WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 44 |

THE EVOLUTION

OF PSYCHOTHERAPY

Volume 1

Edited by Jeffrey K. Zeig

Brunner/Mazel, Publishers

NewYork

ЭВОЛЮЦИЯ

ПСИХОТЕРАПИИ

Том 1

Перевод с английского Т.К.Кругловой

Москва

Независимая фирма “Класс”

1998

УДК 615.851

ББК 53.57

Э 15

Э 15 Эволюция психотерапии: Сборник статей. Т. 1. Семей­ныйпор­трет в интерьере:семейная терапия / Под ред.Дж.К. Зей­­­га / Пер. сангл. Т.К. Кругловой — М.: Не­зави­симая фирма “Класс”, 1998. — 304 с. — (Библиотека психологии ипсихотерапии).

ISBN 5-86375-076-6(РФ)

Авторы этого тома — всемирно известные семейныетерапевты: Джей Хейли, Сальвадор Минухин, Карл Витакер, Клу Маданес и др. Всвоих статьях они затрагивают как фундаментальные, так и практические проблемысемейной терапии, рассказывают об истории этого направления, делятсявоспоминаниями о своем профессиональном становлении и размышляют о дальнейшемразвитии своих методов.

Книга может послужить учебным пособием дляпсихологов, врачей, социальных работников, желающих овладеть навыками семейногоконсультирования, а также будет интересна всем, кто хочет разобраться вхитросплетениях сложного организма — человеческой семьи.

Публикуется на русском языке с разрешенияиздательства Brunner/Mazel и его представителя Марка Патерсона.

ISBN 0-87630-677-6 (USA, 1982)

ISBN 0-87630-440-4 (USA, 1987)

ISBN 5-86375-075-8 (РФ)

ISBN 5-86375-076-6 (Т. 1)

© 1982 The MiltonH. Ericson Foundation

© 1998 Независимаяфирма “Класс”, издание, оформление

© 1998 Т.К.Круглова, перевод на русский язык

© 1998 Л.М. Кроль,предисловие

© 1998 В.Э.Королев, обложка

Исключительное право публикации на русскомязыке принадлежит издательству “Независимая фирма “Класс”. Выпускпроизведения или его фрагментов без разрешения издательства считаетсяпротивоправным и преследуется по закону.

“НА ЗЛАТОМ КРЫЛЬЦЕ СИДЕЛИ...”

Профессиональная встреча людей,представленных в издании “Эволюция психотерапии”, подводит итог столетиюразвития психотерапии. Подводить итоги грустно, но жизнь авторов, прожитаяуспешно, достойно и продуктивно, свидетельствует о зрелости — как личной, так ипрофессиональной. И плодами своей зрелости авторы с нами охотно делятся. Многоеиз их профессиональной жизни представлено на страницах четырехтомника, словнона блюде, — читательможет увидеть, что представляет собой и где находится психотерапиясегодня.

Люди, изображенные на “семейном” фотоконференции, — цветми­ровойпсихотерапии —входили в профессию далеко не столь сформированную, престижную, массовую идоходную, какой она стала на За­паде сегодня. Они были романтиками, смутьянами, иногдаигрока­ми, а не толькотружениками. Никто их них не был чиновником от нау­ки. Когда они начинали свой путь впрофессии, до нынешних сло­жившихся школ, до явной или кажущейся ясности было ещедалеко.

Они шли к этому фото с разныхсторон — всемирнойгеографии, изначальных профессий, жизненных коллизий, из разных семей,наконец.

Перед нами первое и последнее на сегодняшнийдень бунтарское поколение психотерапии. Эти люди менялись, искали меру истепень открытости и честности, отшлифовывали способность выражаться ясно,вырабатывали свои подлинные профессиональные убеждения и продвигались вседальше к действительно эффективной помощи и развитию своих клиентов. Данноепоколение сформировало переход от понятия пациента —объекта психотерапии — к понятию клиента, человека,которому нужно и можно помочь, в ресурсы, возможности и активность которогоследует верить. Они по-разному формулировали то, что сегодня называетсягуманистическим подходом; искали и создавали техники, методы и приемы помощи ицелостного понимания проблем и возможностей людей.

Этот мир долго был отрезан от нас, и когданеласковая социалистическая “муза” ногой качала нашу психотерапевтическуюколыбель, а мы старались всячески избегать ее усилий, можно было только мечтатьо такой возможности почувствовать свою сопричастность к знаниям ипрофессиональной свободе.

Из нашего двадцатилетнего прошлого (пусть ис его свободолюбием, мечтой и изобретавшимися велосипедами) шагнуть в мир, гдеот количества готовых форм впору растеряться — это ли не использование машинывремени! Еще десять лет назад мы мало знали или не знали вообще, что там “уних”. Тогда бытовал такой анекдот: чем отличается групповой секс в Швеции,Болгарии и России В Швеции собирается группа молодых людей и устраивает “это”.В Болгарии собираются и смотрят журнал, привезенный из Швеции. А вРоссии — собираетсягруппа молодых людей и слушает того единственного, кто был в Болгарии и виделжурнал, привезенный из Швеции. Примерно то же было и спсихотерапией.

