WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 23 |

венство, но бой, хотя он может носить и яростный характер, как правило,

ведет не к убийству, а лишь к ритуальному поражению. Животные обучились

искусству разрешать свои конфликты в символических действиях, макси-

мально используя язык тела.

Остается неясным, наследуются ли правила этих символических боев, так

же как наследуются инстинкты, или же они заучиваются заново каждым поко-

лением животных.

Я уже упоминал, что некоторые песни птиц заучиваются ими, а другие

являются инстинктивными. Коноплянки обучаются своим песням, а овсянки

унаследуют свою способность петь вне зависимости оттого, вступают они в

контакт с другими овсянками во время своего развития или нет. Мы должны

проявлять осторожность при изучении поведения животных и избегать слиш-

ком далеко идущих обобщений. То,.что справедливо.для одних животных,

не обязательно является верным для других. Многие ученые считают, что

навыки символических боев передаются у животных по наследству, однако

один специалист по собакам уверял меня, что этому поведению собаки обу-

чаются.

"Посмотрите, как ведет себя собака-мать, когда ее щенки дерутся. Если

один их них побеждает и хочет довести свою победу до того, чтобы пора-

нить другого, мать немедленно вмешивается: отдергивает победителя и учит

его уважать поражение своего брата. Нет, я уверен, что собаки обучаются

ритуальным боям".

С другой стороны, существуют такие собаки, как ездовые лайки эскимо-

сов Гренландии, которые с трудом осваивают символическое поведение. Гол-

ландский натуралист Нико Тинберген отмечал, что у каждой упряжки этих

собак есть своя территория. Молодые щенки постоянно нарушают границы

этих территорий, и за это их наказывают старые самцы, которые определяют

эти рубежи. Однако щенки упорно не желают признавать эти границы. Так

происходит до тех пор, пока они не достигнут половой зрелости. Лишь пос-

ле первого полового контакта они неожиданно начинают распознавать точные

границы для собак из своей упряжки. Означает ли это, что процесс обуче-

ния в конечном счете достигает успеха Или же инстинктивный процесс раз-

вивается лишь по мере сексуального развития

ПЕРЕДАЕТСЯ ЛИ НАШ ЯЗЫК ПО НАСЛЕДСТВУ

Передача по наследству инстинкта не является простым делом. Столь же

сложным является и процесс обучения. Очень трудно указать что из комму-

никационных связей передается по наследству, а что осваивается путем

обучения. Даже у людей не все поведенческие навыки передаются обучением.

Рассмотрим этот вопрос на примере бессловесного общения. Существуют

ли общие, жесты для людей всех культур мира Имеются ли способы, с по-

мощью которых человек сможет передать информацию любым людям вне зависи-

мости от их расы, вероисповедания и культуры

Другими словами, всегда ли улыбка означает веселье, а нахмуренный лоб

признак недовольства Всегда ли покачивание головы из стороны в сторону

равносильно знаку "нет" Означает ли кивание головой сверху вниз, что мы

хотим сказать "да" Являются ли эти телодвижения общими для всех людей в

мире, а если это так, то передается ли способность к этим движениям по

наследству

Если бы мы с рождения получили в наше распоряжение полный набор жес-

тов и иных телодвижений, которые можно было бы использовать в качестве

сигналов, то тогда наша система бессловесного общения напоминала бы язык

морских свинок или пчел, которые с помощью определенных движений могут

привести все население улья к источнику меда.

Передаются ли нам по наследству формы общения с другими людьми

Дарвин считал, что выражения лица, которые служат для передачи раз-

личных эмоций, едины для всех человеческих существ вне зависимости от

культурной среды. При этом он исходил из своей теории об эволюции чело-

веческого рода. Однако уже в начале 50-х гг. два исследователя Брюнер и

Тагири опубликовали исследование, явившееся плодом тридцатилетней рабо-

ты, в котором доказывалось, что единых и неизменных образцов для выраже-

ния эмоций не существует.

И все же через 14 лет три исследователя: Экман, Фризен (из Нейропси-

хиатрического института Лэнгли Портера в штате Калифорния) и Соренсон

(из Национального института неврологических заболеваний и слепоты) обна-

ружили свидетельства, которые подтвердили положение Дарвина.

Они провели свои исследования в Новой Гвинее, на Борнео, в Соединен-

ных Штатах, Бразилии и Японии, среди представителей культур сильно отли-

чающихся друг от друга на трех различных континентах и пришли к выводу:

"Показ одного набора фотографий человеческих лиц, на которых были запе-

чатлены различные эмоциональные выражения, вызвал среди представителей

всех исследуемых культур одинаковые оценки".

