WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |

— Ла НеграКлара, — сказал он,— так звали моюбабушку. Она была такая же темненькая, как и ты, — он повел ее вокруг яблони,— это дерево былоразмером с маленькую веточку петрушки, когда я привез его из путешествия поЕвропе. Люди смеялись надо мной, говоря, что яблони никогда не будет расти втропиках. Сейчас она уже старушка. И пусть она высоко не выросла, но все жеприносит кое-какие фрукты. Иногда она стоит вся в белом, — он печально посмотрел на нежныелепестки, затем его взгляд перешел на любознательное личико девочки,— это прекрасно, чтоты упала с яблони. Так мне подарков еще не дарили.

Голос Эмилии пробудил Клару от мечтаний— Неграааа,— крикнула она,просовывая в щель двери свою голову, — поторопись, детка. Я слышала,как подъезжает машина.

Клара торопливо выскочила из ванны,обтерлась и почти мокрая скользнула в свое любимое платье. Платье былопрекрасного желтого цвета с маргаритками, вышитыми вокруг воротничка, рукавов ипояса. Взглянув на себя в зеркало, она радостно хихикнула. Платье делало ее ещетемнее, но оно нравилось ей. Она не сомневалась, что кузену Луизито оно тожепонравится. Он проведет в Эль Ринко целое лето. Правда, она никогда не виделаего. Прошлое лето он вместе с родителями путешествовал по Европе.

Услышав шум машины, Клара побежала покоридору в гостиную и в открытое окно увидела блестящий черный лимузин. Она сблагоговением рассматривала шофера в кожаной куртке и тучную женщину, одетую вбелую блузу.

С хмурыми лицами они начали выгружатьбесчисленные чемоданы, коробки, корзины и птичьи клетки. Не говоря ни слова,они вносили все в дом, наотрез отказавшись от услуг Эмилии, которая выбежалапомочь им. Вскоре они закончили разгрузку, и громкий, неприятный гудок огласилокрестности.

Через минуту вторая машина, такая жебольшая, черная и блестящая, въезжала во двор.

Сначала появился небольшой толстыймужчина, одетый в бежевую гваяберу, панаму и черные брюки, заправленные всапоги. Клара узнала в нем Рауля, очень важную персону в правительстве и зятяее сестры.

— ДонЛуис! — закричалРауль, — я привезтвоих дочек. Вот они, три грации! — он низко поклонился, почти коснувшись земли своей шляпой, затемоткрыл заднюю дверь лимузина и помог выйти трем женщинам: близняшкам Розарио иМарии, и младшей сестре Марии Магдалене, своей жене.

— Луизито,— позвал Рауль,открыв переднюю дверь машины, — помоги мне с этими...

Клара не стала дожидаться конца его фразыи побежала во двор, —луизито! Я тебя ждала, — она остановилась как вкопанная. Девочка растерянно смотрела намаленького мальчика, который опирался на костыли, — я не знала, что ты попал ваварию.

Покраснев, Луизито взглянул в ее темноелицо, — я не был ваварии, — деловитоответил он. Для такого маленького и тщедушного существа, как он, у него былдовольно громкий голос, — я болел полиомиелитом, — объяснил он, заметив еенедоумение и добавил: — я калека.

— Калека— переспросила она,— мне никто неговорил об этом, —его маленькие белые руки и темные локоны, обрамлявшие бледное, утонченное лицо,казались ей чем-то не от мира сего. Он напоминал ей цветениеяблони.

Она знала, что ему тринадцать лет, на годбольше, чем ей, но выглядел он лет на семь или восемь.

Его губы, загнувшись в уголках,подергивались, словно он догадался о ее мыслях и едва сдерживалсмех.

— Ах,Луизито, — онавздохнула с облегчением и поцеловала его в щеку.

— Ты прямокак ангел.

— Кто это— спросила одна изблизняшек, поворачиваясь к Эмилии, — это крошка помогает тебе накухне Она твоя родственница

— Я Клара!— ответила девочка,присев между экономкой и теткой, — ла Негра Клара, ваша племянница!

— Моя кто— взвизгнула женщина,хватая Клару за руку и встряхивая ее.

— НегритаКларита, —возбужденно закричал мальчик. Опираясь на один костыль, он подскочил к ней,— разве ты неслышала, тетушка Она моя кузина! — взяв руку Клары, он оттянул ее подальше от родителей итеток.

— Ну,показывай, где прячется дедушка.

Прежде чем Клара успела объяснить, чтодедушка в городе, Луизито свернул на широкую песчаную аллею, ведущую кфруктовому саду за домом. Он передвигал свои костыли так быстро и ловко, чтобольше походил на обезьяну, чем на калеку.

— Луизито!— крикнула ему вследМария дель Розарио, —тебе нужен отдых. Поездка была долгой и утомительной. К тому же такаяжара.

— Оставьего в покое, —вмешался Рауль, сопровождая в дом супругу, — свежий воздух пойдет ему напользу.

— Гдедедушка — спросилЛуизито, опускаясь на землю в тени мангового дерева, нависшего надстеной.

