WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |   ...   | 46 |

— Флоринданикак не могла знать о моей поездке в Ногалес, — сказала я. — Я приняла приглашение своей подруги под влияниеммомента.

— Я знала,что это покажется тебе невообразимым, — вздохнула Клара. Затем, глядямне в глаза и тщательно взвешивая свои слова, она заявила: — Флоринда — твоя мать, более чем какая бы тони было другая мать, которая у тебя была.

Я сочла ее утверждение абсурдным, однаконе смогла вымолвить ни слова.

— Флориндачувствует тебя, —продолжала Клара. С дьявольским огоньком в гла зах она добавила: — Она использует устройствонаведения. Ей всегда известно, где ты находишься.

— Что заустройство наведения — спросила я, внезап­но ощутив, что мой ум снова полностью владеет ситуацией. Мысль отом, что кто-то всегда знает, что я собираюсь де­лать, наполнила менястрахом.

—Устройством наведения являются ее чувства к тебе, — ответила Клара с очаровательнойпростотой и таким мягким, полным гармонии тоном, что это лишило меня всяческихопасений.

— Какиечувства ко мне, Клара

— Ктознает, детка, —ответила она задумчиво. Она поджала под себя ноги, обхватила их руками иположила подбородок на колени. — У меня никогда не было такой дочери.

Мое настроение резко изменилось,беспечность опять сменилась опасениями. Я принялась рационально, всетща­тельно обдумывая— таков был мойстиль, — выискиватьтонкий подтекст в том, что сказала Клара. И как раз эти рациональныерассуждения снова разбудили мои сомнения. Не может быть, чтобы это был сон. Яне сплю. Моя сосредо­точенность слишком сильна, чтобы это могло быть иначе.

Соскальзывая с подушки, подпиравшей моюспину, я полуприкрыла глаза. Скво зь ресницы я продолжала следить за Кларой, желая знать,растает ли она п остепенно, так же, как тают во снах люди и пейзажи. Она неисче зла. Я тотчас же опять обрела уверенность, что не сплю, ичто то же самое касается Клары.

— Нет,неправда, что мы не спим, — возра зила она, опять вторгаясь в мои мысли.

— Я могуразговаривать, —заявила я, обосновывая тем самым то, что нахожусь в полномсознании.

— Тожемне, подумаешь ! — хихикнула Клара. — Вот теперь я сделаю нечто, что тебя разбудит, так что тысмо­жешь продолжатьразговор уже по-настоящему прос­нувшись. — Она вымолвила последнее слово с особой тща­тельностью, как-то чересчур егорастянув.

— Погоди,погоди, Клара, —взмолилась я. — Даймне время привыкнуть ко всему этому. — Я предпочитала относиться снедоверием к тому, что она собиралась со мной сделать.

Не реагируя на мою просьбу, Клараприподнялась и потянулась за кувшином с водой, стоявшим на ни зком столике рядом. Все еще хихикая, она нависла надо мной,держа кувшин над моей головой. Я попыталась откатиться в сторону, но у меняничего не получилось. Мое тело не подчинялось мне, впечатление было такое, чтооно приклеилось к циновке. Еще до того, как она в самом деле вылила на меняводу, я почувствовала на своем лице холод­ные легкие брызги. Скореепрохлада, а не влага, произвела на меня наиболее специфическое воздействие.Сперва она размыла маячившее надо мной лицо Клары, подобно тому, как рябьискажает поверхность воды; затем прохлада скон­центрировалась в области моегожелудка и втянула меня вовнутрь, словно рукав, который выворачиваютнаизнан­ку. Моейпоследней мыслью было то, что я сейчас утону в кувшине с водой. Пу зырьки темноты один за другим кружились надо мной до техпор, пока все не стало черным.

Когда я пришла в себя, то уже лежала не нациновке, а на диване в общей комнате. Две женщины, стоявшие в футе от дивана,смотрели на меня широко раскрытыми, полными любопытства глазами. Флоринда,высокая седов­ ласая женщина с хриплым голосом, сидела рядом со мной,мурлыча себе под нос старую колыбельную — или мне так только казалось,— и с удивительнойнежностью гладила меня по голове, по лицу, ласкала руки.

Эти прикосновения и звук ее голоса завладели мной. Я просто лежала там,неотрывно глядя на нее немигающим взглядом. Я была уверена, что вижу один изтех ярких снов, которые всегда начинались как обычные сны, а за­канчивались кошмаром. Флоринда разговаривала со мной. Она велеламне посмотреть ей в глаза. Ее слова летели без­звучно, словно крылья бабочки. Новсе, что я видела в ее глазах, наполняло меня знакомым ощущением — жалкого, иррационального страха,который охватывал меня в ноч­ных кошмарах. Я вскочила и бросилась прямо к двери. Это былаавтоматическая, животная реакция, которая всегда сопровождала моикошмары.

