WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 42 |

Случаев, подобных описанному П. Жане, всовре-„...,/менной психиатрии накоплено достаточно много; один из наиболееинтересных и подробно описанных — случай Евы Уайт — цитируется и комментируется И. С. Коном [57]. Общие черты этихслучаев: кон­трастность«первичного» и «вторичного Я» по ряду черт (скромность — социальная смелость,консерва­тизм— радикализм и т. д.),осведомленность «вто­ричного Я» о «первичном» вплоть до деталей и нюан­сов, «забытых» «первичным Я»,пренебрежительное отношение «вторичного ^Я» к «первичному».

В своем исследовании психологии ипсихопатоло­гииодиночества О. Н. Кузнецов и В. И. Лебедев со-' брали множествоинтересных и релевантных обсуж­даемой проблеме фактов. Они проанализировали си­туации, связанные с географической,социальной и сенсорной изоляцией, а также с экспериментально со­зданной сенсорнойдепривацией.

Появление (или усиление) аутообщения,диалоги­ческой речевойактивности, вплоть до выделения «двойников» — общая характеристика нарушенийса­мосознания людей,находящихся в ситуации изоляции или депривации. Собранные О. Н. Кузнецовым н В.И. Лебедевым данные позволяют также констати­ровать и еще один факт, чрезвычайноважный для нашего обсуждения. Характер выделяемых двойни­ков у психически больных и уздоровых, оказавших-

ся в условиях сурдокамеры, закономерноотличается. «Не совсем также ясно, — пишут О. Н. Кузнецов и В. И. Лебедев, — почему чаще всегоэкстериоризу-ется, выносится наружу все то, что чуждо больному, к чему онотносится со страхом и отвращением, про­тив чего протестует вся егосущность» [65, 218]. В от­личие от этого в условиях сурдокамеры «испытуемые экстериоризовалииз себя двойника в виде собесед­ника (оппонента), друга и помощника» [65, 214]. По­добными же характеристиками обладалидвойники и у некоторых путешественников, в одиночку пере­плывавших океан [65,219].

В связи с отмеченным фактом интереснуюпарал­лель можнопровести с наблюдениями М. Газаниги над нейрохирургическими больными, у которыхпо ме­дицинскимпоказаниям рассечены межполушарные. комиссуры (мозолистое тело) [172].Оказалось, что такие больные обладают как бы двумя сознаниями, соответствующимилевому и правому мозговым полу­шариям. При этом в одних случаях отношения между этими сознаниямивполне кооперативны и друже­любны. Так, например, если больному, предъявляли красные илизеленые вспышки света так, чтобы ин­формация поступала в правое полушарие, то внача­ле он не мог дать правильный ответ.Мозговые зоны, ответственные за речь, лежат в левом полушарии, а зацветоразличение — вправом, поэтому даже пра­вильно различив цвет вспышки, больной лишь случай­но мог подобрать правильное названиецвета. Однако вскоре больные научались отвечать правильно. При этомиспользовалась особая тактика: после того как больной ошибался (ошибалось левоеречевое полуша­рие, вкоторое не поступала информация от зритель­ного правого), он морщил лоб ипокачивал головой (обратная связь об ошибке от правого полушария, котороевидит, но не говорит левому, которое гово­рит, но не видит), а затем исправлялошибку. В дру­гихслучаях два сознания вели себя как антагонисты:

так, больной одной рукой мог замахиваться, адру­гой — перехватывать своюруку.

Описанные факты относятся либо кпатологиче­ским, либо кэкстремальным состояниям. Но, следуя логике Л. С. Выготского, в патологииразрываются швы, сшитые в норме. Другими словами, и в нормаль­

ных, обычных условиях в структуре самосознаниядолжны быть элементы, лежащие в основе внутренне­го диалога в его персонифицированнойформе.

Задачей исследования, которое излагается ниже,как раз и являлась попытка -экстериоризовать внут­ренний диалог и раскрыть структуру,позволяющую его существование. Кроме того, нас интересовало, как в структуреэтого диалога строится отношение к себе.

Гипотеза состояла в том, что в самосознаниивы­деляются два партнерапо диалогу. Один из них по­добен' самому субъекту: это как бы сам субъект с те­ми его свойствами, которыевоспринимаются им са­мими окружающими, другой партнер — характерен всем тем, чего нет в воспринимаемом «Я» субъекта.Предполагалось также, что отношение к себе суще­ствует и развивается в виде диалогас этими партне­рами.

