WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 34 |

Еще несколько минут он продолжал развиватьэту тему: дескать, "Поминки по Финнегану" являют собой образец самого полногопонимания связи между человеческим разумом, с одной стороны, и временем ипространством - с другой, и поэтому Джойс, умерев, каким-то образом взял насебя ответственность присматривать за этим уголком Божьей Вселенной. В этомДеннис всего лишь проявлял себя последователем Уиндема Льюиса, который избралтемой своего романа *Век человеческий* посмертное восхождение Джойса к высотамславы.

Джим и Нора - так прозвал Деннисновоявленное божество и его супругу - постоянно участвовали и проявлялись вовсем, что ни происходило в Ла Чоррере, и в особенности в том, что любил Джойс.И курочка как воплощение Анны Ливии Плюрабель из "Поминок" принадлежала именнок этому разряду. Все в нашем тропическом Эдеме искрилось джойсовским юмором.Идеи эти были абсурдны, но очаровательны, и именно они заставили меняперечитать Джойса и признать его одним из истинных пионеров в деле составлениякарт гиперпространства. Однако в то время они едва ли могли пролить свет на то,что ожидало нас впереди.

С этой позиции восприятия жизни каклитературы Деннис двинулся дальше. Он напомнил мне, что одной из алхимическиханалогий философского камня, которыми мы пользовались между собой в нашемтайном шифре, был маленький серебряный ключик от деревянной шкатулки синкрустациями и потайным отделением, принадлежавшей нашему деду. Я, в своюочередь, напомнил ему* что ключ был потерян еще во времена нашего детства, исказал: если он сейчас же предъявит ключ, тем самым докажет, что действительновладеет шаманским даром и способностью преодолевать пространство и время. Нашразговор принял форму игры в вопросы и ответы, которая закончилась тем, чтоДеннис велел мне протянуть руку, а потом, хлопнув по моей ладони кулаком ииспустив громкий птичий крик, Пронзительный и нелепый, оставил на ней маленькийсеребряный ключик.

Меня словно громом поразило. Между нами иостальным миром были сотни миль. Сам Деннис был почти голый, и, тем не менее,вот он -ч- ключ, неотличимый от того, который хранится в моих детскихвоспоминаниях! Неужели все эти годы он прятал ключ только для того, чтобыпредъявить его сейчас, в дебрях Амазонки, тем самым окон чательно сокрушить моипредставления о реальности Или это просто похожий ключ, который Деннис привезс собой в Южную Америку и который я до сих пор каким-то образом умудрился незаметить Это казалось маловероятным. Мы держали Денниса в комнате, далеко оттого места, где хранилось наше снаряжение, и было трудно представить, что онвдруг стал настолько хладнокровным и предусмотрительным, что добрался до нашегобагажа и тщательно разобрал его, чтобы обнаружить спрятанный там ключ. А потом,в любом случае, про ключ вспомнил я сам! Неужели он, желая меня одурачить,каким-то образом навел на разговор на тот единственный предмет, который взял ссобой Вопрос о серебряном ключике - был ли то настоящий ключ или нет, - так иостался открытым. Настоящая шкатулка тоже давным-давно потерялась, так чтопроверить ключ не удалось. Последний иронический оттенок этому эпизоду придаетто, что мы с Деннисом оба обожали рассказы Г.-Ф. Лавкрафта и поэтому отличнознали, что у него есть вещь "Сквозь врата с серебряным ключом" -- сказка, гдефигурируют множество измерений, странные существа, космическая временная шкалаи бесшабашные чудаки и искатели приключений вроде нас самих. После того какДеннис перебрался в "речной дом", необходимость в моих еженощных бденияхотпала. Но отсутствие необходимости в сне сохранилось. Каждый вечер я ждалмомента, когда все угомонятся, и в моем распоряжении будут долгие часы дивных,безмолвных размышлений. Как лисица-оборотень из "Ицзина", которая вечно бродитсреди росистых ночных' трав, я бродил по пастбищам и тропинкам, что окружают ЛаЧорреру. Иногда часами сидел под деревом с надписью АМА, наблюдая, как вокругменя, сверкая, вращаются огромные мандалы пространства и времени. Порой носилсяширокими шагами, почти вприпрыжку, запрокинув голову и глядя на разноцветныезвезды. То глубинное нечто, которое обитало в моем сознании, с легкостьюсоединяло звезды в созвездия, чтобы показать мне гигантский зодиакальныймеханизм космической судьбы, которая, должно быть, стала известна древнимблагодаря внушению той же самой незримой силы.

