WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 34 |

ФлориндаДоннер.

Шабоно.

Истинное приключение вмагической глуши южноамериканских джунглей.

Оглавление

Вступление. 3

Основные имена итикотери (eetee co teh ree) действующиелица. 3

Часть первая. 5

Глава 1. 5

Глава 2. 7

Глава 3. 15

Глава 4. 22

Глава 5. 25

Часть вторая. 27

Глава 6. 27

Глава 7. 33

Глава 8. 37

Часть третья. 42

Глава 9. 42

Глава 10. 49

Глава 11. 52

Глава 12. 56

Глава 13. 62

Часть четвертая. 67

Глава 14. 67

Глава 15. 73

Глава 16. 77

Глава 17. 80

Глава 18. 82

Часть пятая. 86

Глава 19. 86

Глава 20. 94

Глава 21. 97

Глава 22. 100

Часть шестая. 105

Глава 23. 105

Глава 24. 110

Глава 25. 116

Глоссарий. 119

FLORINDA DONNERThe author of the "The Witch's Dream" and "Being-in-Dreaming"

SHABONO A TrueAdventure in the Remote and Magical Heart of the South AmericanJungle

"DELL PUBLISHING Co." NEW YORK

1982

ФЛОРИНДА ДОННЕР

Автор "Сна Ведьмы" и"Жизнь-в-сновидении"

ШАБОНО

Истинное приключение в магической глушиюжноамериканских джунглей

"СОФИЯ" КИЕВ

1994

Редактор

И. Старых Художник

С. Ерко Перевод:

И. Алексеева

Н. Гаврилюк

Флоринда Доннер. Шабоно.

Пер. с англ.— К.: «София», Ltd.,1994.— 320с.

«По-моему, «Шабоно» — это шедевр литературы, магии исоциальной науки».

Карлос Кастанеда

Редкая, прекрасная книга Флоринды Доннер,женщинысталкера из группымагов нагваля Карлоса Кастанеды, приглашает читателя совершить путешествие вмир индейцев племени Яномама из Южной Америки. Объединяя в себе правду ивымысел, она передает захватывающие картины призрачного света джунглей,необычные настроения и чувства и, что самое удивительное, она передает ощущениеволшебства и силы индейского ритуала.

... Книгу переполняет ощущение неистовоймифической мистерии...

Флоринда Доннер провела год среди людей,жизнь которых не изменилась с каменного века, в мире, где мужчины и женщины всееще выполняют странные ритуалы, где «шапори» излечивают недуги, призываядухов-хекур, где верят в освобождение души от тела после смерти, когда душаподнимается в Дом Грома — незабываемый мир изысканной красоты и магии.

Кроме всего прочего, описание Доннер— это язык и образы,перед которыми невозможно устоять. Она уверенно представляет нам миф опримитивных первобытных людях, делая образы самих Итикотери незабываемыми длячитателя.

Kirkus Reviews

Очаровательный рассказ... Полонпроницательных наблюдений, зовущих читателя к приключениям.

Bestsellers

Очаровательная... тонкая, волшебная нправдивая книга.

Fort Worth Star Telegram

Путешествие в отдаленный волшебный мирИтикотери...

Шабоно это особенный роман. Он захватываетинтерес читателя с первой страницы. Книгу переполняет ощущение неистовоймифической мистерии.

Grand Rapids Press

Если бы Маргарет Миид и Карлос Кастанедасотрудничали. они могли бы написать что-нибудь похожее на Шабоно. Здесь, конечно же, естьантропологическая информация, но она органично вплетена в повествование. Книгасодержит описание значительно глубже требуемого для объективногоантропологического исследования... Вы, безусловно, с наслаждением прочтете этукнигу. Ее просто переполняют приключения и атмосфера безудержнойжизни.

The Chattanooga Times

Необычайный... и странныйрассказ.

Newsweek

Все права защищены. Любая перепечатканастоящего произведения без разрешения издателя является нарушением авторскихправ и преследуется по закону.

© Florinda Donner, 1982

© Перевод. «София», Киев, 1994

© «София», Киев, 1994

© Художник. С. Ерко, 1994

Пятиногому пауку, который носил меня насвоей спине

Вступление.

Индейцы Яномама, известные также вантропологической литературе как Ваика, Шаматари,Барафири, Ширишана и Гвахарибо, населяют наиболееизолированные районы вдоль южных границ Венесуэлы и северных — Бразилии. По приблизительнойоценке, их от двадцати до тридцати тысяч, и живут они на площади приблизительнов семь тысяч квадратных миль. Эта территория заключена между истоками рекОриноко, Мавака, Сьяпо, Окамо, Падамо и Вентуари — в Венесуэле и Урарикоэра,Катримани, Димини и Арача — в Бразилии.

Яномама живут вразбросанных по лесу деревушках, называемых шабоно, которые состоят из крытыхпальмовыми листьями хижин. Население каждого из этих отдаленных друг от другапоселений варьируется между шестьюдесятью и сотней человек.Некоторые шабоно располагаются неподалеку от католических или протестантских миссийили в других районах, доступных белому человеку, другие — глубже в джунглях. И в нашевремя существуют настолько изолированные деревни, что у них до сих поротсутствуют всякие связи с внешним миром.

