WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 40 | 41 || 43 |

"Слишком поздно. Невозможно перестроитьтвой дом среди ночи —изменить курс, который ты избрал, в тот момент, когда ты готовишься вступить вокеан смерти. Сейчас я в том возрасте, в каком умерла моя мать. Я пережил ее ипонял, что смерть неизбежна. Я не могу изменить будущее, потому что прошлоедогоняет меня ".

Эти послания сновидца звучали все громче игромче. Я должен был прислушаться к ним. Они требовали, чтобы ясориентировал­ся иподвел итог тому, что произошло в процессе терапии.

Марвин двигался быстро, возможно, слишкомбыстро. Вначале он был человеком без интуиции: он не мог и не хотел обратитьсвой взгляд внутрь. За относительно короткий период в шесть месяцев он сделалпотрясающие открытия. Он узнал, что у него, как у но­ворожденного котенка, были закрытыглаза. Он узнал, что глубоко внутри есть богатый, густо населенный мир, которыйвызывает ужасный страх, но и дает искупление через просветление.

Поверхность вещей больше не привлекалаего: он был меньше увлечен своими коллекциями марок и "Ридерс Дайджест". У неготеперь открылись глаза на экзистенциальные факты жизни, он стол­кнулся с неизбежностью смерти иневозможностью спасения.

Марвин пробудился быстрее, чем я ожидал; вконце концов, он, вероятно, тоже слушал голос своего сновидца. Вначале онжаждал понять, но вскоре энтузиазм уступил место сильному чувствусо­жаления. Он сожалело своем прошлом и безвозвратных потерях. Больше всего он сожалел о пустотах всвоей жизни: о своем неис­пользованном потенциале, о детях, которых у него не было, об отце,которого он не знал, о доме, который никогда не был наполнен родственниками идрузьями, о работе, которая могла бы иметь боль­ше смысла, чем накопление денег.Наконец, он жалел самого себя, пленного сновидца, маленького мальчика, зовущегона помощь из темноты.

Он знал, что не прожил той жизни, какуюдействительно хотел прожить. Возможно, еще можно это сделать. Возможно, ещеесть время написать свою жизнь заново на большом чистом холсте. Он началповорачивать ручки потайных дверей, перешептываться с неизвестной дочерью,спрашивать, куда ушел его исчезнувший отец.

Но он обогнал сам себя. Он зашел слишкомдалеко и теперь был отделен от обоих берегов: прошлое было темным иневосполнимым, будущее закрыто. Было слишком поздно: его дом был построен,последний экзамен сдан. Он открыл ворота осознания только для того, чтобывыпустить через них страх смерти.

Иногда страх смерти рассматривается какнечто универсальное и тривиальное. Кто, в конце концов, не знает о собственнойсмер­ти и не боитсяее Но одно дело —знать о смерти вообще и совсем другое — ощущать смерть каждой клеточкойсвоего тела. Такое осознание смерти возникает редко, иногда только один или двараза в жизни, и этот ужас Марвин испытывал ночь за ночью.

Против своего страха у него не было дажесамой распространен­ной защиты: не имея детей, он не мог успокоить себя иллюзиейбессмертия через потомство; у него не было твердых религиозных убеждений— веры ни всохранение сознания в загробной жизни, ни во всемогущее защищающее божество; неиспытывал он и удов­летворения от самореализации в жизни. (Как правило, чеммень­ше у человекачувство, что он достиг чего-то в жизни, тем больше у него страх смерти.) Хужевсего то, что Марвин не предвидел ни­какого конца этому страху. Образсновидения был четким: демоны вырвались наружу, и он не мог избавиться от них,захлопнув дверь, так как она не закрывалась.

Итак, мы с Марвином достигли решающегопункта, к которому неизбежно приводит полное осознание. Это время, когдачеловек оказывается у края пропасти и решает, как ему противостоятьбез­жалостнымжизненным фактам: смерти, одиночеству, отсутствию твердой основы и смысла.Разумеется, решения нет. Выбор возмо­жен лишь между различнымипозициями: быть "решительным", или "вовлеченным", или бросить "мужественныйвызов", или сто­ическипринимать ситуацию, или отказаться от рациональности и довериться Божественномупровидению.

Я не знал, что будет делать Марвин, и незнал, чем еще ему помочь. Я помню, что ждал каждого нового сеанса слюбопытством, какой выбор он сделает. Что это будет Совершит ли он своесоб­ственное открытиеНе найдет ли он способ успокоить себя оче­редным самообманом Не примет лион в конце концов религиоз­ную веру Или он найдет силу и поддержку в одном из решенийфилософии жизни Никогда ятак глубоко не осознавал двойствен­ную роль терапевта как участника и одновременно наблюдателя. Хотятеперь я был эмоционально вовлечен и беспокоился о том, что произойдет сМарвином, в то же время я осознавал, что нахо­жусь в привилегированной позициинаблюдателя зарождающейся веры.

