WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 33 |

Изменения законов о разводе, которыепроизошли в нашей стране в советский период (в 1918, 1926, 1936, 1944, 1955,1965, 1968 гг.), а также во многих европейских государствах главным образомпосле второй мировой войны, сводились в основном к отказу от признанныхкодексами перечней вольных или невольных нарушений правил семейной жизни однимиз супругов как оснований для расторжения брака по требованию другого супруга иот применения санкций к виновной стороне. Вместо этого достаточным основаниемдля развода стало считаться либо само по себе раздельное проживание супругов(независимо от его причин) в течение определенного времени, либо простокатегорическое требование одного из супругов расторгнуть брак, даже если другойсупруг не соглашался на развод и не нарушал никаких правил семейной жизни.Такие понятия, как "сторона, виновная в разводе" и "санкции по отношению квиновнику развода", вообще исчезли из юридического лексикона многихстран.

И закон и контракт Движение России в общемнаправлении

В марте 1996 года вступил в силу "Семейныйкодекс Российской Федерации", одним из важнейших новшеств которого являетсябрачный договор.

Общие тенденции развития голландского ироссийского семейного права сходны (упрощение бракоразводной процедуры,совершенствование алиментарного права, возможность заключения бракоразводныхсоглашений). В то же время имеются различия. Развод в Нидерландах основан напринципе безвиновности (non-fault divorce); поведение супругов может иметьзначение лишь при выплате алиментов. В Российской Федерации используется двемодели расторжения брака: 1) при взаимном согласии супругов на развод суд необязан выяснять мотивы распада брака; здесь отсутствует доказывание имотивировочная часть решения суда; 2) в случае установления судом невозможностидальнейшей семейной жизни и сохранения семьи суд исследует обстоятельства иназначается срок для примирения; доказывание необходимо, если один из супруговне согласен с разводом, а другой настаивает на нем и возражает противпримирения. В России, в отличие от Нидерландов, не требуется административнаярегистрация расторжения брака.

Российское семейное право не содержитположений о раздельном проживании супругов. Между тем эта оригинальная формаразрешения семейного конфликта нуждается в изучении.

Вся супружеская собственность в Нидерландахподчиняется режиму общей собственности. Напротив, в Российской Федерациипроводится разграничение между имуществом, нажитым супругами до заключениябрака, полученным по акту дарения или наследования и приобретенным послевступления в брак.

В отличие от Нидерландов, брачный договор вРоссии может регулировать лишь имущественные права и обязанности супругов.Альтернативные формы брака не известны в нашей стране; не установленасовместная обязанность супругов нести расходы по семейному хозяйству. Вроссийском семейном праве имеются интересные нормы, неизвестных голландскомуправу (два типа процедур расторжения брака - административный и судебный;двойная фамилия; алиментарные положения, гарантирующие имущественные правадетей).

Историческая специфика кризиса институтасемьи в России

В Российской империи в 1913 г. числоразводов составляло лишь 0,4% от числа заключенных браков. В современной жеРоссии разводом заканчивается более половины браков. Тоталитарное государствосначала пыталось разрушить институт семьи, затем – встроить его в механизмыконтроля над личностью. Потому удары государства по институту семьи в Россиибыли наиболее тяжелыми и несравнимы с активностью государства в другихстранах.

К середине 50-х годов XX века семья,как институт, поддерживающий доверие, в России был почти разрушен. Вподавляющем большинстве российских семей лояльность членов семьи государству(вождю) доминировала над лояльностью к членам семьи. Формальное одобрениесемьи властями, пришедшее на смену проповеди “социализации” женщин и детей,"свободной любви" и т.п. мерам по прямому разрушению семьи, было обусловлено,вероятно, нуждами спецслужб, чьими агентами подразумевались все членыкоммунистической детской организации. В случае последовательной социализации,юным чекистам оставалось бы наблюдать только за воспитателями. В полнойже семье круг лиц, оказывавшихся под регулярным наблюдением, существеннорасширялся. Издержки государства на осуществление всеобщего контроля снижалисьдо разумного уровня.

Всеобщее доносительство, начиная с уровнясемьи, характерно, по видимому, для всех тоталитарных систем. С 30-х гг. и доконца 80-х в СССР пропагандировался образ мальчика, донесшего на отца. Вхомейнистском Иране рекламируются матери, доносившие на сыновей12.