В каком-то смысле сегодня многие ведущиемировые психотерапевты с выходом этого издания возвращаются на Родину: ихродовые, семейные корни — здесь. Маданес, Минухин, Зейг и другие происходят из семей,некогда “выплеснутых” из России. Психотерапевт — профессия эмигранта, входящего виные культуры. Тени их бабушек и дедушек должны быть сегодня довольны успехамисвоих внуков. Джеффри Зейг, будучи в Москве, заметил: “Деды жили труднее, чемродители, а я —легче, чем мои родители”.

В нынешней Америке психотерапия — одна из массовых профессий, итам всем хорошо известно, что это такое. В Калифорнии, где почти рай: с однойстороны — океан ивечное солнце, а с другой — огромное количество американских игрушек длявзрослых — оченьлюбят заботиться о себе и своем здоровье. А уж на восточном побережьепсихотерапевтов традиционно очень много. Есть даже анекдот о том, что вНью-Йорке половина жителей — психотерапевты, половина — клиенты, а третья “половина”гадает, кто есть кто. У нас такая массовость и востребованностьпрофессии — делодалекого будущего.

Сейчас, когда наша культура артикулируетсебя, как растущий подросток, который хочет знать, кто он и кем ему быть,особенно важным стало все, что связано с осознаванием, имиджем, сменойвнутренних и внешних идентификаций. Кажется, что с опозданием, как все вРоссии, нахлынула культура постмодернизма — предметы, знаки разных эпох,знаки знаков, предметы беспредметности. На этом фоне путаницы прошлого ибудущего, своего и чужого психотерапия, как служба “скорой помощи” на полебоя, — перевязывает,лечит шоки и готовится к большему. Ведь вслед за первым знаковым хаосом придетперепутанность внутренних миров и потребуется лекарство — осознавание и отреагирование. И,как следствие, —поиск корней, думание как процесс, сравнение себя с другими и с инымивозможностями самого себя.

И станет понятнее, чтопсихотерапевты — этолюди, которые открыто и часто говорят с самими собой и другими об очень важныхвещах: о старости и смерти, о любви и корысти, о ненависти к близким, онеистовом поиске все куда-то “заваливающегося” себя и, наконец, просто очувствах — такихразных и противоречивых.

И для тех, кому хотелось школы профессии ижизни, учителей и наставников, друзей-коллег, хороших профессиональных книг,хотелось традиции, с которой не стыдно бороться, — это издание может оказаться инужным, и долгожданным.

Несколько слов о предсказаниях будущегопсихотерапии в России. Интенсивное обучение граждан в последние годы в основномпроходило в “экономическом университете” для миллионов. Ваучеры, инфляция,“МММизация”... Между тем, это цветочки. Российский менталитет, твердо усвоившийправило: “Три “нет” —потом, может быть, “да” — стоек и на всякий случай на любой вопрос выстреливает батареей“нет”-реакций невербального и вербального свойства. Всяческие отстранения,невовлечения, уходы —весь пышный цвет бытового негативизма — является стойким психологическимфоном. Недостаток возможностей выбора любого рода крепко усвоен несколькимипоколениями. Многолетнее подавление чувств, агрессии... Потеря “памяти семьи”,когда знание своих семейных корней редко выходит за пределы поколения дедов...И насилие, насилие —мелкое, бытовое, каждодневное, почти не замечаемое — от детского сада до троллейбуса.И унижение, доминирование — как падающие костяшки домино — повсюду распространено ввоздухе. Все это —прямое поле будущей психотерапии для так называемых здоровых людей. Стоит липосле этого спрашивать, найдет ли себя психотерапия в России

Сколько блестящих формулировок и мыслейсодержится в этих главах! Прислушаемся, как ведущие психотерапевты говорят друго друге. Какие формулы вычеканены для важнейших наблюдений и понятий. Какпросто звучат итоговые мысли!

Сами конференции могут служить примероморганизации подлинного профессионального диалога в его разных измерениях. Около25 ведущих и 7000 участников — запись была прекращена задолго до начала события, настольконеожиданным и превосходящим ожидания оказался успех. Это первое событие такогомасштаба в нашей профессии, своего рода праздник на стадионе, массовое зрелище.Оно потребовало для своего исполнения и продюсера, и дизайнера конференции (имстал и именовался в дальнейшем Джеффри Зейг, до этого гораздо менее известный впсихотерапевтических кругах), и стало, несмотря на масштаб, действительноареной диалога, мастерски срежиссированного и поставленного. В любой моментвремени у участников был выбор из нескольких возможностей: каждый ведущийпредставлял три мастерские (по три часа каждая): одна — скорее вводящая в тему,вторая — для имеющихпреставление, третья — продвинутая. Другие формы предъявления диалога: час общения сведущим; четыре ведущих в диалоге на заданную тему; два представителя разныхнаправлений беседуют друг с другом; час живого показа работы с клиентом илисупервизии. Постоянно велась аудиозапись, многое записывалось на видео (и черездень можно было купить то, что не удалось увидеть воочию). Книгиучастников — тут же,в киоске. Кажется, организаторы предусмотрели в своем “Макдональдсе”все — и толькоопасность, что к концу конференции ведущие будут разрезаны на ку­сочки, расфасованы по пакетикам ипроданы, ограждала от эйфории.

