WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 35 |

Несмотря на то что Фрейд высоко ценилклинический опыт и любил заниматься клиническими наблюдениями в областиневрологии и физиологии и уже достиг серьезного признания как исследователь, стеоретической точки зрения эти исследования его не вполне удовлетворяли.Нейрофизиологические изыскания не давали ответов на то, что интересовало егобольше всего, –психологические мотивации человеческого поведения и его нарушений. И хотя ончасто и подолгу занимался исключительно клиническими наблюдениями, как гуманистон не переставал задаваться вопросами о взаимоотношениях между психическимипроцессами и физиологическими проявлениями. Этот его интерес получил особенносильный толчок в связи с одним событием, происшедшим в 1882 году, когда он ещеработал в лаборатории Брюкке: это было в тот день, когда Брейер рассказал емуисторию болезни Анны О., которую он лечил почти два года. Подробности этогослучая поразили воображение Фрейда, в особенности та деталь, что истерическиесимптомы, наблюдавшиеся у Анны О., исчезли навсегда после того, как подгипнозом раскрылись обстоятельства, послужившие их источником, и напряжениебыло снято.

Метод Брейера, в то время считавшийсявесьма необычным, дал ему возможность проникнуть в этиологию истерическихсимптомов и понять их значение: они раскрывали душевные процессы, забытые идеии воспоминания, которые оказались напрямую связаны с физиологическиминарушениями у пациентки. Несомненно, рассказ Брейера о своем опыте в случае сАнной О. стал решающим фактором в том, что Фрейд хотя и не сразу, а черезнесколько лет обратился к проблеме психоневрозов.

Так случилось, что его поездка к Шарковновь вынесла эти проблемы на первый план и стала главным толчком к переходу отнейрофизиологических исследований к психопатологии. Как заметил Эрнест Джонс:"Определенно, интерес Фрейда к истерии, а затем к психопатологии вообщеподогрело его общение с Шарко, проторившее путь к возобновлению наблюдений,начатых Брейером, и в конечном итоге к развитию психоанализа". Но самое сильноевлияние на Фрейда оказало знакомство с гипнозом в клинике Шарко. Спустя многолет он писал, что тем, кто не верил в существование бессознательного, он всегдасоветовал приглядеться к поразительным процессам, происходящим под воздействиемгипноза. Нет сомнений, что именно феномен гипнотического внушения заставил егопризнать власть бессознательных мыслей над органическими и психологическимифункциями организма.

Шарко, будучи специалистом по органическимзаболеваниям нервной системы, чрезвычайно заинтересовался пациентами,страдающими истерией. До того как он начал исследовать эти симптомы, медикисчитали, что истерия не заслуживает их внимания, и пациенты с таким диагнозомзачастую рассматривались как симулянты, если не хуже.* Шарко был самымблестящим наблюдателем и классификатором во всей истории психиатрии иневрологии. Его потрясающая способность связывать внешне совершенноразрозненные симптомы в общий синдром позволила ему объединить различныекомпоненты истерик в единый синдром. Фрейд заметил: "Мне кажется, что мышлениеего устроено таким образом, что он не может успокоиться до тех пор, пока неопределит до конца и не классифицирует то или иное явление". Но, добавляетФрейд: "И при этом он будет спать спокойно, не найдя приемлемого объясненияданного явления". Шарко признавал, что истерия – это психическое заболевание, но– осознавая, чтоболезнь связана с рядом душевных и эмоциональных факторов, – тем не менее упорнопридерживался концепции врожденной невропатии. Это колебание, шатание междудушевными и физическими определениями сочеталось у него с подобным жеколебанием между признанием сексуального фактора и попытками доказать, чтоневроз не обязательно связан с половой системой, как предполагалось раньше.Несмотря на то что в большинстве случаев он признавал связь между истерическимневрозом и сексуальностью, ему не удалось сделать следующий шаг, а именнотеоретически обосновать связь болезни с сексуальными влечениями, хотя в своихклинических наблюдениях и описании историй болезни он принимал это какданность.

* См.: У А. Стюарт. Психоанализ: первоедесятилетие.

Основной вклад Шарко в изучение истериипомимо детального описания проявлений этой болезни состоит в том, что онпродемонстрировал возможность вызывать истерические симптомы при помощигипнотического внушения и, более того, возможность – также при помощи гипноза– снимать какистинные, так и искусственно внушенные симптомы.

Фрейд вспоминает, что его особенно поразилтот факт, что Шарко при помощи гипнотического внушения мог вызывать паралич иконтрактуры и что все проявления этих внушенных заболеваний в малейших деталяхсовпадали с непроизвольными приступами.

