WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 58 |

«Институты – это словесный символ для лучшегообозначения группы общественных обычаев. Они означают преобладающий ипостоянный образ мысли, который стал привычным для группы или превратился длянарода в обычай... Институты устанавливают границы и формы человеческойдеятельности. Мир обычаев и привычек, к которому мы приспосабливаем нашу жизнь,представляет собой сплетение и неразрывную ткань институтов»*. Поскольку речьидет о закреплении определенного характера общественных связей, которыеформируют параметры деятельности, можно сделать предположение о принципиальнойсочетаемости подходов к социальной организации в первой и второй концепцияхобщества. Действительно, это имеет место в теории. Например, в исследованиях Т.Парсонса, Г. Ленски само существование социальных институтов объясняетсяфункциональными потребностями поддержки гомеостаза общественнойсистемы.

*HamiltonW. Institution.Encyclopaedia of the Social Sciences. N.Y., 1932. Vol. VIII. Р. 84.

Однако если мы вернемся к выявленнымразличиям в трактовках природы общества, то окажется, что в «системе отношений»социальная структура должна быть представлена именно отношениями, а отнюдь не«группами людей». При всей логической тривиальности – довольно неожиданный вывод! И онпоследовательно подтверждается в процессе конструирования соответствующихтеорий. В некоторых из них социальные институты считаются порождением отношенийнеравенства, в других анализируется развитие отношений неравенства благодаряработе социальных институтов. Сторонники экономического детерминизма считают,что собственность (как система специфических отношений) порождает власть, акратологи и теоретики редистрибуции, напротив, выводят отношения собственностииз характера институтов власти. Но в принципе все эти на первый взглядальтернативные подходы основаны на том, что иерархия социальных групп являетсяследствием институционализации определенной структуры общественныхотношений.

К примеру, К. Маркс полагал производственныесвязи первичными и порождающими структуры соответствующих социальных,политических и духовных отношений. Поскольку считается, что субъекты,воспроизводящие определенный тип связей, функционально «закреплены» вустойчивой общественной диспозиции, они образуют иерархию соответственнозначимости отношений. Именно поэтому средоточие структурного конфликта Марксвидел в (эксплуататорском, неэквивалентном) характере экономических связей. Аинститут собственности в его концепции предопределял характер и перспективыразвития института власти. Марксистский подход (в значительно модифицированномвиде) популярен до сих пор, поскольку отражает общую логику социальной эволюцииобществ «экономической эпохи», а также акцентирует внимание на тенденцияхразвития индустриальной цивилизации.

В работах М. Вебера и Т. Парсонса еще более«технологично» прописана теоретическая перспектива «общества отношений».Структурирование системы общественных связей создает матрицу социальнойдиспозиции, в которой каждая ячейка – социальное положение субъекта– окрашенахарактеристикой «статуса» и «престижа», т.е. общественных ценностей и значений,приписываемых «фигурам» носителей отношений независимо от их конкретных(функциональных) качеств. «...Важный комплекс интегративных институтовсоставляют стандарты социальной стратификации. Речь тут идет о нормативноузаконенном упорядочении единиц общества в соответствии с критериямиотносительного престижа, который в свою очередь является главной основойвлияния»*.

* Парсонс Т. Цит. по: Американскаясоциология. М., 1972. С. 375.

Однако все сказанное выше не самымудовлетворительным образом объясняет процесс «объективного» воспроизводствасвязей, которые конкретные люди устанавливают и поддерживают друг с другом впроцессе своей (в том числе частной) жизни. Не правда ли: «пока никто несмотрит», мы все старались бы увильнуть от предписаний социальных институтов идать волю своим индивидуальным проявлениям, если бы кое-что иное не удерживалонас вместе, в границах предсказуемого поведения. Мы можем отвергнуть претензиидругих и перестать соблюдать обычные правила, но вряд ли станем постоянноигнорировать собственные потребности и не соблюдать свои жеинтересы.

Практика показывает, что большинство людейзаинтересовано в сохранении стабильности собственного мира. Каждый человексоциализируется (приобретает основные навыки общежития) под влиянием окружающейего социальной обыденности. Правила поведения, ценности и нормы в первый периодсвоей жизни он воспринимает некритически – просто потому, что нетдостаточной базы знаний для сравнения и эксперимента. Очень многие «социальныевнушения» мы исполняем до конца собственной жизни, и нам даже не приходит вголову ставить их под сомнение. Накапливая опыт «отношений», большинство людейубеждается в том, что получить от других желаемое легче всего, еслисоответствуешь их ожиданиям. На многих эта прививка социального компромиссадействует всю жизнь, и потому люди поддерживают стандарты общественныхотношений «рефлекторно» – по сложившейся привычке не нарушать гармонии естественного для нихмира.