В соответствии с этой гипотезой быларазработа­на методикауправляемой проекции [117]. Основная методическая идея состояла в том, чтобыпредъявить испытуемому под именем вымышленного лица его соб­ственное словесное описание(портрет), а также сло-,весный портрет его вымышленнойпротивоположно­сти, азатем «заставить» испытуемого вступить с ни­ми в диалог. Последнее достигалосьпутем предложе­нияиспытуемому решить задачу на «проницатель­ность» — ответить на ряд вопросов обописанных в портретах людях, а также предположить, какие от­ношения сложились бы у него с этимилюдьми и у них между собой.

Процедура. Испытуемому предъявлялись двасло­весных портрета,один из которых —портрет самого испытуемого (персонаж А), а другой — портрет его вымышленнойпротивоположности (персонаж В). При этом важны два условия: портрет подобногоперсона­жа (персонаж А)должен быть достаточно обобщен, чтобы испытуемый не мог уверенно узнать в немсебя, и в то же время достаточно похожим на него, чтобы испытуемый все-такипочувствовал это сходство.

Л^юррей при описании ТАТ указывал, что«герою», т. е. персонажу, с которым идентифицируется испы­туемый, как правило, приписываетсятот же пол, во­зраст,социальный статус, которым обладает сам ис-

пытуемый [210].. Вследствие этого, если намнеобхо-" димо, чтобы испытуемый идентифицировался со сло-весно описаннымперсонажем, надо придать ему (персонажу) те же возрастные, половые исоциально-ролевые признаки, которыми обладает и сам испыту­емый. Это же требование вытекает изследующего факта: при свободных самоописаниях по методике «Кто я есть» чащевсего встречаются определения возраста, социальной роли, пола и профессии. Вобо­их портретах трипризнака были одинаковыми — пол, возраст, социальный статус (студент), четвер­тый же — будущая профессия — различался: в порт­рете А указывалась будущая профессия— историк, близкаянашим испытуемым (филологам), а в порт­рете В — профессия вычислитель-математик,дале­кая от профессиииспытуемого. Кроме того, в портре­ты вводились личностные характеристики персонажей. Для этогоиспытуемые предварительно отвечали на опросник 16 личностных факторов Кэттэлла.На осно­ве обработкиданных опросника традиционным спо­собом в портрете А указывались личностные особен­ности, характеризующие самогоиспытуемого, а в пор­трете В —противоположные. Так, если испытуемы:

характеризовался низким значением фактора С,т. е. как эмоционально неустойчивый, легко теряющий рав­новесие, то это же указывалось и впортрете персона­жа, А.,а персонаж В характеризовался как устойчи­вый, спокойный, выдержанный. Текстпортрета был кратким; занимал, в зависимости от числа значимых по анкетефакторов 2—4машинописные строки. Для большей убедительности портрет подписывалсявы­мышленнымиинициалами.

С каждым испытуемым экспериментаторвстре­чался дважды:первый раз — длязаполнения опрос­никаКэттэлла, повторно —после обработки резуль­татов, для выполнения трех экспериментальных зада­ний.

В первом задании испытуемых просили выполнитьтест на «проницательность» — умение понимать дру­гих людей —качество, важное для их будущей про­фессии. Для каждого из вымышленных персонажей испытуемый должен былписьменно ответить на два блока вопросов, относящихся к мотивам учебы имо­тивам общения слицами противоположного пола,

Ради чего эта девушка поступила в вуз *.Какие причины побудили ее поступить именно в этот вуз Что она ждет от своейбудущей специальности и что ^ее привлекает в ней Как она оценивает своипро­фессиональныеперспективы Каково, по Вашему мне­нию, будущее этого человека Будет ли она стремить­ся к профессиональному успеху идостигнет ли его Что эта девушка ищет в общении с молодыми людь­ми Что ее привлекает в друге Какимона представ­ляет себемужа Как она оценивает себя: что она могла бы дать своему другу, какой была быженой Какой мужчина мог бы лучше всего выполнить для нее рольмужа

После ответов за персонажей испытуемый долженбыл ответить на те же вопросы, но за себя. '

Во втором задании испытуемым предъявляласьмо­дифицированная шкала«локус контроля» Роттера [222], содержащая альтернативы типа «Многиене­счастья в жизни людейобъясняются невезением» или «Людские невезения — результат их собственных ошибок».Испытуемый последовательно выполнял за­дание за обоих персонажей, а затем— за себя, при этом онвыбирал из двух предположений то, с кото­рым согласился бы данный персонаж(или, в послед­немслучае, он сам). В третьем задании испытуемого просили указать, какиевзаимоотношения сложились бы у него с обоими описанными людьми и у них междусобой, а также — какиечувства испытывали бы все трое друг к другу.

Работа с «живыми» текстами ответов на вопросыо мотивах, отдельные из которых представляли со­бой целые сочинения, равно как и сответами на «от­крытые»вопросы о чувствах персонажа и испытуе­мого друг к другу, потребоваладополнительной про­цедуры анализа соответствующих текстов, которая заключалась преждевсего в выборе основных смыс­ловых единиц — категорий контент-анализа и их эм­пирических индикаторов,присутствующих в текстах ответов.