Я погружался в миллионы картин, рисующихчеловечество в самых разных краях и временах, постигая их и все же теряясь внеразрешимых загадках, бытия и человеческого предназначения. Именно в этибархатные, усеянные звездами тропические ночи я ощущал, что нахожусь совсемблизко к пониманию трехчастной тайны философского камня, Чуждого Иного ичеловеческой души. Есть в человеке нечто такое, что выше индивидуального "я",выше жизни и смерти. Оно обладает волей, побуждением и колоссальной силой. Ивот теперь оно здесь, с нами.

Я пришел к убеждению, что при определенныхобстоятельствах движущая сила сознания может выходить за пределы тела вокружающий мир. И тогда мир повинуется воле сознания до такой степени, чтопоявляется возможность преодолеть инерцию существовавших доселе законов физики.Эту инерцию может преодолеть сознание, предопределяющее исход обычно случайныхмикрофизических событий. Со временем отклонение микрособытий от случайностинакапливается, так что в конце концов под влиянием таких отклонений ход событийв более крупных физических системах тоже вынужден измениться. Когда хочешь,чтобы желания исполнились, главное - терпение, это очевидно.

Неужто это всего лишь фантазия, попыткавзрослого человека объяснить себе, как исполняются желания Не думаю. Я пережилвсе это и знаю: чем больше у сознания времени, чтобы дать почувствовать своевлияние, тем больше возможность, что желаемые события произойдут. Как будтоедва ощутимое давление, подталкивающее к известному итогу, осуществляетпоследовательность микроотклонений, приводящих к развитию неслучайной иантиэнтропийной ситуации, - и вот наше желание сбывается. Признаюсь, искушениезаставить желания исполняться преследовало меня всю сознательную жизнь. Помню,когда я был еще совсем маленьким и мама качала меня на руках, она склоняласьнадо мной и нашептывала старый детский Стишок: "Будь желания конями, даже нищийскакал бы верхом". Я научился читать его раньше, чем понял смысл. Вернеесказать, смысл его я пытаюсь понять до сих пор.

Сейчас мне кажется, что именно таксознание работает в мозгу, где материя и энергия присутствуют в более свободноми динамическом состоянии, нежели где-нибудь еще в природе. Для сознания непредставляет особого труда направлять электрический ток в центральную нервнуюсистему (хоть мы понятия не имеем, как это делается); правда, управлятьдвижением уже не электронов, а целых атомных систем, разбросанных по всемупространству и времени, --это уже потруднее. Вот почему так легко что-тозадумать, а для того, чтобы желание сбылось, нужно гораздо большевремени.

Об этом я размышлял долгими звездныминочами в Ла Чоррере, когда передо мной, казалось, вот-вот раскроется самаясердцевина тайны бытия. Золото алхимиков так и струилось сквозь мои пальцы, и ябыл уверен: сумей я сплавить его с надеждой и воображением, оно осталось бы сомной.

