WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |

Доклад на X Международной конференции «Право и Интернет»

http://www.ifap.ru/pi/10/

Этико-правовые подходы к развитию информационного общества в документах русской православной церкви и всемирного русского народного собора

Ефремов Алексей Александрович

к.ю.н., преподаватель Воронежского государственного университета

доцент Центрального филиала Российской академии правосудия

Развитие информационных отношений и построение информационного общества делают актуальным выработку новых подходов к их регулированию. Если в 90-е годы выработка таких подходов велась главным образом в рамках правового регулирования1, то в последнее время достаточно широко ведется обсуждение этических аспектов. С начала XXI века представители гуманитарных наук, главным образом социологии, активно обсуждают вопросы киберэтики, этики киберпространства, компьютерной этики, сетевой этики и т.п.2

ЮНЕСКО с 2006 г. ведет подготовку Этического кодекса для информационного общества3, информационная этика названа в качестве одного из 5 приоритетов программы «Информация для всех» на 2008-2013 г.г.4.

Данные тенденции имеют под собой объективные основания. Развитие ИКТ явилось технологической базой для процессов глобализации во всех сферах.

Исходный пункт, относительно которого наблюдается наи­большее согласие в дискуссии о сущности глобализации, был вы­сказан Д. Харвеем еще в самом начале этой дискуссии. Он харак­теризует глобализацию как процесс сжатия (компрессии) вре­менных и пространственных дистанций. Действительно, рассто­яния, для преодоления которых конвенциональными средствами передвижения требовались недели-месяцы-годы, сегодня пре­одолеваются за часы. Это означает, что для определенных видов действия, например, индивидуальной языковой коммуникации, категория пространства как среды этого действия во многих слу­чаях просто исчезает.5 При этом если для экономики и ее организаций пространственное измерение действия становится все более иррелевантным, то организации политической и правовой системы, напротив, не могут освободиться от территориального принципа6.

Таким образом, возникает противоречие, которое приводит к определенным изменениям в сущности и возможностях государственного регулирования общественных отношений посредством позитивного права, содержанию такой базовой категории как «государственный суверенитет»7.

Если значение территории как сферы регулирования снижается, то сферой регулирования становятся иные «пространства» – экономическое, информационное, которые не совпадают с конкретными государственными территориями.

В экономической науке активно разрабатывается понятие «глобального геоэкономического пространства» при этом обосновывается что «националь­ные экономики «разрываются» на части, которые становятся звеньями разных воспроизводственных глобальных циклов»8.

В юридической науке обосновывается понятие информационной сферы как «фундаментального, онтологического объекта функционального воздействия государственной власти»9. Д.А. Савельев рассматривает реализацию права на информацию в контексте принципа единства глобального информационного пространства, которое является объектом международно-правового регулирования10

Достаточно активно в научной среде идет дискуссия и об изменении содержания отправной категории для позитивно-правового регулирования – государственном суверенитете.

Российские и зарубежные экономисты обосновывают выводы о том, что «экономический суверенитет уже не находится исключительно в ведении государств, а смещается по отраслевому принципу на региональные, надгосударственные или мировые уровни»11, «национальные власти шаг за шагом теряют возможность эффективно использовать такие традиционные рычаги макроэкономического регулирования, как импортные барьеры и экспортные субсидии, курс национальной валюты или ставка рефинансирования центрального банка…. Возникает несоответствие полномочий у традиционных государственных институтов принятия решений и международных институтов или надгосударственных органов, в руки которых быстро переходит контроль над основными ресурсами и экономическими процессами. Нарастает объем полномочий, делегируемых от государства наднациональным органам и универсальным глобальным организациям»12, «геоэкономика, где ведущую роль иг­рают транснациональные эконо­мические и финансовые структу­ры, размывает … государ­ственный суверенитет»13.

Правоведы, наоборот, занимаются «апологетикой» государственного суверенитета14, утверждают, что «социаль­ная роль и значимость государственного суверенитета не только не ослабевает, а, наоборот, еще больше возрастает»15, происходит «осуществление суверенитета»16 в новых формах

В этих условиях объективно возрастает роль иных регуляторов общественных отношений и систем социальных норм. В частности, социологи обосновывают, что «развитие медиапространства как сетевой социальной системы осуществляется на основе социальных норм»17.

