WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |

Только спутанные сведения об этих событиях достигли сознания пациента. Но и его бунт против приказа капитана, и внезапная трансформация бунта в свою противоположность были в нем представлены. Сперва пришла мысль, что он не будет отдавать деньги, или это (то есть наказание крысами) произойдет; потом произошла трансформация мысли в клятву к противоположным смыслом (содержанием), как наказание за бунт.

Позвольте далее обрисовать основные условия, благодаря которым сформировалась великая обсессивная идея пациента.

Его либидо возросло из-за долгого периода воздержания, а в дополнение к нему и приветливого приема, на который молодой офицер мог всегда рассчитывать, когда появлялся в обществе женщин.

Ко времени начала маневров между ним и его дамой имело место определенного рода холодность. Усиление либидо возродило древнюю борьбу против авторитета отца, и он посмел подумать о сексуальных отношениях с другими женщинами. Верность памяти отца ослабла, сомнения в достоинствах дамы увеличились, и из этих соображений он позволил себе оскорбить их обоих, а потом наказал себя за это. Поступая подобным образом, он воспроизводил старую модель. И когда после маневров он так долго сомневался, поехать ему в Вену или выполнить клятву, это было общим олицетворением двух конфликтов, которые разрывали его на части - следует или нет выказывать послушание отцу и оставаться ли верным возлюбленной.

Могу добавить кое-что к истолкованию «санкции», которая, мы помним, была следующего содержания: «В противном случае наказание крысами будет приведено в исполнение для них обоих». Основанием для этого служили детские сексуальные теории, которые уже обсуждались. Первая из них заключается в том, что дети рождаются из ануса. А вторая, логически продолжая первую, что мужчины, как и женщины, способны к деторождению. Согласно правилам толкования сновидений, представление о выходе из прямой кишки может быть заменено на противоположное, т.е. о проникновении в нее (в качестве наказания крысами) и наоборот.

Некоторые общие характеристики обсессивных структур

В 1896 году я определил обсессивные идеи как «преобразованное самообвинение, которое повторно возникло из вытеснения и которое всегда связано с некоторым сексуальным действием, которое производилось с чувством удовольствия в детстве». Теперь мне кажется, что это определение не выдерживает критики, но только со стороны формы, тогда как его составляющие не вызывают возражений. Оно было слишком сильно ориентировано на объединение, и в качестве модели использовало практику самих обсессивных невротиков, когда, с характерной для них любовью к неопределенности, они группируют под названием обсессивные идеи самые гетерогенные психические структуры.

В действительности, более правильно говорить об «обсессивном мышлении» и разъяснить, что обсессивные структуры могут соответствовать любому психическому акту. Их можно классифицировать как желания, искушения, импульсы, размышления, сомнения, приказания или запреты. Пациенты стараются в общем сглаживать эти различия и рассматривают то, что осталось от этих психических актов, после того, как они лишились своего аффективного индекса, как «обсессивные идеи». Наш настоящий пациент привел пример подобного поведения на одной из первых сессий, когда он попытался свести желание к уровню простого «хода мыслей».

Более того, следует признать, что даже феноменологии обсессивного мышления до сих пор не уделено должного внимания. Во время второго этапа оборонительной борьбы, который пациент ведет против «обсессивных идей», которые проложили себе путь к сознанию, появляются психические структуры, нуждающиеся в специальном названии (например, череда мыслей, которые занимали нашего пациента на протяжении поездки после маневров). Разумные умозаключения не только стоят в оппозиции обсессивным мыслям, но существуют и гибриды между двумя видами размышления, они допускают некоторые посылки обсессии, с которой борются, и таким образом, хотя используют в качестве оружия разум, их основой является патологическая мысль. Мне кажется, что такие структуры заслуживают названия «бред». Чтобы объяснить разницу, я приведу пример, который нужно рассматривать в контексте истории болезни нашего пациента. Мною уже описывалось ненормальное поведение, которому он дал волю во время подготовки к экзаменам. Тогда, закончив работу далеко за полночь, он обычно открывал парадную дверь духу отца, а потом рассматривал свои гениталии в зеркале. Он пытался образумить себя, спрашивая, что бы сказал отец, если был бы жив. Но этот довод не имел никакого действия, пока был обличен в рациональную форму. Привидение не было изгнано, пока он не преобразовал ту же самую мысль в бредовую «угрозу», что если он еще раз повторит эту глупость, какая-нибудь беда приключится с его отцом на том свете.