Я видел, что существует промежуточный этапмежду сознанием, действующим во внешнем мире, и сознанием, действующим вцентральной нервной системе, чьим посредником служит тело, а промежуточнойсредой - речь. Чтобы воспользоваться речью, сознание дает команду мозгу, чтобыон, в свою очередь, дал команду телу упорядочить случайное движение молекулвоздуха перед собой. Такую упорядоченность сознание вносит в виде слова. Приэтом не нарушается ни один из физических законов, управляющих движением молекулвоздуха, поскольку упорядоченный характер поведения молекул вызван притокомэнергии - энергии, высвобождение которой обусловлено осознанным волевым актом.А воля не тот инструмент, который можно отыскать в научном багаже.

Вот и получается, что речь - своего родапарапсихологическая способность, поскольку она включает в себя действие нарасстоянии и телекинез, правда, выполняемый голосом. Возможно, под влияниемпсилоцибина колоссально усиленный волевой импульс можно было бы передатьголосом во внешний мир, где он сумел бы найти себе лучшее применение, чемпросто наложение сигнала на случайное движение молекул воздуха.

Порой случается наблюдать, какобыкновенная речь влияет на коэффициент рефракции воздуха перед ртомговорящего. Если посмотреть сбоку, то иногда можно заметить, как воздух передртом начинает подрагивать, напоминая колебания миража над раскаленнойавтострадой. Возможно, это намек на то, что скрытая потенциальная возможностьречи выходит за рамки ее обычной функции - символизировать реальность - изаключается в показе этой реальности. Тогда выходит, что результатом долженстать более совершенный Логос - Логос, способный направлять деятельность "эго",поскольку он существует во всей совокупности индивидов, живущих в любое время.Он подобен Богу - это человеческий бог. Это нечто, что произойдет, значит, ужепроисходит. Для всего есть предвестники. Онтологический характер высшихизмерений, к :которым приближается человечество, предвещает неведомое, котороемы называем совершенно иным и чуждым. И это чуждое учит нас, используя режимусиления: оно готовит нас к встрече с собственной божественной гранью, котораявот-вот раскроется благодаря нашим поискам природы бытия и материи.

Вот какие застольные беседы вела нашаприунывшая компания искателей приключений. Тогда нам казалось, что мы торчим вЛа Чоррере уже давным-давно.

Глава пятнадцатая. Тарелка, полнаятайн.

В которой мы готовимся к отъезду, я встречаюлетающую тарелку, а по пути обратно в Беркли теории растут какгрибы.

Одиннадцатого марта было полнолуние. Послепереполоха, который Деннис учинил с церковными колоколами, этот день прошел безособых событий - я хочу сказать, что вспомнить о нем особо нечего. Сам япо-прежнему пребывал в экстатическом состоянии полной уверенности, что все, чтони делается, только к лучшему, уверенности в том, что неведомое, с которым мыобщаемся, вот-вот подтолкнет события к решающему концу.

На следующий день к вечеру из "речногодома" пришла Ив повидаться со мной. Она стала звать меня на реку, чтобыпоужинать всем вместе. В ней чувствовалась напряженность, которая не миноваланикого из нас. Сомнений не оставалось: происходящее подталкивало нас к самомупределу того, что мы были способны принять, не восстав против этой незримойсилы. Когда мы вместе шли через выгон, атмосфера казалась еще более живой иактивной, чем обычно, - облака стремительно множились, из леса наползал туман.Ив показала на юго-восток: там высоко в небе клубилась и вспухала зловещаячерная масса. Мы остановились и стали наблюдать. Через несколько мгновений онастала похожа на огромное грибовидное облако - последствие ядерного взрыва.Зрелище было поразительное,, и Ив напомнила мне о том, что Деннис как-то сказалпро Stropharia cubensis: это гриб в конце истории. Для него формарадиоактивного облака была физическим и биофизическим каламбуром, намеком напреобразующую способность строфарии и ее взрывное вторжение в историючеловечества.

