WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 59 |

У меня есть лишь небольшие замечанияотносительно того, как доктор Беттельхейм облекает в слова свои невербальныесообщения (надеюсь, это не умалит уважения, испытываемого нами к ЗигмундуФрейду и его дочери, Анне Фрейд, и их значения в наших глазах). Мне показалось,что отдельные фразы в докладе получили несколько комическое звучание, например,когда говорилось о том, что “согласие может возникнуть лишь на основе общейфилософии — а именнопсихоаналитического подхода к пониманию человека, происхождения и природыфункциональных нарушений”. Конечно же, для имеющейся у нас вечной философии,утверждающей ценность общности и сострадания — как бы ее ни называли на разныхязыках и в разных культурных традициях — психоанализ со всем лучшим, чтов нем есть, является лишь производным дополнением.

Еще замечание — о постановке на первое местосообщения о базовом доверии. Ребенок слышит, что мы говорим, и видит, что мыделаем — и при этомто и другое не обязательно совпадает. Когда мы говорим ребенку: “Если тылюбишь, как я тебя люблю — верь мне”, — мы совершаем над ребенком огромное насилие, особенно, еслидействительно любим его. Я никогда не прошу ребенка поверить мне — никогда не прошу, если люблю егои хочу, чтобы он мне доверял. Просьба любить меня — это просьба видеть и приниматьменя таким, какой я есть, каким я надеюсь быть с тобой — и не потому, что ты любишь меня,веришь мне или полагаешься на меня. Как сказал Вильям Блейк: “Дитя, рожденноеиз радости и веселья, уходит в жизнь — и ничто на свете не поможетему”.

Мы не можем рассчитывать, что нас будутлюбить. И нам не следует попадаться в опаснейшую, как мне кажется,ловушку — проситьдетей верить нам, особенно если они нас любят. И тем более, если мы любимих.

Однако все это — не более чем небольшие частныенюансы, единичные примеры двойных сообщений; по словам доктора Беттельхейма,“фотографии рассказывают, говорят в тысячу крат громче, чем слова, а поступкиговорят в тысячу крат больше, чем фотографии”. Так что я мог бы сказать, чтоесли есть среди нас на этой конференции и среди нашего поколения человек,заслуживающий Нобелевской премии в данной области, так это докторБеттельхейм.

Вопросы и ответы

Беттельхейм: Ксчастью, у нас еще осталось время для вопросов, если они у вас есть, и мне,конечно же, очень интересно, какими ваши вопросы могут быть. Не буду отниматьотведенное на них время, но воспользуюсь моментом, чтобы поблагодарить д-раЛэйнга за его любезные замечания. Прежде всего, я благодарен ему за оченьважные поправки. Согласия можно достичь на многих уровнях; и, конечно же,психоанализ — совсемне единственный путь его достижения. Что я имел в виду — и я рад, что замечания д-раЛэйнга дают мне возможность уточнить свои слова — так это то, что я организоваллечебное учреждение, которое основано на психоаналитическом способе мышления, азначит, согласие его сотрудников тоже должно основываться на этом базисе.Конечно же, есть и многие другие основы для единодушия. И, как вы знаете,вечные законы многих религий, их требования помощи другим людям основаны насогласии, которого верующие достигли благодаря их общей религии. Единственноемое замечание — чтона почве религиозного единодушия слишком уж много людей было сожжено, какдрова. Но к согласию можно прийти разными путями — это правда. И не только дляпсихоаналитиков. Что касается всего остального, то вы слышали, что сказалдоктор Лэйнг, и я очень рад его замечаниям. Правда, он слишком уж преувеличилмою значимость в своих последних словах. Благодарю вас.

Вопрос: Д-рБеттельхейм, я потрясен пониманием, заботой и уважением, которые Вы проявляетек Вашим подопечным детям. Мне интересно, однако, кроме ухода и заботы поотношению к детям, нет ли необходимости в установлении определенных границ дляповедения и не будут ли такие ограничения восприниматься детьми именно как знакзаботы и постоянства

Беттельхейм: Когда я был ребенком, я ненавидел любые ограничения. Возможно, Выощущали это в детстве по-другому, но мне никогда не встречался ребенок, укоторого не было бы ненависти к тому, что его пытаются ограничивать. Болеетого, у кого есть право меня ограничивать Мы противимся, когда на нас пытаютсядавить. И дети, и психически больные. Единственные ограничения, которые мыпризнаем, это те, что мы на себя налагаем сами. И я определенно надеюсь, чтопри правильном лечении и правильном обращении, дети, скорее всего, самидорастут до того, чтобы ограничивать себя самим. Я не думаю, что у Вас естьправо налагать любые ограничения на кого бы то ни было. Слава Богу, я и не умеюэтого делать.

Вопрос: Д-рБеттельхейм, назовите, пожалуйста те критерии, по которым Выотбираете персонал дляухода за детьми.