Эмоционально-ценностное отношение к другому ик самому себе можно выявлять по трем обсужденным

' Поскольку в наших опытах участвовали восновном де­вушки, текствопросов приводится в «женском» варианте.

выше осям: симпатии—антипатии, уважению—неу­важению и близости — отдаленности. Пилотажныйэксперимент показал, однако, что в текстах ответов испытуемых довольно трудноразграничить высказы­вания, касающиеся симпатии, и высказывания, ка­сающиеся близости. Поэтому мыупростили задачу и приняли за исходную схему анализа двухмерную системукоординат с осями симпатия — антипатия и уважение — неуважение. Соответственно имелось во­семь категорий анализа: симпатия,антипатия, уваже­ние,неуважение, симпатия и уважение, симпатия и неуважение, антипатия и уважение,антипатия и не­уважение.Одинаковый набор категорий использовался для анализа отношения к персонажам,выраженного как спонтанно (1-е задание), так и по инструкции (2-е задание),однако из-за отличия в лексике при выражении эмоционально-ценностного отношенияв обоих случаях конкретные индикаторы категорий раз­личались.

При анализе спонтанного отношения кперсонажам, проявлявшегося в контексте приписывания мотивов, при ответе наприведенные выше вопросы критериями симпатии служили: прямые выраженияблагожела­тельности,позитивного эмоционального отношения, сочувствия.и солидарности; оправданияприписыва­емых персонажудействий, мотивов, слабостей; при­писывание персонажу сомнений, размышлений и т. д.;

приписывание характеристики «любящий»предпола­гаемому мужуперсонажа; развернутость ответов вплоть до сочинений на 4—5 страницах и т. д. Обан­типатиисвидетельствовали: прямые выражения непри­язни; домысливание качеств, помыслови обстоя­тельств,негативно характеризующих персонаж; ис­пользование кавычек, как правило,многократное;

приписывание стремления к достижению, но снегатив­ным прогнозом(«будет стремиться к достижению ус­пеха, но не достигнет»); обвинение гипотетического мужа в эгоизме ит. д. Об уважении говорили: прямые указания на общественно ценные качества,достиже­ниепрофессиональных мотивов своими силами и са­мостоятельность в выборе профессии;выражение зависти или восхищения; подчеркивание стремления к достижению иположительный прогноз («будет стремиться к достижению профессиональногоуспе­

ха и обязательно его достигнет»); приписываниепред­полагаемому мужусходства с персонажем, как пра­вило, в энергичности, целеустремленности и т. и. О неуважениисвидетельствовали указания: на случай­ность поступления в вуз,несамостоятельность в выбо­ре профессии, слабость, беспомощность и неадаптив­ность, отсутствие стремления кдостижению при от­рицательном прогнозе («не будет стремиться к про­фессиональному успеху и не достигнетего»); припи­сываниепредполагаемому мужу доминантных качеств или отсутствие предпочитаемых качеств(«подойдет любой мужчина»).

Соответствующие комбинации свидетельствовали овыраженности эмоционального отношения по обоим координатам. Так, еслииспытуемая заявляла, что пер­сонаж будет стремиться к успеху и обязательно его достигнет, нобудет использовать при этом все доступ­ные, т. е. дозволенные инедозволенные средства, то это свидетельствовало об уважении и антипатии. Еслиже испытуемая, указывая на несамостоятельность пер­сонажа в выборе профессии,отсутствие цели и смысла обучения в вузе, в то же время оправдывала его иливидела благоприятные изменения для него в будущем, это свидетельствовало онеуважении и симпатии и т. д. Единицей счета служил текст ответов одногоиспыту­емого на вопросыо мотивах данного персонажа (текст приписывания мотивов). Каждый такой текст попре­обладаниювысказываний тех или иных категорий ква­лифицировался как выражающий один изчетырех типов эмоционально-ценностного отношения: симпа­тию и уважение, симпатию инеуважение, антипатию и уважение, антипатию и неуважение.

При анализе отношения, выраженного в ответ наинструкцию, отнесение высказываний испытуемых к одной из восьми вышеназванныхкатегорий производи­лосьна основе их очевидной семантической близости. Например, высказываниями,синонимичными утвер­ждению о симпатии, мы считали те, в которых конста­тировались близость, понимание,теплое дружеское отношение, желание общаться, доверие, стремление к контакту ит. п. Высказывания, которые относились к симпатии и неуважению, как правило,были составны­ми:«симпатична, но она не личность»,' «понравилась бы, но осуждала бы еезависимость от...». К этой же

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.