WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

Следующий эксперимент будет твердым ореш­ком, потому что мы предложим вам сознавать эмо­ции, которых мы обычно избегаем, — те самые, ко­торые пугают нас и заставляют стремиться к «владению собой». Эти нежелательные эмоции, од­нако, тоже должны быть сознаваемы и разряжены, прежде чем мы сможем свободно входить в ситуа­ции, где мы их испытываем. Предположим, человек боится публичных выступлений, потому что однаж­ды, когда он попробовал, он «провалился». Предположим, девушка боится влюбиться, потому что од­нажды была обманута. Предположим, кто-то боится разозлиться, потому что однажды, когда он показал свою злость, его сильно побили. Каждый из нас пережил много подобных случаев, которые воспро­изводятся в воображении; они не дают нам возмож­ности заново подойти к интересным ситуациям, если нам не повезло в подобных ситуациях в прошлом. Эти старые переживания — «незаконченные дела», которые препятствуют тому, чтобы мы принялись за привлекающие нас «новые дела». Можно попро­бовать завершить их, повторно переживая их в во­ображении. Каждый раз, воспроизводя эти болез­ненные эпизоды, вы сможете находить добавочные детали и переживать в сознавании все больше и больше эмоций, которые с ними связаны.

ВНОВЬ И ВНОВЬ ОЖИВЛЯЙТЕ В ФАНТАЗИИ ПЕРЕЖИВА­НИЕ, КОТОРОЕ ИМЕЛО ДЛЯ ВАС СИЛЬНУЮ ЭМОЦИОНАЛЬНУЮ НАГРУЗКУ. КАЖДЫЙ РАЗ СТАРАЙТЕСЬ ВСПОМНИТЬ ДОПОЛ­НИТЕЛЬНЫЕ ДЕТАЛИ. КАКОЕ, НАПРИМЕР, НАИБОЛЕЕ ПУГАЮ­ЩЕЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ ВЫ МОЖЕТЕ ВСПОМНИТЬ ПРОЧУВСТ­ВУЙТЕ ЕГО ВНОВЬ, ТАК, КАК ЭТО ВСЕ ПРОИСХОДИЛО. И ЕЩЕ РАЗ. И СНОВА. УПОТРЕБЛЯЙТЕ В ОПИСАНИИ НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ.

Возможно, в фантазии всплывут какие-то слова, нечто, что вы или кто-то другой говорили в этой си­туации. Произносите их вслух, вновь и вновь; слу­шайте, как вы произносите их, почувствуйте, как вы переживаете их выговаривание и их слушание.

Вспомните ситуацию, в которой вы были униже­ны. Воспроизведите ее несколько раз. Обратите при этом внимание, не возникает ли в памяти какой-ни­будь более ранний опыт подобного рода. Если это так, перейдите на него и проработайте его.

Делайте это для различного рода эмоциональных переживаний, насколько у вас хватит времени. Есть ли вас, например, незаконченные ситуации горя Когда кто-то, кого вы любили, умер, могли ли выплакать Если нет, можете ли сейчас Можете ли вы мысленно представить себя у гроба и проститься

Когда вы были более всего разъярены, присты­жены, в замешательстве, чувствовали себя винова­тым, и пр. Можете ли вы пережить эти эмоции вновь Если нет, то можете ли вы почувствовать, что вам мешает

Рассказывая о своих реакциях в эксперименте, где нужно было почувствовать свое лицо, многие студенты сообщали, что они обнаружили у себя «ка­менные» лица. Некоторые выражали гордость по поводу своего умения быть скрытными, и говорили, что у них нет ни малейшего намерения отказывать­ся от преимущества «прятаться за сценой». Можно подумать, что они рассматривают все свои отноше­ния с людьми как нескончаемую игру в покер*. Если, как они утверждают, они не расслабляют свое «каменное» лицо даже в интимных ситуациях, — против кого они играют

Почти всем было трудно выполнять этот экспери­мент. Вот типичный пример: «Эксперимент на со­знав ание эмоций до сих пор вызывает настолько сильное сопротивление, что не дает значимых ре­зультатов. Главные сопротивления — чувство не­удобства и скука. Мне не удалось ни почувствовать выражение лица, ни заметить, меняется ли оно. Единственное выражение, которое я заметил, было нажимание нижней губы на верхнюю вверх и впе­ред. Я связал это с чувством беспокойного цинизма, которое я переживаю, когда слышу что-то (обычно в связи с делами), чему я не верю. В другие моменты я обнаруживал свое лицо застывшим. Это настолько беспокоило меня, что я прекращал эксперимент, как только сознавал это слишком ясно. Я также за­мечал, какое у меня лицо, когда я сержусь. И это сознавание также слишком беспокоило меня, чтобы продолжать его».