Эта книга повествует о моей жизни сИтикотери, жителями одного из таких неизвестных шабоно, и представляет собой что-товроде субъективного антропологического исследования, которое я проводила,изучая целительские практики в Венесуэле.

Моя работа как антрополога основывается натом, что именно объективность определяет качество антропологическогоисследования. Но так случилось, что во время моего совместного существования сэтой группой людей Яномама мне не удалось сохранить дистанцию и независимость, необходимыедля такого исследования. Особые узы признательности и дружбы с ними сделали дляменя невозможным интерпретировать факты или делать выводы из того, что я виделаили чему научилась. Возможно, оттого, что я женщина, или из-за моих физическихособенностей и некоторых черт характера вначале я была склонна не доверятьиндейцам. Они же приняли меня как послушную чудачку, и я могла, улучив удобныймомент, приспосабливаться к особому ритму их жизни.

Работая над этой книгой, я сделала впредварительных записях два изменения. Первое нужно было сделать с именами— название Итикотеритак же, как и имена всех описанных в книге людей, вымышленное. Второе изменениекоснулось стиля. Для драматического эффекта я изменила последовательностьсобытий, а для удобства чтения представила диалоги, используя свойственныйанглийскому синтаксис и грамматические структуры. Разве можно было литературноперевести их язык, если я не способна даже достаточно компетентно судить о егосложности, гибкости и высокопоэтических метафорических выражениях. Многообразиесуффиксов и префиксов придает языку Яномама тончайшие оттенки значений,которые не имеют аналогов в английском языке.

Несмотря на то что я долго и настойчивоучилась, пока сумела различить и воспроизвести большинство их слов, я никогдане смогу говорить на их языке свободно. Однако неспособность овладеть языком нестала помехой при общении с ними. Я научилась «говорить» намного раньше, чемовладела адекватным словарем. Общение было скорее физическим ощущением, чемфактическим обменом словами. Насколько точным был такой взаимообмен,— это уже другоедело. И для меня, и для них это было эффективно. Они извиняли меня за то, что яне всегда могла себя выразить или понять все то, что они передавали словами;кроме того, они и не рассчитывали, что я справлюсь со всеми тонкостями исложностями их языка. Яномама так же, как и мы сами, имеют свои собственные предубеждения: онисчитают, что белые инфантильны и поэтому менее понятливы.

Основные имена итикотери (eetee co teh ree) действующие лица.

•АНХЕЛИКА

(An geh lee ca)

Старая индеанка из католической миссии, которая организовалапутешествие в деревню Итикотери.

•МИЛАГРОС

(Mee la gros)

Сын Анхелики, человек, принадлежащий двум мирам, — индейцев и белыхлюдей.

•ПУРИВАРИВЕ

(Puh ree wah ree weh)

Брат Анхелики, старый шаман поселения Итикотери.

•КАМОСИВЕ

(Kah mah see weh)

Отец Анхелики.

•АРАСУВЕ

(Arah suh weh)

Зять Милагроса, вождь Итикотери.

•ХАЙЯМА

(Hah yah mah)

Старшая сестра Анхелики, теща Арасуве, бабушка Ритими.

•ЭТЕВА

(Eh teh wah)

Зять Арасуве.

•РИТИМИ

(Ree tee mee)

Дочь Арасуве, старшая жена Этевы.

•ТУТЕМИ

(Tuh teh mee)

Вторая, молодая жена Этевы.

•ТЕШОМА

(Teh sho muh)

Четырехлетняя дочь Ритими и Этевы.

•СИСИВЕ

(See see wee)

Шестилетний сын Ритими и Этевы.

•ХОАШИВЕ

(How bа shee weh)

Новорожденный сын Тутеми и Этевы.

•ИРАМАМОВЕ

(Eerah mah moh weh)

Брат Арасуве, шаман поселения Итикотери.

•ШОРОВЕ

(Shoh roh weh)

Сын Ирамамове.

•МАТУВЕ

(Mah tuh weh)

Младший сын Хайямы.

•ШОТОМИ

(Shoh toh weh)

Дочь Арасуве, невестка Ритими.

•МОКОТОТЕРИ

(Moh coh toh teh ree)

Жители соседнего шабоно.

Часть первая.

Глава 1.

Я почти спала, но все же могла ощущатьлюдей, двигающихся вокруг меня. Как будто очень издалека доносилось тихоешуршание босых ног по грязному полу хижины, покашливание, отхаркивание и слабыеголоса женщин. Я медленно открыла глаза. Еще не совсем стемнело. В полутьме ямогла видеть Ритими и Тутеми, их обнаженные тела, склонившиеся над очагом, гдееще тлели угли ночного огня. Листья табака, наполненные водой бутыли из тыквы,колчаны, полные стрел с отравленными наконечниками, черепа животных и пучкизеленых бананов, подвешенные к потолку из пальмовых листьев, казалось, замерлив воздухе под слоем поднимающегося дыма.