Марвин по-прежнему чувствовал тревогу иподавленность, но продолжал с азартом работать в психотерапии. Мое уважение кнему возрастало. Я думал, что он прекратит терапию гораздо раньше. Чтозаставляло его продолжать

Он говорил, что несколько причин.Во-первых, он больше не страдал мигренями. Во-вторых, он запомнил моепредупреждение при первой встрече, что в терапии бывают периоды, когда тычув­ствуешь себя хуже;он доверял моим словам о том, что его нынеш­няя тревога — необходимая стадия терапии и чтоона пройдет. Кроме того, он был убежден, что в процессе терапии, должно быть,произошло нечто важное: за прошедшие пять месяцев он узнал о себе больше, чемза предыдущие 64 года!

Произошло и еще нечто совершеннонеожиданное. Его отноше­ния с Филис претерпели существенные изменения.

— Мыговорим теперь гораздо чаще и откровеннее, чем рань­ше. Я не знаю точно, когда этоначалось. Когда мы с Вами начали встречаться, Филис вдруг стала очень активностремиться беседо­ватьсо мной. Это было неспроста. Я думаю, она хотела убедить меня, что мы можем сней разговаривать и без всякого терапевта.

Но в последние несколько недель этопроисходит по-другому. Теперь мы действительно разговариваем. Ярассказываю Филис все, о чем мы с Вами говорим на каждом сеансе. Фактически онаждет моего возвращения у двери и становится нетерпеливой, когда я откладываюрассказ, — например,предлагаю подождать до обеда.

— Чтоименно ее больше всего интересует

— Почтивсе. Я говорил Вам, что Филис не любит тратить день­ги — она предпочитает распродажи. Мышутим насчет того, что по­лучаем двойную терапию за одинарную цену.

— Ну чтож, я рад такой сделке.

— Думаю,наиболее важным для Филис было то, что я расска­зал ей о нашем обсуждении моейработы, о том, как я разочарован, что не сделал большего с моими способностями,что посвятил жизнь зарабатыванию денег и никогда не задумывался о том, что ямогу дать миру. Это ее очень потрясло. Она сказала, что если это верно в моемслучае, то тем более верно для нее — она прожила абсолютноэгоцентричную жизнь, никогда ничего не делала для других.

— Онамного сделала для Вас.

— Янапомнил ей об этом. Вначале она поблагодарила меня за эти слова, но позже,обдумав их, сказала, что не уверена — возмож­но, она помогала мне, а можетбыть, в каком-то смысле стояла у меня на пути.

— Какэто

— Онаупомянула все, о чем я Вам рассказывал: как отвадила от дома всех друзей, какотказывалась путешествовать и отучила от этого меня — я когда-нибудь говорил Вам обэтом Больше всего она сожалеет о своей бездетности и о своем отказе много летназад лечиться от бесплодия.

— Марвин, япоражен. Такая откровенность, такая искренность! Как вы оба добились этого Отаких вещах тяжело говорить, прав­да, тяжело.

Он продолжал рассказывать о том, что Филисзаплатила за свое понимание — она стала очень набожной. Однажды ночью он не мог заснуть иуслышал какой-то шепот из ее комнаты. (Они спали в разных комнатах из-за егохрапа.) Марвин тихонько подошел и увидел Филис стоящей на коленях у постели иповторяющей одну и ту же молитву: "Матерь Божья защитит меня. Матерь Божьяза­щитит меня. МатерьБожья защитит меня".

Эта сцена сильно подействовала на Марвина,хотя ему и труд­нобыло это сформулировать. Думаю, он был переполнен жалос­тью — жалостью к Филис, к себе, ковсем маленьким людям, у которых не осталось надежды. Думаю, он понял, что еемолитва была магическим заклинанием, защитой против ужасов жизни.

Наконец, ему удалось в ту ночь заснуть, и онувидел сон:

В большой, полной людей комнате напьедестале сто­итстатуя женского божества. Она похожа на Христа, но одета в развевающуюсясветло-оранжевую одежду. В другом конце комнаты находится актриса в длинномбе­лом платье. Актрисаи статуя меняются местами. Ка­ким-то образом они меняются платьями, статуя спус­кается вниз, а актриса поднимаетсяна пьедестал.

Марвин сказал, что в конце концов понял:сон означал, что он превратил женщин в богинь и верил, что будет спасен, еслиубла­жит их. Вотпочему он всегда боялся гнева Филис, и поэтому, ког­да был встревожен, испытывал такоеоблегчение от ее сексуальных ласк.

— Особеннооральный секс, —кажется, я говорил Вам, что когда я в панике, она берет мой пенис в рот и всемои неприятные чув­ства сразу рассеиваются. Это не секс — Вы всю дорогу об этом твердили,и теперь я понял, что это правда, — мой пенис может оставаться совершенно мягким. Это простоозначает, что она пол­ностью принимает меня и я становлюсь частью ее.

— Выдействительно наделили еемагической силой —как бо­гиню. Она можетисцелить Вас простой улыбкой, прикосновени­ем, тем, что принимает Вас в себя.Не удивительно, что Вы прила­гаете столько усилий, чтобы не расстроить ее. Но проблема в том,что секс превратился в нечто медицинское — даже больше того — секс становится делом жизни исмерти, и Ваше выживание зави­сит от слияния с этой женщиной. Не удивительно, что секс сталвызывать трудности. Он должен быть любовным, радостным дей­ствием, а не защитой от опасности.С таким отношением к сексу любой — включая меня — имел бы проблемы с потенцией.

