WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 41 |

Несмотря на то, что я привык к неожиданнымсаморазоблачениям Пенни, я не был готов к той бомбе, которую она взорвала нанашем одиннадцатом, предпоследнем сеансе. Мы говорили об окончании терапии, иона сказала, как привыкла к нашим встречам и как ей будет трудно прощаться сомной на следующей неделе, что эта потеря будет еще одной в списке ее утрат. Ивдруг Пенни упомянула вскользь:

- Я когда-нибудь говорила Вам, что вшестнадцать лет родила близнецов

Я хотел закричать: "Что Близнецы Вшестнадцать лет Что Вы подразумеваете под "Якогда-нибудь говорила Вам" Черт возьми, Вы прекраснознаете, что не говорили!" Но, имея в своем распоряжении лишь остаток этогосеанса и следующий, я вынужден был проигнорировать способ, каким она сделалаэто признание, и заняться самой новостью:

- Нет, никогда. Просветите меня.

- Ну, я забеременела в 15 лет. Поэтому я ибросила школу. Я никому не говорила, пока не стало слишком поздно что-либоделать, и пришлось рожать. Это оказались девочки-близнецы.

Пенни остановилась - у нее запершило в горле.Очевидно, говорить об этом было намного труднее, чем она пыталась изобразить.

Я спросил, что случилось с близнецами.

- Служба социального обеспечения призналаменя неспособной быть матерью, - полагаю, они были правы, - но я отказаласьотдать детей и попыталась заботиться о них сама, но через полгода их все-такизабрали. Я навещала их пару раз, пока их не пристроили. С тех пор я ни разуничего о них не слышала. Никогда не пыталась ничего выяснить. Я уехала изАтланты и никогда не оглядывалась назад.

- Вы часто думаете о них

- Раньше нет. Я вспоминала о них всего парураз после смерти Крисси, а в последние две недели я думаю о них постоянно. Гдеони, как они поживают, богаты ли они Это было единственное, о чем я просилаагенство по усыновлению. Они сказали, что постараются. Сейчас я все время читаюв газетах истории о бедных матерях, продающих детей богатым семьям. Но что,черт возьми, я знала тогда

Мы провели остаток предпоследнего и частьпоследнего сеанса, обсуждая подробности этой новой информации. Любопытно, но еепризнание помогло нам найти способ окончания терапии, поскольку позволилозамкнуть круг, вернув нас к началу терапии, к ее до сих пор не разгаданномусну, в котором двое ее маленьких сыновей, одетых как девочки, были выставленына обозрение в учреждении. Смерть Крисси и разочарование Пенни в своих сыновьяхдолжны были обострить ее скорбь об оставленных девочках, должны были заставитьее почувствовать, что не только не тот ребенок умер, но и не те дети былиотданы на усыновление.

Я спросил, чувствует ли она вину за то, чтооставила своих детей. Пенни ответила, что объективно то, что она сделала, былолучше и для нее, и для них. Если бы в шестнадцать лет ей пришлось растить двухдетей, она опустилась бы до той жизни, какую вела ее мать. И это было быкошмаром для детей; она ничего не могла бы дать им как мать-одиночка.

Тут я понял наконец, почему Пенни откладываларазговор о своих близнецах. Ей было стыдно сказать мне, что она не знает, ктоих отец. В то время она вела крайне беспорядочную половую жизнь; фактически онабыла "потаскухой из школьного туалета" (ее выражение), и отцом мог быть любойиз десяти парней. Никто в ее нынешней жизни, даже муж, не знал ни о ее прошлом,ни о близнецах, ни о ее школьной репутации - от этого она тоже пыталасьубежать.

Пенни закончила сеанс словами:

- Вы единственный человек, который это знает.

- Что Вы чувствуете, рассказывая мне обэтом

- У меня смешанное чувство. Я много думала отом, чтобы рассказать Вам. Я разговаривала с Вами всю неделю.

- Что значит смешанное

- Страшно, хорошо, плохо, высоко, низко, -выпалила Пенни. Не выдержав обсуждения более тонких чувств, она началараздражаться. Но потом прислушалась к себе и успокоилась.

- Вероятно, я боюсь, что Вы осудите меня. Яхочу, чтобы во время нашей последней встречи на следующей неделе Вы все ещеуважали меня.

- А Вы сомневаетесь в моемуважении

- Откуда мне знать Вы только и делаете, чтозадаете вопросы.

Она была права. Мы подошли к концу нашегоодиннадцатого сеанса - у меня больше не было времени увиливать.

- Не беспокойтесь об этом, Пенни. Чем большея узнаю Вас, тем больше Вы мне нравитесь. Я полон восхищения тем, что Вамудалось преодолеть и совершить в жизни.

Пенни разрыдалась. Она показала на часы,напоминая, что наше время истекло, и выскочила из кабинета, прикрыв лицосалфеткой.

Через неделю на нашей последней встрече яузнал, что рыдания продолжались почти всю неделю. По дороге домой послепредыдущего сеанса Пенни зашла на кладбище, села напротив могилы Крисси и, какона часто делала, стала оплакивать свою дочь. Но в тот день слезы никак некончались. Она легла на землю, обняв надгробие Крисси, и рыдала все сильнее исильнее - уже не только о Крисси, но и обо всех остальных - обо всех, кого онапотеряла.

