WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |   ...   | 32 |

В Египте во времена Птоломеев эпидемическираспро­странялисьсреди женщин нарушения супружеской верно­сти и отравления (Renan. LesApôtres).

В Персии официальной женой шаха становитсята женщина, от которой родится его первый сын. Поэтому там очень распространеноотравление новорожденных завидую­щими друг другу соперницами (Pfeiffer).

Во Франции в XVIII столетии, особенно вцарствование Людовика XIV, отравления приняли эпидемический харак­тер среди дам высшей аристократии.Дело дошло до того, что король должен был создать особый трибунал, Chambreroyale de PArsénaleили Chambre ardente, обязанностью ко­торого было заниматьсяисключительно делами об отрав­лении (Lettres — Patentes от 7 апреля 1769 года). Обще­ство было тогда до того объятопаникой, что процесс знаменитой отравительницы Delegrande тянулсянесколь­ко лет потомутолько, что она делала беспрерывные наме­ки на какой-то заговор противжизни короля.

Имена Voisin, Vigouroux, Brinvilliersсделались знамени­тымив истории преступления. В отравлении одно время подозревалась даже OlimpiaMancini, племянница Мазари-ни и мать принца Евгения.

В 1632 году была казнена в Палермо некаяTeofania, торговавшая ядами, а год спустя та же участь постигла ее ученицуFrancesca la Sarda. С тех пор выражение "Gnura Tufania" осталось в Сицилиисинонимом отравительницы, откуда и происходит название воды "acqua tofana",состоя­щейпреимущественно из мышьяка (S.-Marino. L'acqua tofana, 1882).

В 1642 году в Неаполе было отравлено многонароду какой-то таинственной жидкостью, продававшейся некой женщиной,находившейся в сношении с вышеупомянутой Теофанией.

Около того же времени в Риме четыреженщины, Maria Spinola, Giovanna Grandis, Geronima Spana и Laura Crispiolti,торговали так называемой манной св. Николая (Manna di San Nicola) — ядом, состоявшим главнымобразом, по-видимому, из мышьяка.

Итак, если исключить детоубийство ивыкидыши, жен­щина удиких, как и у других народов, совершает, в общем, значительно меньшепреступлений сравнительно с мужчи­ной, хотя она по своему характеру более склонна к дурному, чем кхорошему. Многие преступления, за которые она подлежит наказанию, чистоусловны, так, например, нару­шения табу и занятия колдовством. То, что соответствуетпреступлению мужчины, есть у дикой женщины, как мы это сейчасувидим.

Врожденные преступницы.

1. Междуантропологией и психологией преступницы суще­ствует полная аналогия. Подобнотому как от массы преступниц, у которых обыкновенно наблюдаются лишь немногие инезначительные признаки вырождения, отщеп­ляется группа с более резко ибогато выраженными, чем у мужчин-преступников, признаками, точно так же изобще­го числа ихвыделяется небольшой кружок лиц, отличаю­щихся более интенсивнойиспорченностью, чем мужчины, и сильно превосходящих в этом прочих преступников,ко­торых допреступления доводит в большинстве случаев постороннее внушение и у которыхобыкновенно нравст­венное чувство более или менее сохранено. Группа эта и естьврожденные преступницы, испорченность которых на­ходится в обратном отношении к ихчислу.

"Всевозможные наказания не в состояниивоспрепятст­воватьэтим женщинам нагромождать одни преступления на другие, и их испорченный умгораздо находчивее в изо­бретении новых преступлений, чем суд в придумывании новыхнаказаний" (Conrad Celtes); "женская преступность имеет более циничный,жестокий, испорченный и ужасный характер, чем мужская" (Rykére); "женщина, — говорит итальянская поговорка, — сердится редко, но болеемет­ко, чем мужчина"(Di rado la donna écettiva, ma quando lo é lo èpiù dell'uomo).Конфуций когда-то сказал, что "на све­те нет ничего, что более портитдругих и само подвергается порче, чем женщина". Известно изречение Эврипида:"Страшна сила волн, пожирающего пламени, ужасна ни­щета, но страшнее всегоженщина".

Испорченность женщины преимущественносказывает­ся в двухособенностях ее преступлений: в их множест­венности и жестокости.

2. Множественностьпреступлений. Многие врожден­ные преступницы отличаютсясовершением преступлений не одной, но нескольких категорий, а некоторые из нихявляются исполни­тельницами двух родов преступлений, которые у мужчин взаимноисключают друг друга, именно отравления и убийства.

