по возможности, учитывать их право на существование и бережное отношение к ним.

Правило 2

Каждое хищное животное имеет право на свою долю добычи, и только за это его нельзя истреблять.

Запреты

  1. Нельзя охотиться на диких животных видов, занесенных в Красные книги.
  2. Нельзя охотиться на особо охраняемых природных территориях и в критических местообитаниях редких и исчезающих видов.
  3. Нельзя выплачивать премии и устраивать общественные кампании по регулировании численности хищных зверей и птиц.

Гуманизация охотничьего законодательства

Параллельно с разработкой и популяризацией охотничьей этики в отношении животных и природы должна проводиться гуманизация охотничьего законодательства Украины, России и Беларуси, которое является одним из самых жестоких и антиэкологических в Европе. Многие моральные правила и запреты, предложенные нами в охотничью этику (запрет весенней охоты, запрет зимней охоты на медведей в берлогах, запрет применения капканов, запрет регулирования так называемых «вредных» животных при помощи ядов, капканов, петель, автотранспорта, авиатранспорта и т.п.) должны стать нормой закона.


111


тужлтшуный покоішаш жууыл


ТОМ.  п,   fan.   3   (38)



ЛИТЕРАТУРА

\.АнашкинаЕ.Н., 2009. Современная охота: морально-нравственные аспекты // XXIX Международный конгресс биологов-охотоведов. Сборник материалов. — 4.1. — С. 119.

    • БорейкоВ.Е., 2005. Прорыв в экологическую этику. — К.: КЭКЦ. — 208 с.
    • БорейкоВ.Е., 2009. Механизм реализации экологической этики // Гуманитарный экологический журнал. — В. 1. — С. 26-28.
    • БутурлинС.А., 1911. К вопросу о способах и орудиях охоты и ловли // Труды Второго Всероссийского съезда охотников в Москве (17-25 ноября 1909 г.).— Т. 1-2.— С. 263-271.

    Энвайронментализм, светская вера

    Томас. Р. Данлэп


    Анализ энвайронментализма как религиозного движения требует широкого взгляда на религию, чего-то вроде «Разнообразия религиозного опыта» Томаса Джеймса, где он убеждал, что религия — это «вера в существование невидимого порядка, и в то, что наше высшее благо состоит в том, чтобы гармонически адаптироваться к нему». Религия возникает из «ощущения, что в нас, таких как мы суть, есть нечто неправильное. Решение — это чувство, что мы спасены от этой нашей природной неправильности посредством построения надлежащих связей с высшими силами». С этой точки зрения религия, вытекающая из человеческой потребности придать какой-то смысл своей жизни в этом мире, и верования, давшие ответ на те вопросы, которые были религиозными, хотя они могли быть и не полными (в том смысле, что не давали ответов на все важные вопросы), могли отрицать божества или даже возможность трансцендентальности, могли также полагаться на другие системы, которые тоже именовались религией (например, как американский образ жизни), чтобы дополнить свои кредо. Энвайронментализм тоже попадает в эту категорию. Он описывает людей как один из множества видов в сложных экосистемах Земли, и он рассматривает разрушение природного мира человеком как кризис, который потребовал от нас, чтобы мы изменили свой образ жизни и направили свои усилия не на покорение природы, а на сохранение экосистем, от которых мы всецело зависим. Поступая таким образом, мы бы сохранили Землю и продолжили бы эволюцию жизни на ней. Он базировал свои убеждения на светском

    "¦Сокращенный перевод КЭКЦ. Опубликовано: Environmental Values, 2006. — № 3. — P. 321-330.


    мировоззрении, которое появилось в 17-м веке вместе с современной наукой и эволюционировал в светскую религию по мере того, как наука объясняла все больше и больше природных явлений и действий, а технология делала все менее и менее необходимым обращаться к Божественному вмешательству. Как только стало возможным обходиться верой в полностью материальную вселенную, которую человек мог понять, центр тяжести культуры переместился с откровения к разумному обоснованию. В двадцатом веке большинство образованных людей толковали «религию» как народное верование, суеверие, религиозный предрассудок, или стадию культурного прогресса, которую мы, к счастью, уже оставили позади, — по крайней мере, нечто такое, чего ни один человек с претензией на изощренные знания или опыт не принимал всерьез. Наука стала единственным приемлемым источником понимания и объективных, воспроизводимых данных. Сверхъестественные религии, которые прежде были необходимой опорой цивилизации и основой общества, стали просто личными мнениями.

    Энвайронментализм, построенный на этом фундаменте, который, вопреки горячим декларациям его приверженцев, покоился на вере, поскольку невозможно было далее утверждать, что люди могут понимать вселенную как нечто, созданное белобородым Богом в мантии за шесть двадцати четырех часовых дней, невозможно было далее доказывать, что праведники после смерти будут сидеть на облаках и играть на арфах. Отрицая, что это была вера, современная светская религия стала верой, которая не решалась произнести свое имя, однако ей это не было нужно. Как приемлемое описание мира она избежала скрупулезной проверки. К такому пониманию энвайронментализм добавил взгляды на


    113


    тужлтшуный покоішаш жууыл


    ТОМ.  п,   fan.   3   (38)



    природу Ральфа Уолдо Эмерсона и его учеников и последователей (в частности. Генри Дэвида Торо, Джона Мюра и Джона Бэрроуза), сделав природу частью американской культуры — природа как дверь к высшим реалиям, духовное укрытие и и источник мудрости и то, что американцы положили в основу охраны природы в 1960-е годы. «В дикости находится сохранение мира», — сказал Торо, и Сьерра Клуб украсил этими словами свою эмблему, выпустив религиозные плакаты с рисунком Энсе-ла Адамса. Экология, показывая, как наши ежедневные действия губили природу, подвела научный фундамент под моральный и духовный поиск трансцендентализма и дала людям руководство для формирования их обыденной жизни.