Она оплакивала своих сыновей, ихизуродованные жизни, навсегда упущенные годы. Она оплакивала двух потерянныхдочерей, которых никогда не знала. Своего отца - каким бы он ни был. Даже своюстарую нищую мать и сестер, которых она вычеркнула из своей жизни двадцать летназад. Но больше всего она оплакивала себя - ту жизнь, о которой мечтала, нокоторой никогда не имела.

Вскоре наше время истекло. Мы встали, подошлик двери, пожали друг другу руки и расстались. Я наблюдал, как она спускается полестнице. Она заметила это, повернулась ко мне и сказала:

- Не беспокойтесь обо мне. Со мной все будетхорошо. Помните, - она показала на серебряную цепочку у себя на шее - я всегдабыла ребенком со своим ключом.

Эпилог

Я еще раз встречался с Пенни год спустя,когда вернулся из отпуска. К моему облегчению, ей стало намного лучше. Хотя онаи уверяла меня, что с ней все будет в порядке, я очень волновался за нее. Уменя никогда не было пациентки, которая была бы готова раскрыть стольболезненный материал за такое короткое время. Которая бы так шумно плакала.(Моя секретарша, стол которой в соседней комнате, обычно уходила на длительныйобеденный перерыв во время моих сеансов с Пенни.)

На первом сеансе Пенни сказала: "Помогите мнетолько начать. Об остальном я сама позабочусь". В результате так и получилось.В течение года после наших встреч Пенни не консультировалась с тем терапевтом,которого я ей рекомендовал, а продолжала работать самостоятельно.

На нашем последнем сеансе стало ясно, что еегоре, которое вначале было таким жестким и застывшим, стало более подвижным.Пенни все еще оставалась одержимой, но демоны терзали теперь ее настоящее, а непрошлое. Теперь она страдала не оттого, что забыла обстоятельства смертиКрисси, а из-за того, что пренебрегала своими сыновьями.

Фактически ее поведение по отношению ксыновьям было наиболее ощутимым показателем перемен. Оба ее сына вернулисьдомой, и, хотя их конфликты с матерью не прекратились, характер их изменился.Пенни теперь ругалась с ними не из-за взноса за место на кладбище ипразднования дня рождения Крисси, а из-за аренды Брентом пикапа и неспособностиДжима удержаться на работе.

Кроме того, Пенни продолжала отделять себя отКрисси. Ее визиты на кладбище стали более редкими и короткими; она отдалабольшую часть одежды и игрушек Крисси и разрешила Бренту занять ее комнату; онасняла завещание Крисси с холодильника, перестала звонить ее друзьям ивоображать себе события, которые могла бы пережить Крисси, если бы была жива, -например, ее выпускной бал или поступление в колледж.

Пенни выстояла. Думаю, я не сомневался в этомс самого начала. Я вспомнил нашу первую встречу и свою озабоченность тем, какбы не "влипнуть" и не начать заниматься с ней терапией. Но Пенни добилась того,чего хотела: прошла бесплатный курс терапии у профессора Стэнфордскогоуниверситета. Как это произошло Просто так получилось Или я подвергсяискусной манипуляции

Или, может быть, я сам манипулировал Насамом деле это неважно. Я ведь тоже извлек немалую пользу из наших отношений. Яхотел больше узнать об утрате, и Пенни, всего за двенадцать часов, открываяслой за слоем, обнажила передо мной самую сердцевину горя.

Во-первых, мы обнаружили чувство вины -состояние, которого не избежал почти никто из родителей погибшего ребенка.Пенни испытывала вину за свою амнезию, за то, что не поговорила со своейдочерью о смерти. Другие родственники погибших испытывают вину за что-тодругое: за то, что недостаточно сделали, не оказали вовремя медицинскую помощь,мало заботились, мало ухаживали. Одна моя пациентка, исключительно заботливаяжена, неделями почти не отходившая от постели своего мужа в течение последнейгоспитализации, несколько лет не могла простить себе, что вышла купить газету ине была с ним в последние минуты.

Чувство, что ты должен был сделать что-тобольшее, отражает, как мне кажется, скрытое желание контролироватьнеконтролируемое. В конце концов, если человек виноват в том, что не сделалчто-то, что должен был сделать, то из этого следует, что нечто можно было сделать - удобная мысль,отвлекающая нас от нашей жалкой беспомощности перед лицом смерти. Закованные вискусно выстроенную иллюзию безграничных возможностей, мы все, по крайней мередо наступления кризиса середины жизни, уповаем на то, что наше существование -бесконечно восходящая спираль достижений, зависящих только от нашей воли.

