WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

Среди других факторов, определяющих экономический рост в России в последние годы, обычно называются высокие мировые цены на нефть (см. рис. 9.2). Не случайно начало экономического подъема совпало по времени (вторая половина 1999 года) с резким повышением цен на нефть на международных рынках, а его пиковые значения в 2000 году – с превышением ценами на нефть отметки 30 долларов за баррель, а также с улучшением условий торговли (terms of trade), связанными с происходившим тогда временным укреплением доллара в отношении евро17. Когда цены на нефть в конце 2001 и начале 2002 года упали почти до 20 долларов за баррель, темпы экономического роста в 2002 году замедлились до 4,3%. А повторное ускорение темпов роста в первом квартале 2003 года может быть связано с ростом цен на нефть (до уровня выше 30 долларов за баррель), вызванным всеобщей забастовкой в Венесуэле и иракским кризисом.

Таблица 9.1

Основные показатели развития российской экономики (изменение за год в %, если не указано иное)

Показатели

1997

1998

1999

2000

2001

2002

2003 г.

ВВП

0,9

–4,9

5,4

9,0

5,0

4,3

6,4 I квартал

Промышленное производство

2,0

–5,2

11,0

11,9

4,9

3,7

6,7 Март

Инвестиции в основной капитал

–5,0

–12,0

5,3

17,4

10,0

2,6

11,3 Март

Инфляция (конец периода)

11,0

84,4

36,5

20,2

18,6

15,1

14,6 Апрель

Денежная масса M2 (конец периода)

29,5

36,3

57,2

62,4

40,1

32,3

41,4 Январь

Баланс федерального бюджета (% ВВП)

–6,7

–4,9

–1,7

2,5

2,9

1,4

3,2 I квартал

Баланс по текущим операциям (% ВВП)

0,5

0,3

13,5

18,5

11,0

9,6

13,5 I квартал

Источник: Обзор российской экономики (РЕЦЭП, РЦЭР, БЭА), май 2003, № 41. С. 2.

Рисунок 9.1

Реальный обменный курс, взвешенный по торговому обороту

(декабрь 1995 г. = 100)

Источник: Обзор российской экономики (РЕЦЭП, РЦЭР, БЭА), май 2003, № 41.

В «Обзоре мировой экономики» МВФ за апрель 2003 года (WEO, 2003, с. 41–43) формулируется далеко идущий тезис, что рост ВВП и бюджетных доходов в результате высоких цен и растущей добычи нефти маскирует слабость других секторов российской экономики и (если не учитывать нефтяных доходов) ухудшение фискальной сбалансированности (см. рис. 9.3). Тот же источник (с. 41–42) подчеркивает замедление темпов роста капиталовложений в 2002 году в результате плохого инвестиционного климата и весьма медленный рост общей производительности (total factor productivity): 1,5–2% в среднем в год, что наполовину медленнее, чем в странах, вступающих в Евросоюз18. Что касается бюджетной политики, то в обзоре МВФ подчеркивается рост в 2002 году текущих расходов на повышение зарплаты, оборону и национальную безопасность, а также потеря части доходов в результате проведения налоговой реформы.

Рисунок 9.2

Изменения мировых цен на нефть (2000 - апрель 2003 гг.)

Источник: WEO (2003), стр. 50, график 1.16.

Рисунок 9.3

Объем фискального сальдо, с учетом и без учета нефтяных доходов (в % ВВП)

Источник: WEO (2003), стр. 42, график 1.13.

Если с тезисом о частичном «съедании» нефтяных сверхдоходов трудно спорить, то вопрос об источниках экономического роста остается, все-таки, более сложным. Достаточно посмотреть на высокие темпы развития связи, внутренней торговли, грузового транспорта и других рыночных услуг, т.е. секторов и отраслей, напрямую не связанных с добычей нефти и других первичных ресурсов, чтобы прийти к выводу, что за быстрыми темпами роста российской экономики стоит не только хорошая конъюнктура на международных рынках энергоресурсов. Кстати, неплохой уровень цен на нефть в середине 90-х годов не воспрепятствовал резкому спаду российского ВВП.