    Политическая программа энвайрон-ментализма началась на этом более глубоком уровне, черпая в нем вдохновение и энергию. Люди читали «Безмолвную весну», потому что в ней было предупреждение — пестициды остаются в наших организмах, и сделали это произведение фундаментом движения, поскольку оно призывало к новым взаимоотношениям человека с природой. Карсон сказала, что «управление природой» было фразой, зачатой в невежестве и высокомерии, родившейся в неандертальский век биологии и философии, когда считалось, что природа существует для удобства человека, и она призывала нас учиться жить совместно и сотрудничать с природой. Энвайронменталисты дорожили лирическими пассажами о жизни земли из книги Олдо Леопольда «Календарь песчаного графства», но сделали ее своим каноном потому, что она призывала нас отбросить роль покорителя природы и занять свое место как простых граждан биотического сообщества. Они сделали своей Библией «этику земли», которая создала моральные рамки отношения людей к земле: «Правильно то, что стремится сохранить целостность, стабильность и красоту биотического сообщества. Обратное -ошибочно». «Маленькое — прекрасно» Е.Ф.Шумахера стало пробным камнем при-


    родоохранной мысли, поскольку в этой работе была построена экономика, отвергавшая мета-экономические основы западного материализма и заменившая цель экономики — вместо «развития» предложила развитие людей. Шумахер воспользовался учением буддизма для того, чтобы сконструировать новую систему, отметив, что «учениями христианства, ислама, иудаизма можно было воспользоваться точно так же, как и любой из великих восточных традиций». Энвайронментализм сделал это и другие произведения видением новой земли, если не новых небес, где люди жили с землею и исцеляли ее, ломая барьеры, отчуждавшие человечество от природы, друг от друга и даже от самих себя. Он выдвинул это видение и предложил цель тем людям, которые отвергли небеса общепринятых религий и отказались от земного рая потребительских товаров. Это глубокое убеждение до сих пор является направляющей силой движения. В середине 80-х годов, когда импульс для политических перемен угас, энвайронменталисты искали «коренную причину» проблем движения и начали все активнее выступать за взаимоотношения между людьми и природой и более крупные цели природоохранных выступлений, чем просто касательно тактики или даже стратегии (хотя и они тоже вызвали горячие споры). С одной стороны, Дэйв Формен отстаивал глубинную экологию, отстаивая интересы природы против призыва Мюррея Бучина к социальной экологии, сосредоточившей свое внимание на интересах человека. Реакция на статью Вильяма Кронона от 1995 года «Волнения вокруг дикой природы» показала, насколько серьезно энвайронменталисты принимали эти вопросы. Предположение Кронона о том, что мы, быть может, обращаем слишком много внимания на «дикую природу», что он назвал «глубоко человеческим построением», в то же время игнорируя природу в нашей обыденной жизни, вызвало бурю критики, два выступления в академи-ческом журнале Environmental History, большую часть журнала Дэйва Формена


    114


    2010


    тумнжяуный   экологический   жууыл



    «Дикая природа» и бесконечные обвинения, продолжающиеся до сих пор капля по капле. Критики заявляли, что он не верит в реальность мира вокруг себя, что он враждебен к дикой природе — внимательное чтение его книги отнюдь не подтверждает таких воззрений автора — и оказывает помощь и поддержку сторонникам развития строительства, но сильнее всего они протестовали против его утверждения, что «дикая природа» есть лишь человеческая конструкция, — идеи, которая не вызвала удивления ни в западной философии, ни в истории охраны природы, где ученые не только отмечали, что «дикая природа» — это не более чем идея, но анализировали ее развитие и изменение с течением времени. Что касается истинной дикой природы — то это не просто имя, данное нами какой-то части земли, но высшая, конечная реальность. Не только энвайронменталисты обрамляли проблемы фундаментальными терминами. Их оппоненты делали то же самое. В то время как поклонники видели в Рэйчел Карсон современную святую, представители Национальной ассоциации сельскохозяйственной химии обвиняли ее в предательстве человечества. Люди, говорили они, должны покорить природу, и современное человечество впишет славную страницу в анналы цивилизации, разрабатывая замечательные химикаты, которые спасают столь многих людей от болезней и огромное количество пищи — от прожорливых орд враждебных нам насекомых. Карсон, заявляли они далее, борется против Прогресса и цивилизации и желает повести нас обратно в пещеры, чтобы мы питались орехами и ягодами и умирали в молодости от болезней. Конечно, определенную роль здесь играли оскорбленная профессиональная гордость и экономические интересы, но не менее важной была глубокая убежденность в том, что разум способен покорить мир нашей воле, и вера что эта борьба — наша судьба как человечества. Спустя десятилетие после «Безмолвной весны» компьютерная модель мировой системы, построенная Римским Клубом —


