WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 27 |
Интроекция.

Наш рост обеспечивается способностьюразличения, которая сама является функцией границы между "я" и другим. Мычто-то берем из среды и что-то ей возвращаем. Мы принимаем или отвергаем то,что среда может нам предложить. Но мы можем расти, только если в процессепринятия в себя мы полностью перевариваем и тщательно ассимилируем то, чтополучили. То, что мы реально ассимилировали, становится нашим собственным, такчто мы можем делать с этим все, что нам угодно. Мы можем сохранить это для себяили отдать в новой форме, приобретенной благодаря ассимиляции. Если же мыпроглотили нечто, не разжевав, приняли без различения, — оно становится чужеродным телом,загнездившимся в нас паразитом. Хотя оно может казаться нашей частью, на самомделе это не так, оно остается частью среды.

Физический процесс роста посредствомассимиляции, -то есть разрушения и переваривания, — легко наблюдать. Пища, которуюмы получаем, требует не проглатывания целиком, а пережевывания (что начинаетпроцесс ее разрушения) и переваривания (что продолжает процесс дальнейшегопревращения пищи в химические частицы, которые организм может использовать).Физическая пища, хорошо переваренная и ассимилированная, становится частью нассамих, превращается в кости, мышцы и кровь. Но пища, которую мы глотаемцеликом, которую мы заталкиваем в себя не потому, что мы ее хотим, а потому чтонас заставили ее есть, тяжестью ложится на желудок. Она создает нам неудобства,мы хотели бы выбросить ее из себя, освободиться от нее. Если мы не делаемэтого, если мы подавляем свой дискомфорт, свою тошноту и желание избавиться отэтой пищи, мы можем в конце концов все же ухитриться ее переварить,— или она насотравляет.

Психологический процесс ассимиляции взначительной степени похож на физиологический. Понятия, факты, нормы поведения,мораль, этические, эстетические, политические ценности — все это первоначально приходит кнам из внешнего мира. В нашем уме нет ничего, что не пришло бы из среды, но всреде также нет ничего, для чего не существовало бы органической потребности,физической или психологической. Все это должно быть переварено и усвоено, чтобыстать подлинно нашим, частью нашей личности.

Если же мы некритически, целиком принимаемчто-то на веру, потому что кто-то так сказал, или потому что это модно, илибезопасно, или соответствует традиции, или, наоборот, потому что это не в моде,опасно или революционно, — все это откладывается в нас тяжелым грузом. Это несъедобно, эточужеродные тела, хотя мы и дали им место в своем уме. Такие непереваренныеустановки, способы действия, чувства, оценки психологически называютсяинтроектами, а механизм, посредством которого эти чуждые образования попадают вличность, мы называем Интроекцией.

Я не хочу сказать, что этот процесспроглатывания целиком не служит иногда полезным целям. Студент, который зубритцелую ночь перед экзаменом, чтобы получить хорошую отметку по предмету, которыйему непонятен, имеет вполне оправданные причины для своих действий. Но если онтешит себя мыслью, что действительно чему-то научился посредством такойзубрежки, то через полгода он сможет убедиться, что забыл большую часть того,что "выучил".

Я также не хочу сказать, что человек долженотвергать какую-либо психологическую пищу, которая приходит из внешнего мира.Питаться собой психологически так же невозможно, как физически. Я говорю лишь,что факты и установки, на которых строится наша личность, то естьпсихологическая пища, которую предлагает нам внешний мир, должна быть точно также ассимилирована, как наша физическая пища. Она должна быть деструктурирована,проанализирована, разъята, а затем собрана вновь в такой форме, в какой онаокажется для нас наиболее ценной. Если она просто проглочена целиком, онаничего не дает для развития нашей личности. Напротив того, она превращает насво что-то вроде комнаты, настолько заваленной чужими вещами, что в ней нехватает места для наших собственных. Она превращает нас в мусорную корзину,наполненную чуждой и ненужной нам информацией. Самое худшее состоит в том, чтоэтот материал имел бы для нас огромную ценность, если бы мы обдумали его,изменили и трансформировали его в себе.

Таким образом, опасность Интроекции двояка.Во-первых, интроектор упускает возможности развивать собственную личность,поскольку он занят удержанием чуждых элементов в своей системе. Чем большеинтроектов он нахватал, тем меньше у него остается возможностей выразить себяили хотя бы обнаружить, что такое он сам. Во-вторых, Интроекция способствуетдезинтеграции личности. Интроецировав несовместимые понятия, вы можетеобнаружить себя разрываемым на куски при попытке согласовать их. В наше времяэто встречается довольно часто.

