WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 39 | 40 ||

- Давайте проверим, правильно ли я понял.Согласно Вашей теории, то, что я называю сексом, часто не есть секс, - покрайней мере, не хороший секс, - а просто способ защитить себя от страха,особенно от страха старения и смерти. И когда у меня не получается, то это непотому, что я потерял сексуальность как мужчина, а потому, что я жду от сексатого, что он не может дать.

- Точно. И тому много доказательств. Это соно двух могильщиках и трости с белым наконечником. Это сон о грунтовых водах,размывающих Ваш дом, который Вы пытаетесь спасти, пробурив гигантскую скважину.Это чувство физического слияния с Филис, которое Вы только что описали, -замаскированное под секс, но, как Вы заметили, не являющеесясексом.

- Итак, есть две проблемы. Во-первых, я ждуот секса того, что он не в силах мне дать. Во-вторых, я наделил Филис почтисверхъестественной властью исцелять или защищать меня.

- И все это прошло, когда Вы услышали ееповторяющуюся отчаянную молитву.

- Именно тогда я понял, как она уязвима, - неФилис только, а всеженщины. Нет, не только женщины, а все вообще. Я делал то же самое, что иФилис, - надеялся на магию.

- Итак, Вы зависите от ее силы, защищающейВас, а она, в свою очередь, умоляет о защите с помощью магического заклинания,- посмотрим, с чем же это Вас оставляет.

- Есть еще кое-что важное. Посмотрим на всеэто с точки зрения Филис: если она из любви к Вам принимает роль богини,которую Вы на нее возложили, подумайте, как влияет эта роль на ее собственныевозможности роста. Чтобы оставаться на своем пьедестале, она никогда не должнаговорить с Вами о своейболи и своих страхах - илидо сих пор не должна была.

- Постойте. Дайте мне записать. Я собираюсьобъяснить все про Филис, - Марвин торопливо записывал.

- Так что в каком-то смысле она следовалаВашим невысказанным желаниям, когда скрывала свои слабости и притворялась болеесильной, чем на самом деле. Я подозреваю, что это одна из причин, по которойона вначале отказалась от терапии, - другими словами, она поддерживала Вашежелание, чтобы она неменялась. Я также подозреваю, что если Вы спросите ее теперь, она сможетприйти.

- Ну и ну, мы и в самом деле настроены наодну волну. Мы с Филис уже обсуждали это, и она готова с Вамипоговорить.

Теперь к терапии подключилась Филис. Онапришла вместе с Марвином на следующий сеанс - привлекательная, милая женщина,которая усилием воли преодолела свое смущение и на нашем сеансе втроем быласмелой и откровенной.

Наши догадки насчет Филис оказались близки кистине: она часто вынуждена была скрывать свое чувство слабости, чтобы неразочаровывать Марвина. И, конечно, она должна была быть особенно заботливой,когда он был расстроен - в последнее время это означало, что она должна былабыть заботливой почти постоянно.

Но ее поведение определялось не толькореакцией на проблемы Марвина. Филис сталкивалась и со многими личнымипроблемами, самой болезненной из них было отсутствие образования и то, чтоинтеллектуально она отстает от большинства людей, особенно от Марвина. Одна изпричин, по которым она боялась и избегала социальных контактов, состояла в том,что кто-нибудь мог спросить ее: "Чем Вы занимаетесь" Она избегала длинныхразговоров, так как могло выясниться, что она никогда не училась в колледже.Всякий раз, когда Филис сравнивала себя с другими, она неизменно приходила квыводу, что они лучше информированы, более умны, социально приспособлены,уверены в себе и интересны.

- Возможно, - предположил я, - единственнаяобласть, в которой Вы могли сохранить власть, - это секс. Это та сфера, гдеМарвин нуждается в Вас и не может одержать над Вами верх.

Вначале Филис колебалась с ответом, но потомслова нашлись сами:

- Думаю, я должна была иметь что-то, что хотел Марвин. Во многихдругих отношениях он очень самодостаточен. Я часто чувствую, как мало я могуему предложить. Я не смогла иметь детей, я боюсь людей, я никогда не работалавне дома, у меня нет ни талантов, ни способностей.

Она остановилась, вытерла глаза и сказала,обращаясь к Марвину:

- Видишь, я могу плакать, если разрешусебе.

Потом Филис снова повернулась комне:

- Марвин сказал Вам, что говорит со мной отом, что Вы здесь обсуждаете. Так что я тоже участвую в терапии. Некоторые темыпотрясли меня, они относятся больше ко мне, чем к нему.

- Например

- Например, сожаление. Это как раз про меня.Я часто сожалею о том, что сделала со своей жизнью, или, точнее, чего несделала.

В этот момент мое сердце наполнилосьсимпатией к Филис, и я во что бы то ни стало захотел сказать ей что-нибудьободряющее.

- Если мы слишком глубоко заглядываем впрошлое, легко переполниться сожалением. Но сейчас самое главное - обернуться кбудущему. Мы должны подумать о переменах. Нельзя допустить, чтобы следующиепять лет Вы прожили так же, как те прошедшие пять лет, о которыхсожалеете.