Маркиза de Brinvilliers обвинялась в одно ито же вре­мя вотцеубийстве, отравлении из жадности и мести, клеве­те, детоубийстве, воровстве,кровосмешении и поджоге. Enjalbert была осуждена за клевету, нарушениесупруже­ской верности,сводничество, кровосмешение и убийство. Она отдала на растление свою дочьсобственному сыну для того, чтобы сделать его помощником в убийстве своегомужа. Goglet была проститутка, воровка, мошенница, убийца и поджигательница, aF. занималась проституцией, сводни­чеством и обвинялась в воровстве, клевете и кровосмеше­нии; G. Bompard была осуждена запроституцию, воровст­во, мошенничество, клевету и убийство, a Trossarello — за проституцию, воровство,нарушение супружеской верности и убийство. История приписывает Агриппинеследующие преступления: нарушение супружеской верности, кровосме­шение и побуждение к убийству, аМессалине —супруже­скуюневерность, проституцию, побуждение к убийству и воровству.

Одна 17-летняя проститутка, которуюнаблюдал Ottolenghi, была осуждена за воровство, укрывательство,сов­ращение и развратмалолетних, отравление и убийство, а другая — за нарушение супружескойверности, отравле­ниеи побуждение к убийству. Последняя занималась в то же время итрибадией.

3. Жестокость.Врожденная преступница превосходит преступ­ника в другом отношении, именно врафинирован­нойжестокости, с которой она совершает свои преступле­ния. Ей недостаточно, что враг ееумирает; она должна еще насладиться его смертью. В итальянской шайкераз­бойников "laTaille", возникшей на юге Франции, женщины обнаруживали большую, нежелимужчины, жестокость при истязании пленников и особенно пленниц. Tiburzio убиласвою товарку во время ее беременности, бросилась затем на труп ее, рвала зубамиее мясо и бросала откушенные куски своей собаке. Chevalier убила одну своюбеременную родственницу, загнав ей в голову через слуховой ход вилку. Р. неудовлетворилась ранами, которые она наносила своим вероломным любовникам,находя это слишком лег­ким наказанием для них: она ослепляла их, засыпая их глаза мелкимстеклянным порошком, который она приго­тавливала, разгрызая собственнымизубами стеклянные ве­щи. Известная Д. облила своего любовника, изменившего ей, сернойкислотой. Когда ее на суде спросили, отчего она не прибегла для мести к ножу,она ответила: "Для того, чтобы лучше дать ему почувствовать всю горечь смерти".София Ganthier замучила насмерть медленными истяза­ниями семь мальчиков, доверенныхей для воспитания. Мы находим в истории всех времен многочисленныепри­меры жестокости,соединенной со сладострастным темпе­раментом, у женщин, находившихся на высоте власти. Кроме всемизвестных Агриппины, Фульвии, Мессалины и Ели­заветы мы приведем еще следующиеслучаи. Аместрис вы­просила себе у Ксеркса, обещавшего исполнить ее просьбу, выдачуматери своей соперницы. Когда это было исполне­но, она отрезала несчастнойженщине грудные железы, уши, губы и язык, бросила отрезанные части на съедениесоба­кам и в такомвиде отослала ее домой.

Парисатида, мать Артаксеркса, приказаларазрезать на части свою соперницу, а мать и сестру ее зарыть в землю живыми.Кориана, хваставшего, что он убил Кира, она ис­тязала и мучила в продолжениедесяти дней.

Возлюбленная китайского императора Кион-Син(1147 г.) приказывала разрезать на части всякую женщину, кото­рая удостаивалась ласк ееразвратного любовника, варила их и отсылала к отцу своей жертвы, которого потомпо­стигала такая жеучасть. Беременных женщин она прика­зывала разрывать на части живыми.

Но высшую степень жестокости мы находим ужен­щин-матерей, укоторых наиболее глубоко коренящееся в человеческой натуре чувствоперерождается в ненависть. Hoegeli погружала в воду головку своей девочки вовремя наказания ее, чтобы заглушить ее крики. Однажды она ногой столкнула ее совсех лестниц, вследствие чего у ре­бенка сделалось искривление позвоночного столба. В другой раз онаударила ее по плечу с такой силой, что причи­нила вывих его. Превратив такимобразом постепенно свою дочь в урода, она стала ее звать в насмешкуверблю­дом. Во времяболезни ее, чтобы унять ее плач, она лила ей на голову ледяную воду, клала налицо тряпки, испачкан­ные испражнениями, и заставляла в течение многих часов вслухповторять: "Дважды два — четыре".

Kelsch также погружала лицо своего сына виспражне­ния,заставляла проводить его на балконе холодные зимние ночи в одной сорочке.Екатерина Hajes, убив своего мужа, отрезала голову его перочинным ножом(Griffith North American Review, 1895); Smith отравила восемьдетей.

