WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 25 |

Однако возможны ситуации, когда неисполнение обязательств может быть выгодно и для обоих контрагентов. К ним относятся случаи с уклонением от налогообложения, хищением средств, коррупцией. Если руководство предприятия ставит приоритетом личные интересы в ущерб интересам предприятия, то неплатежи могут быть инструментом наживы управляющих (principal agent problem). Тогда предприятие в лице руководства в результате сговора может не требовать от своих контрагентов своевременной оплаты за поставленную продукцию, продолжая при этом отгрузку. Оправданием же для руководства перед собственниками предприятия (государство, акционеры) может стать ссылка на недобросовестное поведение контрагентов.

В условиях неразвитых рыночных институтов проявление этих проблем может носить массовый характер. А всеобщие неплатежи снижают возможность востребования задолженности с неплательщика, в том числе вследствие негласных обязательств4. Так, например, неплательщик имеет возможность мотивировать неисполнение обязательств перед кредиторами собственной дебиторской задолженностью. Кредиторами в данном случае могут быть как другие предприятия, организации и банки, так и работники данного хозяйствующего субъекта, а также государство в лице налоговых органов. В результате неплательщик, фактически способный исполнить собственные обязательства, может их не исполнять (отсрочить их исполнение), скрывая информацию о своем реальном финансовом положении.

Возникновение этих проблем обусловлено, в первую очередь, отсутствием мониторинга за поведением контрагента и руководства (неэффективностью собственника), слабостью экономико-правовых механизмов (например, неразвитость профсоюзов позволяет работодателю ущемлять права рабочих, несвоевременно выплачивая заработную плату), отсутствием жесткой системы принуждения к соблюдению контрактных обязательств.

Изначальное неисполнение контрактных обязательств одним из хозяйствующих субъектов могло стимулировать процесс распространения отказов от исполнения обязательств как теми, кто в состоянии осуществить платеж, так и хозяйствующими субъектами, оказавшимися неплатежеспособными в результате неплатежей со стороны контрагентов.

Создание прецедента безнаказанного неисполнения обязательств перед кредиторами дает сигнал к пересмотру деловых отношений всеми хозяйствующими субъектами. Наиболее чувствительными к этому являются финансовые посредники, а именно кредитные финансовые учреждения. Послабление контрактных обязательств является для них наиболее критичным. Рост всеобщих неплатежей напрямую увеличивает риск "ложного выбора" (adverse selection problem), ведет к масштабному рационированию кредитов.

Факт продолжающейся отгрузки продукции неплательщику его партнером выходит за рамки проблемы "ложного выбора". Прецедент недобросовестного выбора вряд ли может повториться дважды между одними контрагентами. Проблема морального риска (moral hazard) также не объясняет сохранение поставок кредитором, если последний не заинтересован в сохранении хозяйственных связей с «неплательщиком». Ясно, что в совершенной конкурентной экономической среде «потерпевшая сторона», испытавшая единожды неисполнение контрактных обязательств со стороны контрагента, вряд ли согласится на продолжение сотрудничества с ним. Однако для постсоветской высокомонополизированной и, зачастую, монопсонизированной экономики с установленными и совершенно немобильными хозяйственными связями, в ряде случаев отказ от покупателя может означать фактическое банкротство. Но могут быть и другие причины, связанные, например, с невозможностью приостановки поставок (регулирование деятельности естественных монополий, государственные объекты, межгосударственные поставки), создающие почву для длительного существования проблемы недобросовестного поведения.

Накопление задолженности может быть и средством оказания давления на государство с целью получения дополнительных выгод от сокращения налоговых выплат, осуществления зачетных схем, получения льготных кредитов.

Поведенческий аспект в образовании неплатежей изучался в работах Perotti (1998), Nikitin (2000). Perotti отмечает вынужденность поставок нереструктурированными предприятиями покупателям-неплательщикам, что приводит к новым задолженностям. Поскольку задолженности не погашаются, их величина по всем предприятиям растет, достигая некоторой критической величины, когда государство вмешивается и проводит некоторую амнистию, зачеты. Таким образом, появляется стимул даже для ликвидных предприятий накапливать задолженность, чтобы получить затем льготные кредиты. Предприятия проводят стратегию "круговой поруки", вынуждая государство расширять кредит. Естественно, что после очередного вмешательства государства, ситуация принципиально не меняется, и все повторяется снова.