Марвин достал записную книжку и написалнесколько строк. Несколько недель назад я был раздражен, когда он впервые началделать заметки, но он так успешно прогрессировал, что я стал ува­жать все его мнемоническиесредства.

— Давайтепроверим, правильно ли я понял. Согласно Вашей теории, то, что я называюсексом, часто не есть секс, — по край­ней мере, не хороший секс, — а просто способ защитить себя отстраха, особенно от страха старения и смерти. И когда у меня не получается, тоэто не потому, что я потерял сексуальность как муж­чина, а потому, что я жду от сексатого, что он не может дать.

— Точно. Итому много доказательств. Это сон о двух могиль­щиках и трости с белымнаконечником. Это сон о грунтовых во­дах, размывающих Ваш дом, которыйВы пытаетесь спасти, про­бурив гигантскую скважину. Это чувство физического слияния сФилис, которое Вы только что описали, — замаскированное под секс, но,как Вы заметили, не являющееся сексом.

— Итак,есть две проблемы. Во-первых, я жду от секса того, что он не в силах мне дать.Во-вторых, я наделил Филис почти свер­хъестественной властью исцелятьили защищать меня.

— И всеэто прошло, когда Вы услышали ее повторяющуюся отчаянную молитву.

— Именнотогда я понял, как она уязвима, — не Филис только, а все женщины. Нет, не только женщины, а все вообще. Я делал то жесамое, что и Филис, —надеялся на магию.

— Итак, Вызависите от ее силы, защищающей Вас, а она, в свою очередь, умоляет о защите спомощью магического заклинания, — посмотрим, с чем же это Вас оставляет.

— Есть ещекое-что важное. Посмотрим на все это с точки зре­ния Филис: если она из любви к Вампринимает роль богини, ко­торую Вы на нее возложили, подумайте, как влияет эта роль на еесобственные возможности роста. Чтобы оставаться на своем пье­дестале, она никогда не должнаговорить с. Вами о своейболи и своих страхах— или до сих пор недолжна была.

—Постойте. Дайте мне записать. Я собираюсь объяснить все про Филис, — Марвин торопливозаписывал.

— Так чтов каком-то смысле она следовала Вашим невысказан­ным желаниям, когда скрывала своислабости и притворялась бо­лее сильной, чем на самом деле. Я подозреваю, что это одна изпричин, по которой она вначале отказалась от терапии, — други­ми словами, она поддерживала Вашежелание, чтобы она неменя­лась. Я такжеподозреваю, что если Вы спросите ее теперь, она сможет прийти.

— Ну и ну,мы и в самом деле настроены на одну волну. Мы с Филис уже обсуждали это, и онаготова с Вами поговорить.

Теперь к терапии подключилась Филис. Онапришла вместе с Марвином на следующий сеанс — привлекательная, милаяженщи­на, котораяусилием воли преодолела свое смущение и на нашем сеанса втроем была смелой иоткровенной.

Наши догадки насчет Филис оказались близкик истине: она часто вынуждена была скрывать свое чувство слабости, чтобы неразочаровывать Марвина. И, конечно, она должна была быть осо­бенно заботливой, когда он былрасстроен — впоследнее время это означало, что она должна была быть заботливой почтипостоянно.

Но ее поведение определялось не толькореакцией на пробле­мыМарвина. Филис сталкивалась и со многими личными проб­лемами. Самой болезненной из нихбыло отсутствие образования и то, что интеллектуально она отстает отбольшинства людей, осо­бенно от Марвина. Одна из причин, по которым она боялась ииз­бегала социальныхконтактов, состояла в том, что кто-нибудь мог спросить ее: "Чем Вызанимаетесь" Она избегала длинных разго­воров, так как могло выясниться,что она никогда не училась в колледже. Всякий раз, когда Филис сравнивала себяс другими, она неизменно приходила к выводу, что они лучшеинформиро­ваны, болееумны, социально приспособлены, уверены в себе и интересны.

—Возможно, —предположил я, —единственная область, в ко­торой Вы могли сохранить власть, — это секс. Это та сфера, гдеМарвин нуждается в Вас и не может одержать над Вами верх.

Вначале Филис колебалась с ответом, нопотом слова нашлись сами:

— Думаю, ядолжна была иметь что-то,что хотел Марвин. Во многих других отношениях он очень самодостаточен. Я часточув­ствую, как мало ямогу ему предложить. Я не смогла иметь детей, я боюсь людей, я никогда неработала вне дома, у меня нет ни та­лантов, ни способностей.

Она остановилась, вытерла глаза и сказала,обращаясь к Марвину:

— Видишь,я могу плакать, еслиразрешу себе. Потом Филис снова повернулась ко мне:

Pages:     | 1 |   ...   | 40 | 41 || 43 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.