Разница между первичной и вторичной оборонительной борьбой хорошо просматривается, но ее важность сильно изменится, когда мы обнаружим, что пациенты сами не знают формулировки их собственных обсессивных идей. Это звучит парадоксально, но это именно так. За время прогресса в анализе не только пациент, но и его болезнь набирается храбрости; она может выражаться яснее, чем до того. Говоря обычным языком, происходит следующее: пациент, который до этого отворачивался с ужасом от своей патологической продукции, проявляет к ней внимание и приобретает более ясное и подробное о ней представление.

Помимо этого, существует два специфических пути, которыми могут быть получены более точные знания об обсессивных структурах. Во-первых, опыт показывает, что обсессивная команда (или что-то подобное), которая в бодрствующем состоянии предстает лишь в урезанной, сокращенной форме, как искаженный текст телеграммы, может привести подлинный свой текст в сновидении. Такие тексты появляются во снах в виде прямой речи и являются исключением из правила, что речь во сне является производной от речи в обыденной жизни. Во-вторых, во время аналитического изучения истории болезни, крепнет убеждение, что если обсессии сменяют одна другую, то, как правило, даже если вербальное их выражение (формулировка) неодинакова, это одна и та же обсессия. От обсессии на первый взгляд довольно легко избавиться, но она возвращается второй раз в измененной форме, не узнанной, а потом, возможно, способна более эффективно постоять за себя в защитной борьбе, благодаря изменениям в своей форме. Но правильной является изначальная форма, и она часто открыто демонстрирует свое значение. Когда нам с большим трудом удается прояснить неразборчивую обсессивную идею, часто случается, что пациент сообщает, что именно такое понятие, желание или искушение, как то, которое мы «сочинили», имело место как-то однажды до появления обсессивной идеи, но не сохранилось в его памяти. Если мы начнем приводить примеры такого рода из истории нашего пациента, то увы, наше отступление сильно затянется. То, что официально описано как «обсессивная идея», демонстрирует, будучи искаженной относительно первоначальной формулировки, следы первичной защитной борьбы. Ее искажение дает ей возможность существовать, так как сознательное мышление, таким образом, обречено на превратное ее понимание, как если бы это был сон, т.к. сны также являются продуктом компромисса и искажения, и ошибочно понимаются бодрствующим мозгом.

Это ошибочное понимание роли сознания можно наблюдать на деле не только на примере обсессивных идей как таковых, но и по отношению к продуктам вторичной защитной борьбы, например, защитным формулам. Приведу два хороших примера. В качестве защитной формулы наш пациент обычно быстро произносил слово aber (но), сопровождая его жестом отрицания. Как-то он заявил, что эта формула недавно изменилась; он больше не говорит aber, а произносит aber с ударением на втором слоге. Когда я попросил его объяснить причину новшеств, он заявил, что непроизносимое e во втором слоге не дает ему ощущения безопасности против вторжения, которого он панически боится, вторжения чужеродных и противодействующих элементов, что и является причиной того, чтобы сделать е ударным. Подобное объяснение (прекрасный образец обсессивного невротического стиля) тем не менее явно неадекватно; самое большее, на что оно может претендовать - это рационализация. Правда заключалась в том, что aber приближается по звучанию к abvear (с немецкого - защита), термину, который он усвоил из наших теоретических обсуждений психоанализа. Таким образом, он бредовым и незаконным путем использовал лечение для укрепления защитной формулы.

В другой раз он рассказал мне о главном магическом слове, которое противостояло любому злу; он сложил его из первых букв наиболее действенной и мощной из его молитв, а в конце хлопал в ладоши на слове «аминь».

Я не могу воспроизвести само слово по причинам, которые вскоре станут ясными. Когда он назвал мне его, я не мог не заметить, что слово фактически является анаграммой имени его дамы. В ее имени присутствовала буква «s», которую он поместил в конце, то есть прямо перед «amen». Следовательно, мы можем сказать, что он соприкасается своим «samen» [«semen» - семя] с женщиной, которую любит; что означает, что в воображении он мастурбировал с ней. Он сам, однако, никогда не замечал столь очевидной связи; его защитные силы позволили вытесненному одурачить себя. Это также хорошо иллюстрирует правило, что объект, подлежащий охранению, неизменно находит выход в тех же средствах, которые использовались для его отгораживания.

Я уже заявлял, что обсессивные мысли подвергаются тем же искажениям, что и мысли во сне, перед тем, как они становятся манифестным содержанием сновидения. Следовательно, нас должен интересовать механизм искажения, и нам ничто не мешает раскрыть его разнообразные виды посредством расшифровки и объяснения серии обсессий. Но снова условия, определяющие публикацию этого случая, позволяют мне привести лишь несколько образцов. Не все обсессии пациентов настолько сложны по своей структуре и трудно разрешимы, как великая идея о крысах. В ряде других использовалась очень простая техника - а именно, искажение путем опущения или эллипсис. Этот механизм превосходно подходит для шуток, но в нашем случае он принес пользу в качестве способа защиты от понимания.