Формирование новых подходов к регулированию информационного общества и отношений в информационном пространстве не может осуществлять без учета позиций наиболее авторитетных среди населения институтов гражданского общества, в том числе Русской Православной Церкви и Всемирного Русского Народного Собора.

В новейших диссертационных исследованиях, посвященных теории права и государства, отмечается, что «для российского общества актуальной является задача разработать такую правовую идею, которая соответствовала бы историческим традициям, духовности его народа, обеспечивала бы становление правового государства и правового общественного порядка»18, «в России … права человека должны в своей основе обладать нравственными началами, так как в российском правосознании прослеживается теснейшая связь права с нравственностью»19, «учет в праве, прежде всего в правовой доктрине, религиозных, духовно-нравственных начал может значительно улучшить качество правового регулирования общественных отношений»20, «в условиях глобализации европейской правовой идеологии духовно-нравственный аспект юридического мировоззрения приобретает особое значение в связи с актуализацией вопроса о сохранении традиционных правовых ценностей народов с различными самобытными правовыми укладами»21. В отдельны научных публикациях Церковь называется «связующим звеном между гражданским обществом и государственной властью»22

.

В этой связи актуальным является анализ подходов к развитию информационного общества в основополагающих документов РПЦ и ВРНС в сфере общественных отношений, таких как Основы социальной концепции Русской Православной Церкви 2000 г., Декларация о правах и достоинстве человека Х Всемирного Русского Народного Собора 2006 г., Основы учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека 2008 г.

1. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви 2000 г.

Данный документ был принят Юбилейным Архиерейским собором Русской Православной Церкви 13-16 августа 2000 г. Как следует из преамбулы, он «излагает базовые положения ее учения по вопросам церковно-государственных отношений и по ряду современных общественно значимых проблем».

Проблематика развития информационного общества отражена в ряде разделов Основ.

Раздел IV. Христианская этика и светское право определяет соотношение этих двух регуляторов.

«Право содержит в себе некоторый минимум нравственных норм, обязательных для всех членов общества…. При утрате видения мира в его целокупности поле правового регулирования сокращается лишь до случаев очевидного ущерба, да и рамки последнего уменьшаются вместе с разрушением общественной нравственности и секуляризацией сознания» (IV.2).

Большое значение в основах уделяется вопросу о правах личности. «В современном светском правосознании одним из доминирующих принципов стало представление о неотъемлемых правах личности» (IV.6).

Основы устанавливают, что «христианская социально-государственная этика требовала сохранить для человека некую автономную сферу, где его совесть остается “самовластным” хозяином, ибо от свободного волеизъявления в конечном счете зависят спасение или гибель, путь ко Христу или путь от Христа. Права на веру, на жизнь, на семью являются защитой сокровенных оснований человеческой свободы от произвола посторонних сил. Эти внутренние права дополняются и гарантируются другими, внешними – например, правами на свободу передвижения, получение информации, создание имущества, обладание им и его передачу».

Данное положение определяет соотношение отдельных прав, а также целевое предназначение права на информацию как гарантии прав на веру, на жизнь, на семью. Таким образом, если направленность реализации права на информацию противоречит данному направлению (например, распространение порнографии, жестокой информации), то такая реализация неприемлема23.

Положение развивается в разделе Х. Вопросы личной, семейной
и общественной нравственности.

«В условиях духовного кризиса человеческого общества средства массовой информации и произведения так называемой массовой культуры нередко становятся орудиями нравственного растления, воспевая и превознося половую разнузданность, всевозможные половые извращения, другие греховные страсти. Порнография, представляющая собой эксплуатацию полового влечения в коммерческих, политических или идеологических целях, способствует подавлению духовного и нравственного начала, низводя тем самым человека до уровня животного, руководствующегося лишь инстинктом» (X.6).