Наше общество, например, с детства учит насдвум совершенно различным и, по-видимому, противоположным установкам. Однасоответствует так называемому "золотому правилу" — делать другим то, что хотелосьбы от них получить. Другая — закон выживания наиболее приспособленных, выражаемый пословицей"собака собаку ест". Если мы интроецируем обе эти установки как догмы, мы вконце концов будем пытаться быть одновременно и мягкими, добрыми,нетребовательными, и безудержно агрессивными. Мы будем любить наших соседей, нодоверять им только в тех пределах, в каких мы можем с ними справиться. Мы будемявлять собой мягкость, но одновременно будем жестокими и садистичными. Каждый,кто интроецирует подобные несовместимые представления, превращает собственнуюличность в поле их битвы. Невротический конфликт обычно доходит до мертвойточки, когда ни одна из сторон не может победить, и человек не способен ни ккакому дальнейшему росту и развитию.

Таким образом, Интроекция — это невротический механизм,посредством которого мы принимаем в себя нормы, установки, способы действия имышления, которые в действительности не являются нашими собственными. ПриИнтроекции мы сдвигаем границу между собой и остальным миром так далеко внутрьсебя, что от нас почти ничего не остается.

Возвращаясь к ситуации, в которой хористполагает, что нехорошо беспокоить других, мы можем рассматривать ее как примерИнтроекции. Кто, в конце концов, говорит это, — он или они Действительно ли онполагает, что его собственные нужды настолько несущественны, что потребностигруппы всегда должны иметь преимущество Когда интроектор говорит "я думаю", онобычно имеет в виду "они думают".

Проекция.

Противоположностью Интроекции являетсяпроекция. Если Интроекция — это тенденция принять на себя ответственность за то, что вдействительности является частью среды, то проекция — это тенденция сделать средуответственной за то, что исходит из самого человека. Примером крайнего случаяпроекции может служить паранойя, клинически характеризуемая наличием у пациентахорошо организованной системы бреда. Параноик как правило оказывается в высшейстепени агрессивной личностью; неспособный принять на себя ответственность засобственные иллюзии, желания и чувства, параноик приписывает их объектам илилюдям в своей среде. Его убежденность, что его преследуют, фактически являетсяутверждением о том, что он хотел бы преследовать других.

Но проекция существует и не в таких крайнихформах; необходимо тщательно различать проекцию как патологический процесс, ипродумывание предположений, которое может быть нормальным и здоровым.Планирование и предвосхищение, поиски и маневры при игре в шахматы и многихдругих действиях предполагают наблюдение и делание предположений относительновнешнего мира. Но эти предположения так и понимаются как предположения. Когдаигрок в шахматы продумывает несколько ходов вперед, он делает ряд предположенийоб умственных процессах противника, как бы говоря: "Если бы я был им, я сделалбы то-то и то-то." Но он понимает, что делает предположения, которые необязательно будут соответствовать тому, что руководит поведением егопротивника, и он знает, что это его собственные предположения.

В отличие от этого, скованная сексуальнымизапретами женщина, которая жалуется на то, что все к ней пристают, илихолодный, отчужденный, высокомерный мужчина, обвиняющий людей в том, что онивраждебно к нему относятся, — примеры невротической проекции. В этих случаях люди делаютпредположения, основанные на собственной фантазии, не сознавая, что это тольколишь предположения. Кроме того они не сознают происхождения собственныхпредположений.

Художественное творчество также требуеткаких-то предположений и проекций. Писатель часто буквально проецирует себя всвоих героев, становится ими в то время, как он о них пишет. Но, в отличие отпроецирующего невротика, он при этом не теряет представлений о самом себе. Онзнает, где кончается он сам и начинаются его герои, хотя бы даже в процессесамого творчества он и терял чувство границы и становился кем-тодругим.

Невротик использует механизм проекции нетолько по отношению к внешнему миру; он пользуется им и по отношению к себесамому. Он отчуждает от себя не только собственные импульсы, но и части себя, вкоторых возникают эти импульсы. Он наделяет их объективным, так сказать,существованием, что может сделать их ответственными за его трудности и помочьему игнорировать тот факт, что это части его самого. Вместо активного отношенияк событиям собственной жизни, проецирующий субъект становится пассивнымобъектом, жертвой обстоятельств.