Беттельхейм: Мнеэти люди должны понравиться, иначе у нас вряд ли получится успешно работатьвместе. Им нужно быть добры­ми —или, по крайней мере, хотеть стать такими. Им нужно быть ра­зум­ными. Им нужно быть гибкими. И уних должно быть сильное желание самоотверженно служить другим, не завися отсвоих взгля­дов намир, какими бы они ни были. Я ответил на Ваш вопрос

Вопрос: Да, сэр.Не могли бы Вы также рассказать, каким образом Вы приглашаете людей к Вам наработу

Беттельхейм: Унас всегда раз в двадцать больше соискателей, чем вакансий. Приведу такойпример: в одной из моих лекций на этой конференции Вы видели фильм о д-ре СареВилен, занимающейся сейчас частной практикой. Она была музыкальным работником,а пришла наниматься в контору в качестве машинистки. Я немного поговорил сСарой и сказал: “Вы ведь не хотите работать машинисткой”. “Да, — ответила она, — я просто хотела бы работатьименно здесь, но не думаю, что справлюсь с работой с детьми ”. Я сказал: “Этоубеждает меня в том, что Вы просто замечательно справитесь с работой именно сдетьми”. И эта женщина стала одной из лучших моих сотрудниц.

Вопрос: Д-рБеттельхейм, мне посчастливилось работать в лечебном учреждении, очень похожемна то, что Вы сейчас описывали. Сейчас я живу в Майами и уже пять лет работаю водной и той же психиатрической клинике. За это время клиника трижды продаваласьи перепродавалась. Сейчас наш хозяин — что-то вроде одной из фирм “Фастфуд”. И я вижу, в частности, что соотношение количества наших сотрудников ичисла пациентов изменилось от 4:1 до 2:1. Мне интересно, знаете ли Вы, каково уВас соотношение между общим количеством работающих в вашей клинике сотрудникови числом пациентов. И еще хотел бы спросить, как по-вашему, не должны ли такиезаведения быть изъяты из сферы частного предпринимательства

Беттельхейм:Когда мне нужна хирургическая операция, я не думаю о цене. Я хочу, чтобыоперацию мне сделали как можно лучше, я стремлюсь к этому. Мне стало понятно,что и большинство других людей, всерьез озаботившись и обеспокоившись чем-тодействительно важным, не стоят за ценой — разумеется, если они могут себеэто позволить. Их волнует лишь то, чтобы получить самое лучшее извозможного.

Вопрос: В нашейклинике лечение стоит более 10 000 $ в месяц. Редко кто может позволить себелечиться у нас дольше, чем один месяц. Большинство же вообще не может себеэтого позволить. Это должно покрываться страховкой.

Беттельхейм: Да,и в этом корень зла, потому что уже страховка, а не действительные потребностипациента определяют, как долго он будет лечиться. Это ужасно, и со мной все этобыло, когда меня финансировала “Медикер” — правительственная программамедицинской помощи. Лечение зависит от средств, которые выделяют власти штатаили федеральные органы. И оно уже никак не сочетается с нуждами пациентов. Чтоэто за тип мышления, мне нет нужды вам объяснять.

Теперь отвечу про соотношение сотрудников ипациентов. В основном, у нас два специалиста на трех детей; кроме того, накаждых двух детей приходится еще три человека из обслуживающего персонала. Такчто сотрудников у нас больше, чем детей.

Вопрос: Я работаюв психиатрическом стационарном реабилитационном центре, и наша программасостоит из трех подразделений: дома на полпути, то есть места, где пациентынаходятся под присмотром, квартир для пациентов, живя в которых, они постояннополучают интенсивную поддержку, а также специальной поддерживающей программы.Сейчас лечение пациента заключается в том, что его постепенно переводят изодного подразделения в другое, по мере того, как его состояние улучшается, анеобходимость надзора за ним становится все меньше. Но есть представление, чтовместо того, чтобы переводить клиента, надо переводить сотрудников и постепенноуменьшать надзор при сохранении привычного окружения для клиента. Одно изотличий этих двух подходов — это отличие между процессом изменения клиента и процессомизменения персонала. Хотелось бы услышать, что Вы думаете по этомуповоду.

Беттельхейм: Менянемного смущает это понятие надзора. У кого есть право надзирать за кем-либоеще Мне гораздо больше нравится понятие служения. Я не считаю, что мы здесьдля того, чтобы надзирать, я считаю, что мы здесь для служения. А из некоторыхдокладов на этой конференции можно заключить, что мы призваны бытьпрофессиональными надзирателями. Я же всегда считал, что нашапрофессия — служениеи помощь. Но из того, что я услышал, создается впечатление, что я жестокозаблуждался и что теперь часто встречается стремление считать себя этакимиправителями, командирами и надзирателями. Это не по мне. С меня больше чемдостаточно надзора надо мной нацистов, это до конца жизни удовлетворило моюнадзирательскую потребность. Так что я отношусь к этому очень чувствительно,понимаете ли. С другой стороны, если Вы убеждены в важности постоянныхчеловеческих взаимоотношений и взаимной привязанности между людьми, то Вы ужезнаете, кого и как следует переводить.