* Игра на идиоме: по-английски «каменное лицо» буквально «лицо игрока в покер». Прим. пер.

Некоторые отмечали, что выражение их лица не изменяется, оставаясь как бы застывшим. Дру­гие — что их лица меняются так быстро и постоянно, что они не успевают найти слова для называния вы­ражения. Некоторые утверждали, что как только они находили, как назвать выражение своего лица, они сразу вспоминали ситуации, в которых оно было бы подходящим. Другие говорили, что они могли об­рести какое-то выражение лица, только если они придумывали какую-нибудь эмоциональную ситуа­цию, а потом отмечали, что происходило с лицевыми мускулами.

Обнаружение невыразительности своих лиц дало некоторым студентам новые основания для недо­вольства собой: «Я нашел, что мое лицо не слишком выразительно, скорее даже придурковато. Рот чаще всего приоткрыт, а глаза косят. Обе эти привычки я могу преодолеть только если постоянно сознаю, что я делаю со своим лицом. Я заметил, что мое лицо более выразительно, когда я взволнован. Если бы мне удалось управлять этим, полагаю, что выглядел бы более интересным человеком». — Это отражает общую тенденцию пытаться работать над симпто­мом, не не над его основой. Произвольно управлять чертами лица — это не выразительность, а актерст­во, и если только не быть очень хорошим актером, то это превращается в «корчение рож». — И даже в обучении актеров признается, что можно хорошо играть на сцене, только если вызывать в себе воспо­минание о сходных переживаниях а жизни, и вызы­вать соответствующие выражения лица и прочие черты поведения, которые соответствуют этому переживанию (см. напр., «Работу актера над собой» Станиславского, где большое внимание уделяется культивированию сенситивной и аффективной па­мяти). Мы, однако, стремимся научить вас не столь­ко убедительно играть сценические роли, сколько выражать себя

ЭКСПЕРИМЕНТ 8: ВЕРБАЛИЗАЦИЯ

Вербализация — это «выражение в словах». Если мы описываем объекты, сцены или действия, — мы используем их название вместе с другими словами, которые касаются их организации, отношений, свойств и т.д. Мы говорим, каковы они, основыва­ясь на видении, слышании и другом непосредствен­ном опыте. Если мы рассуждаем о них, — мы мани­пулируем рядами слов, которые их описывают. Это может происходить уже без непосредственного опыта, потому что коль скоро что-то названо, слово может для многих целей выступать в качестве на­званного. Действование со словами вместо действования с объектами может быть во многих отношени­ях более экономным и эффективным; достаточно представить себе сцену обсуждения как переста­вить концертный рояль! Но заметьте: комбинирова­ние слов не передвигает само по себе того, что этими словами обозначается.

Нормальная, здоровая вербализация обычно от­талкивается от невербального — объектов, условий, положения дел и пр., — и заканчивается невербаль­ными эффектами. Это не значит, что вербализация иной раз не может быть полезной и в отношении того, что само уже вербально — книг, пьес, или того, что кто-то сказал; но эта тенденция разговаривать по поводу разговоров иной раз превращается в бо­лезнь. Если человек боится соприкосновения с акту­альностью — с людьми из плоти и крови, с собствен­ными ощущениями и чувствами, — слова начинают использоваться как экран между говорящим и его средой, а также между говорящим и его собствен­ным организмом. Человек пытается жить в одних словах, — и смутно ощущает, что чего-то не хватает.

У «интеллектуала» вербализация гипертрофирована. Он навязчиво и компульсивно пытается быть «объективным» по отношению к своему личному опыту, что, как правило, означает словесное теоре­тизирование по поводу себя и по поводу мира. Тем временем, посредством этого самого метода он избе­гает соприкосновения с чувствами, с драматизмом актуальных ситуаций. Он живет подставной жиз­нью слов, изолированных от остальной части его личности, высокомерно презирая тело и стремясь к словесным победам «правильности», произведенно­го впечатления, пропагандирования, рационализа­ции, — в то время как действительные проблемы ор­ганизма остаются без внимания.