    «Границы роста», вызвала критику слева, и справа, и из центра. Эта книга была запрещена в Советском Союзе и расследована экспертами Президента Никсона. Автомобильная Корпорация выпустила рекламные объявления, гласившие «рост — это не просто слово из четырех букв». Коммунисты не менее капиталистов верили в Прогресс и триумф технологии. Недавно сторонники общепринятой мудрости приветствовали сначала книгу Грега Истербу-ка «Мгновение на земле», затем Бьерна Ломборга «Энвайронменталист — скептик» как рациональные ответы на эмоциональные предположения энвайронмента-листов, и принимали Ломборга, раскаявшегося энвайронменталиста, обратно в свои ряды с энтузиазмом проповедника, потерявшего, а теперь нашедшего одну из своих овец. Энваиронментализм действительно предложил фундаментаментальный выбор, поскольку «покорить природу» или жить как «простой гражданин биотического сообщества» предполагали совершенно различные способы восприятия вселенной. Первый из этих вариантов отрицал, что люди — часть природы, и считал, что мир — лишь сырье для них. В другом утверждалось, что мир — наш дом и дикая природа обладает ценностями превыше денег или удовлетворения человеческих потребностей. Этот энваиронментализм и анти-энвай-ронментализм, полагавшиеся на одну и ту же современную светскую веру, подняли ставки, поскольку верующие ненавидят еретиков больше, чем неверующих. Неверующие просто отказываются признать правду, в то время как еретики искажают ее. Энвайронменталисты чувствовали, что их оппоненты поклоняются дискредитированным идолам Человек-Завоеватель и Валовой Национальный Продукт, отказываясь замечать суждение науки о том, что мы должны жить в ладу с природой, если хотим выжить, а анти-нвайронменталисты считали разговоры о пределах и зависимости от природы предательством человеческого удела покорить природу (а в еще более оптимистических вариантах — галак-


    115


    тужлтшуный покоішаш жууыл


    ТОМ.  п,   fan.   3   (38)



    тику), считая Зеленых сторонниками новой языческой веры, которые ненавидят людей и поклоняются деревьям.

    Энваиронментализм процветал, несмотря на свои взгляды, отрицающие Американский Образ Жизни, потому что он предлагал людям возможность понять и атаковать проблемы, существовавшие вокруг них, и потому что он замечал потребности, которые мирская вера игнорировала. Он показывал вещи такими же разнообразными, как и исчезающая дикая природа, а отчуждение от нее современного общества — как симптом более глубокого, духовного заболевания — нашей неспособности жить в правильных взаимоотношениях с миром вокруг нас. Он предлагал (в те первые годы, пожалуй, со слишком горячим энтузиазмом) «плач Иеремии» — сетования, предупреждающие о грядущих катастрофах, если мы будем продолжать идти нашим греховным путем, указывал путь к праведности, и обещал нам Земной рай, если мы сумеем реформировать наши земные пути — и рассказывал нам, как нам следует жить. Так же, как и у общепринятой религиозной традиции, которая указывала путь к святости, предлагая утешение массам и держа открытой дверь для кающегося грешника, у него были пути деятельности для всех. Он предлагал преданность биорегионализму, жизнь на земле, изучая ее способности и строя сообщество, которое объединит людей с природой и исцелит их. Он посылал эти призывы к немедленной, полной приверженности, чтобы защитить дикую природу, даже если при этом можно было заработать корону мученика, и рассказывал заинтересованным, но осторожным или консервативным, что нужно развивать программы рециркуляции отходов, покупать «зеленые» продукты, вкладывать деньги в «зеленые» пенсионные фонды.

    Кроме того, энваиронментализм удовлетворял те потребности, которые традиционная вера не удовлетворяла. Американский Образ Жизни акцентировал внимание на индивидуальной независимос-


    ти, силе и самореализации посредством накопления, но не говорил ничего или почти ничего о глубинной жажде людей принадлежать к какому-либо сообществу и иметь в нем свое место, их страсть делать что-нибудь более значительное, чем они сами, ради чего они могли бы трудиться, и их горячее желание чувствовать, что каким-то образом они смогут пережить свою смерть. Тем, кто искал себе сообщество и свое место в нем, он говорил о новом определении сообщества, которое будет включать и землю, и жизни, посвященные исцелению этого более обширного сообщества. Тем, кто стремился к преданности и действию, он нашел великое дело спасения планеты, нашего вида и текущего процесса эволюции. Светская вера игнорировала возможность жизни после смерти, недостаток, который вызывал тревогу даже такого воинствующего атеиста как Джордж Оруэлл, считавшего вырождение веры в бессмертие «главной проблемой нашего времени», «не менее важной, чем развитие машинной цивилизации», заявляя, что «утрата этой веры оставила огромную дыру, и... мы должны принять во внимание этот факт». Энваиронментализм не говорил о личном бессмертии, а интерпретировал его в экологическом смысле как о принятом виртуально, включая наши тела в круговорот жизни после смерти. То, что мы возвращаемся в землю после смерти, известно каждому, даже если этот каждый отрицает чрезвычайную важность этого факта, и романтизм находил в этом цикле вечное бессмертие. Ищите меня, говорил Уитмен, под подошвами своих сапог, а Робинсон Джефферс и Эдвард Эбби рассказывали о том, как мы переходим в жизнь соколов или рысей. Экология давала это новое значение, и энвайронменталисты внесли некий ритуальный смысл акту возвращения нашего фосфора в планетарный фонд. Пепел людей развивался в национальных парках или в дикой природе, или их хоронили экологически безопасным образом, не применяя бальзамирующих жидкостей


    116


    2010


    тумнжяуный   экологический   жууыл



    и других веществ, ядовитых для окружающей среды.

