WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |

Глава

4

Общие проблемы
макроэкономики
постсоциалистического перехода в России

В данной главе мы рассмотрим ряд общеэкономических проблем, выявленных в ходе осуществления финансовой стабилизации в России. Поскольку все затронутые здесь вопросы будут подробно анализироваться в последующих главах, мы почти не будем приводить фактических статистических данных, иллюстрирующих изучаемые закономерности.

4.1 Финансовые взаимосвязи и их место в анализе переходной экономики

В плановой экономике финансовые отношения и взаимосвязи традиционно играли подчиненную роль по отношению к задаче формирования натурально - вещественных пропорций. Такое положение отражалось и на приоритетах советской экономической науки. Поэтому, когда экономическая реформа в России выдвинула на передний план финансовые вопросы функционирования народного хозяйства, стало ясно, что многие зависимости между экономической политикой и социально - экономическими процессами, которые достаточно хорошо изучены для развитых рыночных экономик, оказались новыми для экономистов, изучающих переходные экономики. Речь идет как о взаимном влиянии денежной, налоговой и бюджетной политики на макроэкономическую ситуацию, характеризуемую уровнем инфляции, безработицы, процента, динамикой обменного курса национальной валюты и т.д., так и о воздействии экономической политики на уровень относительных цен товаров и факторов производства, на объемы производства в различных отраслях, на соотношение привлекаемых факторов производства, обусловленное процессами сбережения и инвестирования, предложением труда, и др.

Большая часть такого рода зависимостей в экономиках переходного типа пока еще изучена недостаточно. Это объясняется тем, что в современной экономике России и других посткоммунистических стран возможности серьезных исследований ограничены по крайней мере тремя обстоятельствами.

Во-первых, статистическая база не всегда соответствует реальным процессам. Методология, используемая российскими статистическими органами, лишь в последние два-три года начала подстраиваться к мировым стандартам. По-прежнему сохраняется очень высокая степень латентных отношений в российской экономике, что заведомо снижает качество и надежность статистических показателей. Многие данные приходится реконструировать и оценивать, используя методы индивидуальных или групповых обследований, либо экспертно.

Во-вторых, накопленные мировой экономической наукой к началу 90-х годов теоретические знания, хотя и охватывали огромный спектр проблем, все же непосредственно не затрагивали вопросов перехода от социализма к капитализму. Разработанные теорией модели относились скорее к частным вопросам, таким как факторы экономического роста, политико-экономические циклы, соотношение занятости и инфляции, механизмы макроэкономической стабилизации и т.д., чем к комплексному анализу переходного процесса. К моменту начала реформ в посткоммунистических странах не существовало не только теории рыночной трансформации, но и общепризнанной точки зрения по поводу путей и последовательности перехода к рынку. Предлагавшиеся экономистами программы реформ (если только они относились к разряду здравых) основывались на более раннем опыте рыночных трансформаций в некоторых развивающихся странах, а также реформаторских экспериментов в государствах, по той или иной причине отклонившихся от нормального развития. Очевидно, что при всей несомненной пользе, накопленный исторический опыт реформ не мог служить теоретическим руководством, и тем более, не давал решений принципиально новых проблем, с которыми столкнулись все без исключения посткоммунистические страны. Не удивительно поэтому, что реальный стратегический выбор в большой мере зависел от субъективных воззрений политиков и экономистов, начинавших реформы, от их влияния и настойчивости в отстаивании той или иной концепции реформирования экономики.

В-третьих, период рыночных трансформаций характеризуется столь существенной амплитудой колебаний основных макроэкономических параметров, таких как индекс общего уровня цен, индексы относительных цен, обменный курс национальной валюты, величины процентных ставок и др., что вызываемая этим нестабильность экономической ситуации не позволяла выявить существование многих важных и традиционно устойчивых зависимостей. Кроме того, серьезнейшее воздействие на экономическое развитие в России в 1992 - 1997 годах оказала политическая нестабильность, частые изменения законодательного и нормативного регулирования экономики, определяющие непредсказуемость условий хозяйственной деятельности. В результате, политические события объективно оказывали значительно большее влияние на поведение экономических агентов, чем это могло быть в условиях стабильных рыночных экономик. В этой связи многие из обсуждаемых ниже вопросов рассмотрены без верификации соответствующих гипотез на фактическом материале.

