WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 30 |

Сейчас Эфраин работал на вдову, правда, нетак охотно и, конечно, не с тем удовольствием. Она продала птицеферму,напоминавшую, как она говорила, ее супруга, но продолжала держать Эфраина наслужбе, так как он был единственным, кто знал, как ездить намопеде.

Заметив, что дверь в апартаменты ФридыГерцог приоткрыта, он толчком, без стука, открыл ее и вошел в крошечнуюпереднюю, которая вела в гостиную.

Комнату, заваленную мебелью с бежевойобивкой, отделял от столовой прекрасный рояль. Остекленный книжный шкаф стоялрядом с огромным камином, который Фрида Герцог разжигала раз в год на рождествоЕвы.

Эфраин отошел на несколько шагов так,чтобы мог видеть себя в позолоченном зеркале на каминной доске. Ему былодвадцать лет, но маленькое суховатое тело и мальчишеское, незрелое, безбородоелицо делали его еще моложе. Он старательно причесал свои вьющиеся волосы,поправил галстук и надушенный носовой платок в нагрудном кармане. Бедность— это еще не причинадля того, чтобы выглядеть неопрятным, подумал он и, оглядываясь, осмотрелпиджак сзади, расправляя складки и морщины.

Весело насвистывая, он пересек комнату ивышел на широкий балкон.

Декоративные пальмы, орхидеи, высокиепапоротники и птичьи клетки почти скрывали Фриду Герцог. Полная и солидносложенная, она сидела за белым письменным чугунным столом с тяжелой матовойстеклянной крышкой.

— Я ждутебя с девяти часов, — сказала она вместо приветствия.

Сердитое выражение ее глаз усиливалосьлинзами толстых роговых очков, угрожающе спущенных на ее орлиныйнос.

— Ну чтоза красота! Какой прохладой дышит это истинное небо! — воскликнул Эфраин восторженнымтоном. Он знал, что восхваляя ее искусственные джунгли, Фриду Герцог всегдаможно вернуть в хорошее расположение духа, — даже в полдень ваши канарейкипоют как ангелы, —подражая крику птиц, он снял пиджак и аккуратно повесил его на спинкустула.

— Ладно,хватит о птичках, —сварливо сказала она, приказав ему сесть возле себя, — я плачу тебе жалование и хочу,чтобы ты был здесь все время.

— Менязадержали наши будущие клиенты, — важно возразил он.

Она посмотрела на него с сомнением ивытерла капельки пота вышитым платком с верхней губы и лба, — ты принял все заказы— она не дала емувозможности ответить, подтолкнув несколько белых коробочек, — проверь это, — проворчала она.

Не смущаясь ее плохим настроением, онвесело сообщил ей, что заказы в сущности написаны и подписаны. Затем он почтиблагоговейно открыл одну из коробочек и почтительно осмотрел покрытый серебромнабор шариковых ручек, уложенных на темно-синюю вельветовую подкладку. Оноткрыл одну ручку, отвинтил колпачок и аккуратно проверил небольшойпрямоугольный кусок металла с резиновым оттиском. Это была печать. Эту операциюон повторил со всеми ручками, после чего тщательно проверил правильностьнаписания фамилии а адреса покупателя.

— Сколькораз тебе повторять —на ручках не должно быть отпечатков пальцев, — затрещала Фрида Герцог, выхвативавторучку из его рук. Она обтерла ее своим платком и опустила в коробочку,— сейчас же заверниих!

Он бросил на нее недружелюбный взгляд,— вы хотите, чтобы янаклеил на них адреса — спросил он, закончив заворачивать последнюю коробку.

— Да,сделай это, — онадала ему шесть аккуратно отпечатанных наклеек из небольшого металлическогоящика, — постарайсянаклеить их ровно.

— Что— раздраженнопереспросил он, не расслышав слов, которые она сказала. Ее акцент, обычно едвазаметный, становился невыносимым, когда она была в гневе илистрахе.

Фрида Герцог медленно повторила, четкопроизнося каждое слово: — наклей все уголки этикеток ровно, — она взглянула на него идобавила: — я хочу,чтобы этикетки были приклеены крепко.

— Если бывзглядом можно было убивать, я был бы уже мертв, — прошептал он, поднимая обе рукинад головой в притворном жесте муки. Затем он очаровательно улыбнулся ей иобругал ее скороговоркой.

— Что тысказал — спросилаона. Ее акцент был так силен, что слова получались невнятными.

— Ясказал, что у меня нет столько времени, чтобы сделать все, что вам хочется,— он ослабил свойгалстук в голубую полоску и расстегнул воротничок жестко накрахмаленнойрубашки, затем достал из ящика стола тюбик с клеем и выдавил по небольшой каплена каждую этикетку. Он тщательно подровнял резиновую насадку со всех сторон инаклеил этикетки на аккуратно завернутые пакеты.

— Хорошосделано, Эфраин, —намек на одобрение мгновение играл на полном, румяном лице Фриды Герцог. Онаникогда не удивлялась той аккуратности, с которой он приклеивал наклейки какраз посередине коробок.

