WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Таким образом, суммарный миграционный потенциал стран СНГ может быть оценен примерно в 78 млн чел., включая и этнических русских. Этого, вероятно, было бы достаточно, чтобы в основном удовлетворить потребность России в населении в течение ближайшего десятилетия. Но в более отдаленной перспективе неизбежно должны быть задействованы и другие иммиграционные доноры, прежде всего Китай, у которого нет серьезных конкурентов в этом отношении. К середине века в России вполне может оказаться до 10 млн китайцев, и тогда они станут вторым по численности народом после русских.

3.6. Регионы потенциальные миграционные реципиенты

Хотя рассчитывать на россиян в видах пополнения редеющего населения больших пространств уже нельзя, возможности зарубежной миграции в этом смысле тоже не безграничны. Международных мигрантов в современном мире также привлекает не столько сама «незанятая» и подходящая для поселения земля, сколько иные факторы, прежде всего качество жизни, хотя оценивать эту сложную, изменчивую категорию можно по-разному. В былые эпохи массовых колонизаций и переселений (вольных и принудительных) идеалом и приманкой для малоземельных крестьян, как и для крупных землевладельцев, часто были «благодатные» земли. Но тогда в мире отсутствовали нынешние демографические и социальные контрасты (разница в гарантиях и т.п.), менее товарным и продуктивным было хозяйство, более долгими, трудными и чаще безвозвратными – сами переезды.

Моделей миграции немало, но в виде общего правила они направлены из бедных, неразвитых, трудоизбыточных и опасных по разным причинам мест в противоположные. При этом миграции очень быстро реагируют на любые перемены, делающие ключевыми разные мотивы. Так, для первых постсоветских миграций типичны репатриации народов на исторические родины и тяга к местам пусть небогатым, но дешевым, с доступным жильем и минимумом официальной поддержки, часто по схеме: сельский дом с огородом вместо городской работы и заработка. Это и задавало главные направления «стрессовых» потоков. Однако времена меняются. Если исходить из дальнейшей нормализации, то и миграционный потенциал, привлекательность регионов нужно оценивать с широких позиций, учитывая экономические, социальные, демографические признаки. Ниже содержится попытка такой оценки

Один из главных критериев – «богатство» региона – валовой региональный продукт (далее – ВРП) с учетом национальных и региональных паритетов покупательной способности валют (далее – ППС). По этому критерию можно выделить десятки регионов, потенциально заманчивых для «экономических мигрантов». Их тем больше, чем хуже состояние стран выхода (доноров) и чем богаче, продуктивнее регионы входа (реципиенты). Скажем, если душевой ВРП–ППС в регионе РФ выше 4000 долл. США – что, по идее, привлечет мигрантов из стран, где среднедушевой ВВП еще ниже (Сирии, Армении, Казахстана, Туркмении), то регионов с достаточным для них экономическим потенциалом окажется 31–324. Если снизить планку до 3000 долл. США, тем самым расширив состав доноров в ближнем зарубежье (в бывшем СССР тут мало интереса только для «среднего жителя» стран Балтии и Белоруссии), то регионов будет 55. Выходцев из Китая устроят по этой логике 68 регионов, где ВРП выше 2500 долл. США, а вьетнамцев, монголов, северных корейцев (да и многих африканцев) – до 80 регионов, т.е. почти все.

Среди этих регионов, даже при их жестком отборе, на этот раз есть те, что в недавние годы принимали много мигрантов (столичные, Белгородская и другие черноземные области, Самарская область, Краснодарский край). Вместе 32 региона, занимая 51% обжитой комфортной территории, имеют 54% населения и дают 87% всей российской продукции. Однако в списке немало северных и восточных регионов, не только нефтяных (например, Мурманская и даже Архангельская области), где балансы миграций резко негативны. Поэтому корреляция душевого ВРП с итогами общего миграционного движения низка, даже если исключить из списка регионов Ингушетию и Северную Осетию, принимавших слишком большие потоки беженцев, движимых не экономическими, а иными мотивами.

Уровень связи повысится до 0,3–0,4 (что в данном случае уже значимо по F-критерию), если вместо ВРП взять индекс развития человека (далее – HDI-ИРЧ) и его российские аналоги5. В Московском регионе он близок к южно- и восточно-европейским (Кипр, Мальта, Португалия, Словения, Чехия), восточно-азиатским Азии (Сингапур, Бруней, Республика Корея), а в этнических регионах-аутсайдерах – к монгольскому, индийскому, африканским и центрально-американским. Приняв пороговое значение 0,745 – уровень Армении и несколько более высокий, чем на Украине и в Казахстане, – получим лишь 10 регионов, привлекательных в России по сложному социальному критерию для «среднего» мигранта оттуда (оба столичных, некоторые северные и многие регионы средней полосы). Понижение планки опять ведет к росту числа привлекательных регионов. Так, ИРЧ/ИКЖ выше китайского (0,718) имеют 32 региона, в том числе ряд южносибирских и дальневосточных. А индекс Таджикистана (0,662) и любой страны СНГ превышают 70 регионов, кроме самых «нездоровых» кавказских и сибирских республик и округов.