Отличительная особенность представленного в настоящей работе подхода состоит в том, что в ней упор делается на роль институциональных факторов в происходивших с 1992 года процессах трансформации экономики России. Анализ проводится на различных уровнях (макроэкономический, отраслевой, региональный, микроэкономический), причем экономика рассматривается прежде всего как саморазвивающаяся институциональная система. Трактовка эволюции экономических институтов в качестве эндогенного экономико-политического процесса отражает современный дескриптивный подход, развиваемый, в частности, новыми школами государственных финансов. В дальнейшем мы стремимся оставаться в рамках данного подхода, объясняя изменения экономической политики в контексте развития реальной политической ситуации в России, с учетом взаимодействия конкретных групп интересов и политических сил. Игнорирование таких особенностей формирования экономической политики в переходных условиях привело бы к неадекватным выводам.

4.2 Предопределенность характера экономических реформ в России

Резкое обострение бюджетных дисбалансов в 1991 году не было неожиданным. Фискальные диспропорции начали нарастать в Советском Союзе примерно с середины 80-х годов. Одной из важнейших причин бюджетного кризиса была деградация системы иерархического управления экономикой. Этот процесс был обусловлен ослаблением традиционного репрессивного механизма и устранением присущих социализму стимулов трудовой активности. Попытки компенсировать такие сдвиги частичными реформами плановой экономики, дополняющими иерархические механизмы управления экономическими стимулами (например, ориентацией предприятий на получение прибыли, совершенствованием ценового механизма и т.д.) оказались совершенно безрезультатными и лишь ускорили распад иерархической экономики. Рост доли прибыли в распоряжении предприятий привел к снижению доходов бюджета. Отказ от жесткого контроля оптовых цен при фиксированных розничных автоматически снизил поступления налог с оборота1 и увеличил расходы бюджета на ценовые субсидии предприятиям.

Важными факторами нарастания бюджетных диспропорций накануне распада социалистической системы были падение цен энергоносителей и сырья на мировом рынке во второй половине 80-х годов, ошибки экономической политики (неудачные попытки новой индустриализации и антиалкогольная кампания, резко снизившая доходы бюджета), рост оборонных расходов (Афганистан), техногенные и природные катаклизмы (Чернобыльская катастрофа, Спитакское землетрясение) и др. В 1991 году дефицит реконструированной бюджетной системы уже не существовавшего Советского Союза по оценкам Мирового банка составлял, как уже отмечалось, около 31% ВВП2, и финансировался за счет вынужденных сбережений домашних хозяйств и предприятий.

Такое финансовое положение практически однозначно определило реально возможный спектр вариантов реформирования экономики России к началу 1992 года и последовательность соответствующих шагов по системной трансформации, финансовой стабилизации, структурным реформам. К концу 1991 года градуалисткая трансформация иерархически организованной экономической системы в рыночную путем параллельного осуществления институциональных и стабилизационных мер была практически невозможной. Конечно неразвитость законодательства, отсутствие рыночных институтов, господство государственной собственности, высокий уровень монополизации экономики затрудняли осуществление финансовой стабилизации. Однако полное разрушение финансовой системы не оставляло времени для институциональной трансформации, призванной дополнять радикальную либерализацию экономики.

На начальной стадии экономических реформ постепенное введение элементов рынка происходило и происходит в рамках коммунистической системы. Наиболее значимым в этом отношении является опыт Венгрии, Югославии, Китая и Вьетнама. В конце 80-х годов в СССР также были предприняты некоторые шаги в рамках такого подхода: введены элементы предпринимательства с принятием Закона о кооперации, началась реформа банковской системы, была допущена некоторая либерализация отношений в сфере торговли. В принципе возможно было и дальнейшее развитие постепенного реформирования, если бы не острейший кризис государственных финансов, платежного баланса и внешнего долга, деградация системы административного управления, прямая угроза начала гиперинфляции. Эти процессы нарастали на фоне общеполитического кризиса, приведшего к дезинтеграции Советского Союза. Поэтому, как было показано в главе 3, выбор начальной стратегии рыночных реформ в посткоммунистической России формулировался не в терминах градуализма или “шоковой терапии”, а в смысле элементарного выживания экономики и населения.3