— Непугайся, моя дорогая, — сказала высокая женщина, последовав за мной. — Расслабься. Все мы здесь для того, чтобы помочь тебе. Не стоиттак расстраиваться. Ты нанесешь вред своему маленькому телу, подвергая егоненужному страху.

Я остановилась у двери, но не потому, чтоона уго­ворила меняостановиться, а потому, что мне не удавалось открыть эту проклятую дверь. Я висступлении трясла ее, дверь не поддавалась. Высокая женщина стояла по зади ме­ня. Моя дрожь усилилась. Я трясла дверь с такой силой, что моетело болело, сердце билось так громко и так неровно, что казалось, оно выскочитнаружу, разорвав грудную клетку.

—Нагваль ! — воскликнула высокая женщина, пово­рачивая голову назад. — Ты бы сделал что-нибудь. Онасей­час умрет отстраха.

Я не увидела того, к кому она обращалась,но в своих неистовых попытках отыскать выход заметила дверь в дру­гом конце комнаты. Я была уверена,что во мне еще хватит энергии, чтобы ринуться к ней, но ноги отказали мне. И,словно жизнь уже покинула мое тело, я мешком рухнула на пол. Длинные рукиженщины, словно крылья орла, под­хватили меня. Удерживая меня, она прижала свои губы к моим ивдохнула в меня во здух.

Постепенно мое тело расслабилось,сердцебиение верну­лось к норме. Я наполнилась странным умиротворением, котороебыстро сменилось диким возбуждением. Но не страх вызвал это возбуждение, а еедыхание. Оно было го­рячим, оно обжигало мне горло, легкие, желудок, пах, разливаясь повсему телу вплоть до рук и ног. И вдруг, в один момент, я поняла, что она вточности такая же, как я, только выше, такого роста, какого мне всегда хотелосьбыть. Меня охватила такая любовь к ней, что я сделала нечто из ряда вонвыходящее — страстнопоцеловала ее.

Я почувствовала, как ее губы расплылись вширокой улыбке. Затем она, запрокинув назад голову, засмеялась.

— Этотмаленький несмышленыш меня поцеловал, — сказала она, поворачиваясь костальным.

— Все этомне снится ! — воскликнула я, и они залились по-детски непринужденнымсмехом.

Сперва я не смогла удержаться и тоже сталасмеяться. Однако в отдельные моменты я была такой как обычно — смущенной своими импульсивнымидействиями и обозлен­ной, что меня поймали на горячем.

Высокая женщина обняла меня.

— Я— Флоринда,— произнесла она,затем взяла меня на руки и принялась качать, словно я была младенцем.— Ты и я — одно и то же, — продолжала она. — Ты как раз такая маленькая,какой бы мне хотелось быть. Быть высо­кой — это большой недостаток. Дажепокачать тебя никто не может. Мой рост — пять футов и десятьдюймов.

— А мой— пять и два,— призналась я, и мыобе рассмеялись, поскольку понимали друг друга до тонкостей. Вообще-то мой ростслегка не дотягивал до отметки «два», но я всегда округляла его в большую сторону. Я былауве­рена, что Флориндаскорее ростом пять и одиннадцать, но округляет вниз, до десяти. Я поцеловала еев глаза и щеки. Я любила ее непостижимой для себя любовью; в этомчув­стве не было местани сомнениям, ни страхам, ни ожиданиям. Той любовью, которая бывает только воснах.

Видимо, от ощущения полного единодушия сомной, Флоринда тихо засмеялась. Неуловимый свет ее глаз, таинственная белизнаволос были словно забытые вос­поминания. Казалось, что я знала ее с первого дня своей жизни. Мнепришло в голову, что дети, которые любят своих матерей, отдаются этому чувствусполна. Дочерняя любовь, дополненная восторгом по отношению к ма­теринскому существу, должнавыливаться в ощущение пол­ной любви, такой любви, какая была у меня к этой высокойзагадочной женщине.

Она опустила меня, поставив на пол.— Это Кармела, — сказала она, обращая мое внимание на красивую темно­волосую и темноглазую женщину. Еечерты были тонки и и зящны, а кожа обладала безупречной гладкостью. Ееспо­койное лицо былокремово-бледным, как у людей, подолгу не выходящих из дому.

— Яп ринимаю только лунные ванны, — шепнула она мне на ухо, обнимаяменя. — Тебе следуетпоступать точно так же. Ты слишком прекрасна, чтобы подставлять себя солнцу,— этим ты разрушаешьсвою кожу.

Я узнала ее по голосу больше, чем по всемуостальному. Она была той самой женщиной, которая на пикнике зада­вала мне прямые вопросы л ичного характера. Я запомнила ее сидящей; она выгляделаминиатюрной и хрупкой. К мо­ему удивлению, она оказалась на три-четыре дюйма выше меня. Еесильное мускулистое тело заставило меня почув­ствовать себя ничтожной посравнению с ней.