— Вгороде, — отозваласьКлара, пристраиваясь рядом с ним. Она очень радовалась тому, что не поехала вэтот день с дедушкой. Обычно они заезжали сначала в парикмахерскую, потом ваптеку, где он покупал новейшие медикаменты, которые, кстати, никогда сам непринимал, потом в бар, где он выпивал стаканчик бренди и играл в домино. Носегодня она не променяла бы встречу с Луизито ни на что на свете.

— Вотудивится дедуля. Он ждет тебя не раньше вечера, — затараторила Клара, — давай сбежим в город и никомуничего не скажем.

— Я немогу гулять так далеко, — луизито опустил голову и грустно оттолкнул своикостыли.

Клара пососала свою нижнюю губу,— мы все же сделаемэто, — заявила она слютой решимостью, — япокачу тебя в огородной коляске. Я это здорово умею, — она положила руку ему на губы,чтобы он не прерывал ее, — все, что тебе надо сделать — это залезть в коляску и сидеть,— она показала рукойна узкую калитку в стене, — встретимся здесь, — и, не дав ему времени на возражения, она вскочила и побежала ксараю за инструментами.

— Видишь,как все просто, —клара засмеялась и помогла ему устроиться в коляске, — никто не узнает, где мы,— она положилакостыли на его колени и покатила его по широкой, недавно проложенной дорогемимо фабрик и незастроенных пустырей.

Тяжело дыша, Клара затянула коляску накрутой холм. Жара раскачивала окрестности в волнах зноя. Мерцающий свет слепилглаза. Ее бабушка весила гораздо больше, но Клара никогда не катала ее такдалеко.

— Онвсегда ходит в город по этой дороге, — сказала она, вытирая ладоньюпыль и пот со своего лица, — держись крепче, Луизито! — крикнула она, толкнув коляскувниз по склону, по траве, зеленой от недавних дождей.

— Тыгений, — кричалмальчик, заливаясь смехом, — это лучшее, что может быть на свете! Ты вернула мне счастье. Асчастье — это то, чтоделает людей здоровыми. Я знаю это, потому что сам калека.

Он взволнованно показал своим костылем внебо, — смотри,Клара. Посмотри на грифов над нами. Они так сильны и так свободны, — он схватил ее руку, — взгляни на них! Взгляни на ихраскинутые черные крылья! Как вытянуты их ноги под хвостами. Взгляни на иххищные морды, измазанные кровью. Я могу поспорить с тобой, что онисчастливы.

— Здесьпоблизости бойня, —объяснила Клара.

— Толкайменя туда, где стая грифов на земле, — просил он, показывая наплощадку, где птицы, словно черные тени, сидели у стен бойни.

— Быстрее,Клара! — кричал он,—быстрее!

Грифы поскакали в сторону, затем ленивоподнялись в воздух и, низко облетев круг над ними, взмыли в вышину.

Рассматривая его покрасневшее лицо, егоглаза, блестевшие от возбуждения, Клара знала, что подарила ему счастье. Насекунду она отвлеклась и не успела обогнуть большой камень. Луизито упал взаросли высокой травы. Он лежал совершенно неподвижно и выгляделмертвым.

— Луизито,— тревожно окликнулаего Клара, встав перед ним на колени.

Он не отвечал. Она осторожно перевернулаего. На лбу из ранки сочилась кровь, а щеки были поцарапаныколючками.

Его веки с трепетом открылись. Его глаза,испуганные и озадаченные, смотрели на нее.

— Тыушибся, — сказалаона. Взяв его руку, Клара прижала ее к своему лбу и показала ему егоокровавленные пальцы. Но он выглядел таким счастливым и довольным, что девочкапросто рассмеялась.

— Давайпосмотрим, может быть ты поцарапался где-то еще, — предположила она, — как твоя нога

Он сел поднял штанину и сказал:— тяги на месте.Когда тяги выворачиваются, мой отец знает, как поправить их.

— Ну а каксама нога —настаивала она, — всев порядке

Луизито грустно покачал головой,— она никогда небывает в порядке, —прошептал он и быстро поправил брюки. Мальчик долго объяснял ей, что такоеполиомиелит, — я былу многих докторов, —рассказывал он, —отец возил меня в соединенные штаты и в Европу, но я так и остался калекой,— последние слова онкричал с таким надрывом, что его схватил приступ кашля.

Он робко взглянул на нее, — я пойду с тобой, куда бы ты низахотела, — сказалон, опустив голову на ее плечо, — клара, а ты правда моя кузина

— Тыдумаешь, что я слишком черненькая, чтобы быть твоей кузиной — спросила она.

— Нет,— ответил онзадумчиво, — тыслишком хорошая, чтобы быть моей кузиной. Ты единственная, кто не смеется надомной, и в то же время не смотрит на меня с жалостью и презрением, — он вытащил из кармана белыйплаток, сложил его треугольником, затем скатал и обвязал им лоб, — наверно это лето будет самымлучшим в моей жизни, — в голосе мальчика чувствовалась и радость и грусть, — поехали, кузина, вперед, напоиски нашего дедушки!