Из вышесказанного следует вывод, что реформирование российской экономики, несмотря на его недостаточные темпы и недостаточную последовательность (по сравнению, например, со странами Центральной Европы и Балтии), начало, в конце концов, давать свои положительные результаты. Это касается, в первую очередь, эффектов широкомасштабной приватизации.

Хотя вопрос о том, в какой степени экономические реформы в России помогли достигнуть высоких темпов роста, является дискуссионным, не подлежит сомнению, что этот фактор имеет решающее значение для продолжения тенденций роста в будущем. Чтобы убедиться в роли, какую играет в переходных экономиках их последовательное реформирование, достаточно посмотреть на историю экономического роста в странах, в которых он начался раньше, чем в России (см. табл. 9.2)

Особенно интересными кажутся здесь примеры Польши в 1992–2000 годах, Венгрии (1997–2002), Словакии (1994–1998), Словении (1993–2000), Грузии (1995–1997) и Кыргызстана (1996–2001). Во всех этих странах наблюдался достаточно быстрый подъем19 после трансформационного спада в результате использования простых, неинвестиционных резервов (лучшее использование уже существующих ресурсов и средств производства). Конечно, быстрый рост оказался возможным, прежде всего, благодаря глубине проведенных реформ, хотя в отдельных случаях свою роль сыграли также конъюнктурные факторы (начало добычи и экспорта золота в Кыргызстане) или глубина трансформационного спада (пример Грузии).

В этой первой фазе экономический рост не вызывал обычно проблем с макроэкономической сбалансированностью, так как сопровождался он быстрым увеличением монетизации экономики, бюджетных доходов и улучшением платежного баланса. Однако такие относительно комфортабельные для экономической политики условия не могут быть вечными. Обычно после 3–5 лет, если не появлялся новый импульс для развития, например, мощный приток прямых иностранных капиталовложений или «второе поколение реформ», темпы роста начинали затухать или попытка их продолжать была связана со значительным усугублением макроэкономического неравновесия. Пока лишь нескольким странам (это касается в первую очередь балтийских стран, а также Азербайджана, Армении и Албании) удалось избежать более серьезного кризиса посттрансформационного роста20.

Если посмотреть на перспективы экономического роста России, то, учитывая сравнительный опыт других стран с переходной экономикой, надо сделать два принципиальных замечания. Во-первых, продолжительность (8 лет) и глубина (около 45%) трансформационного спада наводит на гипотезу, что в российской экономике сохранилось еще достаточно много простых резервов роста. Однако, и это есть второе замечание, возможность использования этих резервов во многом зависит от устранения существующих барьеров развития, среди которых надо особенно подчеркнуть:

  • недостаточную интегрированность в мировою и европейскую экономику;
  • монопродуктовый экспорт;
  • плохой предпринимательский и инвестиционный климат.

Таблица 9.2

Темпы роста реального ВВП в странах с переходной экономикой (% к предыдущему году), 19952002 гг.

 Страна

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

Новые члены ЕС

Венгрия

1,5

1,3

4,6

4,9

4,2

5,2

3,8

3,3

Латвия

-0,8

3,7

8,4

4,8

2,8

6,8

7,9

6,1

Литва

3,3

4,7

7,3

5,1

-3,9

3,8

5,9

5,9

Польша

6,8

6,0

6,8

4,8

4,1

4,0

1,0

1,3

Словакия

6,5

5,8

5,6

4,0

1,3

2,2

3,3

4,4

Словения

4,9

3,5

4,6

3,8

5,2

4,6

3,0

2,9

Чехия

5,9

4,3

-0,8

-1,0

0,5

3,3

3,1

2,0

Эстония

4,3

3,9

9,8

4,6

-0,6

7,1

5,0

5,0

Страны Юго-Восточной Европы

Албания

8,9

9,1

-7,0

7,9

7,3

7,8

6,5

4,7

Болгария

-1,8

-8,0

-5,6

4,0

2,3

5,4

4,0

4,0

Босния и Герцеговина

16,4

60,8

30,4

15,6

9,6

5,6

4,5

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.