Зевнув, Тутеми встала. Она потянулась,затем, перегнувшись через край гамака, взяла Хоашиве на руки.

Тихонько хихикая, она приблизила лицо кживоту ребенка.

Пробормотав что-то неразборчивое, оназапихнула свой сосок в рот ребенка и со вздохом опустилась в гамак.

Ритими достала несколько сухих листьевтабака и окунула их в тыквенную флягу с водой, затем взяла один влажный лист и,прежде чем свернуть его в шарик, посыпала золой. Положив шарик между десной инижней губой, она принялась шумно сосать его, продолжая готовить два других.Один она дала Тутеми, а потом подошла ко мне. Я закрыла глаза, притворяясь, чтосплю. Присев на корточки у изголовья моего гамака, Ритими сунула свой пахнущийтабаком, влажный от слюны палец между моей десной и нижней губой, но неоставила шарик у меня во рту. Посмеиваясь, она направилась к Этеве, которыйнаблюдал за ней из своего гамака. Она сплюнула свой шарик на ладонь и протянулаему. Легкий вздох вырвался из ее губ, когда она поместила третий шарик себе врот и улеглась сверху на Этеву.

Хижина наполнилась дымом от очага, и огоньокончательно согрел прохладный сырой воздух. Пылающий день и ночь очаг былцентром каждого жилища. Пятна копоти, остающиеся на пальмовых перекрытиях,отделяли один семейный очаг от другого, так что никто не строил стен междухижинами. Они располагались так близко, что смежные крыши частично перекрывалидруг друга, создавая впечатление одного громадного кольцевого жилища. Главныйпроход в шабоно состоял изнескольких узких промежутков между двумя-тремя хижинами. Каждая хижинаподдерживалась двумя длинными и двумя короткими шестами. Более высокая сторонахижины была открыта и обращена к расчищенному месту в центре шабоно. Снаружи низкая сторона хижиныбыла закрыта закрепленной у крыши клиньями стеной из короткихстолбов.

Тяжелый туман окутывал деревья вокруг.Листья пальм, свисающие с внутренней стороны хижины, причудливо вырисовывалисьна сером фоне неба.

Охотничья собака Этевы подняла голову и, непроснувшись полностью, широко зевнула. Я закрыла глаза, впадая в дремоту отзапаха бананов, жарящихся на огне. У меня затекла спина и болели ноги послетого, как я практически целый день провела на корточках, выпалывая сорняки всадах неподалеку.

Я неожиданно открыла глаза от того, чтогамак сильно раскачивался, а маленькое колено давило мне на живот.

Инстинктивно я опустила сетку гамака, чтобыуберечься от тараканов и пауков, постоянно падавших с пальмовойкрыши.

По крыше и вокруг меня смеясь ползали дети.По сравнению с моей кожа у них была нежнее и теплее. Практически каждое утро стех пор, как я приехала, дети приходили ко мне и трогали своими пухлыми рукамимое лицо, грудь, живот и ноги, уговаривая меня назвать каждую часть тела. Япритворилась, что сплю, и громко захрапела. Два малыша приютились у меня побокам, а маленькая девочка сверху, давя своей темной головкой в мой подбородок.Они пахли дымом и пылью.

Когда я впервые пришла в их деревню глубоков джунглях между Венесуэлой и Бразилией, то не знала ни слова на их языке. Нодля восьмидесяти человек, населяющих шабоно, это не стало препятствием длятого, чтобы принять меня. Для индейцев не понимать их язык равносильно тому,что ты aka boreki — немой. То есть меня кормили,любили и прощали; ошибки не замечались, как будто я была ребенком. Большинствомоих промахов сопровождались неистовыми взрывами смеха, который сотрясал ихтела до тех пор, пока они не валились на землю и слезы не наполняли ихглаза.

Давление крошечной ручки на мою щекупрервало мои воспоминания. Тешома, четырехлетняя дочь Ритими и Этевы, лежащаяна мне, открыла глаза и, пододвинув свое лицо к моему, начала моргать густымиресницами напротив моих.

— Разве тыне хочешь вставать —спросила малышка, запуская свой палец в мои волосы. — Бананы готовы.

Мне не хотелось покидать теплыйгамак.

—Интересно, сколько месяцев я провела здесь — спросила я.

— Много,— в унисон ответилотри голоса.

Я не удержалась от улыбки. В ответеслышалось звучание более трех голосов.

— Да, многомесяцев, — тихопроизнесла я.

— РебенокТутеми еще спал у нее в животе, когда ты пришла, — прошептала Тешома, приютившисьнапротив меня.

Я не то чтобы перестала отдавать себе отчето времени, но дни, недели и месяцы потеряли свои четкие границы.

Только настоящее имело здесь значение. Дляэтих людей важно было лишь то, что происходило каждый день среди зеленыхпокровов леса. Вчера и завтра, говорили они, так же неопределенны, как имимолетные сны, хрупкие, как паутина, которая заметна лишь когда луч светапроникает сквозь листву.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 34 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.