И то, как держались ведущие, и уровеньэссеистики и диалога — разные классы одной школы. Это ведь в России до сих пор частосчитается, что “если девушка красива, то должна быть глупа” — то есть если профессионал умеетсебя показать —значит, плохо работает, если знает толк в том, как организовать и “продавать”себя — значит,проигрывает в содержании. Люди, отобранные самой профессиональной жизнью дляэтих томов, немало сделали для явленности профессии “внешнемумиру” — они умеютнравиться, создавать и носить форму, не теряя содержания.

По основному роду своей деятельностиони —частнопрактикующие психотерапевты, получившие остальные свои регалии после иблагодаря успеху в основном деле. Самостояние — умение стоять на своих ногах,опираясь на социум лишь настолько, насколько нужно составляет пафос профессии.Сегодня кажется особенно актуальным формирование профессии успешногочастнопрактикующего психотерапевта, помогающего другим быть независимым инужным —профессионально и, на своем примере, социально.

Четыре тома “Эволюциипсихотерапии” —кирпичики профессиональной культуры, которая возникает, а не насаждаетсяофициально. Не вопреки чему-то, но и не благодаря. Благодаря нам с Вами,читатель. И в этом надежда на уважение к профессии со стороны ее“пользователей” и на уважение психотерапевтов к самим себе.

Нам предстоит классное чтение. Первый вРоссии психотерапевтический четырехтомник — своего рода живая энциклопедиясовременной психотерапии будет стоять на Вашей полке.

Леонид Кроль

Вступление

Джеффри К. Зейг

Эволюция психотерапии

Взявшись за организацию конференций поэволюции психотерапии, состоявшихся в 1985 и 1990 годах, я наивно полагал, чтоспособствую достижению согласия в наших рядах, но преодолеть “семейные распри”не удалось. Каждая из многообразных школ твердо держится за свои теории иметоды. Взаимообогащение идеями наблюдается в редких случаях. Превыше всегоставится чистота позиций. Эклектизм считается признаком отсутствия“породы”.

Первая конференция совпала со столетнимюбилеем психотерапии. Ее первое столетие ознаменовалось непримиримымитеоретическими противоречиями и возникновением множества разнородных течений.Возможно, второе столетие ознаменуется достижением согласия между всемишколами.

Присутствовавшие на конференциях выдающиесяпсихотерапевты представляли тринадцать различных направлений. Между первой ивторой конференциями психотерапевтическая наука потеряла ряд своих блестящихпредставителей: умерли Бруно Беттельхейм, Мюррей Боуэн, Рональд Лэйнг, КарлРоджерс, Вирджиния Сатир, Льюис Волберг и Роберт Гулдинг.

Как выяснилось, те из ведущихпсихотерапевтов, кто присутствовал на конференции 1985 года, ничуть не изменилисвоих взглядов под влиянием общения с коллегами и на следующей конференции 1990года отстаивали свои позиции с прежним пылом. Знакомство с докладами убеждает: мало ктоссылается на работы представителей других школ, а тем более — признает их теоретическоевлияние.

Подобная независимость была оправданна и вкаком-то смысле даже необходима в те времена, когда психотерапия толькосоздавалась, стремясь обогатить себя новыми гранями. Однако блюститеоретическую и методическую чистоту сегодня — непозволительная роскошь:психотерапия вышла на передовой рубеж борьбы за здоровье человека, где длядостижения цели позволительно использовать все методы и техники, прошедшиеиспытание временем.

Со своей стороны я предлагаюкоммуникационную метамодель, которая, на мой взгляд, может способствовать болееполному пониманию и самого процесса терапии, и позиций занимающихся еюспециалистов. В основе метамодели лежит так называемый “Эриксоновский Алмаз”.Главное отличие моего подхода от оригинала составляет центральное значение,которое придается мною грани “Позиция терапевта” (у Эриксона — “Утилизация”). С описания этойграни я и начну разъяснение метамодели.

Позиция терапевта

Каждый терапевт привносит в лечебный процесссвои личные качества и профессиональные умения. Возможно, исход лечения даже вбольшей степени зависит от личности терапевта, чем от степени его техническойоснащенности.

Личность терапевта

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 44 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.