WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 44 |

Детям как индивидам или как определеннойсистеме отношений могут также отводиться роли, связанные с реинкарнациейродительского прошлого: бывший возлюбленный матери, бывшая подружка отца,братья и сестры матери, братья и сестры отца... Все это с достаточной точностьюи с большим или меньшим напряжением находит свое отражение в динамикежизненного стиля новой семьи. Помимо этого, дети нередко выступают в качествеконтркультуральной модели, противопоставляющей себя родительскому стилю жизни.Эта функция может проявиться в форме социального конформизма или социальногобунта, разного рода посредничества в отношениях между родителями и обществомили Богом. Например, шизофреник может всю жизнь разоблачать свою мать с еедетским обманом относительно непорочности его появления на свет. Другой пример:сын, который не хочет, чтобы его отец нарушал закон, утаивая налоги, сам, взнак протеста, начинает нарушать закон, угоняя чужие машины.

Психотерапевт как наблюдатель состороны

Установление терапевтических отношенийначинается с того, что принято называть диагнозом, но что должно быть названо,на мой взгляд, договоренностью о терапевтическомсоюзе. С этой минуты начинается развитие процесса, вкотором терапевт отождествляется с тем, что составляет семейную боль. Егозаинтересованность и участие действуют как анестезия, необходимость в которойвозникает прежде всего в моменты конфронтации с клиентом. Инициатива взаключении союза должна исходить от психо­терапевта, и у нее есть некийвнутренний план: терапевт старается расположить себя к ищущей его помощи семье,установить внутреннюю связь с нею. Не следует стремиться изменить характеркого-либо из членов семьи или семью в целом. Статичность традиционногодиагностического процесса, выступающая в форме вопросов типа “У негодепрессия” или “У нее гипервозбудимость”, предполагает отрицание личности и,что еще важнее, —отрицание отношений. Поэтому лучше всего сразу пресечь попытки клиентов ставитьдиагноз своим родственникам, как и попытку охарактеризовать себя.

Лучший способ установить терапевтическийсоюз — позволитькаж­дому члену семьи рассказать об отношениях между двумя илитре­мя значимымидругими, исключая разве что самого себя. Из этихопи­саний сложитсяцелостная картина семейных взаимоотношений, а также их динамики. По идее ФредаФорда (Ford & Herrick, 1974), одни семьи живут по принципу “двое противвсего мира”, другие —“каждый за себя”, принцип третьих — “дети прежде всего”.

Наиболее выразительные результаты приподобном подходе достигаются, когда терапевт просит дать оценкувзаимоотношениям между родителями каждого из супругов. Можно узнать массуважного, например, из рассказа мужа об укладе семейной жизни тестя и тещи. Входе таких бесед терапевт постепенно начинает накапливать, аккумулируя в себе,пеструю совокупность семейных восприятий, благодаря чему в итоге вырисовываетсяобщая картина, где находят место ценностные и нравственные критерии семьи и то,как этим критериям следуют семейные подгруппы. Когда представление о семьестановится достаточно четким, терапевт может позволить себе вспомнить, чтолюбые варианты взаимоотношений, так же как и любая патология, достаточнотипичны и в качестве типических проявлений встречаются во многих семьях.Подобное обобщение равнозначно утверждению, что люди пользуются, в принципе,одной и той же исходной системой защит — различаются лишь специфическоесоотношение ее компонентов в каждом конкретном случае и степень ихэффективности. Руководствуясь такой установкой, терапевт облегчает себевыполнение достаточно трудной задачи: помочь семье за внешними проявлениямиувидеть подлинные пружины внутрисемейных отношений.

По ходу дела, наблюдая внутрисемейныевзаимодействия, терапевт может осторожно приступить к интерпретации процесса,ни на минуту не забывая, что проявляемое им участие к семье, забота о ееблагоденствии подобно анестезии перед хирургической операцией, должныпредшествовать моментам неизбежной конфронтации. Такой параллелизмтерапевтического воздействия приобретает особую важность, когда терапевтдействует опосредованно, обращаясь к одному из членов семьи не прямо, а черездругого. “Просачивание” в сознание членов семьи какой-либо конкретной идеи,касающейся изменения строя или духа их взаимоотношений, происходит органичнее,когда терапевт “переопределяет” те описания, которые дает себе семья, используясамого себя в качестве метамодели. Точно так же безопаснее начинать беседу скаких-нибудь самых дальних родственников, переходя затем к отцу отца, отцуматери, матери отца, матери матери, к отцу, детям и, наконец, к самой матери,поскольку она тоньше, чем кто-либо, воспринимает отношения в семье, а значит,следует по возможности более бережно относиться к этой ее способности. В иныхслучаях, чем шире диапазон суждений терапевта и чем они отвлеченнее, тем его“атаки” на семью успешнее. При этом он может с пониманием принимать факт, таксказать, универсальной паранойи и всеобщего — всех со всеми — отождествления. Посеяв исподвольсемена своих идей, психотерапевт может даже позволить себе отрицать ихсоответствие действительности. Его отношения с семьей станут лишь еще болееоткрытыми, если он позволит себе признаться в собственных отклонениях ивнутренних сомнениях.

