WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |

V. ПоследствиЯ плена

Первоначально я думал ограничиться лишь причинами, обусловившими пленение столь большого числа наших воинов. Однако решил, что надо как-то и завершить тему. Оказалось это довольно трудным делом, ибо я убедился в невозможности коротко описать то многое, что связано с последствиями плена. Ведь надо проследить весь процесс, судьбу воинов от факта пленения и до сегодняшнего дня. Плен оставил следы на всей жизни как самих бывших военнопленных, так и множества людей близких им.

Хочу подчеркнуть, что в силу ограниченных возможностей для подробного и более глубокого раскрытия темы, я смогу затронуть лишь принципиальные, на мой взгляд, моменты, зная, что за кадром останется очень много важного.

Итак, как же выглядело пленение По-разному. Случаев пленения похожих и не очень непохожих друг на друга множество. Самый распространенный, типичный вариант - это когда воины десятками и сотнями тысяч оказывались в огромных котлах окружения и, потеряв всякую возможность сопротивления, голодные, измученные, без боеприпасов, под угрозой применения оружия противником бросали уже ненужное свое оружие и становились толпой - послушной жертвой врага, делали, что велят и шли - куда велят. Есть немало фотографий тех лет, изъятых у немцев, где наши советские воины выглядят безликой массой с поднятыми руками или бредут беспорядочной толпой под охраной немногочисленных конвоиров.

Многие попадали в плен в бою, будучи раненными, контуженными, неспособными сопротивляться, применить свое оружие. Некоторые, видя надвигающегося противника, спешили бросить оружие и поднять руки. Описывается много случае, когда воины, вырвавшись из окружения и пытаясь прорваться к своим группами разной численности и в одиночку также попадали в плен. Надо сказать, часто обстоятельства заставляли командиров распускать свои части и подразделения, чтобы люди пробивались из окружения к своим кто как может.

В ходе активных боевых действий также немало попадало в плен: в обороне при наступлении превосходящих сил противника или в ходе наступательного боя, когда противнику удавалось контрударом или контратакой отсечь от основной группировки какую-то часть сил, нанести потери и вынудить прекратить сопротивление.

В длительной войне было множество случаев, когда войска оказывались лишенными самого необходимого, голодали и под психологическим воздействием врага переходили на его сторону. Так, в марте 1942 г. в Заполярье шестеро солдат из боевого охранения в обороне перешли к противнику. Эти солдаты долгое время не получали положенного довольствия, голодали, были обморожены. Не выдержав несправедливости со стороны непосредственных начальников и поддавшись вражеской агитации (листовки, громкоговорители) вынуждены были уйти к противнику в надежде выжить [85].

Вот еще некоторые малоизвестные факты, из которых видно, что в плену у немцев оказывались не только окруженные части и подразделения КА. Были случаи, когда целые группы бойцов и командиров уходили к врагу организованно, с оружием в руках.

Так, майор И.Кононов, ставший впоследствии командиром казачьего полка в вермахте, а затем командиром казачьих дивизий и корпуса, летом 1941 г. находился на очень сложном участке в арьергарде, прикрывал отход своей дивизии. 22 августа с большой частью полка, со знаменем, с группой командиров и комиссаром перешел на сторону немцев, заявив, что "желает бороться против ненавистного сталинского режима". (Кононов потерял трех братьев в результате "расказачивания" на Дону) [86].

По утверждению немецкого историка И.Хоффмана, на сторону Германии перелетело не менее 80 советских летчиков на своих самолетах. Из них сформировали группу летчиков, которой командовал бывший полковник КА В.Мальцев. Группа участвовала в боевых действиях вместе с тремя эстонскими и двумя латышскими авиаэскадрильями [87].

На сторону врага немало воинов перебегало в ходе всей войны. Считается, что процентное соотношение перебежчиков в плен в первый год войны не превышало 1,4-1,5%. В дальнейшем этот показатель уменьшался. Из 38 пересыльных лагерей "гулагов", действовавших в зоне немецкой группы армий "Центр" два были предназначены специально для перебежчиков.

Случаи перехода на сторону врага отмечались и в конце войны. Среди 27 629 советских военнослужащих, плененных с декабря 1944 г. по март 1945 г. насчитывалось 1710 перебежчиков. Для сравнения, среди такого же количества американских, английских и французских военнослужащих (28050), захваченных немцами во время наступления в Арденнах в декабре 1944 г. - январе 1945 г. оказалось только 5 перебежчиков [88].