Несмотря на то что Шарко в исследованииистерии придерживался физико-неврологического подхода, как клиницист онвыступал в роли психотерапевта. Он пользовался методом гипноза, внушения,побуждения, методом перенесения, то есть часто использовал влияние собственнойхаризматической личности на пациента. То есть, как мы отметили, он прекрасноосознавал психологические факторы, описывал их в историях болезни, и Фрейдопирался на его опыт, когда начал развивать собственные теории. Таким образом,визит в Париж существенно помог Фрейду в том, чтобы разорвать смирительнуюрубашку нейрофизиологического подхода к психиатрии – те путы, которые в его времяотождествлялись с серьезной наукой и которые уже в наше время вновь претендуютна главенство в "практической психиатрии". Шарко не столько как невролог, носкорее как психотерапевт помог Фрейду разобраться в факторах, вызывающихневротические заболевания. Фрейд писал: "Господин Шарко первым научил насобращаться к психологии, для того чтобы объяснять явления истерическихневрозов".

Независимо от теоретических взглядов Шаркона нейрофизиологическую предрасположенность в случаях истерик и несмотря на то,что он не мог систематизировать или осмыслить и объяснить фактор эмоциональныхтравм, тем не менее он с поразительной проницательностью понял их важность дляистерии. К 1885 году он был, похоже, уверен в том, что истерия требуетпсихотерапевтического лечения: "Мы имеем здесь случай физического недуга; нотолько путем психиатрического лечения мы можем надеяться избавиться от него".

Множество сходных моментов междугипнотическим внушением Шарко и методами лечения Брейером Анны О. побудилоФрейда к тому, чтобы рассказать об этом случае Шарко, но, к его большомуразочарованию, на Шарко открытие Брейера впечатления не произвело.

Осенью 1886 года Фрейд вернулся в Вену иначал работать как специалист по нервным болезням. Он вновь обратился кнаблюдениям Брейера и расспросил его подробнее об истории болезни Анны О.Пациентка – молодаядевушка, одаренная и весьма образованная, – заболела в период, когда ейпришлось ухаживать за больным отцом, к которому она относилась с особойнежностью и любовью. К тому времени, когда Брейер стал лечить ее, картинаболезни представляла собой пеструю смесь симптомов, от паралича и контрактур доразличной степени торможения и потери ориентации. Случайное наблюдениеподсказало ему, что пациентке можно облегчить состояние помутнения сознания,если побудить ее выразить словами те маниакальные фантазии, которыми она в тотмомент была поглощена. Поняв это, Брейер выработал новую методику лечения. Онпогружал больную в состояние глубокого гипноза и заставлял ее рассказывать, чтоее угнетает. Сняв таким образом приступы депрессии, он вновь использовал этотметод уже для того, чтобы снять симптомы торможения и физических расстройств. Всостоянии бодрствования девушка, как и другие пациенты, не могла рассказать,каким образом возникли симптомы ее болезни, ибо не находила никакой связи среальными событиями своей жизни. В состоянии же гипноза она немедленновосстанавливала недостающую связь. Когда пациентка вспоминала некоторыеситуации, высоко заряженные в эмоциональном смысле, то, выражая свободно этиэмоции, она освобождалась от напряжения и симптом исчезал безвозвратно. Такимспособом ценой долгих и упорных усилий Брейеру удалось снять все симптомыболезни. Фрейду тут же пришло на ум, нельзя ли перенести метод, использованныйоднократно, на все подобные случаи. Открытие Брейера показалось Фрейду стольфундаментальным, что он был уверен, методика должна сработать в любом случаеистерии. Но, как он заметил, "ответ на этот вопрос может дать только практика".Он начал пользоваться методом Брейера, общаясь со своими пациентами. Послемноголетних наблюдений, показавших, что метод неизбежно работает в любом случаеистерии, поддающемся гипнотическому лечению, набрав достаточно материала в видеконкретных историй болезни, аналогичных первому случаю, Фрейд предложил Брейеруопубликовать совместную работу по данной теме. В 1893 году они опубликовалистатью "О психическом механизме истерических явлений", за которой в 1895 годупоследовала книга "Исследования истерии". Брейер назвал свой метод методом"катарсиса"" терапевтическую цель данного метода он видел в том, чтобынаправить закрепленный аффект, выражающийся в одном из симптомов, в нормальноерусло, дав таким образом возможность пациенту избавиться от него. Этасовместная книга подчеркивала важность эмоциональной сферы и необходимостьотличать психические процессы бессознательного характера от процессовсознательных; в книге впервые вводилось понятие динамического фактора, которыйпредполагает, что симптом возникает в результате сдерживания аффекта, иэкономического фактора, рассматривающего тот же самый симптом как продукт илиэквивалент некоего количества энергии, которая должна была высвободиться инымспособом.