Возможной причиной инерционного поведения фирм в модели, предложенной автором, видится сложность разделения жизнеспособных и безнадежных фирм, что приводит к возникновению проблемы moral-hazard. Регулирующим фактором, влияющим на неплатежи в данном случае, по мнению автора, может быть денежно-кредитная политика. Если издержки реструктуризации высоки, жесткая монетарная политика может удержать предприятия от реструктуризации и склонить их к неплатежам, так как это повышает долю неплатежеспособных фирм и, как следствие, вероятность всеобщего зачета задолженности возрастает.

Взаимодействие фирмы и правительства рассматривается также в работе Nikitin (2000). Основываясь на динамической игровой теоретической модели кризиса неплатежей в переходной экономике, автор утверждает, что данный кризис был результатом слабой веры в политику дезинфляции. Фирмы ожидали, что правительство в конечном итоге произведет зачет для фирм, накопивших неплатежи. В соответствии с моделью, решение фирмы о прекращении поставок неплательщику или об их продолжении зависит от ряда параметров, среди которых величина издержек, связанных с выходом из системы неплатежей, а также длина планового горизонта и дисконтирующий фактор.

Следует отметить, что существующие модели базируются на предположении о наличии прямой связи между неплатежами и доступностью кредитных ресурсов. Регулирующим фактором в моделях выступают действия властей в области денежно-кредитной сферы.

Модель 2: Краткосрочные кассовые разрывы

Феномен просроченной задолженности сам по себе может быть интерпретирован различным образом. Прежде всего, это явление неизбежно сопутствует коммерческому кредиту; просроченная задолженность имеет место практически во всех развитых экономиках и иногда может достигать значительных размеров (эта точка зрения особенно рельефно выделена в работе Schaffer, 1998).

Переходный период в странах бывшего СССР и Восточной Европы характеризовался резким сокращением банковского участия в хозяйственной деятельности реального сектора. Сокращением кредитования это назвать сложно. Как таковое кредитование в рыночном смысле в плановых экономических системах отсутствовало. Банки несли в большей степени расчетно-платежную функцию и решали проблемы с ликвидностью. При этом возврат предоставленных банками средств не являлся необходимым условием для предприятий. Поэтому, говоря о сокращении кредитования, следует подразумевать его перевод на рыночную основу, что неизбежно привело к перераспределению банковских ресурсов в сектора с наибольшей капиталоотдачей и минимальным риском невозврата. Долгое время таким сектором был рынок ГКО.

Низкие объемы кредитования, высокие проценты, непредсказуемая инфляция, в соответствии с данной гипотезой, лишили возможности большинство предприятий покрывать возникающие в процессе хозяйственной деятельности краткосрочные кассовые разрывы за счет привлечения краткосрочных ссуд, получаемых на финансовом рынке, что стало причиной широкого распространения коммерческих (товарных) кредитов.

Взаимный коммерческий кредит может быть более привлекательным и в ситуации, если он дешевле банковского. Во всяком случае, одно из предприятий получит дополнительные выгоды от экономии на банковских процентах (если товарный кредит бесплатный).

Непременным условием существования такой ситуации являются взаимовыгодность коммерческого кредита. В условиях, когда один контрагент является чистым кредитором, а второй – чистым дебитором, выгода для кредитующей стороны может заключаться в стремлении сохранить объемы производства, удержать (расширить) рынки сбыта, и т.д. В обоих случаях это будет преследование долгосрочных целей в ущерб краткосрочным, ведь кредитор фактически имеет возможность разместить средства на более выгодных условиях, но не осуществляет данный арбитраж.

Однако в реальной жизни товарное кредитование осложнено, во-первых, более широкими хозяйственными связями, количество взаимодействующих предприятий, как правило, больше двух, процесс производства и потребления более сложен; и, во-вторых, асимметрией информации, опасностью недобросовестного поведения контрагента. С другой стороны, предприятиям – долгосрочным партнерам легче решиться на взаимное кредитование (отгрузку с отсрочкой платежа) чем банкам, т.к. их долгосрочные отношения позволяют минимизировать риск неблагоприятного выбора.

Распространение коммерческого кредита может иметь ряд эффектов. Во-первых, такой кредит имеет воздействие на цены. Когда товар отгружается без одновременной оплаты то, с одной стороны, процент за предоставляемый коммерческий кредит может включаться продавцом в цену; с другой – эластичность спроса по контрактной цене может снизиться вследствие неопределенности срока возврата предоставленного кредита.

