WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 43 |

Поэтому, размышляя над тем, смогу ли ялечить его, я мыслен­но отметал все возможные препятствия и убеждал себя в том, что онне столько злостно антисоциален, сколько десоциализирован, и что многие егопагубные убеждения и неприятные черты нестойки и поддаются модификации. Я непродумал свое решение до кон­ца, и даже после того, как решил принять его в качестве пациента,не вполне ясно представлял реальные терапевтические цели. Дол­жен ли я был просто поддерживатьего во время химиотерапии (Как и многие пациенты, во время химиотерапии Карлосстановился крайне слабым и беспомощным.) Или, когда наступиттерминаль­ная стадия,я должен оставаться с ним до самой смерти Должен ли я ограничиться толькоприсутствием и поддержкой (Возмож­но, этого было бы достаточно. Видит Бог, ему больше совсем не скем поговорить!) Конечно, изоляция — его собственных рук дело, нодолжен ли я пытаться помочь ему понять это и изменить Сей­час Перед лицом смерти все этисоображения казались несуще­ственными. Или нет Возможно ли было, чтобы Карлос достиг чего-тоболее "серьезного" в процессе терапии Нет, нет и нет! Какой смысл говорить о"серьезном" лечении человека, вся дальнейшая жизнь которого измеряется в лучшемслучае месяцами Захочет ли кто-нибудь и, в первую очередь, я сам вкладыватьвремя и силы в столь краткосрочный проект

Карлос с готовностью согласился работать сомной. В своей циничной манере он заявил, что девяносто процентов моегогоно­рара оплачиваетего страховая компания, и ему жаль упускать та­кую сделку. Кроме того, онсчитает, что в жизни нужно все попро­бовать, а он еще ни разу до этогоне беседовал с психиатром. Я оставил наш терапевтический контрактнепроясненным, сказав лишь, что всегда полезно иметь кого-то, с кем можноподелиться тяжелыми чувствами и мыслями. Я предложил встретиться шесть раз, азатем оценить, насколько успешно идет лечение.

К моему глубокому удивлению, Карлос нашелпрекрасное при­менениетерапии, и после шести встреч мы согласились заняться более продолжительнымлечением. На каждый сеанс он приходил со списком вопросов, которые хотелобсудить, — сны,проблемы с работой (хороший финансовый аналитик, он не прекращал работы вовремя своей болезни). Иногда он говорил о своем физичес­ком дискомфорте и отвращении кхимиотерапии, но чаще всего наши разговоры касались женщин и секса. На каждомсеансе он описывал свои встречи с женщинами, случившиеся за последнюю неделю(часто они состояли лишь из того, что ему удавалось пой­мать случайный взгляд незнакомки всупермаркете), и навязчивые мысли о том, как следовало поступить в каждомслучае, чтобы за­вязать отношения. Он был так увлечен женщинами, что, казалось,забыл о своем раке, активно распространявшемся по всем участ­кам его тела. Скорее всего, именноэто и было причиной его увле­чений —они позволяли ему забыть о своей обреченности.

Но его фиксация на женщинах возникла гораздораньше, чем рак. Он всегда охотился за женщинами и говорил о них в крайнеоскорбительных и сексуализированных выражениях. Поэтому, ка­кой бы резкой ни была оценка Сары,она меня не удивила. Я знал, что он вполне способен на такое похабное поведение— если нехуже.

Но как мне следует поступить в этойситуации Прежде всего, я хотел сохранить и укрепить наши отношения. У наснаметились улучшения, и сейчас я был единственным человеком, с которым Карлосподдерживал контакт. Однако было важно также, чтобы он продолжал посещатьтерапевтическую группу. Я направил его в группу шесть недель назад, чтобы оннашел для себя круг общения, который позволил бы ему преодолеть изоляцию и спомощью кор­рекции егонаиболее социально неприемлемого поведения помог наладить социальные связи вжизни. В первые пять недель он с удовольствием посещал группу, но если сейчасон коренным об­разомне изменит свое поведение, его неизбежно отвергнут все члены группы— если это уже непроизошло!

Наш следующий сеанс начался как обычно.Карлос даже не упомянул о группе. Вместо этого он решил поговорить о Рут,прив­лекательнойженщине, которую он встретил в церковной общине. (Карлос был членом полудюжиныцерквей, потому что полагал, что они создают ему идеальные условия длязнакомств.) У него был с Рут короткий разговор, а потом она извинилась, потомучто дол­жна была уйтидомой. Карлос попрощался, а потом стал прокли­нать себя за то, что упустилблестящую возможность, не предло­жив проводить ее до машины; фактически он убедил себя, что у негобыли хорошие шансы (возможно, один к десяти или даже один к двум) жениться наней. Всю неделю он терзал себя за то, что не действовал более настойчиво,— ругал себяпоследними словами и бился головой о стену.