Изящно обняв меня за плечи, Флориндаподвела меня ко второй женщине, которая стояла у дивана, когда япрос­нулась. Она быламускулиста и высока, но не настолько, как Флоринда. Она не была красивой вобщепринятом смысле —для этого черты ее лица были слишком мужест­венны, — но в ней было нечтопоразительное, совершенно прелестное, даже легкий пушок, расплывчатой теньюле­жащий над верхнейгубой, обесцветить или выщипать ко­торый она, судя по всему, себя не утруждала.

Я ощущала ее громадную силу, еевозбуждение, кото­роеона полностью держала под контролем, но которое все-таки было.

— ЭтоЗойла, — сообщила мнеФлоринда.

Зойла не пошевелилась ни чтобы пожать мнеруку, ни чтобы обнять меня. Кармела засмеялась и сказала за нее:

— Я такрада снова видеть тебя.

Рот Зойлы очертила очаровательнейшая изулыбок, обнажившая белоснежные, крупные, ровные зубы. Ее длинная изящная рука, мерцающая драгоценнымикам­ нями колец, погладила ме ня по щеке, и я отчетливо поня­ ла, что она та, чье лицо было скрыто за массой тонких во­лос. Эго была женщина, украшавшая бельгийскими кружевами холщовуюскатерть, за которой мы сидели во время пикника.

Три женщины окружили меня и усадили надиван.

— В первыйраз мы встречались с тобой в твоем сне, — обратилась ко мне Флоринда.— Поэтому у насреально не было времени пообщаться. Но сейчас ты не спишь, поэтому расскажи намо себе.

Я уже было приготовилась прервать ее исказать, что сплю и что во время пикника, спала я там или нет, я уже рассказалаим о себе все, что обо мне стоит знать.

— Нет,нет. Ты не права, —ска зала Флоринда, так, будто я громко произнесла свои мысливслух. — Ты сейчасполностью пробудилась. И нам хотелось бы узнать о том, что было с тобой современи нашей последней встречи. Рас­скажи нам в частности об Исидоро Балтасаре.

—По-твоему, это — несон — спросила янерешительно.

— Нет, этоне сон, — заверила меня она. — Ты спала еще несколько минутназад, но это другое.

— Я невижу разницы.

— Дело втом, что ты —прекрасная сновидящая. Твоикошмары — реальны. Тысама говорила об этом.

Все мое тело напряглось. И затем, словнозная, что но­вогоприступа страха ему не вынести, оно сдалось. На миг тело отказало мне. Яповторила им все то, что до того в нескольких версиях рассказывала Мариано Аурелиано и м-ру Флоресу. На этот раз, правда, мне вспомнились такиеподробности, которые все равно ускользнули от меня рань­ше, например, две стороны лицаИсидоро Балтасара, два одновременно присутствовавших в немнастроения, кото­рыеэлементарно выдавали его глаза. Левая из них была зловещей, угрожающей, правая— дружеской,открытой.

— Он— опасный человек,— заявила я,увлеченная своими наблюдениями. — Он обладает исключительной силой изменять события в желаемом длясебя направлении, оставаясь при этом в тени и наблюдая за тем, как ты корчишьсяв судорогах.

Женщины были увлечены тем, что я говорю.Флоринда з наком попросила меня продолжать.

— Чтоделает людей уя звимыми по отношению к его чарам — так это его великодушие,— продолжала я.— И великодушие,возможно, единственное качество, перед ко­торым никто из нас не можетустоять, потому что мы, не­зависимо от своего происхождения, никому не принад­лежим. — Осознав, что я говорю, я резкозамолчала и ошеломленно посмотрела на женщин.

— Не знаю,что это нашло на меня, — пробормотала я в попытке найти себе оправдание. — Я и вправду не знаю, почему ятак ска зала, поскольку никогда не думала об Исидоро Балтасаре именно так. Это говорила не я. Я даже не способнасудить так о ком-либо.

— Детка,никог да не задумывайся, откуда у тебя эти мысли, — сказала Флоринда. — Очевидно, ты погру зилась прямо в источник. Каждый так поступает — погружается прямо в источник— но чтобы этоосознать, нужно быть магом.

Я не понимала, что она пытается мнесказать, и еще раз призналась, что вовсе не имела намерения слишком многоболтать.

Хихикнув, несколько мгновений Флориндасмотрела на меня задумчивым взглядом. — Поступай так, словно ты во сне.Действуй смело и не ищи оправданий.

Я чувствовала себя тупицей, неспособнойанализировать свои ощущения. Флоринда кивнула, словно подтверждая это, затемповернулась к своим компаньонкам и попросила их: — Расскажите ей осебе.

Кармела прокашлялась и, не глядя в мою сторону,на­чала:

— Мывтроем и еще Делия образуем группу. Мы имеем дело с обычныммиром.

Я внимала каждому ее слову, но совсем непонимала их значения.

Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |   ...   | 46 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.