Вопрос: Д-рБеттельхейм, я работаю в долгосрочном стационаре для лечения маленьких детей имладших подростков с серьезными нарушениями психики, и там окружение считаетсяглавным моментом и основной надеждой терапии. Как Вы решаете проблемуконфиденциальности между индивидуальным или групповым терапевтом и темисотрудниками, которые непосредственно заняты уходом за детьми, то есть теми,кто находится на передней линии лечебного процесса и на ком сосредоточенонаибольшее внимание

Беттельхейм: Ну,а если мы на минуту представим, что сотрудники находятся на местеродителей —разумеется, очень хороших родителей — как Вы думаете, будут лиродители разговаривать друг с другом о том, то происходит сребенком

— Конечно,да.

—Прекрасно, тогда я не понимаю, в чем тут проблемы конфиденциальности. От когомы заводим секреты

—У нас в организации такие проблемы могут возникатьсреди подростков, например, когда некоторые психотерапевты считают, что дляподростка очень важно и значимо иметь кого-то, кому можно излить душу в тайнеот воспитателей, как это бывает в семье, где ребенок, если не может что-тосказать отцу или матери, доверяется дяде или тете.

— Ну, я быс большим подозрением отнесся к тетушке, дающей подобные обещания.

Вопрос: Скажите,пожалуйста, чем, в общих чертах, отличается работа с подростками от работы смаленькими детьми в терапевтической среде

Беттельхейм:Ничем не отличается, если это дети в возрасте от 4 до 20 лет. Я ответил на Вашвопрос Какая может быть разница Мы все хотим, чтобы о нас как следует заботились, все мы хотимразвиваться личностно. Некоторые из наших обитателей — малыши, а некоторые — дети, достаточно развитые длясвоего возраста. Ведь так Что хорошо для гуся, то хорошо и длягусыни.

Вопрос: Д-рБеттельхейм, я работаю в стационарной лечебной программе для взрослых ввозрасте от 30 до 60 лет, все они в среднем живут в больницах от 15 до 20 лет.Все считаются неизлечимыми. Мы работаем восьмой месяц, и у нас получилосьсоздать обстановку доброты и заботы, содействующую развитию доверия и симпатии.Разными путями мне удалось набрать сотрудников, откликающихся на мои попыткипостоянно поддерживать такую обстановку. И здесь, на конференции, я все времяжду, когда Вы скажете мне, где в Ваших или чьих-то еще работах можно было бынайти прямые и точные рекомендации, чтобы помочь моим сотрудникам понять иосвоить те идеи, которые я пытаюсь выразить, к сожалению, не так успешно, какуслышал это здесь. И я просто покорен всем, что Вы сегодня сказали, потому чточувствую все это каждый день, который проживаю с моими пациентами.

Беттельхейм: Ну,прежде всего, скажу, что для создания такой клиники нужно долгое время. Дайтесебе время, дайте время своим сотрудникам. Рим строился не за одну ночь, иклиника тоже не может возникнуть сразу. На это требуется время, для этого нужноучиться — учиться начьем-то опыте, учиться на чьих-то ошибках. Мы все допускаем ошибки.Мы — несовершенны, ине надо от нас этого ждать. Совершенство нежизнеспособно. Людям свойственноошибаться, но я также считаю, что людям свойственно учиться на ошибках других.Большинство людей учатся в процессе делания. И конечно же, учитесь насобственных ошибках. Это — самая важная форма обучения.

Джеймс Ф. Мастерсон

Эволюция метода развития

объектных отношений

в психотерапии

Джеймс Мастерсон (доктор медицины,Jefferson Medical School, 1951) — руководитель Группы Мастерсона (профессиональная корпорация),специализируется на психологии отрочества и расстройствах характера взрослых.Помимо этого, он директор Института Мастерсона (ранее Фонд ХарактерологическихРасстройств); ведет прием в нью-йоркской клинике Пэйни Уитни; адъюнкт-профессорклинической психиатрии в Медицинском колледже Корнеллского университета.Мастерсон — авторсеми книг и редактор двух томов, посвященных главным образомпсихоаналитическому подходу к расстройствам характера и к проблемамподросткового возраста. Плодотворная работа в области личности с пограничнымсиндромом сделала его одним из наиболее влиятельных и знающих психиатров,практикующих современные психоаналитические методы.

Говоря о своих и личных, и профессиональныхусилиях, Мастерсон позволяет нам увидеть развитие его подхода к расстройствамхарактера. Мы можем проследить как за ростом психоаналитических концепций,которые оказали на него влияние, так и за эволюцией его собственного подхода,который он столь отважно и проникновенно развивал.

Введение

Метод развития не означает “передачузнаний” и не возник сразу во всей полноте, подобно Афине из головы Зевса. Онпоявился из длительной, медленной, зачастую тяжелой и утомительнойпрофессиональной работы и из разрешения как личностных конфликтов, так итребований профессии.

Перспектива описания этой работы вызывает уменя беспокойство, которое связано с моим самовыражением. Это напоминает мне,как однажды утром я въехал в гараж при моем офисе и по ошибке прочел надпись:“Не подавайте свой гудок”.Я засмеялся, когда понял, что на самом деле было написано: “Не подавайтегудок”.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.