WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 30 |

Несмотря на ее серьезный тон, язасмеялась.

— Тыдействительно будешь меня бить, Флоринда Хорошо, лупи меня, если тебе этонужно, — добавила я,рассматривая ее решительное лицо, — но мне надо знать, что я буду делать в Венесуэле. Я схожу с умаот волнения.

— Всеверно! Если ты настаиваешь на знании деталей, которые я считаю важными, ярасскажу тебе. Я надеюсь, ты понимаешь, что мы разделены бездной, и через этубездну нельзя перебросить мост с помощью болтовни.

Мужчины могут строить мосты из своих слов,а женщины не могут. Сейчас ты подражаешь мужчинам. Женщины делают мост из своихпоступков. Ты знаешь, что мы даем рождение. Мы создаем людей. Я настаиваю натвоем отъезде для того, чтобы ты в одиночестве определила, что является твоимисильными сторонами, а что — слабостями.

— Японимаю, о чем ты говоришь, Флоринда, но прими во внимание моеположение.

Флоринда смягчилась, отбросив резкий ответ,уже готовый сорваться с ее губ.

— Всеверно, все верно, —сказала она устало, жестом приказав мне поставить свой стул рядом с ней,— я дам тебеподробные детали того, что я считаю важным для твоей поездки. К счастью длятебя, это не будет подробной инструкцией, за которой ты гоняешься. Ты хочешь,чтобы я точно расписала тебе, что делать в будущей ситуации и когда это делать.То, о чем ты просишь, совершенно глупо. Как я могу дать тебе инструкции о том,чего еще не существует Лучше я дам тебе взамен инструкции, как привести впорядок свои мысли, чувства и реакции. Используя их, ты справишься с любойвозможностью, которая может представиться.

— Ты этосерьезно, Флоринда —спросила я недоверчиво.

— Ясмертельно серьезна, — уверила она меня. Наклоняясь вперед на своем стуле, онапродолжала говорить, сопровождая все улыбкой и смехом, — первым подробным пунктомсчитается проведение инвентаризации самой себя.

Видишь ли, в мире нагваля мы должныотвечать за свои поступки.

Она начала напоминать мне то, что знала опути воина. За то время, что я была с ней, говорила она, я прошла обширнуюпрактику в тяжелой психологии мира нагваля. Поэтому любые детальные инструкции,которые она могла мне сейчас преподнести, фактически были подробнымнапоминанием о пути воина.

— На путивоина женщина не чувствует себя важной, — продолжала она, словнодекламируя что-то заученное наизусть, — так как важность смягчаетнеистовство. На пути воина женщины свирепы. Они остаются неистовобеспристрастными при любых условиях. Они не требуют ничего, но готовы дать себевсе, что угодно. Они неистово ищут сигнал из души вещей в виде доброго слова,уместного жеста; и когда они находят его, то выражают свою благодарность,удваивая свое неистовство.

На пути воина женщины не рассуждают. Онинеистово стушевываются для того, чтобы слушать и наблюдать, поэтому они могутпокорять и быть покорными своим победителям, или быть побежденными возвеличеныпоражением.

На пути воина женщины не сдаются. Они могутбыть побеждены тысячи раз, но они никогда не сдаются. И превыше всего, на путивоина женщины свободны.

Не смея перебивать ее, я продолжалаочарованно смотреть на Флоринду, хотя и не совсем понимала то, о чем онаговорит. Я почувствовала острое отчаяние, когда она остановилась, будто ейнечего было больше мне сказать.

Совершенно не желая того, я бесконтрольнорасплакалась. Я знала, что то, о чем она говорит, не поможет мне решить своипроблемы.

Она позволила мне поплакать немного, азатем рассмеялась.

— Ты насамом деле плачешь! —недоверчиво воскликнула она.

— Ты самаябессердечная и бесчувственная из всех, кого я встречала, — сказала я сквозь рыдания,— ты готова отправитьменя бог знает куда, и даже не говоришь, что мне там делать.

— Но я ужесделала это, —сказала она, спокойно улыбаясь.

— То, чтоты сказала, не имеет значения в реальной жизненной ситуации, — сердито возразила я,— а сама тывыглядишь, как диктатор, который выкрикивает с трибуны лозунги.

Флоринда весело смотрела наменя.

— Ты будешьудивлена, как много пользы можно извлечь из этих глупых лозунгов, — сказала она, — но сейчас давай придем ксоглашению. Я никуда не гоню тебя. Ты женщина на пути воина, ты вольна делатьвсе, что пожелаешь, и ты знаешь это. Ты еще не поняла, что мир нагваля повсюду.Я не учитель для тебя; я не наставник для тебя; я за тебя не отвечаю. Только тыза себя в ответе. Самой трудной вещью, которую следует понять о мире нагваля,является то, что он предлагает полную свободу. Но свобода неосвобождает.

Я взяла тебя под свое крылышко из-за того,что у тебя есть естественная способность видеть все так, как оно есть, тыможешь убрать себя из ситуации и увидеть в этом нечто удивительное. Это дар; тыбыла рождена такой. Для обычных людей требуются годы, чтобы убрать себя изсвоих затруднений с самим собой и обрести способность видеть в этом нечтоудивительное.