Она не могла признать, что кто-то можетделать это лучше ее самой.

Окрыленный ее комплиментом, он решилспросить о ручке, которую она обещала ему. Хотя юноша уже оставил надеждукогда-нибудь получить что-то от нее, он тем не менее напоминал ей об этом припервой возможности.

Каждый раз у нее были различные отговорки,чтобы не выполнить свое обещание, — когда же вы дадите мне авторучку — повторил он высоким, настойчивымголосом.

Фрида Герцог молча посмотрела на него,затем подвинула стул ближе к столу и опустила на него свои локти, — я не говорила тебе раньше отрудностях, которые я имею, чтобы убедить фирму направлять торговое судно в этуместность Да ты и не поймешь, что быть в моем возрасте (она никогда неговорила, сколько ей лет) и быть женщиной — это огромный недостаток,— она помолчаласекунду, а затем гордо добавила: — и то, что я так хорошо продаю авторучки, еще не означает, что ядолжна их кому-то дарить.

— Однаавторучка не разорит вас, — настаивал Эфраин.

— Твояручка! Твоя ручка! Это все, о чем ты думаешь — ее голос дрожал от негодования.Она приблизила свое лицо к нему. Ее глаза сверлили его немигающимвзором.

Он ошеломленно смотрел в ее голубые глаза,в которых бушевал огонь безумия.

Возможно, заметив, что зашла слишкомдалеко, Фрида Герцог потупила взор. Ее лицо смягчилось. Просительным тоном онапродолжала говорить о своей уверенности в том, что вместе они смогут продатьтысячи авторучек.

Они будут продавать их не только в городеи в окрестных деревнях, но и по всей стране, — будь терпелив, Эфраин,— умоляла она,склонясь к нему, —когда дело пойдет в гору, мы оба будем богачами! — она резко откинулась на стул иласково провела рукой по маленькой серой коробке.

— Но мненужна только ручка, ты понимаешь, старая идиотка, только ручка, — отчаянно прошепталЭфраин.

Фрида Герцог не слышала его. Она сонносмотрела на свои птичьи клетки грустным мечтательным взглядом.

— Яработаю как лошадь, —сказал Эфраин громко и ясно, — я не только доставляю товар, я нахожу покупателей на ваши ручки,— он игнорировал еепопытку перебить его, — а вы не хотите дать мне одну ручку.

— Я небуду говорить, как нехорошо ты поступаешь, — капризно сказала она,— я из сил выбиваюсь,пытаясь вдолбить тебе то, что начало любого бизнеса требует каких-то жертв,— она вышла набалкон, — очень скороя дам тебе не только ручку и комиссионные, я сделаю тебя партнером,— она остановиласьперед ним, — яделовая женщина. Представь, эти ручки будут в каждом доме по всей стране.Эфраин, мы продадим их каждому грамотному человеку в этомгосударстве.

Она отошла от него и оперлась на перила,— взгляни на этихолмы! — крикнулаона, — посмотри наэти хижины! — взмахомруки, от которого затрепетали широкие рукава ее халата, она описала панорамуперед собой.

Улыбка засияла на ее губах, онаповернулась к нему, —подумай об этих лачугах на холмах. Какие возможности! Мы продадим ручки всем,кто может писать. А те, кто не могут, вместо того, чтобы ставить крестик каждыйраз, когда им нужно подписать документ, будут штамповать свое полное имя налюбой бумаге, где необходима их подпись, — она захлопала в ладоши в детскомвосторге и, присев возле него, сунула руку в карман, — это, — утвердительно произнесла она,доставая свою позолоченную ручку, — идеальное решение всех проблем! — она осторожно отвинтила колпачоки, нажав небольшой выступ на конце авторучки, проштемпелевала каждый пакет, азатем гордо прочла свое имя и адрес, которые вмиг отпечатались фиолетовымибуквами, — сотнилюдей живут в этих хижинах. И я знаю, что они все захотят такие ручки,— она коснулась егоруки, — эфраин, ссегодняшнего дня я буду платить тебе комиссионные за каждую ручку, проданнуютобой на этих холмах.

— Они некупят ни одной. Это им не по средствам, — напомнил он ейсаркастически.

— Я сделаюто, чего не делала никогда прежде, — напыщенно провозгласила она,— я позволю импокупать авторучки в кредит, — она опустила с рассеянным видом несколько авторучек — включая свою золотую ручку— в кожаный ранецЭфраина, — а сейчасможешь идти.

Он недоверчиво посмотрел на нее. Неужелиона не заметила свою ошибку

Юноша беспечно взял свой ранец,— увидимся завтра,— сказалон.

— Но тебенадо доставить всего шесть ручек, — напомнила она ему, — я жду тебя к пяти часам. За эти ручки уже заплатили, и тебе непридется ждать денег.

— Сейчассередина дня, —запротестовал Эфраин, — неужели вы хотите, чтобы я таскался по этому пеклу Кроме того,мне надо сначала пообедать. И мне нужны деньги на транспортные расходы,— заметив ее мрачноелицо, он пояснил: —мне нужен бензин для мопеда.

