WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 27 |

Изучение текста без фильма связано сочевидными ограничениями. Фриц придавал большое значение интонации иневербальной коммуникации; все это можно увидеть и услышать в фильме, но труднопередать на бумаге. Существенны также искажения времени. Слово "пауза" можетозначать как две секунды, так и две минуты. К тому же мы читаем гораздобыстрее, чем говорим, так что получасовая сессия может быть прочитана за пятьминут. Все эти факторы могут усилить иллюзию "мгновенной" терапии, чтопротиворечит основной цели этого издания.

Роберт С.Спитцер, д.м., главный редакториздательства "Science and Behavior Books ".

8. Гештальт в действии.

Что такое гештальт.

Идея гештальт-терапии состоит в том, чтобыпревращать бумажных людей в реальных.

Я знаю, что это непростое дело. Непростовернуть современного человека к жизни: помочь, например, прирожденному лидеруреализовать свои способности, не став при этом бунтовщиком; помочь человекуобрести свой центр, исправить однобокость развития. Все это многого требует, ноя полагаю, что сейчас мы можем это делать. Нам не нужно годами, десятилетиямилежать на психоаналитической кушетке, без каких-либо существенныхизменений.

Но для этого необходимы определенныеусловия. Я опять возвращаюсь к вопросу о социальной среде, в которой мынаходимся. В прошлые десятилетия человек жил в обществе, ориентируясь на то,что считалось правильным: он выполнял свою работу, не задумываясь о том,нравится ли она ему и подходит ли он для нее. Общество придерживалось идеологии"долженствования" (shoudism) и пуританства. Теперь, мне кажется, социальнаясреда кардинально изменилась. Пуританство сменилось гедонизмом. Мы начинаемжить ради удовольствия, праздника, развлечения; для нас все хорошо, покаприятно.

Кажется, что это звучит лучше, чемморализм. Однако здесь есть момент существенного регресса. Мы стали паническибояться боли и страдания. Мы избегаем всего, что не доставляет удовольствия,что неприятно. Мы бежим от любой фрустрации, от всего, что может бытьболезненным, и ищем обходных путей. В результате мы лишаемсяразвития.

Когда я говорю о готовности встретитьнеприятное, я не имею в виду культивировать мазохизм; наоборот, мазохист -эточеловек, который боится боли и приучает себя терпеть ее. Я говорю о страдании,которое сопутствует развитию, о том, чтобы честно встречать неприятныеситуации. Это очень тесно связано с гештальт-подходом.

Я не собираюсь сейчас много говорить офеномене гештальта. Основная идея гештальта состоит в том, что это -целое;полное, покоящееся в себе целое. Как только мы разрываем гештальт, мы получаемобломки и кусочки и лишаемся целого. Вот смотрите: если мы возьмем тридеревяшки и положим их — сюда, сюда и сюда, они обрисуют странный образ. Но если высложите их вот так, вы сразу же видите, что это — треугольник. Если вы разделяетеих, — треугольникисчезает, исчезает гештальт.

В биологии формирование гештальта— это та динамика,которая регулирует всю органическую жизнь.

Гештальт хочет быть завершенным. Еслигештальт не завершен, мы остаемся в незаконченной ситуации, и эти незаконченныеситуации давят на нас, они хотят быть законченными. Если, например, выучаствовали в драке и действительно разозлились на своего противника,— вы можете хотетьотомстить ему. Эта потребность отомстить будет зудеть в вас, пока вы нерасквитаетесь с этим парнем.

Мы несем в себе тысячи незаконченныхгештальтов. Но избавиться от них очень просто. Эти гештальты появляются,всплывают на поверхность. Наиболее важный всегда появляется первым. Нам ненужно рыться, а-ля Фрейд, в глубинах бессознательного. Нам нужно научитьсясознавать очевидное. Если мы понимаем очевидное, все — здесь. Каждый невротик— это человек,который не видит очевидного. Так что в гештальт-терапии мы стараемся понятьслово "сейчас", сознавать то, что происходит в настоящем. Но пониманиенастоящего может потребовать некоторого времени — от четырех недель до двадцатилет.

"Сейчас" — это интересное и трудноепонятие, потому что, с одной стороны, вы можете работать и достигать чего-то,только если вы работаете в настоящем. С другой стороны если вы делаете из этогоморалистическое требование, вы сразу обнаруживаете, что это невозможно. Если выстремитесь схватить настоящее, оно тут же уходит. Это парадоксально -работать внастоящем, но не быть в состоянии удержать его или даже сосредоточиться нанем.

Второе слово, важное в связи с нашейтерапией, — слово"как". В прошлые века спрашивали "почему", пытались найти причины, основания,извинения, рационализации. Полагали, что если мы можем изменить причины, мыизменим следствия. В наш электронный век мы уже не спрашиваем "почему", мыспрашиваем "как". Мы исследуем структуру, а когда мы понимаем структуру, мыможем ее изменить.

