WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 ||

Взрослое поведение, следовательно, не«вырастает» прямо и непосредственно из форм раннего постнатально­го поведения; процесспрямолинейного развития преры­вается здесь на ювенильной, игровой стадии, и после глубокойкачественной перестройки разрозненные пер­воначальные элементы поведения впреобразованном, обогащенном, обновленном состоянии вновь группируются попрежним направлениям развития (И — О, И = И, И — О — И). Витоге взрослое поведение отличается значитель­но большей гибкостью, лабильностью,чем первоначаль­ноепостнатальное. Вот почему мы и называем игру развивающейся психическойдеятельностью.

Все это относится, разумеется, только квысшим по­звоночным, иименно в этом кроется причина исключи­тельной пластичности их поведения.У других же животных взрослое поведение действительно непосредственно«вы­растает» изпервичного постнатального поведения, кото­рое формируется в раннемпостэмбриональном онтогенезе на основе созревания врожденных компонентовповеде­ния, врожденногоузнавания и раннего опыта (первично­го облигатного научения и элементов примитивного факультативногонаучения). И совсем иного рода законо­мерности развития поведения уживотных, претерпеваю­щих в онтогенезе метаморфозы (земноводные, насекомые и др.), когдауже личиночные формы ведут своего рода «взрослый» образ жизни (за исключениемрепродуктивной функции), который, однако, в корне отличается от под­линно взрослого образа жизниадультных животных (има­го). Таким образом, не приходится говорить о неких «универсальных»закономерностях развития поведения в онтогенезе животных.

К характеристике игровой активности следуетдобавить, что с помощью разработанной нами системы классифи­кации элементов манипулированияудалось установить, что при переходе от раннего постнатального периода кюве-нильному появление игровой активности приводит к подлинному скачку вмоторной сфере: резко увеличивается число элементов манипулирования и числообъектов ма­нипулирования. Эти количественные изменения в обра­щении животных с предметамисопряжены с коренными качественными изменениями, находящими своевыраже­ние вустановлении принципиально новых связей с компо­нентами среды. Следовательно,увеличение количества элементарных двигательных компонентов поведенияде­теныша приводит кновому качеству психического отра­жения.

Важно также подчеркнуть, что весь процессразвития поведения (а в связи с ним и психического отражения) протекает увысших позвоночных в виде отрицания: пер­вичные связи, установленныедетенышем с компонента­ми окружающего мира в раннем постнатальном периоде, частичнозамещаются в ювенильном периоде более слож­ными, но временными и биологическинепосредственно «бесполезными», субституционными игровыми связями, которыезатем (у взрослых животных) также элиминиру­ются и заменяются вновь связямиисходного типа, но наполненными качественно новым содержанием. Этиин­дивидуальные связи,следовательно, гомологичны элемен­тарным первичным связям, но вторично формируются уже на новом,более высоком уровне. (Повторные качествен­ные изменения, как уже отмечалось,происходят и в пре­делах категорий 1, 2 и 5, хотя здесь и имеет место, казалось бы,«прямолинейное» развитие.)

Изложенное иллюстрирует рис. 52,изображающий соответствующие переходы с одного «этажа» онтогенеза на другой(цифры - номера категорий игр, остальные условные обозначения приведенывыше).

Мы видим, таким образом, что у высшихпозвоночных онтогенез поведения и психики представляют собой в целом не плавныйнепрерывный процесс, а благодаря вклиниванию игрового периода процесс,прерываемый пе­риодомотрицания первичного содержания. Подтвержда­ется и правомерность предложеннойнами периодизации онтогенеза психической деятельности животного с выделениемособого, качественно отличного игрового перио­да, благодаря которому и возникаетэта диалектическая прерывистость процесса развития психическойдеятельно­сти вонтогенезе животных.

Рис. 52.Развитие форм игровойактивности у млекопитающих (объяснение см. в тексте)

* * *

При сопоставлении игр животных с играмидетей исследователь наталкивается на те же трудности, что и при сравненииповедения животных и человека вообще. Труд­ности эти возникают из-занеобходимости всестороннего учета коренных, качественных отличий поведениячело­века от таковогодаже наиболее высокоорганизованных животных, например шимпанзе. Вместе с темвозможность и даже необходимость такого сравнения определяются тем, чтоповедение человека наряду с ведущими, социально обусловленными включает в себяи биологические, унаследованные от наших животных предков компоненты ипризнаки, которые являются по своей форме в такой же степени общими с таковымивысших животных, в какой у нас с ними общими являются строение и функцииорга­низма. Сюдаотносятся, в частности, биологические ме­ханизмы поведения (врожденныепусковые механизмы, процессы смещения активности, запечатления и др.),оп­ределяющие во многомобщую с животными форму про­текания ряда важных поведенческих актов.