Брейер признавал присутствие сексуальногофактора в истерии, однако был чрезвычайно нерешителен в том, чтобы обосноватьэто теоретически. И тем не менее Брейер, видимо, был уверен в сексуальнойэтиологии нервных расстройств; в некоторых своих работах он как бы между прочимпризнает это как нечто само собой разумеющееся. Так, в своей части"Исследований истерии" он пишет: "Сексуальный инстинкт есть, без сомнения,наиболее мощный источник постоянных взрывов возбуждения и, как следствие,неврозов". И все-таки он все более неохотно следовал за Фрейдом в егоисследованиях сексуальной жизни пациентов и тех далеко идущих выводах, которыеФрейд начал делать на основании своих наблюдений. Многие пытались найтипричину, почему Брейер был столь нерешителен в том, чтобы признать наличиесексуального фактора в случаях истерии, но, каковы бы ни были причины,нерешительность эту разделяли в то время многие неврологи и психологи, будучине в силах преодолеть глубоко укоренившиеся табу, наложенные на сексуальнуюсферу цивилизацией.

Набирая опыт, Фрейд убедился, что в основеявления невроза лежит не просто любое эмоциональное возбуждение, но, какправило, связанное с сексуальной сферой – будь это текущий конфликтсексуального характера или результат более ранних сексуальных переживаний. Онвспоминал "Я не был подготовлен к такому выводу, вовсе не предвосхищал его, ибоначал свои наблюдения над невротиками совершенно беспристрастно".

Под влиянием этих неожиданных открытийФрейд сделал весьма решительный шаг. Он вышел за пределы одного заболевания– истерии– и начал изучатьсексуальную жизнь так называемых неврастеников, многочисленных пациентов,приходивших к нему на прием.

Убедившись в том, что сексуальный факторзначительно ускоряет развитие симптомов истерии и неврастении, он попыталсяразобраться в том, что за механизм управляет подавлением сексуальныхвоспоминаний, их трансформацией и в конечном счете превращением в болезненныйсимптом. Хотя в процессе лечения весьма существенно помогал гипноз, расширяярамки сознания пациента и помогая вспомнить то, что было скрыто от него всостоянии бодрствования, тем не менее Фрейд нашел, что эта методика ограниченатем, что различные пациенты поддаются ей очень неодинаково. Фрейд поехал вНанси к Бернхейму с тем, чтобы узнать больше об этой методике иусовершенствовать ее, и там он стал свидетелем эксперимента, сыгравшего оченьважную роль в объяснении проблемы забывания, прояснении того, как и почемуудается пациентам забыть некоторые из самых сильных эмоциональных переживаний.Когда один из пациентов Бернхейма проснулся после состояния сомнамбулизма, онкак будто потерял всякое понятие о том, что с ним происходило в то время, когдаон спал. Бернхейм утверждал, что на самом деле память об этом присутствовала упациента все время; если он, положив свою ладонь на лоб пациента, настаивал натом, чтобы пациент вспомнил, говоря, что ему следует выразить это словами, тозабытое действительно возвращалось, сначала нерешительно и слабо, а затемлавинообразно и совершенно четко.

Фрейд решил действовать точно так же сосвоими пациентами, побуждая их вспомнить все, что с ними было во время гипноза.Он заметил, что пациенты должны фактически "знать" все то, что до сих порявлялось им только в состоянии гипноза, и провел аналогию между событиями,забываемыми после пробуждения от гипноза, и забытыми событиями, играющимиважную роль в истерии. Он предположил, что, подбадривая и побуждая пациента квоспоминанию, помогая ему касанием своей руки, он сможет вытащить наповерхность сознания забытые факты или связи. Благодаря тому озарению, котороепомогает гению перешагнуть границы упорных, трудных экспериментов, доступныхобычному таланту, он сравнил те события, которые кажутся забытыми послепробуждения от гипноза, с травматическими событиями невротиков, либо полностьюзабываемыми, либо вытесненными за пределы сознания. Итак, он отбросил гипнозкак таковой, оставив от него только просьбу к пациенту лечь на кушетку. Докторпри этом стоял сзади так, что он видел пациента, но тот не видел его. Интересноотметить, как ликовал Фрейд, избавившись таким образом от ограниченностигипноза.

Ожидания Фрейда сбылись, однако вместе сновой методикой пришли и новые проблемы в процессе катарсиса. Его новаяметодика позволила значительно расширить поле наблюдения за функциямичеловеческой психики. И все-таки он не переставал задаваться вопросом, каким жеобразом пациенты, забыв такие важные факты из своей внутренней жизни иливнешние события, тем не менее вспоминали их при применении определеннойметодики. Исчерпывающий ответ на этот вопрос дали дальнейшие наблюдения. Все,что забывалось, носило непременно болезненный характер: это были либо пугающиесобытия, либо факты, очень неприятные или постыдные с точки зрения личностииндивида. Для того чтобы вывести эти события на уровень сознания, врачуприходилось преодолевать сопротивление со стороны пациента. Обобщив своинаблюдения, Фрейд получил теорию вытеснения.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 35 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.