WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 14 |

Белорусские реформы трудно назвать реформами. По-видимому, это пример того, что и как делать не нужно. В части денежной политики власти Белоруссии первоначально пошли по стопам Украины. Были введены талоны, как приложение к деньгам, таким образом пытались решить проблему дефицита продовольствия. Естественно, что успеха это не принесло. Потом были выпущены расчетные национальные билеты, ходившие наряду с Российской валютой. По ним планировалось продавать продовольствие, а все остальные товары за российскую валюту. Это был переходный этап становления белорусской валюты, очень сильно затянувшийся и только в 1994 г. расчетные билеты были объявлены национальной валютой. К тому времени российский рубль был практически вытеснен с рынка. В 1995 г. курс доллара в Белоруссии вырос с 10 тыс. до 11 тыс. 500. Повышение процентной ставки и удержание курса привело к каким-то признакам стабилизации, хотя это не было дополнено никакими структурными реформами. Практически та программа стабилизации, которая была предложена А.Лукашенко и утверждена Верховным советом, выполнена только в области денежной политики и то неполностью. В 1996 г, когда национальный банк возглавила г.Линникова, была резко увеличена эмиссия при административном удержании курса доллара. По примеру России был введен валютный коридор, но в совершенно иных условиях, что привело к появлению двух курсов национальной валюты. Курс наличной валюты был более менее свободным, курс безналичной валюты устанавливался гораздо ниже. К началу января этого года сложилась такая ситуация - курс наличной валюты превышал 20 тыс. белорусских рублей за доллар, в то время как курс безналичной составлял 15 тысяч. Это было огромным ударом сначала по экспортерам, потом по импортерам и по всей экономике, так как некоторые фирмы, приближенные к администрации, могли покупать эти доллары за 10 тыс., а некоторые и за 30 тыс. не могли купить. В этот момент был совершен еще один беспрецедентный шаг - была национализирована межбанковская валютная биржа, которая являлась акционерным обществом, в свое время созданное коммерческими банками. Директор был уволен, назначен новый - обычная практика нашего Президента. В середине января наличный курс доллара составил около 30 тыс. белорусских рублей, и в этот момент Президент приказал резко понизить курс, и на следующий день он стал 22,5 тыс. Одновременно курс несколько снизился и у финансовых компаний, с 32 тыс. до 27 тыс. бел. рублей за доллар.

Еще несколько слов о том, как шла приватизация в Белоруссии. Первый этап шел через аренду предприятий и позволил приватизировать несколько десятков предприятий, которые сейчас довольно неплохо работают, несмотря на все трудности в экономике. Второй этап - чековая приватизация - практически заблокирован. Было создано несколько специальных приватизационных фондов, которые с большим трудом разворачивали свою работу. И как только несколько очень интересных предприятий были проданы на чековых аукционах, Президент отменил результаты этих аукционов, расформировал некоторые фонды, заморозил счета и объявил, что начнет приватизацию точечно, с особого разрешения Президента по каждому конкретному объекту. Практически чековые инвестиционные фонды не работают, хотя формально существуют. чековая приватизация не проводится, хотя под давлением предпринимателей на 1996 г. Президентом подписана программа приватизации.

Государственные предприятия превращаются в акционерные общества с почти полным контрольным пакетом государства и вряд ли какие-то серьезные изменения от этого могут произойти. Денежная приватизация фактически не наступила, кроме малой приватизации, которая довольно интенсивна проходит только в 3 городах: Бресте, Гродно и Минске. Малая приватизация проводится с помощью международной финансовой корпорации, но сегодня уже довольно поздно этим заниматься, так как частные магазины, которые сразу создавались как частные, превышают объем торговли вновь приватизированных.

Несколько слов об экономическом законодательстве. Во-первых, оно плохого качества и несистемно из-за того, что парламент, который принимал эти законы, состоял из людей, которые не желали проводить реформы. И только благодаря тому, что что-то удалось списать из бывшего союзного законодательства, что-то из российского, были заложены основы для экономических реформ. Во-вторых, экономические законы не выполнялись по политическим мотивам. Правительство А.Лукашенко все заблокировало. Очень большую опасность представляют откровенные нарушения экономического законодательства, которые полностью связаны с той легкостью, с какой Президент решает экономические вопросы.