Неполные полвека со смерти Сталинапозволили институту семьи частично13восстановиться. В конце 90-х престиж семейныхценностей в России относительно высок. Причем, тенденция к его росту за периодреформ ничуть не ослабела. В подтверждение можно привести не только данныеопросов, подтверждающие высокий авторитет института семьи14.

Возможно, более надежным индикаторами моглибы служить данные о расходах домохозяйств на образование - репетиторы, частныешколы и т.п. (свидетельство реального чадолюбия), а также статистика понаследствам (через соответствующий налог). К сожалению, такого родастатистические данные в России пока весьма ненадежны из-за массовой практикиухода от налогов. Зато вполне достоверна статистика по приватизации жилья.Поскольку земля под жилыми домами в России еще только становится товаром,коммунальные платежи не зависят от формы собственности, а налог на недвижимостьсопоставим с квартплатой в муниципальном секторе, главный стимулприватизации жилья для квартиросъемщиков - снижение издержек при обмене и припередаче по наследству.

До начала бесплатной приватизации быловыкуплено около 200 тыс. квартир, на конец 1998 года (бесплатная приватизация)число приватизированных квартир достигло 15774 тысяч. В целом, частныйжилой фонд составляет более половины общего жилого фонда, жилье в собственностифизических лиц –около половины жилого фонда на селе и примерно 42% городского жилогофонда15. Эти данные косвенно свидетельствуют о распространенностизаботы о будущих поколениях, следовательно, о нормальном моральномклимате.

Статистика браков – разводов, детей оставшихся безпопечения родителей и усыновленных также могла бы дать возможности для анализапроблемы. Но необходимо отметить, что корректно было бы сравнивать“стационарные” состояния общества до и после перехода. Очевидно, что сам посебе переходный период – серьезное испытание для любой семьи. Как и на Западе,относительное большинство семей в России основаны исключительно на взаимовыгодныхкомплексных контрактах для обмена услугами, большая часть которых котируется нарынке и по отдельности (так называемые «браки по расчету»). Резкое изменениерыночной среды не могло не повлиять на стабильность таких контрактов.Хотя даже браки, основанные преимущественно на обмене “редкими благами”(потреблении специфического, исключительно парно потребляемого блага), пристолкновении с бытовыми проблемами испытывают серьезное потрясение.

Поэтому естественно было бы ожидатьнекоторого снижения числа заключаемых браков и резкого роста числа разводов.Действительно, в 1991-95 гг. наблюдается скачок числа разводов. Однако, дажепиковое значение (4,6 развода на 1000 человек населения) в 1994-м году лишьнезначительно превышает советский рекорд 1980-го года – 4,2 развода на 1000 жителей. К1999 году число разводов снизилось до 3,4 – примерно до уровня первойполовины 70-х. Более существенным оказалось снижение числа новых браков– в последние годыоно колеблется на уровне около 6 на 1000 по сравнению с 9-11 в позднесоветскийпериод. Однако, российская статистика пока не учитывает широкораспространившихся как раз в последние годы среди молодежи гражданских браков,зачастую довольно устойчивых.

Кроме того, в отличие от советского времениотсутствуют барьеры в виде партийного или профсоюзного комитетов,чье вмешательство могло создать для нелояльного супруга значимые издержки(прежде всего, в карьере, но также в заграничных поездках, что былоэквивалентно допуску к недоступным на родине благам). Молодым же людям сегоднянет нужды регистрировать брак, чтобы решить вечную проблему социализма– поиска места длясовместного ночлега. Замещение же формального брака “гражданской репетицией”может свидетельствовать, скорее, о более серьезном, нежели у старших, отношениинового поколения к этому институту.

Естественный, в силу описанных вышепричин, рост числа детей, оставшихся без попечения, частичнокомпенсируется удвоением числа детей, нашедших новую семью. Число детей,оставшихся в детских домах с 11 до 33 тысяч16, иллюстрирует прискорбноеотставание возрождения семейных ценностей от темпа, с которым разлагается“советская семья образцовая”. Статистика не учитывает отдельно числа детей,находящихся в создающихся в последние годы детских домах семейного типа.