По мнению этих трех исследователей, их вывод противоречит теории, ис-

ходящей из того, что выражения лица являются результатом заученного по-

ведения. Исследователи считали, что мозг человека запрограммирован таким

образом, чтобы поднимать уголки губ вверх, когда он испытывает удовлет-

ворение, опускать уголки вниз, когда он чем-то недоволен и так далее - в

зависимости от эмоций, которые генерируются в мозгу.

Помимо этих способов для выражения эмоций исследователи перечислили

"обусловленные культурой поведенческие правила, которые усваиваются в

начале жизни".

"Эти правила, - писали они, - предписывают как выражать то или иное

эмоциональное состояние в различных ситуациях в обществе; они зависят от

социальной роли человека и его демографических характеристик; они отли-

чаются друг от друга в зависимости от типа культуры".

В ходе проведения своего исследования его организаторы старались

свести к минимуму посторонние влияния. В настоящее время это нелегко

сделать из-за повсеместного распространения телевидения, кино и печатных

материалов. Однако исследователи старались проводить работу в изолиро-

ванных регионах и там, где преобладает неграмотное население. Кажется,

эта работа доказала, что мы можем с помощью генетического кода получать

и передавать по наследству некоторые основополагающие реакции. Мы рожде-

ны с элементами бессловесной связи. Мы можем сделать так, что ненависть,

страх, веселое настроение, печаль и другие наши эмоции благодаря нашей

мимике, становятся известны другим людям, хотя нас не обучают этому.

Разумеется, это непротиворечивому, что мы должны также научиться мно-

гим жестам, которые означают одно в одном обществе и нечто иное - в дру-

гом обществе. В западном мире мы привыкли покачивать головой из стороны

в сторону для того, чтобы сказать "нет" и кивать головой сверху вниз,

чтобы сказать "да", но в ряде общин в Индии смысл этих жестов будет про-

тивоположным. Движение головой сверху вниз будет означать отрицательный

ответ, а покачивание головой из стороны в сторону - положительный.

Мы можем понять, что наш бессловесный язык является результатом от-

части инстинктов, отчасти обучения, отчасти подражания. Позже мы расс-

мотрим в какой степени имитация является важным элементом в системе сло-

весного и бессловесного общения.

"ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЙ ИМПЕРАТИВ"

Одно из ощущений, которое обретает человек генетически, является так

называемое "чувство пространства". В свой интереснейшей книге "Террито-

риальный императив" Роберт Ардри проследил развитие ощущения "своей тер-

ритории" от животных до человека. В этой книге он рассказывает, как осу-

ществляется разметка "своей" территории животными, птицами, рыбами и на-

секомыми. Для некоторых видов границы территории являются временными и

меняются с каждым временем года. У других видов животных эти границы яв-

ляются постоянными. Ардри утверждает в своей книге, что "ощущение терри-

тории человека является генетическим и от него невозможно избавится".

Проведя широкие исследования над животными, он описал генетические

программы поведения В животном мире, подчеркнув связь между половым

воспроизводством и ощущением территории. Ключем к генетическому коду, по

мнению Ардри, является ощущение территории. Именно "территориальный им-

ператив" заставляет животных и людей захватывать, удерживать и защищать

определенную территорию.

Возможно, что в каждом человеке существует стремление обладать и за-

щищать территорию и, вполне возможно, что это стремление является при-

рожденным. Однако мы не всегда можем переносить животные инстинкты на

человека, а человеческими поступками объяснять животные инстинкты.

"Территориальный императив" существует у всех животных и у некоторых

людей. У людей он может быть усилен одной культурной традицией и ослаб-

лен другой. Но нет сомнения, что некоторая потребность в территории су-

ществует практически у всех людей. Необходимо лишь узнать насколько эта

потребность является настоятельной.

Одним из самых страшных драматических произведений последних лет яв-

ляется пьеса "Дом", написанная Миган Терри. В ней изображен мир будуще-

го, в котором демографический взрыв уничтожил все представления о личной

территории. Все люди живут в сотах гигантского улья, в который преврати-

лась наша планета. Целые семьи живут в одной и той же комнате всю жизнь,

никогда не покидая ее. В этой, фантастической истории личная территория

перестала существовать. Возможно, именно поэтому пьеса производит столь

сильное впечатление. Кажется, что развитие наших современных городов

приведет к ликвидации личной территории. Целые семьи заполняют комнаты,

которые громоздятся одна над другой до головокружительных высот. Мы едем

в лифтах, тесно прижавшись друг к другу, нами заполняют вагоны метро

так, что мы не можем пошевелить ни рукой, ни ногой. Нам предстоит еще

понять, что происходит с человеком, когда он лишен своих территориальных

прав.