6 февраля прошлого года Президент потребовал прекратить регистрацию новых предприятий. Эта ситуация продолжалась несколько месяцев, сейчас идет перерегистрация. Формальным основание для допуска к перерегистрации являются уплата налогов, прибыльность, деятельность в социальной области, а на самом деле критерием является хорошее отношение с местной администрацией. Естественно это не только подрывает экономику, но и плодит коррупцию. Нужно сказать о неэффективности нашего хозяйственного суда и хозяйственного процессуального кодекса. Хозяйственный суд, бывший арбитражный, имеет свой процессуальный кодекс, согласно которому спорные решения во второй инстанции пересматриваются единолично судьей, что приводит к массе нарушений и росту коррупции.

А. Конопляник

исполнительный директор Российского банка реконструкции и развития

Очевидно, что остановить экономический спад и перейти к фазе экономического роста можно только за счет осуществления всего спектра возможностей по привлечению инвестиций с внутреннего и внешнего рынка. Однако из трех существующих способов привлечения инвестиций (упрощенно: "под страну" - дефицитное финансирование, "под корпорацию" - корпоративное финансирование, "под проект" - проектное финансирование), Россия до недавних пор работала только на основе дефицитного финансирования (под суверенную гарантию принимающей страны). Корпоративное и проектное финансирование оставались для нее недоступными как в силу некорпоративной структуры российской экономики, так и вследствие неразвитости или полного отсутствия соответствующих разделов в отечественном законодательстве.

Приватизационные процессы положили начало формированию российского фондового рынка. "Программа приватизации" и подготавливаемые в ее развитие правовые нормативные документы образуют правовую базу передачи приватизируемого государственного имущества в собственность негосударственному инвестору. Принятие Гражданского кодекса РФ и постепенное формирование корпоративного законодательства не только создает правовые основы и повышает правовую стабильность процессов разгосударствления и приватизации, но и обеспечивает приток потенциальных инвесторов на рынок корпоративных ценных бумаг. Таким образом создаются правовые основы и экономические механизмы для осуществления корпоративного финансирования российской экономики.

Этот сегмент рынка инвестиций активно развивается при том, что инвесторы (как отечественные, так и иностранные) не очень охотно идут на российский рынок. И если идут - то в основном на рынок ценных бумаг, а не на финансирование «реального» сектора российской экономики.

До недавнего времени были гораздо менее четко прописаны в законодательном плане вопросы передачи негосударственному инвестору во временное пользование той части государственной собственности, которая не подлежит приватизации. Некоторые вопросы вообще не были отражены в законодательстве, как например применение контрактного права при пользовании недрами.

Одним из возможных путей решения этой проблемы было предложение внедрить в практику хозяйствования в стране концессионные и иные договоры, посредством которых негосударственному инвестору предоставляется на срочной и возмездной основе право пользования имуществом (включая природные ресурсы), составляющее государственную и муниципальную собственностью, а также право на осуществление деятельности, составляющей государственную монополию.

Указанные вопросы образуют сферу действия концессионного законодательства, основными элементами которого являются законы "О концессионных и иных договорах" (проект, одобрен Государственной Думой в первом чтении 03.04.96) и "О соглашениях о разделе продукции (СРП)" (принят и вступил в силу 11.01.96).

Cнижение доходности операций с ГКО и другими краткосрочными финансовыми инструментами не приводит к автоматическому перетоку капиталов на рынок производственных инвестиций, поскольку между этими рынками отсутствует прямая конкуренция и на них действуют различные типы инвесторов. Поэтому капиталы продолжают вкладываться в основном в краткосрочные финансовые операции и/или вывозятся из страны.

В наиболее уязвимом для финансирования положении оказались самые долгосрочные и самые капиталоемкие проекты. Это - проекты в отраслях минерально-сырьевого комплекса. В частности - нефтегазовые проекты. В то же время они являются основным источником бюджетных и внешнеторговых поступлений страны (в 1996 г. треть доходов федерального бюджета и 45% экспорта получены за счет отраслей ТЭК).

Основным способом финансирования этих проектов в мире является проектное финансирование. Напомню: это - тип заемного финансирования отдельной хозяйственной единицы, в качестве которой выступает индивидуальный проект, а не корпорация, осуществляемая реализацию совокупности проектов. При этом кредитор рассматривает доходы проекта как единственный источник обслуживания долга и выплаты его основной части.