Я не стал обсуждать его чувства к Рут (хотяони явно были столь нелепыми, что я решил вернуться к ним при случае),поскольку считал, что необходимо обсудить происшедшее на группе. Яска­зал ему, чторазговаривал об этом с Сарой.

— Высобирались, — спросиля, — говорить сегодняо группе

— Впринципе нет, это неважно. В любом случае я собираюсь прервать групповуютерапию. Я ее перерос.

— Что Выимеете в виду

— Там всенеискренни и играют в игры. Я там единственный человек, у которого хватаетмужества говорить правду. Все мужчи­ны в группе — неудачники, иначе они бы там не оказались. Они все какие-тобесхребетные — сидят,хнычут и ничего не говорят.

—Расскажите мне, что, с Вашей точки зрения, произошло на прошлойвстрече.

— Сарарассказала, что ее изнасиловали, она Вам говорила Я кивнул.

— И Мартатоже. Эта Марта, Господи! Она как раз по Вашей части. Зануда невыносимая,правда! Клинический случай, все время на транквилизаторах. Что, черт возьми, явообще делаю в компа­нии таких людей, как она Ну да ладно, слушайте. Самое главное— они обе говорили отом, что их изнасиловали, а остальные просто сидели молча, разинув рты.Наконец, я ответил. Я стал задавать им

вопросы.

— Сараутверждает, что некоторые из Ваших вопросов были за­даны вовсе не с целью помочьим.

— Кто-тодолжен был заставить их говорить. Кроме того, я всегда испытывал интерес кнасилию. А Вы нет Да и все мужчины Как все это происходит, что переживаетжертва

—Помилуйте, Карлос, если Вас это занимает, Вы могли бы про­честь об этом в книге. Перед Вамибыли живые люди, а не источники информации. Смысл происходившего был совсем вдругом.

— Возможно,я это допускаю. Когда я пришел в группу, Вы инструктировали меня, что я долженоткровенно выражать свои чувства. Поверьте мне, я могу поклясться в том, что напрошлой встрече я был единственным откровенным человеком в группе. Я завелся,признаю. Это чертовски возбуждает, когда представляешь себе, как трахают Сару.Мне так хотелось подойти и пощупать ее грудки. Я не могу простить Вам, что Вызапретили мне приставать к ней. — Когда Карлос впервые попал в группу шесть недель на­зад, он очень долго говорил освоем увлечении Сарой, — вернее, ее грудью, — и был убежден, что она готова уступить ему. Чтобы помочь Карлосуассимилироваться в группе, мне приходилось на первых порах инструктировать егоотносительно приемлемого со­циального поведения. Я с большим трудом убедил его, чтосексу­альныезаигрывания с Сарой были бы бесполезны и непристойны.

— Крометого, не секрет, что насилие заводит мужчин. Я видел, как другие мужчины вгруппе улыбались мне. Возьмем порногра­фию! Вы когда-нибудь внимательноизучали порнографические книги и видеофильмы Сделайте это! Посетитепорно-магазины в Тендерлойне — это будет полезно для Вашего образования. Для кого-то они ведьпечатают все это —значит, есть спрос! Я скажу Вам правду: если бы насилие было разрешено законом,я бы совер­шал его— по крайней мере,время от времени.

Карлос посмотрел на меня с самодовольнойухмылкой. Или это был взгляд заговорщика, приглашающего меня присоединиться ктайному братству насильников

Некоторое время я сидел молча, пытаясьоценить свои возмож­ности. Легко было согласиться с Сарой: все это действительнозву­чало похабно. Но ябыл убежден, что отчасти это бравада и можно найти в нем что-то более чистое ивысокое. Я обратил внимание на его добавление "время от времени" и былблагодарен ему за это. Эти слова, сказанные как бы вдогонку, выдавали капелькусмуще­ния истыда.

— Карлос,Вы гордитесь своей честностью в группе — но в са­мом ли деле Вы откровенны Илилишь частично откровенны, наполовину Действительно, Вы говорили болееоткровенно, чем другие мужчины в группе. Вы на самом деле выразили некоторыесвои истинные сексуальные чувства. И Вы правы в том, что они довольно широкораспространены: порнобизнес должен апеллиро­вать к каким-то импульсам, которыеесть у всех мужчин.

— Но былили Вы честны до конца Как насчет всех остальных чувств, которые Выне выразили Позвольте мневысказать одну догадку: когда Вы говорили "экая важность" Саре и Марте насчетпережитого ими изнасилования, Вы, возможно, думали о своем раке и о том, с чемВам постоянно приходится справляться. Намного груднее противостоять чему-то,что угрожает твоей жизни прямо сейчас, чем тому, что произошло год или два назад.

— Можетбыть, Вам хотелось бы получить от группы какую-то поддержку, но как Вы можетеполучить ее, если остаетесь таким упрямым Вы до сих пор не сообщили о своемраке. (Я уговаривал Карлоса рассказать группе, что у него рак, но он откладывалэто: он сказал, что боится, что его начнут жалеть, и не хотел упустить шансзавязать роман с какой-нибудь из женщин в группе.)