Оказавшись во власти немцев, пленные последовательно перегонялись из лагеря в лагерь все глубже в тыл, из полевых в более крупные. И первые, и вторые представляли из себя часто голое поле, огороженное колючей проволокой. Люди сгонялись туда, как скот, и находились неделями и месяцами под открытым небом, без каких-либо укрытий от непогоды. Чтобы обогреться как-то, пытались копать ямы. Особенно страдали те, кто попал в плен летом, у них не было даже шинелей, многие были босиком. Считались счастливчиками те, у кого были котелки, консервные банки или каски - в них они получали изредка лагерную баланду, а у кого не было ничего, подставляли при раздаче пищи пилотки или пригоршни. А кормили в лагерях не каждый день. Люди гибли от холода, болезней и голода несчетно. Недавно по телевидению выступали бывшие военнопленные, так один из них сказал: "Страшнее голода нет ничего. Голодный человек на все готов". Люди, доведенные пребыванием в лагерях до полного отчаяния, теряли человеческий облик. Людьми овладевала апатия, полное равнодушие к своей судьбе.

Особо тяжелыми условиями отличался лагерь для военнопленных в Саласпилсе под Ригой. Лагерь был под открытым небом, а шел октябрь 1943 года. Вот показания одного из узников: "Каждое утро в лагере начиналось с того, что мы убирали трупы наших товарищей, скончавшихся за ночь, складывая их штабелями в определенном месте". В этом лагере вместе с немцами охрану несли украинские буржуазные националисты, которые по жестокости обращения с военнопленными превосходили немцев-фашистов. Условия этого лагеря нельзя было выдержать более двух-трех недель [89]. Немецкая статистика зарегистрировала: в пересыльных лагерях погибло 280 тысяч человек.

Мы как-то привыкли считать, что жестокое обращение с пленными было только со стороны немцев. Однако и финны не уступали им. За три года войны в финском плену побывало 64 182 советских военнослужащих. Из них - 18 700 человек умерло от голода, холода, болезней и жестокого обращения. Лишь за первый год войны в лагерях погибло 17 тысяч человек. Эти данные приводятся из книги финского писателя [90]. В истории плена подобных фактов множество.

Следующий этап мучительных страданий бывших воинов - это переход из лагеря в лагерь пешим порядком или транспортировка их по железной дороге в товарных вагонах с наглухо закрытыми дверями, как правило, без пищи и в самых антисанитарных условиях, когда живые и мертвые были вместе до пункта назначения - стационарного лагеря.

Если верить немецким источникам, по дороге в стационарные лагеря только за ноябрь-декабрь 1941 года голод скосил почти 400 тысяч человек.

В годы наибольшей численности военнопленных на территории Германии, Австрии, Польши, Чехословакии, СССР и Норвегии имелось 2663 лагеря для рядовых и офицеров. Масштабы уничтожения советских военнопленных в гитлеровских лагерях огромны. Из 3 350 тысяч военнопленных, по данным ОКВ, захваченных в 1941 году, почти 60% умерло до 1 февраля 1942 года. Пленных лишали одежды, медицинской помощи, их морили голодом и расстреливали. Значительную часть советских военнопленных, особенно командиров и политработников, гитлеровцы направляли в концлагеря, где их ждала верная гибель.

На всех этапах четырехлетнего страшного пути в плену советские солдаты, младшие командиры и офицеры погибали сотнями тысяч.

А теперь о том, как вели себя советские военнослужащие будучи в плену.

Маршал К.А.Мерецков писал: "По-видимому, в этом тяжелом мучительном явлении "плен" кроется нечто постыдно удушающее в общечеловеческом смысле данного слова. Однако все зависит от того, как повел себя человек дальше, попав в руки своих врагов. Даже самое безнадежное положение пленного не может лишить его возможности сопротивляться" [91].

Люди вели себя по-разному. У нас нет никаких сомнений в том, что большинство военнопленных искали пути к побегу. Уже упоминалось, что к маю 1944 года число убитых при попытке к бегству достигло 1 миллиона. Пытались освободиться группами и в одиночку из различных лагерей и при транспортировке. Случаев таких множество, хотя шанс на успех часто бывал очень мал.

Нельзя без волнения писать о случаях побега из лагерей.

14 октября 1943 г. под руководством военнопленного офицера Александра Печерского восстали заключенные в лагере смерти Собибор (Польша). Первая шеренга узников, жертвуя собой, замкнула ток высокого напряжения в колючей проволоке ограды, тем позволила вырваться из лагеря другим участникам побега. Из свыше 500 человек обрели свободу лишь 40, спустя 5 дней они прибились к одному из отрядов партизан.

Известно, что те немногие, которым удалось бежать из лагерей, расположенных во Франции, Италии, Югославии и других западных стран, вставали в ряды бойцов движения Сопротивления, местных партизанских отрядов.

В ночь на 2 февраля 1945 года был осуществлен массовый побег около 600 заключенных Маутхаузена. 500 из них удалось преодолеть колючую проволоку и выйти за пределы лагеря. В нацистском документе сказано, что "снова схвачено свыше 300 человек, среди них 57 живыми". Важно отметить, что побег совершен, когда наша армия и войска союзников находились в сотнях километров и на их поддержку нельзя было рассчитывать.