После короткого раздумья Филисответила:

- Я хотела сказать, что слишком стара, чтобычто-то менять. Я чувствовала это последние тридцать лет. Тридцать лет! Вся мояжизнь прошла с чувством, что уже слишком поздно. Но то, как изменился Марвин запоследние несколько недель, потрясло меня. Может быть, Вам это непонятно, ноодно то, что я сегодня здесь, в кабинете психиатра, рассказываю о себе, - этоуже огромный, огромный шаг вперед.

Я помню, что подумал, как удачно, чтоизменения Марвина побудили к изменениям и Филис. В терапии нередко происходитобратное. Фактически терапия часто вызывает напряжение в браке: если пациентизменяется, а его супруг остается в прежнем состоянии, то динамическоеравновесие в браке нарушается. Пациент вынужден либо отказаться от развития,либо развиваться и рисковать союзом. Я был очень благодарен Филис запроявленную гибкость.

Последнее, что мы обсуждали, быловозникновение симптомов Марвина. Я объяснял себе символическое значениеотставки - экзистенциальную тревогу, лежащую в основе этой важной жизненнойвехи, - как причину появления симптомов. Но Филис предложила дополнительноеобъяснение.

- Я уверена, что Вы знаете, о чем говорите, ичто Марвин, должно быть, расстроен своей отставкой больше, чем подозревает. Но,сказать по правде, больше всего его отставкой расстроена я - а когда ячем-либо расстроена, Марвин тоже огорчается. Так устроены наши отношения. Еслия грущу, даже тайком, он чувствует это и расстраивается. Иногда он такимобразом берет на себя мою грусть.

Филис сказала это с такой легкостью, что я наминуту забыл, в каком она напряжении. Раньше она поглядывала на Марвина,произнося каждую свою фразу. Я не знал точно: для того ли, чтобы получить егоподдержку, или чтобы убедиться, что он выдержит то, что она собирается сказать.Но сейчас она была захвачена тем, что говорила, и держалась совершенносвободно.

- Чем Вас расстроила отставкаМарвина

- Ну, во-первых, для него уход на пенсиюозначает возможность путешествовать. Я не знаю, много ли он говорил Вам о моемотношении к путешествиям. Я этим вовсе не горжусь, но мне тяжело покидать дом ипускаться в странствия по миру. Потом, мне не нравится, что Марвин будет теперь"хозяйничать" в доме. Последние сорок лет он был хозяином в своем офисе, а я -в доме. Теперь я знаю, что это и его дом тоже. Главным образом, это ведь егодом - он заплатил за него деньги. Но мне обидно слышать его разговоры о том,как он реконструирует дом, чтобы разместить свои разнообразные коллекции.Например, сейчас он пытается найти кого-то, кто сделает ему стеклянныйобеденный стол, на котором он разместит свои политические листовки. Я не хочуесть на политических листовках. Я боюсь, что мы начнем ссориться. И... - онаостановилась.

- Вы собирались сказать что-то еще,Филис

- Ну, это труднее всего сказать. Я чувствуюсебя смущенной. Я боюсь, что когда Марвин будет оставаться дома, он увидит, какмало я каждый день делаю, и потеряет ко мне уважение.

Марвин просто взял ее за руку. Казалось, этобыло правильно. На протяжении всего сеанса он слушал с большим сочувствием.Никаких отвлекающих вопросов, никаких плоских шуток, никакого стремленияудержаться на поверхности. Он заверил Филис, что путешествия важны для него, ноне настолько, чтобы он не мог подождать до тех пор, пока она не будет готова кним. Он открыто сказал ей, что самая важная в мире вещь для него - это ихотношения и что он никогда не чувствовал к ней такой близости.

Я встречался с Филис и Марвином еще несколькораз. Я поддерживал их новый, более открытый тип общения и дал им несколькорекомендаций относительно сексуального поведения: как Филис может помочьМарвину сохранить эрекцию или избежать преждевременной эякуляции, как Марвинуотноситься к сексу менее механически и как он может довести Филис до оргазмамануально или орально, если потерял эрекцию.

Она была затворницей многие годы и редковыходила одна. Мне показалось, что пришло время разрушить эту схему. Я полагал,что смысл - по крайней мере, один из смыслов ее агорафобии - утратилактуальность и можно воздействовать на нее с помощью парадокса. Вначале яполучил согласие Марвина, что он обещает, последовать любому моему совету чтобыпомочь Филис преодолеть ее страх. Затем я велел ему говорить ей каждые два часаодни и те же слова (если он в это время на работе, то звонить и говорить потелефону): "Филис, пожалуйста, не уходи из дома. Мне нужно знать, что ты всевремя здесь, чтобы заботиться обо мне и защищать меня от моихстрахов".

Глаза Филис расширились. Марвин посмотрел наменя недоверчиво. Я что, серьезно Я сказал, что понимаю, как идиотски этозвучит, но убедил их добросовестно последовать моим инструкциям.