    В то время как энвайронментализм черпал силу в своих религиозных основах, энвайронменталисты не заметили, что использовали для своих целей термины, создававшие препятствия. Видя в своих действиях высшую, вселенскую важность, но отрицая свои религиозные взгляды, они следовали ошибочным курсом. К примеру, они отвергали традиционную веру в то, что все ценности можно свести к доллару, настаивая на том, что дикая природа — превыше любой цены, но затруднялись назвать или определить, в чем же состоит ее ценность. В одном сборнике работ о дикой природе содержалось около тридцати ее обоснований; планы сохранения дикой природы основывались на чем угодно — от устранения ее коммерческой цены до капитализации на ней; и призывы к охране дикой природы наваливали один аргумент на другой, очевидно, надеясь на то, что, если этот не убедит читателей, то окажется убедительным следующий. Поскольку первая статья современной светской веры заявляла, что это не вера, а понимание мира, основанного на разуме и наблюдениях, энвайронменталисты использовали науку для целей, которым она не могла служить. Экология могла назвать исчезающие виды, сказать, что мы должны делать, если хотим их спасти, однако не могла объяснить, почему мы должны этого хотеть. У активистов Гринпис, проскакивавших на своих судах между китами и китобойными судами, и участников «Земли — прежде всего!», рисковавших попасть в тюрьму за шипованне деревьев и призывавших к чему-то, что было выше науки, могли найти общие объяснение своих действий лишь в эстетике и борьбе с насилием. Люди, обращавшиеся к этике земли, сталкивались с той же проблемой, поскольку, если экология и могла измерить изменения, вносимые людьми в мировые экосистемы, она не могла сказать, были ли сложность и стабильность, больше или меньше красоты хорошими или желательными целями для экосистем. Соз-


    давая фундаментальные верования, но, отказываясь признать их таковыми, энвайронменталисты создавали противоречия и белые пятна. Наиболее очевидные проблемы состояли в защите дикой природы и кампании за «зеленое» потребление, но представление энвайронменталистов о хорошей жизни предполагало и другие, и трудности сопоставления этики земли и Американского Мечты явно указывали на более глубинные вопросы, которые движению следовало разработать.

    Эвайронментализм дал новое определение дикой природе, которую романтическая охрана природы определяла в терминах эстетической красоты и первопоселенцев Америки как землю, на которой природные системы работали так, как им и следовало, не поврежденные индустриальной цивилизацией. Однако такое представление определяло дикую природу как священное место, спасение от общества и открытие входа в высшую реальность и смысл. Он сделал защиту дикой природы, в частности, первичные леса, священным долгом. Его активисты блокировали дороги, ложились перед бульдозерами, забивали шипы в деревья, выводили из строя строительное оборудование, жили в лагерях среди лесов секвойи, чтобы спасти их от цепных пил. Они делали все это, поскольку видели дикую природу как реальность. Так же, как христиане-фундаменталисты отказывались считать Библию просто «набором текстов, написанных в разное время в рамках определенных культур», они помещали дикую природу вне исторического и культурного контекста, и как библейские буквалисты, убежденные, что эта книга обращена к каждому, кто приходит к ней с открытым сердцем, были уверены, что дикая природа содержит проповедь для всех. Они не призывали неграмотных к пониманию того, что разрушает учение мудрых, но рассматривали дикую природу как высшую реальность — нечто, чего нельзя проанализировать, но нужно испытать. Это прекратило анализ и сделало академические дискуссии (как в книге Кронона «Волнения вокруг ди-


    117


    кой природы») в лучшем случае неуместными, в худшем — нечестивым умственным вмешательством, лежащим выше нашего понимания — позицией, противоречащей вере энвайронменталистов в разум, направляющий нас к политике, которая спасет планету, но при этом глубоко утешительной.

    Противоречия «зеленого» потребительства показали проблемы работы в самой системе его условий и терминов. С конца 1960-х годов энвайронменталисты доказывали, что сила потребительского выбора — это оружие против потребительского общества, и заполняли колонки газет и журналов аргументами, основанными на логике, цифрах и рвении, вполне достойных средневековых споров об ангелах, танцующих на острие булавки, относительно количества энергии, потребляемого для производства хлопчатобумажных рубашек, которые еще нужно прогладить, по сравнению с теми, которые гладить не нужно, поскольку они изготовлены из синтетических волокон, или об экологических преимуществах тканевых подгузников перед одноразовыми памперсами. Однако обе стороны соглашались с тем положением, что индивидуальный выбор может изменить экономику и общество, и движение продолжало работать на основании этого положения. «Зеленые» руководства процветали, и экологические журналы помещали живые зеленые колонки, в которых обсуждались этика и стоимость наших обыденных решений от тканевых сумок для покупок вместо пластиковых пакетов до путешествий самолетами. Лишь немногие задавали вопрос, можем ли мы спасти планету своим участием, каким бы заботливым и осторожным оно ни было, в системе, измеряющей счастье количеством товара, сводящей все ценности к единственной — деньгам, и рассматривающей природу исключительно как источник сырья. И еще меньшее количество людей замечало, что страсти вокруг «зеленого консью-меризма» сильно напоминали усилия пер-фекционистов христианской мысли, кото-


    рые верили в то, что человек может вести чистую, незапятнанную жизнь, незагрязненную мирской коррупцией, и акцент протестантов на личном спасении. И почти никто не тревожился о том, как же индивидуальные действия удовлетворят движение, подчеркивающее, что обязательное участие каждого человека в жизни мира и здоровье сообщества гораздо важнее, чем добродетельность отдельной личности.

