WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 21 |
        1. Пирамида общественного мнения вэлекторальном зеркале18

В данной работе мы находим подтверждениерациональности избирателей, ориентирующихся на изменение экономической ситуациии, в основном, взвешенно к своему выбору.

Наиболее обдуманными считают свойэлекторальный выбор те, кто сделали его ещё до развёртывания избирательнойкампании. И, напротив, избиратели последнего дня чаще других ссылаются на чистоэмоциональные факторы. Но определивших свои партийные предпочтения заранее, каквидно не более трети опрошенных.

Если обратиться к мотивации электоральноговыбора (заявленной в ответах респондентов), то здесь устойчиво - до и послепринятия электоральных решений - доминируют ссылки на такие факторы, какблизость интересов (для 22% опрошенных), доверие к лидеру (для 20%) ипрактические возможности избранного блока (для 15%).

Неразвитость политических партий в Россиипривела к тому, что лишь 25% опрошенных во всех электоратах поддерживалипрограммы движений, за которые они голосовали в декабре, "полностью ибезоговорочно"; чуть более трети – "в основном, но с оговорками"; 18 – "не совсем", но полагали, что онавсе же "лучше других"; а 15% опрошенных отметили, что мало знают о программепартии, за которую они только проголосовали... (По данным опроса, проведенногосразу после выборов)

Приведенные выше показатели "заявленных"(декларируемых респондентами) факторов и мотивов электорального выбораподкрепляют давно известный, но не всегда учитываемый тезис: нельзя пониматьповедение людей, опираясь только на их собственные суждения об этом.

Практически реализуемой была и остаётся лишьрациональность социально институционализированная, т.е. система социальныхинститутов, которая обеспечивает эффективное разделение властных полномочий,соблюдение прав человека, квалифицированный элитарный отбор, доверие населенияк государственным структурам и функционерам и т.д.

Возникает вопрос о возможности воздействияна предпочтения избирателей посредством политической рекламы и пропаганды черезСМИ и другие проявления. По данным исследования, проведенного сразу послевыборов, наиболее решающее воздействие при голосовании по партийным спискамоказали:

  • Выступления лидеров партии по телевидению - 39%;
  • Предвыборные ролики партии по телевидению - 13%;
  • Советы знакомых и близких - 10%;
  • Комментарии известных людей, журналистов -9%;
  • Реклама по радио - 9%;
  • Я сам принял это решение - 24%.

Как мы видим, умело проведеннаяизбирательная кампания способна привлечь избирателей. Уместны, впрочем,некоторые существенные оговорки. Никакое внешнее воздействие – личное или телевизионное– не падает на tabularasa; оно может лишь активизировать определенный, уже зафиксированный вструктуре личности и культуры стереотип действия. (Кстати, своей активнойпредвыборной кампанией В. Жириновский в 1996 г. смог вернуть в ряды своихсторонников часть "своего" старого электората, который он ранее потерял.)

        1. Российское электоральноепространство19

Относительное постоянство массовых оценок"объективной" обстановки в период перед парламентскими выборами 1995 года ипрезидентскими 1996 года, видимо, подтверждает предположение о том, чтонаблюдаемая стабильность распределения оценок различных параметровсоциально-политической жизни "куплена" ценой отторжения индивидуальнойповседневности от официальной, общественно значимой. Но параллельно отмечаетсявесьма заметная разница в переживании собственно электоральных установок:готовности участвовать в голосовании и приверженности к различным политическимсилам (или субъектам политического действия).

        1. Факторы и фантомы общественногодоверия20

Показатель массового доверия или недоверия кполитическим партиям, деятелям, социальным институтами - один из наиболееупотребительных, обобщенных и как будто наиболее чутких индикаторов в опросахобщественного мнения. В комплексном анализе может проявляться неоднозначность инеоднородность общественных связей, из которых строятся показателиобщественного доверия. Среди парадоксов общественного доверия можно указатьследующие:

  • рост показателей доверия к Б. Ельцину на протяжении избирательнойпрезидентской кампании при сохранении резко критических оценок егодеятельности;
  • значительное расхождение между рейтингами доверия и электоральнойподдержкой, особенно у Г. Явлинского;
  • феномен доверия к А. Лебедю, чрезвычайно выросшего уже послепервого тура президентских выборов.