Таким образом, можно констатироватьрасслоение семей в 90-е годы. Многие семьи адаптировались к новым условиям иукрепились, что отражается в росте числа усыновлений, использовании новыхвозможностей для обеспечения будущего своих детей, в частности, услуг частныхобразовательных и лечебных учреждений. Но многие семьи не сумели адаптироватьсяи развалились (разваливаются), что приводит к росту как регистрируемого, так инерегистрируемого числа безнадзорных детей (при коммунистах фактическаябезнадзорность также имела место, но, разумеется, почти совсем нерегистрировалась). Хотя внешние проявления проблемы стали много ярче. Вчастности, вследствии возможности для люмпенизированных слоев избавляться отсобственности (включая квартиры), в результате чего дети оказываются на улице ипроблема обостряется.

Несмотря на медленное и постепенноевозрождение семьи, чему реформы никак не помешали, аналога клановых связей,которые позволяют обеспечивать минимальный уровень доверия17

и ответственности, в России нет. Вместе стем, использование внутрисемейного “капитала доверия” в российском бизнесеналицо. Особенно значимым было оно в первые годы реформ.

Выводы и направления дальнейшихисследований

Предварительные выводы из анализастатистических данных позволяют отказаться от гипотезы вытеснения семьиальтернативными институтами поддержания доверия в правовом государстве.Действительно, драматические изменения показателей рождаемости, числа разводови браков происходили в старых правовых государствах (США, Франции,Нидерландах), в относительно молодых (в Германии и Израиле) равно как и втоталитарных (ГДР, СССР).

Гипотеза неблагоприятного воздействия настабильность семьи с ростом урбанистической цивилизации не может бытьотвергнута. Это согласуется с анализом стимулов на микроуровне в рамкаходной семьи, в которой естественное разделение труда – домашняя работа и заработок нарынке - перестало служить стабилизирующим фактором.

Однако также не может быть отвергнута иальтернативная гипотеза. Резкое падение показателей, характеризующихстабильность семьи, продолжалось и тогда, когда рост городов прекратился, асовременные технологии (в том числе информационные) воздействуют на семью как втом же направлении, что и урбанизация (больше возможностей женской занятости),так и в противоположном (женщина, ориентированная на семейные ценности кудареже стоит перед жестким выбором – либо интересная работа, либо дети и семья, нежели в последниедесятилетия «индустриального общества» 50-70-х годов XX века18).

Многие институты семейного права иправоприменительные практики напрямую поощряют развал семьи. К таковымотносятся пособия родителям-одиночкам вне зависимости от причины иходиночества. Процедуры раздела имущества заведомо недружественные для богатогосупруга делают выгодным оппортунистическое поведение, повышают риски и издержкидля добросовестных супругов. Заведомо несправедливые (основанные на «пагубносамонадеянном» допущении о способности судьи в считанные часы или даже минутырешить дело «в интересах ребенка») процедуры раздела детей, делают последнихидеальным орудием шантажа недобросовестного супруга против добросовестного.

В большинстве рассматриваемых стран конец60-х - середина 70-х годов XX века стали как периодом экспансии государства всфере семейного права, так и годами усиления негативныхсоциально-демографических тенденций (спад рождаемости и рост доли распадающихсябраков). Связь новых институтов повсеместно распространившихся в индустриальныхстранах в этот период с последними волнами спада рождаемости и ростанестабильности семейных связей представляется весьма вероятной.

Отнюдь не безобидной представляется икампания за «права детей». Очевидно, что проблемы защиты прав детей отбезответственных, а иногда и очевидно преступных родителей существует. Особенноона усугубляется тенденцией замещения индивидуальной ответственностиответственностью общества (лево-«либеральная» концепция, породившая прецеденты,которые позволяют даже в США атаковать добросовестных предпринимателей с цельюочевидного и грубого вымогательства). Однако также очевидны проблемы сборадоказательств в таких случаях. Невозможность эффективно доказывать обвинения«восполняется» активностью полиции и социальных служб, способных в ряде странгрубо нарушать права родителей и детей и создавать сильные отрицательныестимулы к деторождению.

Основу коалиции (групп специальныхинтересов) поддерживающих такие институты составляют, вероятно, юристы,специализирующиеся на бракоразводных процессах. Поэтому при наличииполитической воли к защите института семьи, проявляемой, в частности,некоторыми лидерами в США, вполне реально сломить сопротивление таких групп ипровести действительно глубокую реформу семейного законодательства в интересахзащиты семьи от государства.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.