Кокотка Stakenburg начала истязать своюдочь на 42-м году, когда поклонники покинули ее. "Я терпеть не могу девочек",— говорила она. Онаподвешивала ее под руки на одеяле, била молотком по голове, прижигала утюгом иоднажды, избив ее палкой досиня, стала насмехаться над ней, говоря: "Теперь тымаленькая негритянка".

Rulfi заставляла голодать свою маленькуюдевочку и, чтобы усилить ее мучения, принуждала ее присутствовать за столом вовремя своих обедов. Она пригласила для нее учителя с единственной целью иметьвозможность бранить и бить ее, когда та не знала своих уроков, что при такомсодержании ребенка было, конечно, не редкостью. Она свя­зывала ее и заставляла младшихбратьев колоть ее булав­ками, чтобы к физической боли присоединить еще чувствоунижения.

Каким же образом объяснить себе подобноезверство в характере преступниц

Мы уже видели, что даже у нормальнойженщины боле­ваячувствительность меньше развита, чем у мужчины, а сочувствие чужому страданиюнаходится, как известно, в прямой зависимости именно от нее, так что оно неимеет места там, где чувствительность эта совершенно отсутству­ет. Далее мы выяснили, что уженщины много общего с ребенком: она обладает слабо развитым нравственнымчув­ством, ревнива,злопамятна и старается выразить свою месть в рафинированной, жестокой форме— все это недостатки,которые у нормальной женщины более или менее уравно­вешиваются и нейтрализуютсячувством сострадания, ма­теринством, меньшей страстностью в половом отношении, физическойслабостью и более слабой интеллигентностью ее.

Но если болезненное раздражение психическихцентров возбуждает дурные инстинкты и требует себе какого-ни­будь исхода, если способностьсочувствовать чужому стра­данию и материнская любовь отсутствуют, если, наконец, сюда ещеприсоединяются, с одной стороны, сильные стра­сти и потребности, являющиесяследствием чрезмерной по­хотливости, а с другой — развитой ум и физическая сила,дающие возможность приводить в исполнение дурные за­мыслы, то ясно, чтополупреступница —существо, каким является нормальная женщина, — должна легко превра­титься во врожденную преступницу,более страшную, не­жели любой преступный мужчина. Какими ужасными пре­ступниками были бы дети, если быим были знакомы сильные страсти, если бы они обладали физической силой иразвитым умом и если бы, наконец, их тяготение ко злу усиливалось бы ещевследствие болезненного возбуждения! Женщины — взрослые дети: дурные инстинктыих много­численнее иразнообразнее, чем наклонности ко злу муж­чин, но они находятся у них почтив латентном, скрытом состоянии; если же они возбуждаются и просыпаются, топоследствия этого, конечно, должны быть самые ужасные.

Врожденная преступница представляет собою,кроме то­го,исключение в двойном отношении: как преступница и как женщина. Преступник сампо себе является ненор­мальностью в современном обществе, а преступная женщи­на есть еще исключение и средипреступников, ибо естест­венная атавистическая форма преступности у женщины есть непреступление, а проституция, так как примитивная жен­щина более проститутка, чемпреступница. Поэтому пре­ступница, как двойное исключение, должна быть вдвое бо­лее чудовищной. Мы уже видели, какмногочисленны причины, предохраняющие ее от преступления (материнство,состра­дание,физическая слабость и пр. и пр.); если поэтому жен­щина, несмотря на все это,совершает все-таки преступления, то ее нравственная испорченность, побеждающаявсе эти препятствия, должна быть поистине чудовищна.

4. Чувствительность и мужские чертыхарактера. Мы видели, что у преступницнаблюдается усиленная чувст­венность — черта, также приближающая их к мужчинам. Этим объясняется, почемуу всех подобных женщин ко всем их преступлениям обязательно присоединяетсяпро­ституция. Эротизмявляется у них центром, вокруг кото­рого группируются обыкновенно прочие особенности их преступнойнатуры. Так, например, у Р. М., Марии Вr., Dacquignié, Béridot иAveline'ы чувственность их связана с большой импульсивностью желаний ипоступков; у Star, Zeile и Bouhors она комбинируется с такими мужскими чертамихарактера, как мужество, энергия и пр., а у Марии В. — с мужскими вкусами инаклонностью к употребле­нию спиртных напитков и курению табака. У Gras эро­тизм уживается рядом сполумистической религиозностью, так как на ее аналое найдены книги духовногосодержа­ния вместе срукописями самого грязного и циничного со­держания. Наконец, у Cagnoni,Stakenburg и Hoegeli мы находим вместе с сильной чувственностью отвращение кматеринским функциям, что напоминает нам некоторых животных, которыеожесточаются во время течки против своих собственных детенышей: у таких женщинтечка длится, так сказать, круглый год.

Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |   ...   | 32 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.