Монография Е.Бродского "Они не пропали без вести" [2] полна примеров, свидетельствующих о том, как наши люди, оказавшись в плену, не сидели сложа руки. Где только можно было, они вносили свою лепту в антифашистскую борьбу. Многочисленны случаи ведения активных диверсионных действий на всей территории Германии, саботажа и вредительства на промышленных предприятиях.

Из этой книги стало известно, что по инициативе военнопленных советских офицеров в южной части Германии - в Баварии, где была сосредоточена основная часть лагерей, была создана подпольная организация, названная для конспирации Братское сотрудничество военнопленных (БСВ). Общее число установленных гестапо к сентябрю 1944 г. организаторов и активистов БСВ только в южных районах превысило 770 человек. БСВ имело своих членов почти во всех лагерях военнопленных и более чем в 20 лагерях восточных рабочих. Оно установило связи с антифашистским немецким народным фронтом. Руководящее ядро БСВ трагически погибло 4 сентября 1944 г. 92 офицера были казнены в лагере Дахау, а примерно 500 других казнили в Маутхаузене.

Их лозунг был - создать второй русский фронт в тылу у фашистов.

Борьба и смерть - свидетельство преданности, благородства и мужества многих сыновей и дочерей наших народов на очень трудном участке гигантского фронта народной, антифашистской войны - в тылу врага.

Не забудем об этом!

Пожалуй, самый трудный вопрос, связанный с наиболее трагическими последствиями плена - это служба советских людей в различных воинских и полувоинских формированиях на стороне Германии против своей армии и народа. Формирование частей "восточных войск" началось уже в июле - августе 1941 года. В начале войны немцы привлекали советских граждан к несению вспомогательной службы в тыловых частях, затем стали создавать воинские подразделения и части для отправки их на Восточный фронт. Наиболее активно создание этих частей шло с августа 1942 года, когда стали ощутимыми потери немецких войск. Основной контингент - военнопленные, но привлекались и гражданские лица оккупированных местностей, а позже и угнанные в Германию на принудительные работы.

По имеющимся в архивах данным, формирование так называемых национальных легионов из военнопленных было типичным для всех лагерей. Вначале объявлялась запись добровольцев, но поскольку их было недостаточно, то записывали принудительно, под угрозой смерти.

Вот как формировались "добровольцами" батальоны легиона "Идель-Урал". Немцы разделили лагерь на две части. В одной пленные по-прежнему сотнями гибли от голода и тифа. В другой - так называемом полулегионе - было введено трехразовое питание. Для вступления в полулегион не требовалось ни подписки, ни даже устного согласия. Достаточно было просто перейти из одной половины лагеря в другую. Многие не выдерживали такой "наглядной" агитации.

Убедившись, что формирование легиона идет слишком медленно, немцы просто пригоняли татарских и башкирских пленных в места формирования и объявляли, что отныне все они являются "восточными добровольцами". Соблюдая форму, немецкий офицер через переводчика спрашивал, кто не желает служить в легионе. Находились и такие. Их тут же выводили из строя и расстреливали на глазах остальных [92].

Надо признать, как это ни покажется парадоксальным, известные приказы №№ 270 (август 1941) и 227 (июль 1942 г.) внесли "ясность" в сознание многих военнопленных. Узнав, что они уже являются "предателями" и мосты их сожжены, а также познав "прелести" фашистских лагерей, они, естественно, стали думать, что делать Умирать за колючей проволокой или... А тут пропагандисты, немецкие и из бывших своих, агитируют вступать в остлегионы, обещают нормальное питание, форменную одежду и освобождение от повседневного изнуряющего лагерного террора.

Известно, что упомянутые приказы были вызваны крайне кризисными ситуациями НПВ. Но они, особенно № 270, подтолкнули некоторую часть растерявшихся, голодных людей (не без помощи агитаторов) вступать в вооруженные формирования немцев. Надо иметь в виду, что немцы вербуемых кандидатов подвергали какой-то проверке, отдавая предпочтение тем, кто сумел доказать свою нелояльность к советской власти. Находились и такие, кто наговаривал на себя, чтобы выжить.

Главное, что вынуждало военнопленных к вступлению в эти части, - это нечеловеческие условия, созданные немцами для советских военнопленных. В страшную зиму 1941-1942 года в лагерях погибло 2 миллиона человек. О положении военнопленных, как уже указывалось в I разделе, пишет Розенберг 28 февраля 1942 года в своем письме Кейтелю: "Из 3,6 млн. военнопленных в настоящее время вполне работоспособны только несколько сот тысяч. Большая часть их умерла от голода и холода. Тысячи погибли от сыпного тифа" [4]. Во многих лагерях пленные содержались под открытым небом. Ни в дождь, ни в снег им не предоставляли укрытия.

И наконец, следует упомянуть о расстрелах военнопленных. При этом полностью игнорировались какие-либо политические соображения. Так во многих лагерях расстреливали, к примеру, всех "азиатов" [12].

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.