Мы продолжали наблюдать, и вдруг Ив тиховскрикнула. Из клубящегося брюха облака вырвался сноп света. Да так и остался.Это не была вспышка молнии. Вряд ли это мог быть и солнечный луч, посколькудень клонился к вечеру и солнце находилось на западе, а туча на юго-востоке. Мысмотрели на него, наверное, около минуты. Потом он внезапно исчез. Ив былапотрясена. Этот случай, даже больше, чем застывшая поверхность реки,принадлежал к разряду явлений, резко отличавшихся от всего того, что ейдовелось пережить в Ла Чоррере.

Дойдя до костра, который уже горел влагере у реки, мы узнали, что Ванесса побывала в миссии у отца Хозе Мария и тамразговаривала по рации с местным пилотом, который унес от нас Дейва. Подвлиянием уговоров Ванессы летчик согласился отнестись к нам как к терпящимбедствие и обещал вернуться через несколько дней, чтобы забрать нас отсюда.Такая перспектива мне ничуть не улыбалась. Я знал, что мы, чужаки, гринго,потеряем лицо в глазах местных жителей, стоит им только узнать, что мы срочносматываемся, да еще самолетом. К тому же я не разделял уверенность Ванессы, чтодля возвращения к норме Деннису необходимо стать пациентом современныхпсихиатров. Но делать было нечего. Ужинали мы в молчании, каждый был погружен всобственные думы.

На следующий день предстояло упаковать всеснаряжение и перетащить его на берег: нужно было готовиться к отъезду,поскольку прилететь за нами могли в любое время, без дополнительногопредупреждения. Итак, мы готовились вырваться из вихря Ла Чорреры.

Единственным забавным моментом в тот вечербыл рассказ Ив. Она в лицах изображала, как Деннис, ускользнув от бдительнойопеки Ванессы, посреди ночи улизнул из "речного дома" и, пробравшись в жилищеколумбийских колонистов, тихонько устроился в уголке, где они, проснувшись, иобнаружили его, столь же незаметного, как какой-нибудь предмет обстановки.Когда Ив замолчала, невысказанные измерения ее истории вернулись и зашевелилисьв мыслях каждого из нас;

Следующий день был тринадцатое марта. Отнашего лесного лагеря, благословенного места, где состоялось экспериментальноепреображение, осталась одна оболочка. Все, что отличало его от десятков другихвитотских хижин, было сорвано и унесено, и он вернулся к своему прежнемубезликому состоянию. Снаружи образовалась целая куча имущества: наша поспешнаяэвакуация по воздуху оставляла слишком мало места для снаряжения, и с собой мысмогли забрать только некоторые образцы растений и насекомых, камеры да записиэксперимента - вот и все. А то, что осталось, быстро станет добычей терпеливыхвитото, владельцев места, где состоялась наша экспериментальная встреча сгиперпространством.

Мы все собрались в "речном доме", готовыелететь, как только появится самолет. Казалось, все движется к развязке само,помимо нас. Мы плавали в реке, сидели на камнях, глядя в небо и слушаязаливистые трели мелких земноводных. Так прошел день; даже Деннис утихомирилсяпосле того утреннего эпизода, когда он принялся методично выбрасывать из окнавсе, что было у него в комнате, и дошел до того, что чуть не отодрал оконнуюраму, чтобы вышвырнуть вслед за всем остальным.

Около четырех я лежал на берегу футах вдвадцати от воды, размышляя о прогулке к реке, которую совершил два дня назад;тогда каждый шаг, приближавший меня к воде, казалось, привносил в мысли всебольше ритма и рифмы. Невесть откуда на память пришла старая кельтскаяпоговорка, которую приводит Роберт Грейвс : "Поэзия творится на краю бегущейводы". Я был почти уверен: недавний случай у края воды имел к ней какое-тоотношение, и задумался на эту тему. На берегу передо мной Ванесса с Ивзанимались стиркой. Напротив, за рекой, вставал юго-восточный небосклон, накотором мы с Ив двадцать четыре часа назад видели облако, испускающее снопсвета.

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 34 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.