Возможность войти в роль пациентапозволяет терапевту избавиться от заблуждений насчет собственнойисключительности и устанавливает тот образец открытости, которому можетпоследовать семья. В свою очередь, и члены семьи расстанутся с иллюзией, чтоперед ними —всесильный чародей, который, как по мановению волшебной палочки, может устроитьвсе. Это крайне важно, чтобы терапевт мог поделиться, с пользой для дела,своими тревогами и посещающим его порой чувством абсурда. Семья начинаетосознавать, что действительность — многоликая проекция терапевта, его внутреннего мира, его опыта.Мир данной семьи становится просто лишь одним из вариантов человеческогосуществования. Терапевту не возбраняется в свободной ассоциативной манеределиться фрагментами собственного прошлого, даже если его воспоминания не имеютпрямого отношения к семейной проблеме. Однако следует ограничить или вообщеотказаться от откровений о своей личной жизни, которая охватывает текущиймомент, равно как и не требовать подобных откровений от членов семьи. Вообщелучше вовсе избегать каких-либо параллелей между семьей и текущей личной жизньютерапевта, хотя бы потому, что его домочадцы имеют право на анонимность.Свободные ассоциации терапевта — привилегия самого терапевта, а право на приватность — привилегия егосемьи.

Работая с клиентами, я всегда стараюсьподдерживать в себе убеждение, что каждая наша встреча может быть какпервой, так и последней. Терапевт не знает, когда семья придет к нему впервые.Но каждая последующая встреча может оказаться “разводом” или по крайней мереразрывом между семьей как приемным ребенком и терапевтом — приемным родителем.

Трудно переоценить то значение, которое внашем деле имеет четкость собственных убеждений. Вне этого условия невозможносохранить границу между тем, что говорит и делает терапевт, илимикро­космомпсихотерапии, — имикрокосмом семьи, то есть жиз­ненным стилем и системой верований многих ее поколений. Делотера­певта —помочь членам семьи перебороть их страстное желание изменить стиль жизни,одномоментно укрепляя мощь своего “фамильного” патриотизма. Но самый жизненныйстиль семьи, сложившиеся семейные паттерны не подлежат реорганизации состороны — это сугубовнутреннее семейное дело. Терапевт призван защищать право семьи на сохранениетайны доверенной ему информации, заверив клиентов, что ничей взгляд непроникнет в их жизнь и тем более ни один факт не будет оглашен самимтерапевтом.

Требуется много времени и скрытой, невидимой глазу работы, чтобы в семье наступили желаемые перемены.Изменение —загадочный и трудно объяснимый процесс. Особую психологическую насыщенность емупридают мечты и страхи, надежды и разочарования участников семейной драмы, атакже та их способность, благодаря которой они предстают то в своем подлинном,а то и в карикатурном виде. Терапия помогает снизить напряжение в отношениях,расшатать и ослабить действие ранее заданных программ поведения и подготовитьпочву для постепенного перепрограммирования семьи как единого организма.Девяносто процентов семейной динамики остаются вне ведения терапевта. Тем неменее, случаются такие счастливые события, когда развитие совместнойтерапевтической мечты принимает чрезвычайно активный характер и в исходе общихусилий (либо во время лечения, либо в последующий период) весь уклад жизнисемьи меняется, причем в желательном для обеих сторон направлении.

И еще, терапевту следует строго следить затем, чтобы сбор необходимой информации не превратился в подглядывание взамочную скважину. Если такой интимный интерес побуждается собственным образомжизни, то его лучше утолить в специализированных магазинах для взрослых, гдевсегда можно найти печатную и видеопродукцию на интересующую его тему. В такихслучаях не лишне проконсультироваться у своего психотерапевта. Чтобынейтрализовать подобного типа соблазны, терапевт и сам может подсказать семье,как приглядывать за ним.

Терапевту следует сопротивляться попыткамтой или иной семейной подгруппы завербовать его в свою “команду” — одностороннее объединениеспособно разрушить целостность семейного организма, хотя сами члены семьи, всилу своих фобий или защитных реакций, могут как вступать в семейныегруппировки, так и выходить из них. В общесемейной динамике всегда присутствуетописанная исследователями индивидуальная динамика, которая нередко приобретаетзаостренные черты под влиянием сложившихся внутрисемейных альянсов илисостояния холодной войны между семьей в целом и той или иной ееподгруппой.