Но эта «словесная болезнь» не ограничивается од­ними интеллектуалами. Она достаточно универ­сальна. Частичное сознавание того, что что-то не в порядке, заставляет людей писать такие книги, как «Тирания слов»; в последние годы семантика (Коржибский) стремится восстановить связь слов по крайней мере с вневербальной реальностью среды, настаивая, что каждое слово относится к чему-то не­вербальному. Наши эксперименты на актуальность и абстракцию также были направлены на это. Но семантики часто употребляют всю энергию и внима­ние на заботу о точности по отношению к внешним вещам, избегая таким образом семантических про­блем, касающихся внутреннего: они редко касаются сенсорномоторных корней языка.

Наша техника обнаружения и сознавания пато­логических аспектов вербализации состоит, как и для других функций, в том, чтобы прежде всего рас­сматривать это как существующую деятельность. Это относится как к проговариванию слов вслух, так и к «просто думанию» — внутренней речи. Ребе­нок учится сначала говорить вслух, но потом человек может использовать этот обретенный во внешнем об­щении язык как внутреннюю речь, «думание». В ин­тегрированной личности такое думание — полезное средство для активной работы со сложными отноше­ниями сознаваемых потребностей, воображаемых средств достижения и явного поведения, которое де­лает конкретным то, что сначала воображалось. Большинство взрослых людей, однако, полагает, что мышление независимо и первично: «Легко думать, но трудно выражать мысли». Это происходит из-за вторичного блока, из-за страха по поводу того, как другие будут реагировать на мысли, высказан­ные вслух. Однако если человек сможет говорить в хорошем темпе, воодушевлен своей темой, оставляет свои страхи, перестает проверять свои высказыва­ния, прежде чем произнести их вслух, одним словом, когда нечего бояться, — становится очевидным, что говорение и думание тождественны.

Чтобы интегрировать наш вербальный и мысли­тельный опыт, мы должны сознавать его. Средство ориентации по отношению к говорению — слуша­ние:

ПОСЛУШАЙТЕ, КАК ВЫ ГОВОРИТЕ В КОМПАНИИ. ЕСЛИ ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ, ЗАПИШИТЕ СВОЙ ГОЛОС. ВЫ БУДЕТЕ УДИВЛЕНЫ И, МОЖЕТ БЫТЬ, РАЗДОСАДОВАНЫ ТЕМ, КАК ОН ЗВУЧИТ. ЧЕМ БОЛЬШЕ ВАШЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О СЕБЕ ОТЛИ­ЧАЕТСЯ ОТ ВАШЕЙ РЕАЛЬНОЙ ЛИЧНОСТИ, ТЕМ СИЛЬНЕЕ В ВАС БУДЕТ НЕЖЕЛАНИЕ ПРИЗНАТЬ УСЛЫШАННЫЙ ГОЛОС КАК СВОЙ СОБСТВЕННЫЙ.

ПОЧИТАЙТЕ ВСЛУХ СТИХИ, КОТОРЫЕ ВЫ ЗНАЕТЕ, И ПО­СЛУШАЙТЕ СЕБЯ. НЕ ВМЕШИВАЙТЕСЬ В ЧТЕНИЕ, НЕ СТАРАЙ­ТЕСЬ ЧИТАТЬ ГРОМЧЕ, ЯСНЕЕ ИЛИ ВЫРАЗИТЕЛЬНЕЕ. ЧИТАЙ­ТЕ ТАК, КАК У ВАС ПОЛУЧАЕТСЯ, ПОВТОРЯЙТЕ ЧТЕНИЕ, И СЛУШАЙТЕ, ПОКА ВЫ НЕ ПОЧУВСТВУЕТЕ ИНТЕГРАЦИИ ГОВО­РЕНИЯ И СЛУШАНИЯ.