***

Прежде чем открыть дверь столовой, Кларапригладила за уши непокорные прядки волос. После приезда тетушек из Каркасадедушка и она больше не завтракали на кухне.

Мария дель Розарио сидела в дальнем концестола, украшенного цветами в вазах, и нетерпеливо общипывала лепестки. Мариядель Кармен уткнулась в служебник и молча сидела рядом с сестрой. РодителиЛуизито, прогостив несколько дней в Эль Ринко, уехали в Европу.

— Доброеутро, — пробормоталаКлара, занимая свое место у длинного стола рядом с Луизито.

Дон Луис приподнял глаза со своей тарелкии заговорщицки подмигнул ей. Ему хотелось подразнить близняшек, и он продолжалмакать булку в кофе, шумно обсасывая ее.

Тетки никогда не ели передмессой.

Спрятавшись за шоколадницу, Клара украдкойсмотрела на неодобрительные лица близняшек. Как они были непохожи на тех юныхкрасивых девочек, чьи портреты висели в гостиной. Их желтые лица, их впалыещуки, темные волосы, связанные на затылке в небольшие пучки, напоминали ейожесточенных монахинь, которые преподают в школе катехизис.

Самой вредной была Мария дель Розарио. Вее присутствии Клара всегда чувствовала тревогу и беспокойство. У Марии дельРозарио были нервные глаза человека, который долго не спал. Глаза, полныенетерпения и тревоги.

Глаза, которые всегда следили и осуждали.Она выглядела приятной только тогда, когда все шло по ее желанию.

И наоборот, Мария дель Кармен была почтинезаметной. Ее глаза, прикрытые тяжелыми веками, сгибались под тяжестьюкакой-то родовой усталости. Ходила она бесшумно, а говорила так тихо, словнодвигала губами по принуждению.

Резкий голос Марии дель Розарио прервалнаблюдения Клары, —клара, Луизито не уговорил тебя составить нам компанию на

В это воскресенье — обратилась она к девочке в такойманере, словно объявляла приговор.

— Нет. Онане пойдет, — ответилза нее Луизито, — мысобираемся туда вечером, с Эмилией.

Чтобы скрыть улыбку, Клара засунула в ротоладью. Она знала, что Мария дель Розарио настаивать не будет. Клара ненавиделавоскресные мессы, а здесь никто не хотел перечить Луизито. Он не слушал никого,кроме дедушки. Стоило его тетушкам хоть в чем-нибудь пойти наперекор егожеланиям, он начинал наводить на них ужас. Его неистовство выражалось вбезумных ударах костылями по всему, что стояло перед ним, в непристойных жестахи сквернословии. Все это приводило женщин в крайнюю слабость.

— Клара,заканчивай завтрак, —приказала Мария дель Розарио, — служанке надо все убрать, прежде чем мы уйдем. Она тоже пойдет снами в церковь.

Клара проглотила остатки шоколада и отдалачашку высокой серьезной женщине, которую близняшки привезли с собой из Каркаса.Она была с Канарских островов и вела в доме хозяйство. Эмилию это нисколько неогорчало, и ее единственная забота заключалась в том, чтобы готовить пищу длядона Луиса. Он категорически отказывался есть вегетарианские блюда, обожаемыететушками, — дажесобаки не будут есть эту дрянь, — говорил он всякий раз, когда они приступали ктрапезе.

Кларе тоже не очень нравилисьвегетарианские блюда, но она считала верхом элегантности ежедневные поездкиМарии дель Розарио на поля португальских фермеров, где она сама собираларастения для еды, причем платила за них вдвое больше, чем Эмилия на субботнемоткрытом рынке.

***

Как только Клара услышала в коридорелегкий стук костылей Луизито, она выскочила в окно и побежала на холм кманговому дереву, росшему у стены.

Не заботясь о своем желтом платье, онавытянулась во всю длину на земле и сбросила башмачки. Не находя удобной позы,она поворачивалась и так и этак. Кровь стучала в ее висках, в груди и бедрах.Это наполняло ее странным желанием, которого она не могла понять. Услышав, чтоЛуизито подходит, Клара резко села.

— Почемуты не отзывалась —спросил он, опускаясь на землю рядом с ней. Он положил костыли и добавил:— они все ушли, кромедедушки, конечно.

Улыбаясь, она смотрела ему в лицо с нежнымвосхищением. Луизито выглядел сонным, тихим, милым, и в то же время отважным.Ей хотелось рассказать ему так много вещей, но она не могла выразить их,— поцелуй меня, какэто делают в кино, —потребовала она.

— Хорошо,— шепнул он, и этослово было ответом на все ее смятение, на то странное желание, которого она непонимала, — ах,Негрита, — шептал он,зарываясь лицом в ее шею. Она пахла землей и солнцем.

Его губы шептали, но звука не было. Сшироко открытыми глазами она наблюдала, как он снимает свои брюки. Она не моглаоторвать взгляда.

Его лицо разгоралось растущимвоодушевлением, его глаза казалось таяли между длинных ресниц. Бережно, чтобыстальные тяги его протеза не причинили ей боль, он лег на нее.

***

Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.