Большую, разветвленную семью можносравнить с Организацией Объединенных Наций, только политическая борьба идет вней на межродовом уровне. В силу причудливого стечения обстоятельствгенеральным секретарем семейной ООН становится психотерапевт, избранный,правда, на относительно короткий срок и с весьма ограниченными полномочиями.Собственная личность — единственная его сила. Отождествление с семьей — дань, которую он платит. Крайневажно, чтобы терапевт не переставал сознавать, что его интроекция — Семья как таковая, а не таконкретная семья, которая в данный момент ищет его помощи. И, наконец,терапевту необходимо постоянно удерживать баланс, не позволяя себе глубокоувязнуть в семейных делах, но и не допуская излишней отстраненности со своейстороны. Тем самым он предлагает семье такую модель отношений, которая даетвозможность отдельным ее представителям и подгруппам с большей свободойотделяться друг от друга, что, в конечном итоге, способствует и большей свободев том, чтобы принадлежать друг другу.

Психотерапевт лицом к лицу с семейнойсистемой

Терапевтический процесс, как и пониманиесемейной динамики, определяются в основном системой убеждений и ценностейсамого психотерапевта. Благодаря тем его способностям, которые отличают его какиндивида, а также способности работать в тандеме с другими терапевтами лечебныйпроцесс выступает не как попытка некой подсистемы изменить систему, воздействуяна нее снизу вверх, а как работа одной системы с другой. Убеждения терапевтавключают в себя в качестве компонентов познанное, или накопленный багаж знаний,познаваемое, то естьдоступное пониманию благодаря пережитому опыту и последующему его анализу, инепознаваемое, то есть то,что остается за пределами нашего интеллектуального постижения. К вторичнымфакторам личности терапевта и системы его убеждений я отношу рациональноеначало (интеллектуально-техническая основа, политические взгляды) ииррациональное (сокровенная часть опыта, его оценка и символизация). Сюда жеотносятся элементы самообмана, корни которого надо искать в особенностях либокультуры, либо самой личности профессионала. Они могут вписываться или невписываться в один из четырех типичных характерологических паттернов:параноидный, простой, кататонический и гебефренический.

В процессе взаимодействия терапевта какличности и семейной системы эти компоненты образуют контекст встреч, определяютобоюдную мотивацию и двусторонний характер обмена жизненным опытом. Деловыекачества терапевта, его операциональное мастерство — результат прежде всего егособственной целостности, его роста и не в последнюю очередь — его способности расширятьприсущее человеку чувство принадлежности семье — той, где родился, и той, чтосоздал сам. Благодаря всему этому становится возможным диалектическоеравновесие между принадлежностью другим и чувством собственнойиндивидуальности. Профессиональное применение этого диалектического балансамежду индивидуацией и принадлежностью и называется терапевтическим союзом, поскольку в егооснове лежит умение терапевта отделять свою функциональную роль от своеголичного образа жизни.

Ловушки и лабиринты терапевтическогопроцесса

Каждый, кто причастен к терапевтическойпрактике, знает, что там нас ждет ряд “ловушек”, создающих угрозутерапевтическому процессу. Наиболее очевидные среди них: рассказы о прошлом,боль — настоящего,страх перед будущим, искус обольщения и миф волшебства. Терапевта подстерегаютразного рода опасности: затеряться в лабиринтах беспардонного копания в чужойжизни, поддаться возбуждающему чувству идентификации, соскользнуть на терапиюдля самого терапевта, удрать от реалий собственной жизни, увлечься совместным склиентом построением иллюзорных схем и, наконец, не устоять перед искушениемпродлить симбиоз до бесконечности.

В таких ситуациях возможен рядтерапевтических ходов, может быть, не совсем техничных, но зато полезных подуглом зрения собственной безопасности и ее обеспечения. К наиболее критическиммоментам в терапевтическом союзе я отношу: соединение сторон, индивидуацию,воссоединение и расторжение. Работая с проекциями, которые возникают припереносе, можно поменяться ролями с клиентом, изображая откровенную скуку,терапевтически манипулируя переносом либо, напротив, бурно отрицая все. Можнотакже прервать поток семейных проекций и фантазий, прямо указав на скрытый вних подтекст, или начать параллельную игру, рассказав нечто похожее из фантазийсамого терапевта. Допускаю, что в иные минуты, накоротке, можно признаться и вкаких-то отклонениях, которым подвержен сам. Все это сообщает пациентам опытравного с терапевтом участия в работе, избавляя их от чувства, что только имприходится раскрывать о себе всю подноготную.

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 44 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.