Принципиальный способ разрешения парадоксов,как известно, состоит в нахождении адекватного для этого уровня анализапроблемы.

Мобилизация доверия стала главной предвыборной акцией Ельцина. Показатели доверия к Б.Ельцину, бывшие в начале избирательной кампании весьма невысокими, возрасталипочти параллельно показателям электоральной поддержки.

Поддержка Явлинского, скорее всего, являетсяиным типом общественного доверия, связанного с его высокой личной оценкой, ноне с перспективой наделения высшими властными полномочиями и решениемконкретных проблем.

В образе Лебедя сплелись радикальныйкритический популизм и патриотические комплексы, привлекательные длязначительной части населения.

Рассмотренные выше варианты отношенияобщественного мнения к некоторым персонажам политической сцены позволяютвыделить три базовых типа доверия:

  • доверие как готовность признать иподчиниться авторитету определенного лица – скорее даже его должности("доверенность"). Пример – отношение к Б. Ельцину среди его избирателей;
  • доверие как признание личностных достоинств, как уважение кталанту, интеллекту и прочим качествам ("вера"). Примером может служитьотношение к Г. Явлинскому его сторонников;
  • доверие как "уверенность" в способности героя – именно здесь этот термин вполне-.уместен в многообразии его значений – к действиям, направленным наизбавление от каких-то бедствий. Наиболее подходящий пример – конечно, массовое отношение кгенералу А. Лебедю после получения им административных полномочий.
        1. 1988-1998: десятилетие вынужденныхповоротов21

Данная статья написана по результатамопросов ВЦИОМ о результатах года, проходящих с 1988 года.

Приобретением последнего десятилетияявляется массовое недовольство и массовый протест. Исследования показываютзначительный разрыв между заявленной готовностью принять участие в акцияхсоциального протеста и фактическим участием в них.

На социальное недовольство и массовыепротесты оказывает влияние ряд факторов. Прежде всего следует принять вовнимание, что постоянное недовольство властью и устойчивость представлений овысокой вероятности массовых социальных протестов воздействуют на общественноемнение не как "событие", а как общий и даже "нормальный" фон. Наличие такого фона – как бы некоего универсального задника нашей социально-политическойсцены, на которойразворачиваются собственно событийные акции, – ведет к тому, по не толькопериодические спады-подьемы социально-политической или социально-экономическойконъюнктуры, но даже экстраординарные катаклизмы (наподобие того же августа1998 года) воспринимаются большинством населения как очередная неприятность,которую следует как-то выдержать, пережить, перетерпеть с большими или меньшимипотерями.

Можно полагать, что постоянное присутствиепессимистического фона в общественных настроениях облегчает снижение требований(в социологической терминологии – уровня притязаний) человека к социальной системе. В тоже времяэтот фон создает определенный барьер на пути распространения настроенийкатастрофизма, нередко свойственных "благополучному" социальному мировосприятиюзападного типа.

Но именно эта готовность снижать притязания и униженно(отнюдь не горделиво-стоически) выносить очередные "свинцовые мерзости жизни"подрывает саму возможность организованного социального протеста современноготипа, ориентированного на соблюдение гражданских и социальных прав человека вусловиях правового общества. Если, например, забастовочные движенияевропейского или американского образца направлены на улучшение условий труда исоциального обеспечения, то российские стачечники требуют всего лишь исполнениясамых элементарных условий существующего и неисполняемого трудового договора(главным образом –выплаты задолженности по зарплате). Это действия не "за" более выгодные ильготные условия работы, а только "против" нарушения привычного порядкавещей.

Слабость социального протеста (точнее,отсутствие организованных социальных движений за права человека и работника)порождает единственное действительно универсальное и эффективное стремлениезначительного большинства населения – приспособиться к переменчивойобщественной ситуации. Здесь реальная, традиционная и получающая постоянноеподкрепление основа легендарного российского всетерпения. Так что ничегоудивительного в том, что наши опросы постоянно фиксируют тенденцию к адаптациикак наиболее массовую и наиболее привычную, нет. "Средний" человек – основной предмет массовогоисследования другого ориентира не имеет. Даже в условиях острейших кризисов исоциальных катастроф. В годы самых тяжелых гражданских войн ХХ века', раскалывавших общества( в России,Испании, Мексике. Китае), в «активном, Заинтересованном противостоянииучаствовало всего несколько процентов населения, большинство стремилось выжитьи адаптироваться к сложившейся ситуации. Конечно, условия и уровни адаптацииоказывались при этом различными.