Когда наш хорист жалуется на свой мочевойпузырь, причиняющий ему неприятности, — это прекрасный пример проекции.Здесь поднимает голову безобразное "оно", и наш герой оказывается чуть ли нежертвой собственного мочевого пузыря. "Это просто-таки происходит со мной; ядолжен выносить это", — говорит он. Мы оказываемся свидетелями возникновения маленькогофрагмента паранойи. Как интроектору можно было бы задать вопрос, кто говорит, иответом будет —"они", так проектору следует напомнить:

"Это твой собственный мочевой пузырь, этоты испытываешь потребность в мочеиспускании". — Когда проектор говорит "оно" или"они", он, как правило, имеет в виду "я".

Таким образом, в проекции мы сдвигаемграницу между собой и остальным миром немного "в свою пользу", что дает намвозможность снимать с себя ответственность, отрицая принадлежность себе техаспектов личности, с которыми нам трудно примириться, которые кажутся намнепривлекательными или оскорбительными.

К тому же, как правило, проекция являетсяследствием того, что наши интроекты вызывают в нас чувство отчуждения ипрезрения к себе. Поскольку наш хорист интроецировал представления о том, чтохорошие манеры более важны, чем удовлетворение насущных личных нужд, посколькуон Интроецировал убеждение, что следует "выносить все это, улыбаясь", онвынужден проецировать или даже изгонять из себя те импульсы, которыепротиворечат его внешней деятельности. Это не он испытывает потребность вмочеиспускании; он хороший мальчик, он хочет оставаться с группой и продолжатьпеть. Мочеиспускания требует этот противный, непослушный мочевой пузырь,который как назло оказался в нем, который он считает как бы "интроектом"— чуждым элементом,насильно внедренным в него против его воли.

Проецирующий невротик, как и интроектор,неспособен различать грани собственной целостной личности, которыедействительно принадлежат ему самому, и то, что навязано ему извне. Онрассматривает свои интроекты как себя самого, а те части себя, от которых онхотел бы избавиться, он рассматривает как непереваренные и несъедобныеинтроекты. Посредством проецирования он надеется освободить себя отвоображаемых "интроектов", которые в действительности являются вовсе неинтроектами, а аспектами его самого.

Интроецирующая личность, являющаяся полембитвы между воюющими между собой неассимилированными идеями, получает себепараллель в виде проецирующей личности, которая делает мир ареной битвы своихличных конфликтов. Чрезмерно осторожный, мнительный человек, который говоритвам, что хотел бы иметь друзей, хотел бы быть любимым, но в то же времядобавляет, что "никому нельзя верить, все только и ждут, как бы ухватить у васчто-нибудь", -типичный пример проекции.

Слияние (confluence).

Когда индивид вообще не чувствует границымежду собой и средой, когда он полагает, что он и среда — одно, он находится в слиянии сней. Части и целое оказываются неразличимыми.

Новорожденные дети живут в слиянии; они неразличают внутреннее и внешнее, себя и других. В моменты экстаза или крайнейконцентрации взрослые люди также чувствуют себя в слиянии с окружающим. Ритуалтребует такого чувства слияния, в котором границы исчезают, и индивид чувствуетсебя в максимальной степени собой благодаря тому, что он столь интенсивноотождествлен с группой. То, что ритуал вызывает столь экзальтированные чувстваи интенсивные переживания, отчасти объясняется именно тем, что обычно мычувствуем границу между собой и другими очень отчетливо, и ее временноерастворение производит на нас очень сильное воздействие. Но если это чувствоглубокой идентификации является хроническим, и индивид неспособен видетьразличие между собой и остальным миром, он психологически болен: он потерялчувство себя.

Человек, находящийся в состояниипатологического слияния, не знает, что такое он и что такое другие. Он незнает, где кончается он сам и где начинаются другие. Не сознавая границу междусобой и другими, он не способен на контакт с ними, но также не может иотделиться от них. Он не способен даже на контакт с самим собой.

Мы состоим из миллионов клеток. Если бы онинаходились в слиянии, мы были бы амебообразной массой, и не была бы возможнаникакая организация. В действительности же клетки отделены друг от другапроницаемыми при определенных условиях мембранами, и эти мембраны являютсяместом контакта, различения того, что "принимается", и того, что "отвергается".Если бы составные части нашего организма, которые не только являются частямицелостного человеческого существа, но выполняют также и определенныесобственные функции, соединились вместе и поддерживались в состояниипатологического слияния, ни одна из них не могла бы выполнять свои функцииправильно.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 27 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.