    Эти сомнения пролили свет на поиск энвайронменталистами правильной жизни, ограниченной невозможным идеалом биорегионализма и отнюдь не безграничными возможностями «зеленого консьюме-ризма», гораздо больше связанного с настоящим, чем с новым будущим. Жизнь активистов заложила основания нового общества, однако ничего не сказала о том, что для него потребуется, в то время как «зеленый потребитель» жил, как всегда, в установленном порядке. Биорегионалисты вели новый образ жизни, но он не годился для широких масс, поскольку многие люди переезжали в сельскую местность, желая превратить ее в пригород. В своей книге «Надежда, человек и дикая природа» Билл Мак Киббен спрашивал, какую работу и вознаграждение за нее предложит экологическое общество, какое удовлетворение сможем мы найти вместо предлагаемого рынком, и не нашел ответа в экологических произведениях. Возможно, энвайрон-менталистам еще придется разработать эту «правильную, хорошую» жизнь путем проб и ошибок, но даже это требует ясного направления и стандарта, чтобы оценивать результаты экспериментов, — чего-то большего, чем устремление и тривиальные заявления. Исследования его оснований в вере, по крайней мере, приведет к этим самым основаниям.

    Серьезное внимание к его базовым убеждениям о людях, мире и связям людей с природой позволят энвайронменталистам увидеть, как сильно они противоречат американским ортодоксальным светским взглядам, о чем следовало бы говорить с большинством американцев и на основа-


    118


    2010


    тумнжяуный   экологический   жууыл



    нии чего разработать последовательный, устойчивый стандарт для движения. К примеру, энвайронменталисты часто с благоговением цитируют этику земли Олдо Леопольда и видят в ней руководство для наших политиков и даже для нашей жизни, однако этика земли очень глубоко отвергает общепринятые ценности. Традиционный взгляд рассматривал свободу в терминах власти формировать мир, а общество — как творение автономных индивидуумов, подчинявших часть своей свободы благу объединения, в то время как этика земли видит мир, в котором каждый связан со всем, что делает автономию и свободу в обычном смысле этих слов невозможными и, пожалуй, разрушительными мечтами. Он считал индивидуума в определенном смысле созданным системой, а не наоборот, и ставил на первое место здоровье сообщества, а не самореализацию отдельной личности. Энвайронменталистам необходимы определения таких коренных американских концепций как свобода, автономия и самореализация, которые учитывали бы их убеждения и взгляды на общество, а также на индивидуума, воплощающего экологические реалии. Однако постепенно они стали воздерживаться от этих тем, зачастую принимая американскую ортодоксальность, находя свободу в дикой природе, где нет человеческих ограничений, и подчеркивая, что индивидуальные действия спасут планету.

    Найти новые определения для старых понятий будет нелегко, поскольку американская ортодоксальность мечет анафемы коммунизма и анти-американизма на любое утверждение, что мир живет свободой, а не добровольным сотрудничеством, а энвайронменталисты, так же как и их


    оппоненты, живут в рамках американских ценностей. И все же энвайронменталистам нужны новые определения, — ведь они не могут бесконечно поддерживать устойчивое движение с глубокими противоречиями между принципами и (часто неосознанно) практикой, гораздо меньше работать для общества, основанного на взаимозависимости, придерживаясь при этом идей автономного индивидуализма. Общепринятые религиозные традиции предлагали пути для размышлений, если не готовые решения для принятия, поскольку за века они выработали широкое разнообразие сбалансированных конкурирующих заявлений об индивидууме и сообществе. Однако энвайронменталисты нашли язык и концепции религии незнакомыми и неудобными, и за немногими исключениями использовали только восточные традиции — достаточно далекие от западной культуры, чтобы не казаться «религиозными». «Им нужно преодолеть этот предрассудок, хотя бы на перспективу, поскольку они уже приняли по умолчанию так много идей радикального индивидуализма и личного спасения из протестантизма. Политически это движение в последние двадцать лет практически остановилось, — его самый очевидный текущий спор касается предполагаемой «смерти энвайронмента-лизма». Преданность, приверженность, энтузиазм, романтизм 19-го века, ностальгия по исчезающей дикой Америке и экология сделали все, что могли. Для прогресса может стать необходимым сознательное признание и тщательное исследование корней энвайронментализма в светской вере и традиционной религии. В любом случае, никогда не вредно знать, где ты стоишь и во что веришь.