Структура, в которой мы более всегозаинтересованы, -это структура нашего жизненного сценария. Эта структура -еечасто называют кармой или судьбой, — часто проникнута самоистязанием,бесплодными играми самоусовершенствования, стремлением к достижениям, и такдалее. Когда встречаются два человека с различными жизненными сценариями,каждый из них старается втиснуть другого в свой сценарий, или один стараетсяугодить другому и стать частью его сценария, и так возникает вовлеченность,замешательство, конфликты. Люди запутываются, вязнут (get stuck) друг в друге,и весь сценарий перепутывается, — но это тоже часть сценария.

Мы хотим реорганизовать наш жизненныйсценарий. Средства и методы этого могут быть до некоторой степенипонятны.

Сейчас я хочу поработать с кем-нибудь извас. Я должен сказать, что у меня очень плохая память на имена; нужно, чтобы яочень хорошо знал человека, или чтобы с ним была связана большая радость илидругое значительное событие, чтобы я вспомнил, как его зовут.

Для моей работы нужны шесть составляющих.Мне нужно мое умение, нужен так называемый "горячий стул"; у нас он даже оченькрасиво выглядит. (Смех.) Нужен пустой стул, который будет принимать на себявсе те роли, которые вы отделяете от себя, и других людей, которые необходимы,чтобы понять свой жизненный сценарий. Мне нужна косметическая салфетка (можетбыть сегодня она и не понадобится), сигареты и пепельница, и я готов к работе(смех). Итак, я приглашаю кого-нибудь, кто хочет выйти и поработать со мной вгорячем стуле.

(Выходит Дон — бородатый мужчина лет сорока; онпреподает рисование.)

Фриц: Тебя зовут...

Дон: Дон.

Фриц: Дон, я попрошу тебя использоватьслово "сейчас" по возможности в каждой фразе.

Дон: Сейчас я чувствую, как бьется моесердце. Сейчас я удивляюсь, почему я здесь сижу. (Смех.) Почему мне захотелосьзаполнить пустоту Сейчас я недоумеваю, над чем бы я могпоработать.

Фриц: Гм. Позволь я прерву тебя и вернусь кФрейду и психоанализу. Фрейд говорил, что человек, свободный от вины и тревоги,здоров. Моя собственная теория относительно тревоги и вины такова. Чувство вины— не что иное, какневыраженный упрек. А тревога — не что иное, как разрыв между "сейчас" и "позже". Как только выоставляете безопасную основу настоящего и перепрыгиваете в будущее, выпереживаете тревогу, или, как в данном случае, страх сцены. Вы волнуетесь,сердце начинает биться сильнее, и так Далее — все это симптомы страха сцены.Мы часто не замечаем хронической тревожности просто потому, что мы заполняемразрыв разного рода страховыми полисами, ригидными конструкциями характера,грезами и прочим. Если же мы сведем будущее к настоящему, тревога исчезнет.Давайте попробуем прямо сейчас это сделать. Закрой глаза и расскажи подробно,что ты чувствуешь прямо сейчас.

Дон: Физически я чувствую тепло одной руки,касающейся другой. Сейчас... сейчас я чувствую, м-м, напряжение во всем теле.Особенно здесь. (Показывает на грудь.)

Фриц: Хорошо. Ты можешь войти в этонапряжение

Дон: Я как будто растягиваю себя, вот так.(Накрест растягивает руки на груди.)

Фриц: Можешь ли ты сделать это со мнойРастяни меня.

Дон (поднимается и растягивает Фрица заплечи): Как будто меня вытягивают вот таким образом.

Фриц: Сильнее. Тяни так сильно, как тебенужно. 0'кей. Садись.

Дон: Теперь это ушло. (Смех.)

Фриц: Если ты научишься делать другим то,что делаешь себе, ты перестанешь подавлять себя и мешать себе в том, чтособираешься сделать.

Но я не понимаю, почему Дону нужно менярастянуть. Здесь я вынужден шокировать вас, потому что собираюсь ввести один изтехнических терминов гештальт-терапии — "запудривание мозгов"(mind-fucking). Когда мы начинаем играть в интеллектуальные игры — как это часто происходит вгрупповой терапии, когда люди высказывают мнения друг о друге, дают объяснения,интерпретируют друг друга, -ничего не происходит, кроме этой интеллектуальнойсловесной игры.

Так что ты сейчас чувствуешь,Дон

Дон: Запудривание собственных мозгов.(Смех.) Я объясняю сам себе, почему мне захотелось выпрямить тебя

Фриц: О'кей, давайте воспользуемся пустымстулом Задай Дону этот вопрос.

Дон: Дон, почему ты хочешь выпрямить себяили кого то другого

Фриц: Теперь перемени стул. И, — это важная фраза, начнисоздавать сценарий этого разговора.

Дон: Ну, Дон, ты недостаточно хорош такой,какой ты есть, так что тебя надо растянуть.