Мы знаем, что у человека есть чувство территории, потребность иметь

оболочку территории вокруг себя. Эта оболочка может быть различной: от

узкой раковины городской квартиры до более крупного пространства, вклю-

чающего двор и дом человека, который живет в пригородном районе, и до

широких просторов, которыми наслаждается сельский житель.

СКОЛЬКО ПРОСТРАНСТВА НУЖНО ЧЕЛОВЕКУ"

Мы не знаем сколько пространства нужно отдельному человеку, но для

нашего исследования бессловесного языка важно установить, что происходит

с отдельным человеком, когда невидимая оболочка его пространства или

территории находится под угрозой или подвергается нападению.

Не так давно я обедал с одним психиатром. Мы сидели в приятном ресто-

ране за стильным маленьким столиком. В ходе нашей беседы он взял пачку

сигарет, закурил одну и положил пачку перед моей тарелкой. Он продолжал

разговаривать, а я его слушал, но меня что-то беспокоило, и по мере раз-

говора я все больше ощущал внутреннюю тревогу. Мой знакомый между тем

стал передвигать посуду по столу, приближая эти предметы все ближе и

ближе к моему краю. Потом он наклонился через стол ко мне, продолжая из-

лагать свою точку зрения. Однако я не очень внимательно слушал его аргу-

менты, потому что испытывал все большее беспокойство.

Наконец, он сжалился надо мною и сказал: "Я просто преподал тебе эле-

ментарный урок бессловесного языка". Удивленный, я спросил его: -- Каким

образом

- Я агрессивно угрожал тебе и бросил вызов. Я поставил тебя в такое

положение, чтобы ты был вынужден защищаться, и это стало беспокоить те-

бя. Все еще не понимая в чем дело я спросил его:

-- Но как Что ты делал

-- Для начала я стал передвигать сигареты, -

объяснил он. - По бессловесному соглашению мы разделили с тобой стол

на две части: половина - тебе, половина - мне.

- Я не знал о таком соглашении. - Конечно, не знал. Однако все при-

держиваются такого правила. Мы разделили эту территорию на две части в

уме. Обычно мы делим стол путем такого цивилизованного, но невыраженного

словами соглашения. Но я нарочно подвинул свою пачку сигарет в твою зо-

ну. Хотя ты не осознал, что я сделал, ты почувствовал угрозу с моей сто-

роны, ощутил беспокойство. Когда же я продолжил агрессию, стал передви-

гать тарелки и столовые приборы на твою территорию, ты стал все больше и

больше беспокоиться, хотя не понимал причины этого.

Так я первый раз познакомился с тем, что каждый из нас владеет своей

территориальной зоной. Мы переносим эти зоны с собой и по-разному реаги-

руем на их нарушения. Впоследствии я сам попытался вторгаться в чужие

зоны, когда мой собеседник не подозревал, что я делаю.

Однажды я ужинал в итальянском ресторане вместе со своей супругой и

другой парой. Ради эксперимента я передвинул бутылку с вином в "зону"

моего друга. Затем, продолжая разговаривать, я сдвинул салфетку и стакан

с вином на "территорию" своего собеседника. Он стал ерзать в кресле,

отодвинулся от стола, а затем совершенно неожиданно взял буылку с вином

и вернул ее на прежнее место.

Таким образом, он перешел к обороне, а затем к контрнаступлению. Из

этих домашних опытов можно сделать следующие выводы. Вне зависимости от

того насколько органиченным является окружающее нас пространство, у каж-

дого из нас имеется зона или территория - та область, которую мы будем

стараться сохранить от внешнего вторжения. Каким образом мы будем защи-

щать эту область, как мы реагируем на внешние посягательства на нее,

можно наглядно увидеть, рассчитать и во многих случаях использовать в

конструктивных целях. Все эти реальности составляют основу для бессло-

весного общения. Охрана личных зон является одним из главных принципов

бессловесного общения.

Способы охраны границ наших личных зон и признание нерушимости чужих

границ определяют характер наших взаимоотношений с другими людьми.

ГЛАВА 3 КАК МЫ ОБРАЩАЕМСЯ С ПРОСТРАНСТВОМ

ПРОСТРАНСТВО, КОТОРОЕ ТЫ НАЗЫВАЕШЬ СВОИМ

Среди квакеров известна история про члена городской общины "Общества

друзей" *, который зашел в Дом

* "Общество друзей-" - официальное название религиозной организации

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 23 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.