Теоретическая же аргументация в защиту градуализма, сводится в основном к тому, что постепенная реализация реформ менее болезненна в социальном плане, а следовательно, легче обеспечивается поддержкой широких слоев населения.4 Принятие пакета взаимодополняющих реформ (ценовая либерализация, приватизация, финансовая стабилизация, дерегулирование внешней торговли, комплекс структурных реформ и др.) более сложно в организационном плане, связано с более высоким макроэкономическим риском в случае неудачи, либо ошибочности конкретных решений, приводит к более значительным социальным потерям. В то же время “шоковый” вариант, в отличие от постепенных шагов, делает реформы менее обратимыми.

Очевидно, что градуализм является наилучшей стратегий в условиях, когда существуют серьезные политические ограничения принятию комплексного пакета реформ. Такие ограничения могут быть в равной степени значимы в принципиально различных политических системах, например, в условиях “зрелого” социализма, либо в условиях развитой парламентской демократии. В то же время для реализации пакета реформ необходимо наличие уникальной социально-политической ситуации, когда радикальные действия исполнительной власти не могут встретить серьезного противодействия. В России в конце 1991 г. такие условия возникли, во-первых, благодаря августовской победе демократических сил и, во-вторых, из-за чрезвычайного характера экономической ситуации. Однако период, в течение которого было возможно осуществление выбора радикального варианта экономических преобразований, оказался достаточно коротким и закончился с началом консолидации и активизацией контр-реформаторских групп, проявившейся уже весной 1992 года.

В большинстве случаев реформы происходят не как одномоментный акт, а как сложный процесс с высокой степенью неопределенности результатов. Поэтому даже при наличии решений, принятых пакетом, как это было в России в конце 1991 г., по мере изменения политической ситуации реформы могут трансформироваться в последовательность достаточно постепенных, либо отложенных мер. Тем не менее, ценовая либерализация в России представляет собой исключение, поскольку была реализована в чрезвычайно сжатые сроки и привела к труднообратимым изменениям в структуре экономики и, главное, в поведении экономических агентов.

4.3 Либерализация цен: шоковая мера в системе градуалистских реформ

Либерализация цен, осуществленная в начале 1992 года, была нацелена на решение нескольких проблем. Во-первых, она позволила уменьшить финансовую несбалансированность в экономике. Это произошло за счет резкого сокращения ценовых субсидий и ставшего возможным в условиях свободных цен использования налога на добавленную стоимость. Во-вторых, либерализация цен в короткое время ликвидировала денежный навес, обусловленный инфляционной денежно-кредитной политикой предыдущих лет. В-третьих, благодаря изменению относительных цен были созданы предпосылки более эффективного распределения производственных ресурсов. В-четвертых, механизм свободных цен в том или ином виде вводил конкурентные начала в поведение и взаимодействие предприятий. Наконец, устранение дефицита товаров отразилось на поведении домашних хозяйств, резко уменьшивших ажиотажный спрос, а также непродуктивные затраты времени на ожидание в очередях.

Последовавшая вслед за либерализацией цен либерализация валютной политики, сопровождаемая введением единого курса валюты (внутренней конвертируемости рубля) летом 1992 года, привела к уменьшению импортных субсидий предприятиям. Открытие экономики для внешнего рынка было настолько же значимой мерой, насколько и сама либерализация цен. В короткие сроки оказалось возможным обеспечить потоки в Россию потребительского импорта, и решить (на рыночной основе) проблему хронического товарного голода.

Как отмечалось выше, реформирование экономики в первые месяцы 1992 носило комплексный характер. Основной упор правительство делало на оздоровление государственных финансов, что в полной мере соответствовало логике радикальных реформ, а также диктовалось макроэкономический ситуацией в России. В частности, резкому сокращению подверглись оборонные расходы, что стимулировало положительный структурный сдвиг в сторону демилитаризации экономики.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.