    119


    АНТИРЕКЛАМА

    ЧерНЫЙ СПИСОК ТрофеЙНЫХ убИЙЦ (дополнение)


    Россия

    1. Борис Грызлов — спикер Госдумы России. Любимое занятие — охота. Среди его телохранителей есть охотники и знатоки оружия. Принимал участие в браконьерской охоте в Каратошско-Инейском заказнике (Хакасия).
    2. Геннадий Райков — депутат Госдумы. «Охотники обладают способностью прививать любовь к этому занятию другим. Лично я втянул в это дело не меньше десяти человек, которые раньше и курицу не могли прирезать. Самая моя большая добыча — два лося за один заход».
    3. Павел Астахов — адвокат: «На охоте бываю регулярно и люблю ее даже не с детства, а с того момента, как себя помню. За пределами России планирую съездить поохотиться на антилоп и львов в Африку, в Танзанию. В России обычно езжу в Тверскую или Смоленскую область. В Тверской области — лесная сторожка, знакомый егерь и зверь у него прикормленный, «на веревочке».
    4. Юрий Трутнев, министр природных ресурсов. Будучи губернатором Пермской области на вопрос «На охоту собираетесь?» ответил: «Обязательно поеду. Причем делаю это не из желания заготовить мясо, а поскольку ценю общение с природой. Это лучший способ восстановить истощенное городской суетой душевное равновесие. Еще я приезжаю на охоту, чтобы пообщаться с людьми добрыми и честными. В этот сезон поеду охотиться на лосей и на кабанов, потому что считаю, что со свинством надо бороться».

    5.   Алексей Гордеев — экс-министр

    сельского хозяйства. Предпочитает убивать

    *Начало — ГЭЖ №1, 2007. Подготовлено центром защиты прав животных «Вита», Москва.


    кабанов. Геннадий Ходырев, зная, что Алексей Гордеев любит охотиться, преподнес ему подарочное издание книги «Великокняжеская охота на Руси». Радетель превращения России в вотчину т.н. «охотничьего туризма» для заезжих убийц животных. Прямая речь: «Нужно вернуть России престиж мировой охотничьей державы». Озадачен «пропагандой охоты как активного вида отдыха, и обеспечением граждан — охотников и членов их семей этим отдыхом».

    6. Михаил Прусак — секретарь регио

    нального политсовета партии «Единая Рос

    сия», губернатор Новгородской области.

    Из своего карабина Михаил Прусак зава

    лил немало зверья. На проведение выстав

    ки охотничьих трофеев выделил из резерв

    ного (!) фонда области 150 тыс. рублей. Сов

    местно с Борисом Ельциным браконьерс

    ки убили лося.

    Вопрос: «Охота как-то влияет на Вашу работу?»

    Ответ: «Только помогает. На природе я расслабляюсь, голова очищается от проблем».

    1. Вячеслав Позгалев — губернатор Вологодской области. «В среднем у меня получается около шестидесяти выездов в год. Так как работы очень много, а свободного времени мало, то большинство моих выездов на охоту непродолжительны по времени...». Как-то с Никитой Михалковым убили медведицу с годовалым медвежонком в берлоге.
    2. Николай Харитонов — депутат Госдумы, заядлый охотник: «Какое чудесное лицо у охотника — он не прячась, открыто идет по лесу. Красивая картина!».
    3. Сергей Ковалев — правозащитник: «Мне скажут: ты же не для пропитания своего охотишься, а для удовлетворения азарта. Это правда, и я нисколько этого не стыжусь. То, что очень часто критики охоты

    120


    2010


    тумнжяуный   экологический   жууыл



    вспоминают о правах животных — либо ханжество, либо глупость. Никаких прав у животных нет и быть не может, потому что главная характеристика права—равноправие. А ведь и вошь — животное, и глисты, которых мы гоним, и комары, которых бьем, и теленок, которого едим. Так что давайте будем несомненно нравственны внутри своего вида, и этого достаточно», (прим. ред.: Нацистские пропагандисты, рабовладельцы и пр. эксплуататоры заявляли об отсутствии прав у негров, женщин, детей, евреев и др. т.н. «неполноценных» наций.

    1. Анатолий Банных—представитель республики Алтай при правительстве России, вице-премьер республики Алтай, браконьер. В начале января 2009 г. организовал в Кош-Агачском госзаказнике Алтая браконьерскую охоту с вертолета компании «Газпромавиа» на занесенного в Красную книгу России горного барана (горный баран — архар или аргали). Охота на него в России запрещена с 1934 г. В браконьерстве также участвовали: представитель Президента Российской Федерации Д. Медведева в Госдуме России Александр Косоп-кин, председатель Комитета по охране, использованию и воспроизводству объектов животного мира Республики Алтай Виктор Каймин, член экспортного совета комитета Госдумы России по экономической политике и предпринимательству Н. Капранов и еще 7 человек. Во время браконьерской охоты было убито 4 краснокнижных архара. Затем вертолет потерпел аварию, в результате которой погиб А. Ко-сопкин и еще шесть участников браконьерского рейда. Чудом уцелевший Банных признался в незаконной охоте и подал в отставку.
    2. Виктор Каймин — глава Комитета по охране, использованию и воспроизводству объектов животного мира республики Алтай (в просторечье «охотуправле-ние»), браконьер, организатор и участник разбойных рейдов vip-убийц животных. Постоянно организовывал браконьерскую

    охоту для своих начальников — Саурина и Ястржембского в Шавлинском заказнике, Алтай. Одна из «царских охот» окончилась гибелью 7 участников браконьерского рейда, разбившихся на вертолете компании «Газпромавиа».

    12.   Николай Капранов — главный

    эксперт объединенного экспертного сове

    та комитета Госдумы РФ по экономичес

    кой политике и предпринимательству, Мос

    ква, браконьер. Известность приобрел бла

    годаря участию в одной из «царских охот»

    2009 года на Алтае, ставшей доступной

    общественности благодаря крушению вер

    толета компании «Газпромавиа», которое

    повлекло гибель 7 участников браконьерс

    кого рейда.