Осуждение данного вида деятельности содержится и в разделе VI. Труд и его плоды: «…современность породила развитие целой индустрии, специально направленной на пропаганду порока и греха, удовлетворение пагубных страстей и привычек, таких, как пьянство, наркомания, блуд и прелюбодеяние. Церковь свидетельствует о греховности участия в такой деятельности, поскольку она развращает не только трудящегося, но и общество в целом» (VI.5).

Развитие положения о приоритете права на семью перед правом на информацию содержится и в разделе XII. Проблемы биоэтики. «Церковь осуждает всякую пропаганду гомосексуализма. Не отказывая никому в основных правах на жизнь, уважение личного достоинства и участие в общественных делах, Церковь, однако, полагает, что лица, пропагандирующие гомосексуальный образ жизни, не должны допускаться к преподавательской, воспитательной и иной работе среди детей и молодежи, а также занимать начальственное положение в армии и исправительных учреждениях» (XII.9).

Ограничения на распространение негативной информации содержатся в разделе VIII. Война и мир: «Церковь также противостоит пропаганде войны и насилия, равно как и различным проявлениям ненависти, способной спровоцировать братоубийственные столкновения» (VIII.5).

Основы раскрывают сущность и недостатки секуляризованного подхода к правам личности (IV.7).

«По мере секуляризации высокие принципы неотчуждаемых прав человека превратились в понятие о правах индивидуума вне его связи с Богом. При этом охрана свободы личности трансформировалась в защиту своеволия (до тех пор, пока оно не вредит иным индивидуумам)».

Следует отметить, что проект Этического кодекса для информационного общества ЮНЕСКО также исходит из указанного антропоцентрического принципа – «использование ИКТ и создание контента должно уважать права человека и фундаментальные свободы других, включая неприкосновенность личной жизни и право на свободу мысли, совести и вероисповедания, в соответствии с соответствующими международными инструментами» (ч. 2 ст. 2).

Раздел VII. Собственность содержит важное положение – «Все большую значимость приобретает интеллектуальная собственность, объектами которой являются научные труды и изобретения, информационные технологии, художественные произведения и другие достижения творческой мысли. Церковь приветствует творческий труд, направленный на благо общества, и осуждает нарушение авторских прав на интеллектуальную собственность» (VII.3). В этой части Основы коррелируют с ч. 4 ст. 4 проекта Этического кодекса – «Всем заинтересованным сторонам следует иметь в виду пределы прав интеллектуальной собственности…».

Основы затрагивают и нравственную составляющую реализации права на образование – «Образование, особенно адресованное детям и подросткам, призвано не только передавать информацию. Возгревание в юных сердцах устремленности к Истине, подлинного нравственного чувства, любви к ближним, к своему отечеству, его истории и культуре – должно стать задачей школы не в меньшей, а может быть и в большей мере, чем преподавание знаний» (XIV.3).

Особое значение в Основах уделяется средствам массовой информации – раздел XV. Церковь и светские средства массовой информации.

«Церковь с уважением относится к труду журналистов, призванных снабжать широкие слои общества своевременной информацией о происходящем в мире, ориентируя людей в нынешней сложной реальности. При этом важно помнить, что информирование зрителя, слушателя и читателя должно основываться не только на твердой приверженности правде, но и на заботе о нравственном состоянии личности и общества, что включает в себя раскрытие положительных идеалов, а также борьбу с распространением зла, греха и порока. Недопустимыми являются пропаганда насилия, вражды и ненависти, национальной, социальной и религиозной розни, а также греховная эксплуатация человеческих инстинктов, в том числе в коммерческих целях. СМИ, обладающие огромным влиянием на аудиторию, несут величайшую ответственность за воспитание людей, особенно подрастающего поколения. Журналисты и руководители средств массовой информации обязаны помнить об этой ответственности» (XV.1).

Целый ряд положений, связанных с развитием информационного общества, содержится в разделе XVI. Международные отношения. Проблемы глобализации и секуляризма.

«Приветствуется международное сотрудничество в культурной, научной, просветительской, информационной областях, если оно устрояется на равноправной и взаимоуважительной основе, направлено на обогащение каждого из вовлеченных в него народов опытом, знаниями и плодами творческих достижений» (XVI.1).

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.