Не считаясь с ее похвалой, я продолжалабеспокоиться. В конце концов она успокоила меня, пообещав, что перед моимотъездом даст мне подробную информацию, какую я только пожелаю.

Я ждала ее в зале ожидания аэропорта, ноФлоринда не пришла.

Удрученная и переполненная жалостью к себе,я дала волю своему отчаянию и разочарованию. Под любопытными взорами прохожих ясела и заплакала. Я не чувствовала себя такой одинокой никогда раньше. Все, очем я могла думать тогда, так это только о том, что никто не пришел проводитьменя, никто не помог мне нести мои чемоданы. Я всегда пользовалась услугамиродственников и друзей, провожавших меня.

Флоринда предупреждала меня, что любой, ктовыбрал мир нагваля, должен быть готов к неистовому одиночеству. Она ясновыразилась, что для нее одиночество означает не уединенность, а физическоесостояние уединенности.

3.

Я никогда себе не представляла, какойзащищенной была моя жизнь. В комнате отеля в Каркасе, одна и без каких-нибудьидей о том, что делать, я только сейчас испытала одиночество, о которомговорила Флоринда.

Единственное, что я могла еще делать— это сидеть вкровати и смотреть телевизор. Я не желала касаться своих чемоданов и дажеподумывала улететь обратно в Лос-Анджелес. Моих родителей в это время вВенесуэле не было, а с братьями я не смогла созвониться.

Только после огромного усилия я началараспаковывать свои вещи. И вдруг нашла записку, написанную Флориндой; она былааккуратно спрятана внутри пары сложенных брюк. Я жадно прочла ее.

"Не беспокойся о мелочах. Если имеешьубеждение, то мелочи склонны подчиняться обстоятельствам. Твоим планом можетбыть следующее. Выбери что-нибудь и назови это началом. Затем иди и стань лицомк началу. Встав лицом к лицу с началом, позволь ему сделать с собой все, чтоугодно. Я надеюсь, что твои убеждения не позволят тебе выбрать начало спричудами.

Смотри на вещи реально и скромно. Начни этосейчас!

Для начала можешь делать все, чтохочешь".

Обретя решительность Флоринды, я взялателефон и набрала номер моей старой подруги. У меня не было уверенности, чтоона еще живет в Каркасе.

Вежливая дама, ответившая мне, даланесколько других номеров, так как моя знакомая недолго жила по этому адресу. Яначала звонить всем, кого знала, мне нельзя было останавливаться. Началоовладело мной. В конце концов я нашла супружескую пару, которую знала сдетства. Это были друзья моих родителей. Они захотели увидеть меня немедленно.Собираясь на свадьбу, они настояли на том, чтобы я присоединилась к ним. Ониуверяли меня, что все будет хорошо.

На свадьбе я встретила бывшегосвященника-иезуита, который был антропологом-любителем. Мы проговорили с ниммного часов подряд. Я рассказала ему о своем интересе к антропологическимизысканиям. Как будто ожидая от меня этого, он начал излагать спорные мнения онародных целителях, раскрывая социальную роль, которую они играли в своемокружении.

Я не упоминала целителей или целительствовообще, как возможное направление моих изысканий, хотя они и стояли для меня напервом плане.

Вместо чувства радости, что он, казалосьбы, следует моим сокровенным желаниям, я начала опасаться, что стою на гранисрыва. Когда же он сказал, что мне не следует посещать городок Сортес, хотя егои принято считать центром спиритизма в западной Венесуэле, я почувствовала, чтоон мне надоел до чертиков. Он, казалось, предвосхищал каждый мой шаг. Это былименно тот городок, куда я собиралась съездить, если не случится чего-нибудьеще.

Я вполне оправдала себя и уже собираласьпокинуть священника, когда он довольно крикливым тоном сказал, что мне нужносерьезно подумать о поездке в Курмину, в северную Венесуэлу, где я могла бынайти феноменальную удачу, так как город был новым и истинным центромспиритизма и знахарства.

— Я непонимаю, как и откуда, но я знаю, что ты до смерти хочешь встретиться сведьмами Курмины, —сказал он сухим деловым тоном.

Он взял кусок бумаги и начертил картуобласти. Затем отметил точные расстояния в километрах от Каркаса до разныхмест, где, как он говорил, жили спириты, маги, ведьмы и знахари. Он уделилособое внимание имени Мерседес Перальты. Совершенно бессознательно он выделилего, сначала окружив его, а затем начертив вокруг него жирной линиейквадрат.