Например, одна из наиболее старых и любимых обсессий пациента (которая соответствовала предупреждению и наставлению) звучит следующим образом: «Если я женюсь на даме, какое-нибудь несчастье случиться с моим отцом (на том свете)». Если мы восстановим пропущенные шаги, о которых стало известно из анализа, то получим следующий ход мыслей: «Если мой отец был бы жив, он бы разгневался на мое решение жениться на даме, как это случалось в детстве, а значит я вынужден буду на него разъяриться и пожелать ему зла, и благодаря всемогуществу моих мыслей, это зло его обязательно настигнет».

Вот другой пример, в котором решение может быть достигнуто путем заполнения эллипсиса. Он снова имеет природу предупреждения или аскетического запрета. У пациента была очаровательная маленькая племянница, которую он обожал. Однажды ему пришла в голову следующая мысль: «Если ты получишь удовольствие от полового сношения, что-то случиться с Эллой (т.е. она умрет)». Если правильно восстановить все опущения, то получится следующее: «Каждый раз, когда ты занимаешься сексом, даже с незнакомкой, ты не сможешь избежать мысли о том, что твои интимные отношения в браке не принесут тебе ребенка (из-за стерильности дамы). Это огорчит тебя настолько, что ты станешь завидовать своей сестре из-за маленькой Эллы и будешь ревновать к ней ребенка. Эти завистливые импульсы неизбежно приведут к смерти ребенка».

Техника искажения путем эллипсиса является наиболее типичной для обсессивных неврозов. Я сталкивался с этим в обсессивных мыслях других пациентов. Наиболее прозрачным является следующий случай, который представляет интерес за счет определенной схожести в структуре с идеей о крысах. Это произошло с женщиной, которая страдала от сомнений и, главным образом, от навязчивых действий. Эта женщина однажды вышла с мужем на прогулку в Нюрнберге и попросила его зайти с ней в магазин, где бы она могла приобрести различные необходимые вещи для ребенка, в том числе и расческу. Муж, решив, что долгое хождение за покупками не в его вкусе, сказал, что заметил кое-какие монеты в антикварной лавке по пути сюда, которые могут там долго не залежаться, добавив, что после того, как купит их, заберет ее из магазина, в котором они сейчас находятся. Но он отсутствовал, как ей показалось, слишком долго. Когда он вернулся, она соответственно спросила, где он был.

***

***

И они достаточно часто встречаются у других обсессивных пациентов. Наш пациент был крайне суеверным, несмотря на то, что являлся высокообразованным, просвещенным и весьма проницательным человеком, и временами он убеждал меня, что не верит и слову из всей этой ерунды. Так, он был одновременно суеверным и нет. Существует четкая разница между его позицией и суеверием необразованных людей, которые чувствуют себя единым целым со своей верой. Казалось, он понимает, что его суеверие зависит от обсессивного мышления, несмотря на то, что временами он давал ему полную волю. Значение этого неустойчивого и нерешительного поведения может быть раскрыто, если посмотреть на него в свете гипотезы, которую я приведу ниже. Я без малейших колебаний допускаю, что правда заключается не в том, что пациент сохраняет непредубежденность к этой теме, а в том, что он имел два раздельных и противоречивых убеждения на этот счет. Его колебания между этими взглядами совершенно явно зависят от сиюминутной позиции по отношению к обсессивному расстройству. Как только он избавился от одной из обсессий, он стал снисходительно улыбаться при воспоминании о своей собственной доверчивости, и никакие дальнейшие события не могли поколебать его; но с того момента, когда он попадал во власть другой, еще не проясненной, обсессии, или, что равнозначно этому, под влияние сопротивления, случались странные совпадения, укреплявшие его в его наивной вере. Его суеверия, однако, были суевериями образованного человека, и он избегал таких предрассудков, как страх пятницы, числа 13 и т.п. Но он верил в предчувствия и пророческие сны: он обязательно встречал человека, о котором по необъяснимым причинам только что думал; или он получал письмо от того, о ком внезапно недавно вспомнил по прошествии долгих лет. В то же время он был достаточно честен с собой, или скорее достаточно верен своей формальной убежденности, чтобы не забывать случаи, в которых его странные предчувствия не оправдались. Например, однажды, когда он отправился на летний отдых, он был полностью уверен, что живым в Вену не вернется.

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.