Снижение роли денег и цен может стать вторым эффектом, следующим за распространением товарного кредитования, т.к. может способствовать распространению неденежных расчетов (бартера). Другими словами, трансакционный спрос на деньги падает. Это дает возможность производить и потреблять больше (по крайней мере, в номинальных контрактных ценах), чем способна обслуживать денежная масса. В то же время, снижается роль денег как меры стоимости. Предприятия вольны назначать любые цены на свою продукцию, т.к. целевой функцией в таких условиях является не прибыль, а выпуск. Но с другой стороны, отчетность сохраняется в номинальных ценах. И предприятию становятся невыгодными излишние показатели рентабельности вследствие растущих налоговых обязательств. Однако если выплата налогов не производится, то и этот регулятор цен теряет силу.

Если более важны не цены, а пропорции обмена, то другой, возникающей в данном случае, проблемой является осложнение контроля финансового состояния как своего собственного, так и контрагента. В этих условиях появляется возможность производства в условиях «проедания» собственного капитала и капитала своих контрагентов. Фактически убыточное предприятие может продолжать существование, получая сырье в долг и работая с отрицательной рентабельностью.

В условиях массового взаимного товарного кредитования, такие фундаментальные показатели как рентабельность и непогашенная задолженность, как правило, являющиеся открытыми для партнеров, теряют в определенном смысле функцию отражения состояния дел на предприятии. В результате разделение «хороших» и «плохих» фирм осложняется. По этой же причине банки могут прибегнуть к увеличению рационирования кредитов, опасаясь неблагоприятного выбора.

Таким образом, коммерческий кредит влечет за собой ряд негативных моментов: снижение роли денег и цен, подмена целевой функции, снижение роли финансовых показателей, осложнение мониторинга контрагентов и, как следствие, реальная возможность фактического субсидирования убыточных производств и дальнейшее сужение банковского кредитования. Если убыточных производств в производственной цепочке между предприятиями нет, и не обостряются проблемы, связанные с асимметрией информации, то ограничение банковского кредитования и, как следствие, распространение неплатежей не является системной проблемой, поскольку неплатежи представляют собой лишь отсроченные платежи.

Точка зрения о том, что неплатежи характерны не только для убыточных, но и для рентабельных предприятий отстаивается в работе A. Calvo и Fabrizio Coricelli (1994). Авторы считают, что ужесточение кредитной политики государства влияет на процесс реструктурирования предприятий (переход их на рыночную систему хозяйствования и на возможность отказаться от традиционных покупателей, если они неплатежеспособны). Неплатежи, по их мнению, есть некое систематическое явление, необходимый атрибут равновесия в экономике, своего рода равновесный ответ системы на сжатие ликвидности. Другими словами, при слабых финансовых рынках резкое сокращение ликвидности (ликвидных средств предприятий) может вести к равновесию, в котором сделки между предприятиями становятся в большой степени демонетизируемыми, и неплатежи в этом случае становятся нормой. Авторы считают, что существует взаимосвязь между уровнем ликвидности в экономике и неплатежами. Тем не менее, авторы не призывают к более мягкой кредитно-денежной политике, но замечают, что излишне жесткая кредитно-денежная политика может привести к нежелательным последствиям5.

Аналогичная точка зрения отстаивается в работе Perotti (1998), где автор исследует влияние жесткости денежно-кредитной политики на неплатежи. В работе утверждается, что в переходной экономике зависимость числа предприятий, стремящихся реструктуризироваться, от ужесточения кредитной политики может иметь вид кривой Лаффера. Контроль над инфляцией вынуждает предприятия ориентироваться на внутренние финансовые ресурсы, а не на кредиты банков.

Роль неплатежей при осуществлении кредитно-денежной политики, эффективность равновесия с неплатежами изучались в моделях общего равновесия (см. Денисова, 1999, Гуриев, Поспелов, Шапошник, 2000, Варшавский, 2000). Как правило, взаимные неплатежи предприятий рассматриваются в таких моделях как инструмент, заменяющий банковский кредит. Следует, однако, отметить что, несмотря на видимую значимость банковского кредитования в поддержании текущей ликвидности предприятий, расширение этого процесса может не дать желаемых результатов, если источником неплатежеспособности является фактическая убыточность, часто называемая нерыночностью производства6.

Если в хозяйственной цепочке есть убыточные предприятия, то неплатежи могут стать средством существования неэффективных производств, что следует относить к другому типу модели.

Модель 3: Субсидии неэффективным предприятиям

Предприятие становится убыточным, когда не может реализовать собственную продукцию по цене, покрывающей издержки и приносящей прибыль. Другими словами, отсутствует платежеспособный спрос на произведенную продукцию.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 25 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.