    13. Сергей Лишними — сотрудник аппа

    рата Госдумы РФ, браконьер. Известность

    приобрел благодаря участию в одной из

    «царских охот» 2009 г. на Алтае, ставшей

    доступной общественности благодаря кру

    шению вертолета компании «Газпрома

    виа», которое повлекло гибель 7 участни

    ков браконьерского рейда.

    14.  Олег Кожемяко — губернатор

    Амурской области, охотник.

    1. Наталья Комарова — губернатор Ханты-Мансийского автономного округа (с 2010 года), на посту председателя Комитета Госдумы по природным ресурсам, природопользованию и экологии (2008 — 2010) возражала против запрета бойни бельков), явилась инициатором снятия с рассмотрения Закона «О защите животных от жестокого обращения», но взамен его — соавтором варварского закона об убийстве — «Об охоте», способствующей криминализации, коррупции и браконьерству. В интервью НТВ сказала примерно следующее: «А Вам бы понравилось, если бы у Вас на охоте егерь спрашивал Вашу лицензию на охоту и разрешение на оружие? Наверное нет».
    2. Михаил Шуфутинский — шансонье, убийца животных на досуге.

    121


    тужлтшуный покоішаш жууыл


    ТОМ.  п,   fan.   3   (38)



    17. Андрей Соколов — актер, браконьер, испытывает счастье от убийства животных: «Самая большая моя любовь — охота. В 17 лет я отправился на БАМ, чтобы заработать на первую машину —»Жигули» канареечного цвета. Места там шикарные — в достатке глухари, рябчики. И я пропал, просто влюбился в охоту! Только здесь испытываешь настоящее единение с природой, какую-то первобытность».

    «На охоте наступает полное расслабление. Там как в бане: нет ни чинов, ни регалий. Только свобода и счастье».

    «Добычу я разделываю сам. Если нужно, могу добить жертву, например живучего кабана».

    «Ходили на медведя: тащились за приключением тысячи километров на машине через буреломы. Когда с кольями и ружьями подобрались к берлоге, нас колотило — выброс адреналина был такой, что хватит до конца жизни. Правда берлога оказалась пустой. После того как охота на спящего медведя не состоялась, мы решили снять возбуждение и нахрюкались до соплей». (Прим. редактора: Признание в участии в одном из самых подлых видов охот — на берлоге. Охотники уничтожают в берлоге всех — медведицу и медвежат).

    «С медведем я сталкивался не раз. Как-то поехали мы всемером на медведя на шишиге (грузовик ГАЗ-66 — прим.). Прямо с борта отстреляли зверя — он лежит, не шевелится: каждый из нас по целому магазину патронов разрядил. Слезли с машины и двинулись к туше, никто даже не подумал перезарядиться, были уверены, что все шито-крыто. А медведь встал! Мы как тараканы бросились в разные стороны». (Прим. ред.: Признание в браконьерстве — охота с помощью транспортных средств запрещена, нарушение правил «настоящей охоты» — оставить подранка).

    «И все-таки однажды мы медведя взяли! У зверя под глазом пуля, в челюсти, в позвоночнике — тоже, и ничего: поймали еще живого. У медведя вкусное мясо — сладкое. Котлеты и консервы из медведя я уважаю. Кстати, я пробовал всех, кого ло-


    вил: кабанов, зайчиков, рябчиков, тетеревов, уток, даже ядовитых змей. Мы ловили их в Узбекистане на съемках фильма «Близнецы» и варили супчик, похожий на уху. Вкусно...».

    Соколов вел ТВ-программу «Только для мужчин» (ТВЦ), но на передаче об охоте молчал, когда приглашенный на программу Артемий Троицкий высказался со всей прямотой об охотниках.

    18. Владимир Лисин — олигарх, пред

    седатель совета директоров Новолипецко

    го металлургического комбината, прези

    дент Стрелкового союза России, охотник—

    убийца животных. Купил поместье в Шот

    ландии, где он сможет охотиться на куро

    паток и оленей.

    19.   Петр Авен — банкир, владелец

    «Альфа-Групп», является одним из влия

    тельнейших бизнесменов России, охотник

    —убийца животных. Петр Авен: «Нищета

    — не наша забота!» Богатые нравственнее

    бедных хотя бы потому, что они могут се

    бе позволить больше. Они свободнее в пос

    тупках».

    20. Михаил Фридман — банкир, владе

    лец «Альфа-Групп», является одним из

    влиятельнейших директоров ТНК-ВР, охот

    ник —убийца животных.

    1. Герман Хан — банкир, крупный акционер Альфа-Групп. Исполнительный директор ТНК-ВР, охотник — убийца животных.
    2. Виктор Вексельберг — банкир, председатель совета директоров ЗАО «Ре-нова». Совладелец ТНК-ВР, охотник — убийца животных.
    3. Илья Михальчук — губернатор Архангельской области, экс-мэр Якутска, охотник—убийца животных. В конце февраля прошлого года в Интернете появились фотографии, на которых человек, похожий на губернатора Архангельской области, а в прошлом мэра Якутска Илью Михальчу-ка, держит за рога убитого в Якутии снежного барана чубуку, занесенного в Крас-

    122


    2010


    тумнжяуный   экологический   жууыл



    ную книгу России. На снимке шесть убитых животных и шестеро охотников — чиновников. Всего в Якутии насчитывается 400-500 голов чубуку. На требование местных защитников природы возбудить уголовное дело против браконьеров, прокуратура ответила отказом.