Первые несколько раз, когда Марвин просилФилис не покидать дом, оба были смущены; это звучало искусственно и нелепо -она месяцами не выходила из дома. Но вскоре смущение сменилось раздражением.Марвин был радражен тем, что я взял с него обещание повторять эту дурацкуюфразу. Филис знала, что Марвин следует моим инструкциям, но тоже былараздражена его приказаниями оставаться дома. Через несколько дней она пошлаодна в библиотеку, потом за покупками, а на следующей неделе отправиласьдальше, чем отваживалась за многие годы.

Я редко прибегаю к таким манипулятивнымметодам в психотерапии; обычно цена слишком высока - нужно жертвоватьподлинностью терапевтического контакта. Но парадокс может быть эффективным втех случаях, когда терапевтические основания прочны и предписываемое поведениеразрушает смысл симптома. В данном случае агорафобия Филис была не ее, а их симптомом и служила сохранениюсупружеского равновесия: Филис всегда была в распоряжении Марвина; он могсовершать вылазки в мир, обеспечивать их безопасность, но сам чувствовал себя вбезопасности, только будучи уверенным, что она всегда ждет егодома...

Была определенная ирония в моем использованииэтой инструкции: экзистенциальный подход и манипулирование парадоксами -довольно странное сочетание. Но здесь последовательность выгляделаестественной.

Марвин использовал в своих взаимоотношениях сФилис те прозрения, которые он получил, столкнувшись с глубинными источникамисвоего отчаянья. Несмотря на свою растерянность (проявившуюся в сновидении ввиде неспособности перестроить дом среди ночи), он, тем не менее, добилсярадикальной перестройки своих отношений с женой. Оба - и Марвин, и Филис -теперь так заботились о развитии друг друга, что могли полноценно сотрудничатьв деле искоренения симптома.

Изменение Марвина запустило спиральадаптации: освобожденная от своей ограничивающей роли, Филис буквальнопреобразилась за несколько недель и продолжила укреплять свои изменения виндивидуальной работе с другим терапевтом в следующем году.

Мы с Марвином встретились еще только дважды.Довольный достигнутым прогрессом, он понял, как он выразился, что получилхороший доход от своих инвестиций. Мигрени, которые были причиной его обращенияза помощью, больше никогда не возвращались. Хотя у него еще случались колебаниянастроения (и они по-прежнему зависели от секса), их интенсивность значительноуменьшилась. Марвин считал, что теперь колебания настроения несравнимо меньше,чем все предыдущие двадцать лет.

Я тоже чувствовал удовлетворение от нашейработы. Всегда есть что-то еще, что можно было бы сделать, но в целом мывыполнили гораздо больше, чем я предполагал в начале работы. Тот факт, чтокошмары Марвина прекратились, тоже был благоприятным. Хотя я больше не получалпосланий от сновидца, я по ним не скучал. Марвин и сновидец слились воедино, ия говорил теперь с ними как с одним человеком.

Следующий раз я встретился с Марвином годспустя: я всегда назначаю пациентам встречу через год - как для их пользы, таки в личных познавательных целях. У меня есть привычка проигрывать для пациентовкусочек нашего первого сеанса, записанного на магнитофон. Марвин десять минутслушал с большим интересом, потом улыбнулся и сказал:

- Господи, кто этот осел

Достижения Марвина были серьезными. Наблюдаяподобную реакцию у многих пациентов, я начал рассматривать ее как надежныйпоказатель изменений. Фактически Марвин говорил: "Сейчас я другой человек. Я струдом узнаю того Марвина, которым был год назад. То, что я делал тогда -отказывался взглянуть правде в глаза, пытался контролировать или запугиватьдругих, старался потрясти других своим интеллектом, добросовестностью, своимисхемами - все это прошло. Я больше этого не делаю".

Это немалые достижения, они указывают насущественную перестройку личности. Но они столь тонкие по своему характеру, чтообычно ускользают от исследовательских опросников.

Со своей обычной добросовестностью, Марвинявился с готовым отчетом, в котором оценивались задачи и достижения терапии.Вердикт был смешанным: в некоторых областях ему удалось сохранить изменения, вдругих он отступил назад. Во-первых, сообщил он мне, у Филис все хорошо: еестрах выходить из дома значительно уменьшился. Она участвовала в женскойтерапевтической группе и работала над своим страхом социальных контактов.Возможно, самым потрясающим было ее решение конструктивно бороться со своимсмущением по поводу отсутствия образования - она записалась в колледж нанесколько курсов для пожилых людей.

А что же Марвин У него больше не быломигреней. Его колебания настроения сохранились, но были умеренными.Периодически у него были эпизоды импотенции, но он не так беспокоился об этом,как раньше. Он изменил свое мнение об отставке и теперь работал неполный день,но поменял сферу деятельности на более интересную для себя. У них с Филиспо-прежнему очень хорошие отношения, но иногда он чувствовал себя заброшеннымиз-за ее новой деятельности.

А что мой старый друг, сновидец Что с нимстало Было ли у него сообщение для меня Ночные кошмары у Марвина больше неповторялись, но в ночь накануне нашей встречи он увидел короткий и оченьзагадочный сон. Казалось, сон пытается ему что-то сказать. Возможно,предположил он, я смогу понять его.

Pages:     | 1 |   ...   | 39 | 40 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.