Примерно так же взаимосвязаны коэффициенты нетто-миграции и естественного прироста. Эта связь (–0,35) подразумевает выталкивание населения из регионов активного воспроизводства и его притяжение к эпицентрам «демографического вакуума». При этом нынешние миграции еще лучше коррелируют с естественным движением 20-летней давности, заложившим соотношения ныне взрослых когорт. А раз мы пытаемся как-то судить о будущем, то лучше взять теперешних подростков, родившихся около 1990 г. Прирост в РСФСР тогда еще был положительным, но многие регионы уже проигрывали соседним странам. Украине, где показатель был еще хуже (почти нулевым), уступали 24 региона, в основном смежного с ней староземледельческого ядра России, Молдавии – 67, Казахстану и Китаю с их всего лишь средними на мировом фоне приростами – 81, а регионов, равных среднеазиатским республикам, в России не было.

По логике вещей, следовало бы отдельно взять в расчет занятость населения. Однако статистическая связь показателей миграционного притяжения в регионы с долей безработных, числом официальных претендентов на одну заявленную вакансию или с отношением занятых жителей к трудоспособным слабонегативна (от –0,1 до –0,2). Хотя такие регионы с высоким спросом на труд, как Московский, Петербургский, Белгородский, конечно, привлекают гастарбайтеров (а статистика их недоучитывает), мигрантов до сих пор немало и там, где рынки труда иные, скажем, в Калининградской, Владимирской, Пензенской, Астраханской областях, не говоря о Дагестане6.

Впрочем, развитые страны с повышенной безработицей могут принимать мигрантов из тех стран, где официальная безработица ниже. И дело не только в точности статистики, вопрос в целом серьезнее. Миграции обладают инерцией, задаваемой устойчивым имиджем стран, а также родственными и земляческими связями. Мигранты могут надеяться на гарантии, которыми давно пользовались поколения их земляков, ставших на Западе «профессиональными безработными». Но еще важнее то, что они ищут, находят, расширяют свои трудовые, экономические, социальные и территориальные ниши, не занятые местным населением даже при наличии безработицы, ибо эта безработица очень часто носит структурный характер.

Кто из москвичей не знает, что для строительства и ремонта общественных зданий, квартир или дач дешевле и проще нанять гастарбайтеров, чем местных работников! А таких профессиональных ниш много в разных сферах: торговле, услугах, малом бизнесе в целом – и криминальном, и мирном, например аграрном. На Дальнем Востоке славится талант китайских овощеводов, получающих своими методами такие высокие урожаи, о которых на тех землях только мечтали. Примеров немало по всему южному пограничью России. Так, обследования в саратовском степном Заволжье выявляют ниши, занятые местными казахами и, все чаще, чеченцами (пастбищное овцеводство, причем здешние руководители предпочитают чеченцев за качество и результаты их труда), а также корейцами (из Казахстана, куда их депортировали при Сталине, чей профиль – интенсивное бахчеводство)7. Русские крестьяне по традиции занимаются в этих краях зерном, мясо-молочным скотоводством и еще батрачат на плантациях корейцев, не пытаясь соперничать с ними.

Подведем общий итог. На рис. 18 (А-В-С) показаны по 35 регионов, ранжированных согласно вышеописанным оценкам их экономических, социальных и демографических условий, благоприятствующих потенциальным мигрантам. По картам легко заметить, что у каждого вида потенциала есть свои особенности. Так, экономический заметнее остальных сдвинут на север страны, социальный – распределен по ее территории относительно равномернее (хотя в известной мере подобен предыдущему, особенно за счет первой десятки регионов с лучшими показателями), демографический – тяготеет к западным границам и сужается клином к востоку. В то же время есть случаи совпадения высоких значений двух или всех трех оценок, например в Московском регионе.