Основную предпосылку научно достоверногосопостав­ленияповедения человека и животных мы видим в том,что при всех без исключениясравнительно-психологичес­ких исследованиях необходимо прежде всего исходить из четкогоразличия формы и содержания поведения. Содер­жание поведения человека всегдаотличается качественно от такового животных, причем эти специфическичелове­ческие признакиего поведения возникли в результате ан­тропогенеза вместе с зарождениемтрудовой деятельности, членораздельной речи и общества, в то время какповеде­ние животныхосталось всецело биологически детермини­рованным, никогда и ни в одномслучае не выходило за пределы биологических закономерностей, чем иопреде­ляется чистобиологическое содержание этого поведения. Поэтому содержание поведения животныхи человека принципиально несопоставимо, точнее сказать -- здесь возможно толькосравнительное выявление различий.

Другое дело — форма человеческого поведения,кото­рая в большинствеслучаев, правда, также претерпела в ходе исторического развития социальнообусловленные качественные изменения и в результате приобрела спе­цифически человеческие черты, но вотдельных случаях сохранила в большей или меньшей степени животнооб-разный вид.Вот здесь и открывается плодотворное поле деятельности для сравнительнойпсихологии, для выявле­ния генетически обусловленных признаков сходства или даже общностив поведении животных и людей. Иными словами, если не считать некоторыхпримитивных пове­денческих актов, сравнительно-психологический поиск общих длячеловека и животных признаков поведения (или признаков гомологическогосходства) возможен только в отношении форм поведения, а также первичныхсенсомо-торных компонентов биологических механизмов поведе­ния, но не егосодержания.

Сказанное всецело относится и ксравнительно-онтогенетическому анализу поведения человека и живот­ного, поскольку содержаниеповедения человека не только во взрослом состоянии, но и на всех этапах егопостнатального развития качественно отличается от такового животных. Однако внекоторых случаях на начальных этапах онтогенеза это качественно новое,специфически че­ловеческое, психическое содержание еще сохраняет неко­торое время старую, унаследованнуюот наших животных предков и поэтому во многом общую с животными форму. Этосказывается и на общем ходе развития поведения.

Очевидно, мы имеем здесь дело с частнымпроявлени­ем общейзакономерности —развитием нового содержа­ние при первоначальным сохранении старой формы до ее замены новойадекватной формой. Есть основания пола­гать, что подобные соотношенияопределили и началь­ныйэтап антропогенеза, точнее - условия зарождения трудовойдеятельности.

В некоторых ранних играх детей младшеговозраста, которые только и можно сопоставить с играми детенышей животных,обнаруживаются определенные компоненты, гомологичные формам игровой активностидетенышей высших животных, хотя содержание и этих игр уже соци­ально детерминировано. У детей жеболее старшего возра­ста почти всецело специфически человеческими становятся и формыигры. Об этой специфике содержания детской игры, в частности, в раннем возрастедают представление обстоятельные исследования М.Я. Басова, Л.С.Выготско­го, С.Л.Рубинштейна, А.Н. Леонтьева, Д.Б. Эльконина и труды других советскихпсихологов, посвященные играм детей. Так, например, А.Н. Леонтьев усматривал«специ­фическое отличиеигровой деятельности животных от игры, зачаточные формы которой мы впервыенаблюдаем у де­тейпредшкольного возраста», прежде всего в том, что игры последних представляютсобой предметную деятельность. Последняя, «составляя основу осознания ребенкоммира человеческих предметов, определяет собой содержание игрыребенка»2.

Важнейшие качественные отличия даже раннихигр детей связаны с активным сознательным воспитанием ребенка взрослыми вусловиях постоянного общения с ним, его целенаправленным приобщением кискусственному

2 Леонтьев А.Н.Проблемы развития психики. М., 1959. С.384-385.

миру предметов человеческого обихода исоциальной ори­ентацииего поведения. В этом же русле совершается и спе­цифически человеческое овладениеребенком речью -процесс несопоставимый с развитием коммуникативных системживотных. Именно путем установления таких свя­зей начинается передача от одногопоколения к следующе­муобщественно исторического опыта. При этом, как показала М.И. Лисина, общениеребенка со взрослым при их совместной игровой предметно-манипулятивнойдея­тельности являетсяважнейшим условием общего психи­ческого развития ребенка. Экспериментальную разработку иобстоятельный теоретический анализ разнообразных вопросов, связанных спроцессом присвоения ребенком общественного опыта, осуществляли А.А.Люблинская,Н.Н.Поддъяков и другие психологи.