Карлос усмехнулся.

— Хорошеепредположение, док! Это умно. У Вас хорошая го­лова. Но я буду откровенен: мысльо болезни не приходила мне в голову. С тех пор, как мы закончили химиотерапиюдва месяца назад, я провожу время, не думая о раке. Черт возьми, это ведьхорошо, не правда ли, — забыть о нем, быть свободным от него, иметь возможность немногопожить нормальной жизнью

Хороший вопрос. Я задумался. Хорошо ли, чтоон забыл Я не был в этом так уверен. За те месяцы, что я работал с Карлосом, яобнаружил, что могу с поразительной точностью судить о течении его болезни потому, что его волновало. Всякий раз, когда его сос­тояние ухудшалось и он сталкивалсяс неумолимым приближени­ем смерти, его приоритеты менялись, и он становился болеевдум­чивым, мудрым,сострадательным. Напротив, как только наступала ремиссия, им завладевал, как онвыражался, его бесенок, и Карлос становился заметно более вульгарным ипошлым.

Однажды я видел в газете карикатуру:маленький заблудившийся человечек говорил: "Однажды, когда тебе стукнет сорокили пять­десят, путьвдруг становится ясным... А потом опять исчезает!" Эта карикатура была как разпро Карлоса, за исключением того, что у него было не одно, а целая серия просветлении, и они каждый разисчезали. Я часто думал, что если бы мне удалось найти способ постоянноудерживать в нем сознание своей смерти и то "просвет­ление", которое дает смерть, ясмог бы помочь ему существенно изменить его отношение к жизни и окружающимлюдям.

По той особой манере, с какой он говорилсегодня и пару дней назад в группе, было видно, что его болезнь отступила и чтосмерть, вместе с сопутствующей ей мудростью, очень далека от егосозна­ния.

Я попробовал зайти с другойстороны:

— Карлос,прежде чем направить Вас в группу, я пытался объ­яснить Вам основные принципыгрупповой терапии. Помните, я подчеркивал, что все, что происходит в группе,может быть исполь­зовано для терапевтической работы

Он кивнул. Я продолжал:

— И чтоодин из наиболее важных принципов группы состоит в том, что группа — это мир в миниатюре: та среда,которую мы создаем в группе, отражает способ нашего бытия в мире. Помните, ясказал, что каждый из нас моделирует в группе тот же социаль­ный мир, который окружает его вреальной жизни

Он опять кивнул. Он слушал.

— Теперьпосмотрите, что произошло с Вами в группе. Вы по­знакомились с людьми, с которымиВы могли бы установить близ­кие взаимоотношения. В самом начале мы с Вами пришли квыво­ду, что Вамнеобходимо поработать над развитием взаимоотноше­ний. Именно поэтому Вы и вошли вгруппу, помните Но теперь, спустя всего шесть недель, все члены группы и покрайней мере один из ко-терапевтов готовы растерзать Вас. И это — дело Ваших собственных рук. Высделали в группе то же самое, что делаете и вне ее! Я хочу, чтобы Вы ответилимне честно: Вы довольны резуль­татом Это именно то, чего Вы хотите от отношений с другимилюдьми

— Док, япрекрасно понял, что Вы хотели сказать, но в Ваших доводах есть небольшаяошибка. Я не дам и ломаного гроша за людей в этой группе. Разве это люди Я низа что бы не стал об­щаться с подобными неудачниками. Их мнение для меня ничто. Яне хочу сближаться сними.

Я знал эту привычку Карлоса полностьюзамыкаться в себе. Через неделю-другую, как я подозревал, он бы стал разумнее,и при обычных обстоятельствах мне следовало просто быть более терпе­ливым. Но если что-то срочно непредпринять, его либо выгонят из группы, либо к следующей неделе его отношенияс членами груп­пынеобратимо разрушатся. Поскольку я сильно сомневался, что после этогобезобразного инцидента мне удастся уговорить како­го-то другого группового терапевтапринять его, я продолжал:

— В Вашихсловах звучат гнев и презрение, и я верю, что Вы действительно испытываете этичувства. Но, Карлос, попытайтесь на минуту вынести их за скобки и посмотреть,не найдете ли Вы в себе чего-то еще. И Сара, и Марта испытывали боль истрадания. Неужели у Вас нет к ним больше никаких чувств Я имею в виду недоминирующие чувства, а, возможно, более слабые импульсы.

— Я знаю, очем Вы. Вы делаете для меня все, что можете. Я хотел бы помочь Вам, но тогдамне пришлось бы нести полную чушь. Вы приписываете мне чувства, которых я неиспытываю. Только в этом кабинете я и могу говорить правду, а правда в том, чтоединствен­ное, что яхотел бы сделать с этими двумя цыпочками, — это их трахнуть! Это я и имел ввиду, когда говорил, что если бы насилие было разрешено законом, я бы совершалего. И я даже знаю, с кого бы начал!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 43 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.