    1. Михаил Пореченков—актер, охотник—убийца животных. Пореченков: «Заглядывая в глаза (своей жертве — прим. ред.), не видел я там особо агонизирующих каких-то...даже заяц был кошмарен (смех)».
    2. Александр Валуев — боксер-тяжеловес, охотник — убийца животных, во время съемок документального фильма о

    себе выиграл «смертельную схватку» у косули.

      • Андрей Губин — певец — романтик 90-х, охотник—убийца животных.
      • Игорь Есиповский — российский государственный деятель, депутат Государственной Думы 5-го созыва (с декабря 2007г.), губернатор Иркутской области, охотник — убийца животных. Погиб при крушении вертолета 10 мая 2009 года на браконьерской охоте. Маршрут вертолета, на котором летел губернатор, не был зарегистрирован. Иркутский губернатор Игорь Есиповский, погибший в авиакатастрофе, охотился в тот момент на медведей.

      Стихи о дикой природе

      Виктор Федорчук


      В ЛЕСУ

      Шум сосновый здесь тише, Чем  молчание  вод, Только б это и слышать, Да душа не дает.

      Вечной хвойною нитью Здесь скреплялись века. Только лес и ценить  бы, Да земля велика.

      Здешний лес — для молитвы, А не  только для дров. Только Богом и жить  бы, Да никто не готов.


      Нет  доброты?  И  нет  побед Душевного  тепла?

      Что ж, там, где нас почти что нет, Пусть нет добра, а только свет, Но нет тогда — и зла.

      Там  беспечальна  череда Естественных  смертей, И вечен этот мир тогда — Круговорот   вещей.

      А мы  свободной жизни ход Покинули в свой час, И значит нас иное ждет — Родиться только раз.



      Земной  природы   безыдейный  ход Нам дан не в образец, а в утешенье: Не ведомо, куда нас приведет Текучей  жизни  продолженье.

      И пусть недавно мы наделены

      Тем, что бывает сходно с разуменьем,

      Мы не сильнее северной весны

      И не добрее братьев наших меньших.

      Но может быть наш человечий род Не  совершит ошибок прошлых снова, И не исчезнет вольной жизни ход На  берегах  Совсем  Иного.

      Нет разума? Ну что ж! И пусть: Тогда и горя тоже нет, А опыт, выученный наизусть, — Достойный разума ответ.

      Нет наших чувств? Ну что ж! И пусть:

      Простые звук и цвет

      Зато не возбуждают грусть

      О том, что есть Тот свет.

      * Опубликовано: В. Федорчук, 2007. После зимы. — Спб.: ИздательствоПолитехничес-кого института.


      У ПОРОГА

      Андрюше

      Еще в душе твоей — лишь свет.

      Ты в той стране неуловимой,

      Где неизбежной смерти нет,

      Добро и зло — неразличимы,

      Где нагота твоя чиста,

      А время — будто штиль на море...

      Благословенные   места!

      Ты их покинешь, мальчик, вскоре.

      Еще себя не знаешь ты,

      И жить поэтому не горько.

      Что есть прекрасней простоты!?

      Вот   только,   только...

      Тебе придется сделать шаг

      Туда, где жизнь уже не праздна,

      Где разум — друг и он же — враг...

      Ты вырос, мальчик,

      Здравствуй,здравствуй!

      Иди, веселый мой, сюда.

      Не говорю: «Останься прежним» —

      Здесь все другое, здесь всегда

      Душа и  тело под  одеждой.

      Здесь на вопросы: «А зачем?»

      Не  будет верного ответа,

      Здесь ты не вспомнишь свой эдем,

      А вспомнишь только

      радость света.


      124


      2010


      тумнжяуный   экологический   жууыл


      СОДЕРЖАНИЕ


      ПРАКТИКА      ПРИРОДООХРАНЫ


      РАДИКАЛЬНАЯ       ПРИРОДООХРАНА



      44

      46

      46

      53

      В.Е. Борейко

      Охрана вековых деревьев

      Приложение 1

      Твое дерево (детская игра)

      Приложение 2 Выставка «Дерево года»

      Приложение 3

      Традиция «Одевание дерева»

      Приложение 4 Владислав Шафер

      Деревья — наши памятники

      ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ      ПРАВО

      ВА Бриних

      Открытое письмо Министру МПР Ю.П. Трутневу о гуманизации охотничьего законодательства

      В.Е. Борейко

      Жестокость кживотным

      и Административный кодекс Украины

      В защиту серых ворон


      75 84

      87

      РЕТА—Люди — за этичное 1     обращение с животными Морские пастухи

      43    Фронт освобождения Земли

      СОВРЕМЕННАЯ    ИДЕЯ    ДИКОЙ    ПРИРОДЫ

      Б. Калликотт

      Какая «дикая природа» может быть в пограничных экосистемах?

      97

      ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ     ЭТИКА

      В. Борейко

      Охотничья этика отношения кживотным и природе: опыт разработки

      108

      49

      ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ      ТЕОЛОГИЯ

      Томас. Р. Данлэп

      113

      Энвайронментализм, 52    светская вера

      АНТИРЕКЛАМА



      ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ      КУЛЬТУРОЛОГИЯ

      Левиз Хинчмен, Сандра Хинчмен

      Чем мы обязаны романтикам

      Тим Партридж

      Мифыотиссах


      54


      Черный списоктрофейных убийц (дополнение)

      ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ     УГОЛОК

      Виктор Федорчук

      Стихи о дикой природе


       



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.