— Онаспиритуалистка, ведьма и знахарка, — сказал он, улыбаясь мне,— ты, наверное,захочешь повидать ее

Я знала, о ком он говорит. Под руководствомФлоринды я встречалась и сотрудничала со спиритами, магами, ведьмами изнахарями Северной Мексики и среди латинского населения южной калифорнии. Ссамого начала Флоринда дала мне их классификацию. Спириты являются практиками,которые умоляют души святых или чертей заступиться за них, а в некоторыхслучаях — за ихпациентов. Их функция заключается в том, чтобы войти в контакт с духами иистолковать их советы. Советы даются посредством встреч, на которые вызываютдухов. Маги и ведьмы являются практиками, которые влияют на своих пациентовнепосредственно. С помощью знания оккультных наук они прикладывают неизвестныеи непредсказуемые элементы к двум типам людей, которые приходят посмотреть наних. Это пациенты, ищущие помощи, и клиенты, жаждущие взглянуть на магическиедела. Целители являются практиками, которые стремятся исключительно квосстановлению здоровья и благополучия.

Флоринда подстраховалась, она включила вэту классификацию все возможные классификации этих трех.

В шутливой форме, но со всей серьезностью,она утверждала, что в вопросе восстановления здоровья я предрасположена верить,что не западные методы менее эффективны, чем медицина запада. Она пояснила, чтоя ошибаюсь, не понимая, что лечение зависит от практикующего лечение, а не отзнания тела. Она утверждала, что не западных методов лечения, как отдельнойвещи, нет, поскольку лечение, в отличие от медицины, не является оформленнойдисциплиной. Флоринда шутила надо мной, высмеивая мой предрассудок верить в то,что если пациент вылечился с помощью лекарственных растений, массажа илимагических заклинаний, то либо болезнь была психосоматической, либо лечениебыло результатом везения, счастливой случайности, к которой сам практик неимеет никакого отношения.

Флоринда была убеждена, что человек,который удачно восстанавливает здоровье, будь он доктор или народный целитель,является тем, кто может изменять фундаментальные ощущения тела о себе и своихсвязях с миром — тоесть тот, кто предоставляет свой ум и тело новым возможностям, при помощикоторых могут быть сломаны привычные формы шаблонов, которым тело и ум приученыподчиняться.

Флоринда долго смеялась, когда я выразилаискреннее удивление, выслушав подобные мысли, бывшие в то время для меняреволюционными. Она сказала мне, что все, о чем она говорит, происходит отзнания, которое она делит со своими спутниками в мире нагваля.

Следуя инструкциям, данным Флориндой взаписке, я позволила ситуации вести меня; я дала ей развиться с минимальнымвмешательством с моей стороны. Я чувствовала, что должна переехать в Курмину иувидеть женщину, о которой говорил бывший священник-иезуит.

Когда я впервые приехала в дом МерседесПеральты, мне пришлось немного подождать в затемненном коридоре, прежде чем яуслышала голос, звавший меня из-за портьеры, служившей дверью. Я поднялась подвум ступенькам, ведущим в большую, слабо освещенную комнату, где чувствовалсязапах сигар и нашатыря. Несколько свечей, горевших на массивном алтаре удальней стены, освещали статуэтки и картины святых, расставленные вокругоблаченной в голубую мантию девы из Коромото. Это была прекрасно вырезаннаястатуя с красными смеющимися губами, румяными щеками и глазами, которые,казалось, пристально смотрели на меня снисходительным и всепрощающимвзором.

Я чуть-чуть прошла. В углу, почти скрытаямежду алтарем и высоким прямоугольным столом, сидела Мерседес Перальта. Онаказалась спящей, ее голова откинулась на спинку стула, глаза были закрыты. Онавыглядела очень старой. Я никогда не видела такого лица. Даже в своей спокойнойнеподвижности оно выдавало пугающую силу. Отблеск свечей скорее смягчал, чемподчеркивал решительность, отпечатанную в сети морщин.

Она медленно открыла глаза — они были огромными, миндальнойформы.

Белки ее глаз незаметно меняли свой цвет.Сначала ее глаза были почти пустыми, затем они ожили и пристально посмотрели наменя с тревожной прямотой ребенка. Прошло несколько секунд и постепенно под еепристальным взглядом, который не был ни враждебным, ни дружелюбным, я началачувствовать себя неудобно.

— Добрыйдень, донья Мерседес, — приветствовала я ее прежде, чем окончательно потерять всю своюхрабрость и убежать из дома, — мое имя Флоринда Доннер, и я буду очень прямолинейной, чтобы незанимать твое ценное время.

Она несколько раз мигнула, подстраивая своиглаза, чтобы продолжать смотреть на меня.

— Яприехала в Венесуэлу изучать методы лечения, — продолжала я, приобретаяуверенность, — яучусь в университете в соединенных штатах, но мне по-настоящему нравится бытьзнахаркой. Я могу платить тебе, если ты примешь меня, как ученицу. Но даже еслиты не примешь меня в ученицы, я могу заплатить тебе за любую информацию,которую ты мне сможешь дать.

Старая женщина не сказала ни слова. Онажестом пригласила меня сесть на табурет, затем поднялась и посмотрела наметаллический предмет, лежавший на столе. На ее лице было комическое выражение,когда она вновь посмотрела на меня.

— Что этоза аппарат —спросила я отважно.

— Этоморской компас, —небрежно сказала она, — он говорит мне всякого рода вещи.

Она подняла его и положила на самую верхнююполку стеклянного буфета, который стоял у противоположной стены. По-видимому,ее осенила забавная мысль и она начала смеяться.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.