Она дала ему немного мелочи, — не забудь спросить квитанцию назаправке, — сказалаона, свирепо посмотрев на него через очки.

Его передернуло от недовольства,— скупая идиотка.Этого не хватит даже на то, чтобы наполнить бак, — сказал он быстройскороговоркой.

— Что тысейчас сказал мне —крикнула Фрида Герцог.

— За этиденьги нельзя наполнить бак, — сказал он, ссыпая монеты в карман. Он вынул расческу и, необращая внимания на ее недовольное лицо, пробежал ею по своим непослушнымчерным волосам.

— Всегочетыре адреса, и все они рядом, — убеждала она, — не надо даже ездить на мопеде. Я сама хожу на такое расстояние, аиногда и дальше.

Если уж я в своем возрасте делаю это, товправе ожидать от молодого человека, что он сделает то же.

Тихо насвистывая, он поправил свой галстуки надел пиджак, затем, лениво махнув рукой на прощание, повернулся и вышел вгостиную. С его губ сорвался радостный вздох. Его глаза расширились, выражаяудивление и восторг.

В одном из объемистых кресел, оголив ноги,поднятые на подлокотник, сидела Антония, единственная дочь Фриды Герцог. Неприкрывая ног, она посмотрела на него с нежной заботой — так женщины смотрят на своихмладенцев — а затемсоблазнительно улыбнулась.

Она была маленькой, симпатичной женщинойоколо двадцати лет, но ее изможденное лицо и отчаявшийся вид очень старили ее.Она отсутствовала уже долгое время. К великому смущению матери Антония уходилас мужчинами при каждом удобном случае и периодически возвращалась навеститьродной дом.

Жаль, что старуха в таком скверномнастроении, подумал Эфраин. Он почувствовал клубящуюся страсть Антонии, емухотелось остаться, поговорить с ней, но зная, что Фрида Герцог может услышатьих с балкона, он сморщил губы и послал Антонии воздушный поцелуй. А затем вышелв переднюю дверь.

Фрида Герцог неподвижно стояла у оградыбалкона. Палящее солнце и дрожащее марево заставляли ее глаза слезиться. Жараволнами вздымалась в ближайшее предгорье, превращая разноцветные лачуги вмерцающие пятна.

Совсем недавно эти холмы были зеленые.Почти за ночь переселенцы превратили их в скопище хибар. Словно грибы послесильного дождя, лачуги выросли в одно утро, и никто не осмелился снестиих.

Ее взгляд остановился на шумном мопедеЭфраина, который тарахтел внизу на улице. Она знала, что сначала он поедет кдвум секретаршам из фармацевтической лаборатории, которые были помешаны наавторучках. Фрида Герцог была уверена, что хотя бы одна из них похвастаетсясвоей ослепительной новинкой среди коллег, и это заставит других придти кней.

Тихо хохотнув, она повернулась и взглянулачерез балкон в гостиную, где сидела ее дочь. У нее вырвался тяжелый вздох,голова разочарованно качнулась из стороны в сторону. Не было способа заставитьАнтонию понять, что нельзя класть ноги на бежевый шелк кресел. Как много надеждвозлагала она на свою красивую дочь! Антония могла выйти замуж за какого-нибудьбогатого человека. И почему девочка связала себя браком с нищим, безроднымпродавцом Это было выше ее понимания. К тому же он однажды ушел отнее.

Она не могла вспомнить, обед был илиполдник, когда он встал из-за стола и больше никогда не вернулся.

Сложив губы в приятную улыбку, ФридаГерцог смиренно вошла в гостиную.

— Подуматьтолько! Эфраин стал опаздывать каждый день, — сказала она, садясь в креслонапротив Антонии, — ябоюсь, что если я дам ему авторучку, которую он просит, мальчик совсем броситработу. Это все, чем он интересуется.

— О, тызнаешь, чего он хочет, — сказала Антония. Не глядя на мать, она продолжала рассматриватьсвои длинные, холеные ногти, — итак, единственное желание Эфраина — это получить ручку. Что плохогов этом

— Он бымог ее купить! —злобно огрызнулась Фрида Герцог.

— Ну чтоты, мамочка, —упрекнула Антония, —эти глупые безделушки стоят слишком дорого. Козе понятно, что он не сможет себеэтого позволить.

— Не смешименя, — фыркнулаФрида Герцог, — япрекрасно оплачиваю его труд. Если бы он не тратил зря денег на одежду, он могбы...

Антония оборвала ее на полуслове,— эти ручки простопричуда, — заявилаона, — и Эфраин знаетэто. Вот так. Через несколько месяцев и даже недель люди перестанут покупатьих.

Фрида Герцог выпрямилась в своем кресле.Ее лицо покраснело от гнева.

— не смейсо мной так разговаривать, — закричала она, — эти ручки всегда будут в цене!

—Успокойся, мать. Ты сама не веришь в это, — примирительно отозваласьАнтония, — ну почемуты думаешь, что продашь ручки в этом богом забытом местечке Неужели ты непонимаешь, что в Каркасе их больше никто не покупает

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.