Дон (в другом стуле): Ну, вполне возможно.Человек никогда не знает, каковы его возможности, пока не вытянется. Ясогласен, мне нужно вытянуться.

Дон: Да, похоже, что ты меня понял, и тебеосталось только предпринять что-то по этому поводу.

Дон (в другом стуле): Ну, я стараюсь что-тос этим сделать, м-м, иногда. Я постоянно помню, что мне нужно что-то с этимсделать. Но я не всегда это делаю. Только изредка.

Фриц: О! Мы познакомились с одним изнаиболее частых разделений в человеческой личности — собакой сверху и собакой снизу(topdog and underdog). Собаку сверху в психоанализе называют супер-Эго илисовестью. К сожалению, Фрейд упустил из виду собаку снизу; он не заметил, что вконфликте двух собак побеждает обычно нижняя.

Я назову их часто встречающиесяхарактеристики. Собака сверху постоянно считает себя правой. Иногда онадействительно права, но считает она себя правой всегда. Дон принимает как самособой разумеющееся, что эта собака сверху, которая велит ему вытягиваться,права. Собака сверху всегда говорит вам, что вы должны то-то и то-то, иугрожает, что если вы этого не сделаете...

Однако собака сверху очень прямолинейна. Асобака снизу ищет другие методы. Она говорит: "Да, я обещаю, я согласна, ужзавтра, если я только смогу... " (Смех.) Так что собака снизу — прекрасный фрустратор. И собакасверху, разумеется, не даст ей с этим остаться, она приветствует употреблениерозги, так что игра само-мучения или самосовершенствования, — называйте как хотите,-продолжается год за годом, так и эдак, и ничего не происходит.Правильно

Дон: Не совсем так, но... Собака сверхупродолжает Давить, и получает...

Фриц: Скажи это собаке сверху.

Дон: Ну, ты продолжаешь подталкивать меня,и иногда я даю тебе кое-что, но я часто чувствую, что тебе этого недостаточно,это не вполне удовлетворяет твои требования.

Фриц: Побудь собакой сверху и требуй. В чемсостоят твои требования Ты должен...

Дон: Ты должен стать гораздо болееорганизованным, и ты мог бы гораздо более толково, чем ты это делаешь,распоряжаться тем, что у тебя есть.

Фриц: О'кей. Опять то же самое. Сделай сдругими то, что ты делаешь с собой. Скажи это другим, тем, кто здесьсидит.

Дон (вздохнув): Билл, если ты хочешьисправиться, тебе следует стать гораздо более организованным и лучшеиспользовать свое время и энергию. Энн, тебе следует стать гораздо болееорганизованной и лучше обходиться... лучше обходиться со всем, и ты пойдешьгораздо дальше. Гейл, ты тоже могла бы это.

Фриц: Как ты себя чувствуешь, когдаговоришь это другим, а не себе

Дон: Я чувствую, что они могут послать меняк черту.

Фриц (группе): Пошлите его к черту. Он всеворчит и ворчит, и никто еще не послал его к черту.

Гейл: Иди к черту.

Дон: Разве я не говорил тебе столько раз(смех), что тебе нужно больше работать

Гейл: Действительно говорил.

Дон: Энн, разве ты не можешь большеработать Разве ты не можешь лучше организовать себя

Энн: Мне не хочется, спасибо Дон Бэбкок.(Смех.)

Дон: А ты, Билл Ты пошел бы гораздодальше, если бы лучше организовал себя. Ты был бы сейчас богатым человеком(смех). У тебя было бы фантастически успешное дело, если бы ты был болееорганизован и усерднее работал бы — с твоим талантом.

Фриц: О'кей, как ты сейчас себячувствуешь

Дон: Я очень доволен собой.(Смех.)

Фриц: А как твой страх сцены

Дон: О, он совершенно исчез.

Фриц: Да, но это чувство собственнойправоты — частьтвоего жизненного сценария, так что тебе нужно множество людей, относительнокоторых ты можешь почувствовать свою правоту.

Сознавание.

Этот семинар — не совсем обычный, но некоторыевещи остаются такими же, как всегда. Во всех случаях мы имеем дело с процессомобучения.

Обучение часто понимают неправильно. Моеопределение обучения состоит в том, что это — открытие того, что нечтовозможно. Это не принятие какой-то информации. Все, что я хочу здесь сделать— это показать вам,что можно найти средства и способы роста и развития своих возможностей, можнопреодолеть трудности своей жизни. Это, конечно, не может быть сделано во времякороткого семинара, но может быть я смогу посеять зерна, снять несколькооболочек, и это откроет некоторые возможности.

Я повторю: обучение — это открытие того, что нечтовозможно. Мы тратим большую часть своей энергии на саморазрушительные игры, нато, чтобы мешать самим себе. Как я уже говорил, мы препятствуем собственномуросту. Как только появляется что-то неприятное, мы пугаемся, мы убегаем, лишаемсебя чувствительности. Мы пользуемся всеми возможными средствами, чтобыпомешать процессу развития.

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 27 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.