На рис. 19 видно, что разные сочетания либо высокий монофакторный потенциал встречаются широко, хотя на карте выделено лишь 38 регионов, меньше половины от всего их числа. Преобладают европейские и западносибирские регионы, местами образующие сплошные зоны. Иногда, как в Калининградской области, для довольно высокой сводной оценки хватает нескольких, пусть не самых выдающихся, условий. В основном это экономически мощные регионы с немалым населением. Занимая вместе около 30% территории России и 45% ее заселенной территории с комфортными для жизни условиями, они концентрируют 58% населения и 90% валовой продукции.

Понятно, что на их долю приходятся не все «избыточные» (малонаселенные и сильно недонаселенные) земли, но это 1,9 млн км², 56% общероссийского массива. Регионы с такими резервами, притом способные привлекать мигрантов по другим мотивам, есть на Северо-Западе, Юге и Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке. Там мигранты-аграрии, арендаторы земли способны внести вклад в решение хронической российской проблемы. Немаловажно, что это не требует никакого принуждения, и что эти мигранты практически не вытеснят никого.

Правда, в перспективе возникает стратегический риск, особенно на приграничных территориях. С этих позиций все же предпочтительнее миграции в крупные города глубинных регионов. Судя по зарубежному опыту, адаптация там мигрантов, их отношения с местным населением будут сложны, но не возникнет вопрос о «новой реконкисте», сепаратизме и, тем паче, сецессии заселяемых ими земель. А вот регулирование самого потока мигрантов, их статуса в России, пограничного режима (риск превращения Амура в аналог американской Рио-Гранде и т. п.) вообще составляют особый блок проблем.

Рисунок 18

Регионы России, выделяющиеся оценками экономических (А),
социальных (В) и демографических (С) условий для иммигрантов

Примечание: 1 – наиболее привлекательные регионы; 2 – весьма привлекательные; 3 – привлекательные; 4 – сравнительно привлекательные.

Рисунок 19

Сводная оценка иммиграционной привлекательности

Примечание: Основные условия и их сочетания: 1 – наиболее разнообразные и привлекательные; 2 – экономические и социальные при весьма высокой привлекательности; 3 – то же при меньшей привлекательности; 4 – в основном экономические; 5 – в основном социальные и демографические; 6 – в основном демографические; 7 – в основном социальные; 8 – регионы с массивами слабо заселенных и мало подходящих для этого территорий.

3.7. Иммиграционная политика: западный опыт

Неотменимая сегодня потребность страны в притоке большого количества иммигрантов не осмыслена в России даже в общих чертах. В стране нет четкой иммиграционной политики, а в той мере, в какой она все же проводится, она скорее рестриктивна, направлена на ограничение притока населения, даже когда речь идет о репатриации населения русской культуры, оставшегося после распада СССР за пределами Российской Федерации. Во всех рассуждениях о будущем молчаливо подразумевается унаследованный от прошлого идеал миграционной «закрытости» страны.

Между тем пополнение населения за счет иммиграции – обычная практика промышленно развитых стран, для которых характерны низкие показатели естественного воспроизводства. Сейчас миграционный прирост существенно выше естественного в Европейском Союзе, при том, что естественный прирост там пока остается положительным.

Рисунок 20

Общий, естественный и миграционный прирост населения России
и Европейского Союза. 1960 2000 гг., на 1000 жителей

Как видно из рис. 20, в соотношении компонентов прироста населения России и Европейского Союза на протяжении последних 40 лет было много общего. Кривая общего прироста в основном следовала за кривой естественного прироста, который сокращался. Обе эти кривые все больше приближались к кривой миграционного прироста, которая оставалась довольно стабильной, имея не очень ярко выраженную тенденцию к росту. Ближе к концу века кривые общего и естественного прироста и в России, и в Европе разошлись, что указывает на возросшую (позитивную) роль иммиграции, но затем в России кривая иммиграционного прироста стала приближаться к нулевой отметке, в результате чего кривые общего и естественного (ставшего к этому времени отрицательным) прироста снова сблизились. В Европейском же Союзе, несмотря на более высокий и пока положительный естественный прирост, и миграционный прирост остается относительно высоким (превышает 2 на 1000 жителей), так что общий прирост там сейчас следует скорее за миграционным, а не за естественным.

Еще более существенна роль иммиграции для США. Здесь в 1980-е гг. абсолютный миграционный прирост населения был намного выше, чем в России, а в 1990-е гг. он еще значительно увеличился – и устойчиво, а не кратковременно, как у нас (рис. 21). Демографическое положение США намного лучше и нашего, и европейского: рождаемость – выше, смертность – ниже, естественный прирост – положительный. И тем не менее долгосрочный демографический прогноз США предусматривает постоянный высокий уровень миграционного прироста. Ожидается, что в целом за первую половину столетия он составит примерно 45 млн чел. (табл. 13).

Таблица 13

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.