ЗАТЕМ ПРОЧТИТЕ ТО ЖЕ СТИХОТВОРЕНИЕ ВНУТРЕННЕЙ РЕЧЬЮ «В УМЕ». ТЕПЕРЬ ВАМ УЖЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ЛЕГКО СЛЫШАТЬ СОБСТВЕННУЮ ВНУТРЕННЮЮ РЕЧЬ. ТЕПЕРЬ, КОГДА ВЫ ПРОСТО ЧИТАЕТЕ КНИГУ ИЛИ ГАЗЕТУ, ВСЛУШАЙ­ТЕСЬ В СВОЮ ВНУТРЕННЮЮ РЕЧЬ, «ПРОГОВАРИВАНИЕ» ЧИ­ТАЕМОГО. СНАЧАЛА ЭТО ЗАМЕДЛИТ ЧТЕНИЕ И, МОЖЕТ БЫТЬ, ВЫЗОВЕТ БЕСПОКОЙСТВО, НО ЧЕРЕЗ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ВЫ СМОЖЕТЕ «СЛУШАТЬ. ТАКЖЕ БЫСТРО, КАК ВЫ ЧИТАЕТЕ; ЭТА ПРАКТИКА МОЖЕТ УЛУЧШИТЬ ВАШУ ПАМЯТЬ БЛАГОДАРЯ ВОЗРОСШЕМУ КОНТАКТУ С МАТЕРИАЛОМ.

НАКОНЕЦ, ПОПРОБУЙТЕ «ПРИСЛУШАТЬСЯ. К СВОЕЙ ВНУТРЕННЕЙ РЕЧИ ДУМАНИЮ. СНАЧАЛА ЭТО МОЖЕТ ЗАСТАВИТЬ ВАС «ЗАМОЛЧАТЬ, НО ЧЕРЕЗ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ БЕЗЗВУЧНОЕ БОРМОТАНИЕ НАЧНЕТСЯ СНОВА. ВЫ УСЛЫШИ­ТЕ НЕСВЯЗАННЫЕ,.СУМАСШЕДШИЕ» ОТРЫВКИ ПРЕДЛОЖЕ­НИЙ, ПРОПЛЫВАЮЩИЕ ВНОВЬ И ВНОВЬ. ЕСЛИ ЭТО ВЫЗЫВА­ЕТ СЛИШКОМ БОЛЬШОЕ БЕСПОКОЙСТВО, НЕМНОЖКО ПОГОВОРИТЕ С СОБОЙ НАМЕРЕННО: «СЕЙЧАС Я СЛУШАЮ СЕБЯ. НЕ ЗНАЮ, О ЧЕМ БЫ ПОДУМАТЬ. ПОПРОБУЮ ПРОДЕ­ЛАТЬ МОЛЧА ЭКСПЕРИМЕНТ.ЗДЕСЬ И ТЕПЕРЬ. ДА, ЭТО ЗВУ­ЧИТ ТАК ЖЕ, КАК ЕСЛИ БЫ Я ДЕЛАЛ ЭТО ВСЛУХ. А ТЕПЕРЬ Я ЗАБЫЛ, ПЕРЕСТАЛ СЛУШАТЬ...»

ОТМЕЧАЙТЕ МОДУЛЯЦИИ ВАШЕГО ВНУТРЕННЕГО ГОЛО­СА. КАКОЙ ОН СЕРДИТЫЙ, ЖАЛУЮЩИЙСЯ, НОЮЩИЙ, НА­ПЫЩЕННЫЙ ИЛИ ОН ЗВУЧИТ ПО-ДЕТСКИ ПРОГОВАРИВАЕТ ЛИ ОН ПЕДАНТИЧНО ВСЕ ПОДРАЗУМЕВАЕМОЕ ПОСЛЕ ТОГО, КАК ЗНАЧЕНИЕ УЖЕ ПОНЯТО

Будьте настойчивы в этом упражнении, пока вы не почувствуете интеграцию, соединение слушания и говорения. Этот внутренний диалог есть то, что Сократ называл сущностью мышления. Если вы сможете почувствовать функциональное единство говорения и слушания, ваше думание станет более выразительным. В то же время часть вашего думания, которая ничего не выражает, которая крутится как мотор на холостом ходу, начнет понемногу исче­зать.

Обратите внимание в обычном разговоре на «лиш­ние выражения», вроде «не правда ли», «правда», «хорошо...», «наверное...» и пр., а также бессмыслен­ные звуки — ворчания, мычания и пр., которые слу­жат лишь для предотвращения малейших моментов молчания в речевом потоке. Как только вы замети­те этих «спасателей лица», этих «требователей вни­мания», — они начнут исчезать из вашей речи, делая ее более гладкой.

Когда вы овладели внутренним слушанием, сде­лайте решающий шаг — перейдите к внутреннему молчанию! Это очень трудно. Многие люди не могут поддерживать даже внешнее молчание. Не путайте внутреннее молчание с пробелами, трансом, остановкой «ума». Останавливаются только «говорение-и-слушание», но сознавание присутствует:

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.