Эта удобная иллюзия может разбиться окакое-нибудь острое и непроходящее переживание, которое философы иногданазывают "пограничным состоянием". Из всех возможных пограничных состояний ниодно - как в истории Карлоса ("Если бы насилие было разрешено...") - несталкивает нас столь грубо с конечностью и случайностью (и ни одно не способновызвать столь внезапные и драматические личностные изменения), как неизбежностьнашей собственной смерти. Другое пограничное переживание, которое невозможноигнорировать, - это смерть значимого другого - любимого мужа, жены или друга, -которая разбивает иллюзию нашей собственной неуязвимости. Для большинства людейсамая невыносимая потеря - это смерть ребенка. В этом случае жизнь, кажется,дает трещины со всех сторон: родители чувствуют свою вину и страх за своюсобственную беспомощность; они озлоблены на бездействие и кажущуюсябесчувственность медиков; они могут роптать на несправедливость Бога ивселенной (многие, в конце концов, приходят к пониманию того, что нечто,казавшееся раньше справедливостью, на самом деле космическое равнодушие).Родители, потерявшие детей, сталкиваются с неотвратимостью собственной смерти:они не могли уберечь своего беззащитного ребенка, и с неумолимой неизбежностьюпонимают горькую истину, что и они, в свою очередь, ничем не защищены. "Ипоэтому, - как сказал Джон Донн, - никогда не спрашивай, по ком звонит колокол,- он звонит по тебе".

Хотя страх Пенни перед своей собственнойсмертью и не проявился открыто в нашей терапии, он обнаружил себя косвенно.Например, она очень беспокоилась об "уходящем времени" - слишком мало времени унее осталось, чтобы получить образование, взять отпуск, оставить после себянаследство; и слишком мало времени, чтобы завершить нашу совместную работу.Кроме того, в самом начале терапии она обнаружила очевидное доказательствостраха смерти в сновидениях. Два раза ей снилось, что она тонет: в первом снеона хватается за хлипкие плавучие доски, а уровень воды неумолимо приближаетсяк ее рту; в другом она цепляется за тонущие остатки своего дома и зовет напомощь доктора, одетого в белый халат, который, вместо того чтобы вытащить ее,ставит штамп на ее пальцы.

Работая с этими снами, я не обращался к еепредставлениям о смерти. Двенадцать часов терапии - слишком короткий срок,чтобы определить, выразить и конструктивно проработать страх смерти. Вместоэтого я использовал материал сновидений, чтобы исследовать темы, уже всплывшиев ходе нашей работы. Такое прагматическое использование сновидений типично длятерапии. Сновидения, как и симптомы, не имеют однозначного объяснения: онимножественно детерминированы и содержат множество смысловых уровней. Никогданельзя проанализировать сон до конца; большинство психотерапевтов используютсны, исходя из их целесообразности, разрабатывая те темы сновидения, которыесоответствуют текущей стадии терапевтической работы.

Поэтому я сосредоточился на теме потери домаи размывания всех оснований ее жизни. Я также использовал эти сны для работы снашими отношениями. Погружение в глубокую воду часто означает во сне актпогружения в глубины бессознательного. И, конечно, именно я был тем доктором вбелом халате, который вместо того, чтобы помочь ей, штамповал ее пальцы.Обсуждая этот сон, Пенни в первый раз призналась, что ей не хватает моейподдержки и моего руководства, и возмутилась моими попытками рассматривать еене как пациентку, а как объект исследования.

Я использовал рациональный подход, работая сее чувством вины и ее цеплянием за память о дочери: я указал ей на противоречиемежду ее поведением и ее верой в реинкарнацию. Хотя такая апелляция к разумуредко бывает эффективной, Пенни была на редкость собранным и сильнымчеловеком, чтобы отреагировать на убедительные доводы.

На следующей стадии терапии мы пыталисьвоплотить идею о том, что "прежде чем научиться жить с умершими, нужнонаучиться жить с живыми". Сейчас я уже не помню, чьи это были слова - мои,Пенни или совместные - но я уверен, что именно она помогла мне осознатьважность этого правила.

Во многих отношениях именно ее сыновья былиподлинными жертвами трагедии - что часто случается с братьями и сестрамипогибших детей. Иногда, как в семье Пенни, оставшиеся в живых дети страдаютиз-за того, что слишком много родительского внимания уделяется умершемуребенку, которого боготворят и идеализируют. Некоторые дети начинают испытыватьненависть к своим умершим брату или сестре за то, что те отбирают у них время иэнергию их родителей. Часто ненависть и возмущение существуют бок о бок с ихсобственным горем и сочувствием родителям. Такая комбинация является вернымрецептом возникновения у ребенка стойкого чувства вины и собственнойникчемности.

Другой возможный сценарий, которого Пенни, ксчастью, избежала, - немедленное рождение другого ребенка взамен умершего.Обстоятельства порой благоприятствуют такому развитию событий, но в результатечасто больше проблем возникает, чем решается. Во-первых, это может разрушитьотношения с другими детьми. Кроме того, "замещающий" ребенок тоже страдает,особенно если горе родителей осталось неразрешенным. Ребенку довольно труднорасти, неся на себе груз родительских надежд на то, что он достигнет тех целей,которых им не удалось реализовать в жизни, и дополнительное бремя - бытьвоплощением духа умерших брата или сестры - может разрушить тонкий процессформирования детской индивидуальности.

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 41 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.