Не останавливаясь на конкретных играх детейи дете­нышей,рассмотрим лишь некоторые общие сравнитель­но-онтогенетические аспектыгомологического сходства форм развития поведения.

Признаки такого общего гомологическогосходства проявляются прежде всего в том, что как у детенышей животных, так и удетей в ходе онтогенеза происходит глубокая перестройка устанавливаемых имисвязей с ком­понентамиокружающего мира, в корне меняется отноше­ние к ним. И в том и в другомслучае переход от доигрового к игровому периоду характеризуется трансформациейпер­вичной двигательнойактивности, особенно при обраще­нии с предметами, резко расширяется сфера предметной деятельности,качественно меняются способы манипулиро­вания предметами и отношение к ним,причем как у жи­вотных,так и у детей эти изменения носят прежде всего субституционный характер (нарядус проявлениями рас­ширения, усиления и смены функции).

Разумеется, структура процесса становленияи разви­тия игровойактивности ребенка носит значительно более сложный характер, чем у животных. Обэтом свидетельст­вуют,например, данные Р.Я.Лехтман-Абрамович, согласно которым доигровые предметныедействия («преддействия») сначала переходят в «простые результативные повторные предметныедействия», затем в «соотносимые действия», при которых ребенок выявляетпространственные соотно­шения. Эти игровые действия в свою очередь сменяются«функциональными действиями», которые характеризуют­ся тем, что ребенок распространяетсвою активность на новые предметы. В результате этого обобщаетсянакоплен­ныйдвигательный опыт, начинается (путем сравнения и различия) ознакомление сфункциями объектов и устанавливаются некоторые простые и общие их признаки.Продолжением этого исследования служит работа Ф.И. Фрадкиной, посвященнаявыделению качественных раз­личий между этапами развития уже самой игры в раннем детстве,которые в свою очередь являются предпосылкой развитой, творческой игры.Развитие структуры предмет­но-опосредованных действий ребенка в раннем детстве и изменениесодержания опыта его деятельности были под­робно изучены С.Л.Новоселовой.

Эта сложность, «многоступенчатость» ходаразвития, несомненно, обусловливает специфические особенности игры в дошкольномвозрасте, причем в отношении не толь­ко ее наполнения социальнодетерминированным содер­жанием, но и развития особой структуры, адекватной сугубочеловеческой форме игры дошкольников. В этой связи следует напомнить и о том,что А.В. Запорожец выде­ляет наряду с общевозрастным процессом развития про­цесс функционального развития,которое связано с овладением ребенком отдельными знаниями и способами действий,в то время как возрастное развитие характеризу­ется образованием новыхпсихофизиологических уровней, формированием новых планов отражениядействительно­сти,изменением ведущего отношения ребенка к действи­тельности, переходом к новым видамдеятельности. Этим содержание психического развития ребенка, конечно,так­же в корнеотличается от содержания этого процесса у детенышей животных. К тому жефункциональное разви­тие, безусловно, протекает у первых в качественно совершенно иныхформах, чем у последних.

Большой интерес представляет появление входе игро­войактивности обобщенного отношения к предметам и условность устанавливаемых приэтом связей. «Игровое действие, -- указывает А.Н.Леонтьев, — всегда обобще­но, это есть всегда обобщенноедействие». И далее: «Именно обобщенность игровых действий есть то, чтопозволяет игре осуществляться в неадекватных предмет­ных условиях»3. Правда, «в игре не всякий предметможет быть всем. Более того, различные игровые предметы-иг­рушки выполняют в зависимости отсвоего характера различные функции, по-разному участвуют в построенииигры»4. Как общуюзакономерность все это можно отнести к играм животных, которых такжехарактеризует обобщен­ность отношения к игровым объектам (особенно в катего­риях 3, 4, 6 и 8). Однако этаобщность форм обращения с предметами (и игровыми партнерами) кончается спояв­лением развитыхдетских игр с игрушками (в дошкольном возрасте), которые и имел в виду А.Н.Леонтьев. Эти игры уже качественно иные и по форме. К тому же у ребенка ссамого начала формируется социально обусловленное обобщенное отношение кокружающему, чем определяет­ся качественное отличие содержания даже самых ранних игрдетей.

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.