Сложности, связанные с обеспечением заемного (банковского) финансирования, многократно возрастают по сравнению с принятием инвестором решений о вложении собственных средств в проект. Однако обычно, с целью минимизации и распределения рисков, инвесторы вкладывают в проект из собственных средств не более 10-15% необходимых инвестиций, как правило - на стадии поисково-разведочных работ. Остальную часть - привлекают из заемных источников. Банкам и финансовым учреждениям, предоставляющим заемное финансирование, необходимы первоклассные гарантии возврата предоставленных средств, поскольку им гораздо труднее принимать на себя кредитные риски, чем инвесторам, вкладывающим собственный рисковый капитал. При анализе кредитных рисков банки вынуждены основное внимание уделять негативным факторам, способным привести к неудаче проекта. По международному и национальному банковскому праву большинства государств существует предельный уровень рисков, которые кредитные учреждения вправе принять на себя при выделении фондов.

Сегодня международное банковское сообщество рассматривает финансовые риски в России как неприемлемые. Это печально, но это факт. Поэтому до сих пор проектное финансирование российских минерально-сырьевых и нефтегазовых проектов практически отсутствовало.

Одной из немногих форм кредита, осуществляемого на основе проектного финансирования в России, пока остаются займы со стороны международных финансовых организаций (МБРР, ЕБРР, МФК) и организаций экспортного кредитования промышленно развитых стран (Эксимбанки США, Японии). За этими займами, кроме традиционных форм «кредитной поддержки» (залоговое обеспечение, гарантии спонсоров проекта и др.), стоят гарантии государств-участников этих финансовых учреждений. Однако даже при таком «втором эшелоне» политической защиты, коммерческое кредитование крупных российских проектов на основе проектного финансирования оказывается незастрахованным от изменений российского инвестиционного климата. В результате дальнейшее финансирование этих проектов становится нерентабельным. Российские участники вынуждены отказываться от его продолжения, не видя возможности обеспечить возврат привлеченных средств. Примеры - отказ ряда российских нефтяных компаний от «невыбранной» ими части Первого нефтяного реабилитационного займа Мирового Банка или рамочного соглашения с Эксимбанком США. И это при том, что займы Мирового Банка являются самыми дешевыми на мировом рынке.

Неблагоприятный инвестиционный климат закрывает путь капиталовложениям в отрасли, которые сегодня являются основой экономики, и которые могут и должны стать (особенно в связке с конверсируемыми отраслями ВПК) локомотивом экономического роста страны. Два основных признака такой «неблагоприятности»:

(а) отсутствие достаточной правовой стабильности при реализации долгосрочных инвестиционных проектов и

(б) фактически «запретительный» налоговый режим их реализации.

Основной целью при разработке законодательства о СРП было предложить механизм реализации долгосрочных инвестиционных проектов в минерально-сырьевых отраслях, который снизит совокупность рисков до уровня, обеспечивающего «финансируемость» таких проектов по международным банковским стандартам. Иначе говоря - необходимо было обеспечить необходимую правовую основу проектного финансирования российского минерально-сырьевого и нефтегазового комплекса, предложить типовые механизмы повышения правовой и налоговой стабильности в условиях, когда общий инвестиционный климат в стране продолжает оставаться неблагоприятным. То есть создать своего рода «очаги» или «зоны» нормальной - по международным стандартам - инвестиционной деятельности.

В первую очередь речь идет о применении норм гражданского права и рентных механизмов. Эти нормы и механизмы достаточно подробно описаны разработчиками этого законодательства в многочисленных статьях и книгах.

С принятием законодательства о СРП у инвесторов, наконец-то, появляется обоснованная надежда на стабильный правовой режим, обеспечивающий не временные льготы, а необходимые долгосрочные гарантии возврата вложенного в экономику России капитала. С другой стороны, у государства, наконец, появляется возможность выбрать достойного инвестора, который обладал бы всеми необходимыми финансовыми, технологическими возможностями, соответствующим опытом управления и т.п., необходимым для реализации того или иного конкретного проекта. В свою очередь инвестор может в соответствующем договоре не только зафиксировать достигнутые в ходе серьезных переговоров и устраивающие его коммерческие условия, но и гарантировать стабильность соблюдения этих условий на протяжении всего срока действия договора.

Принятие законодательства о СРП означает появление правовой возможности для государства не приказывать или указывать, а договариваться с инвестором, что заметно расширило бы возможности государства по хозяйственному маневрированию, позволило бы ему более рачительно распоряжаться своей не подлежащей приватизации собственностью, которая сегодня остается как бы вне зоны эффективного правового регулирования. Таким образом создаются правовые основы для осуществления широкомасштабного проектного финансирования российской экономики.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.