Проблема приспособления российского человекак изменившимся условиям возникла после 1992 года, когда общество оказалось вновой экономической ситуации.

Согласно одному из опросов типа "Экспресс"(ноябрь 1998, N = 1600 человек), цели, которые ставят перед собой семьи,выглядят так:

  • Выжить, пусть на самом примитивном уровне существования 28
  • Жить не хуже, чем большинство семей в своем городе, районе 48
  • Жить лучше, чем большинство семей в своем городе, районе 12
  • Жить так, как живет средняя семья в Западной Европе 9
  • Жить лучше, чем живет средняя семья в Западной Европе,США 3

Исходя из этих результатов, можно сказать,что продолжает существовать тенденция не только "выжить", но "жить не хуже…".

Показательный механизм субъективнойсоциальной адаптации обнаруживает динамика статусных позиций за 10 лет. Прирезком уменьшении верхней статусной группы (в два раза, с 11% от числаопрошенных в декабре 1989 года до 6% в ноябре 1998 года) и росте нижней группы(в полтора раза, с 20% до 33%) численность "середины" в итоге почти неизменилась (66% против 61%). Сохранение – в том чисто субъективное, то естьвоображаемое –статусной "середины" говорит о том, что в ситуации социальной неопределённостичеловек неизменно ищет точки стабилизации, позволяющие выдержать очередныеперепады общего напряжения.

        1. Общественное мнение на переломе эпох:ожидания, опасения, рамки (К социологии политическогоперехода)22

Затяжной переход от "ельцинского"президентенства к "путинскому" представлял собой довольно сложный ипротиворечивый социально-политический процесс, затрагивающий различные сферы,слои, механизмы общественной жизни. Сама сложность такого перехода давно можетсчитаться некой отечественной традицией. Персонализация верховной власти принеразвитости формальных политических институтов в России неизменно, в течениенескольких столетий, приводила к тому, что смена "первых лиц" означала сменуполитических эпох, стилей и механизмов господства, состава и роли определенныхгрупп влияния и так далее. Наиболее драматическими такие переходы были в XIX– XX веках. В уходящемстолетии ни один из российских и советских правителей не ушел в "положенный"срок, при гарантированных условиях преемственности. Каждый властный переходозначал более или менее глубокую трансформациювластных механизмов.

С начала осени 1999 года наблюдаются четыревзаимосвязанных направления трансформации общественных настроений и симпатий:во-первых, формирование массовой поддержки неизвестному ранее деятелю,во-вторых, кардинальная переоценка военной чеченской кампании, в-третьих,создание социальной базы для бюрократического блока "Единство", в-четвертых,разрушение аналогичной базы для столь же бюрократического блока "Отечество– Вся Россия" идискредитация его лидеров. Все они обеспечивались беспрецедентным ибеспредельным давлением правительственных телеканалов. В отличие отпрезидентской избирательной кампании 1996 года в данном случае требовалось– и достигалось– не воспоминание ославном прошлом, а демонстративное отрицание его, противопоставление стилю инаследию прошлого, конструирование симпатий как бы с нулевого уровня.

На выборах 1996 года голосование за Ельцинаозначало не столько доверие к нему, сколько надежду на сохранение существующегопорядка и недопущение возврата к коммунистическому прошлому.

Данные опросов позволяют утверждать, чтоуход с политической сцены Б. Ельцина воспринимается людьми не как смена лиц(урочная или досрочная – не стольважно), а как признак окончания определенной политической эпохи в жизни страны,характеризующейся своим набором проблем и своим стилем их решения. Поэтому напервое место в оценке отставки президента выходят не характеристики личностей,а представления о том, как же заканчивается – или все еще длится – эта затянувшаяся эпоха. И поэтомукаждому наследнику власти приходится решать вопрос о том, как он будетпредставлен в глазах публики – то ли как "верный ученик и продолжатель дела...", то ли какрешительный обличитель и критик полученного наследия. Как известно из всейистории уходящего века, каждый раз довольно быстро принимался и становилсяпопулярным второй, "контрастный" вариант, который, впрочем, непременнооказывался в чем-то искусственным, слабым.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.