Кроме того, люди довольно часто попадают вситуации, заставляющие почувствовать собственную уязвимость. Стремлениеполучить надежную, достаточно универсальную защиту проявляется в том числе какпотребность в корпорации (семейной, когда между тобой и опасностью «мама истарший брат», товарищеской, когда выручают «свои ребята», профессиональной,этнической, гражданской и т.п.). Солидарность как неформальная основасоциальной организации (общности) есть форма самозащиты посредством защитыдругих – как себя.Именно статус принадлежности к общности модифицирует личное отношение исоциальные реакции: забота об интересах «своих» часто показывает нам, чтосоциальное тело человека (его связи, общественные потребности и ценности)гораздо более объемно, чем функциональное.

Лучшая защита – нападение. Социальная позицияконструируется закреплением определенных отношений, т.е. требуетсоответствующих форм активности. А активность – всегда риск. Мы все времярискуем, по-своему обустраивая занятые «социальные гнезда», и потому носим ссобой целый багаж «ярлычков», выручающих нас при ошибке. Дипломы, звания,кредитные карточки, галстук или значок колледжа (университета), специальныеслова и выражения, стиль одежды, манера поведения и многое другое нивелируютнаши частные (отклоняющиеся от всеобщих ожиданий) проявления и позволяютпредставать перед другими в рамке стандартных типизации. Поэтому люди общаютсядруг с другом как с представителями определенных корпораций, относительнокоторых есть распространенные («общепринятые») представления (мнения,стереотипы), и более того, стремятся представить себя как социальную маску («яот Иван Иваныча», «у нас такне принято», «скажу Вам, как профессионал...» и т.п.).

Попадая в определенные «гнезда» – особые системы отношений, человекчаще меняет функциональные, нежели корпоративные, маски и часто блестяще играетдесяток ролей за один день, участвуя в разных мизансценах: в семье, на работе,в транспорте, у врача, в магазине. Однако определенные обстоятельства могутзаставить его почувствовать и даже проявить солидарность с людьми, играющимисхожие роли (для тех, кто помнит, как мы жили лет десять назад, можно привестив пример солидарность советской очереди).

Поскольку солидарности возникают по разнымповодам, захватывая разные уровни жизненных ценностей разных людей, однозначныйответ на вопрос «С кем я» невозможен без уточнения «По какому поводу» И вотценность сохранения родовых традиций требует объединяться с одними людьми,развития профессиональной культуры – с другими, вероисповедания– с третьими,реализации политических целей – с четвертыми. Области возникших связей при этом перемещаются,накладываются друг на друга и расходятся розой, нередко оставляя в сфереполного пересечения только тебя самого... Общество как «Я сам», видимо, иявляется нижней границей смыслового порога возможных определений. Верхнююпонятийную границу определяют солидарности, объединяющие максимально большоечисло людей: это нации и народы, религиозные конфессии, «партии выживания» снефиксированным членством (экологические, антивоенные, молодежные) идр.

«Общество как совокупность отношений» в своейзавершенной трактовке позволяет решить целый ряд теоретических проблем,поскольку признает гомогенность собственных границ (ведь люди – существа хотя бы отчасти духовныеи выступают не только субъектом, но и объектом отношений, транслируя ивоспринимая их общий характер), а также свою более сложную пространственнуюконфигурацию. Оно позволяет объяснить экспансию вовне (империи, цивилизации),процессы социального (социокультурного) обмена внутри и между обществами, т.е.принципиальную открытость общественных систем наряду с возможностью реализоватьоперативную закрытость, прервать отношения в определенном спектре каналовобмена или в отдельных сегментах общества.

Структура общественных отношений, такимобразом, создается на «макроуровне» социальных взаимодействий, в процессеинституционализации (самовоспроизводства) общества, и закрепляется на«микроуровне» межперсональных контактов, в которых люди предстают друг переддругом в социальных «масках», облегчающих им процедуру идентификации(определения, узнавания) и продуктивного информационного обмена. Чем болеемассовым и организованным становится общество, тем более распространяются«представительные» социальные контакты и тем чаще человек выступает либоносителем определенных функций (в силу институциональных предписаний), либопосланцем определенных статусных групп («солидарностей»).

Отсюда вытекают очень важные операциональныеследствия. Во-первых,большое количество исполняемых социальных ролей в противоречивых контекстахчужих ожиданий оставляет человеку лишь два альтернативных выхода – либо стать отличным актером(профессиональным социальным игроком), либо сделаться невротиком (потому чтоконкуренция ролей приводит к «раздвоениям личности»). Во-вторых, в игре очень важны партнерствои возможность быть принятым, для чего люди демонстрируют статусный потенциал(«символические рекомендации»). Хороший игрок должен знать «правила игры» ибыть «техничным» в их исполнении. Для того чтобы научиться этому и в роковоймомент сказать: «Маска, я Вас знаю!», – придется над собой поработать.Это не только повысит Вашу социологическую культуру, но и создаст самыйэффективный и надежный жизненный капитал.

Новелла о социальныхкоммуникациях. Рассмотрев общество как принципорганизации и как произведение людей, пора перейти к вопросу: имеем ли мы делос самостоятельным явлением или же с характеристикой определенных аспектовчеловеческого бытия. Вначале общество предстало перед нами как результатклассификации, или типизации, недолговечных человеческих взаимодействий, т.е. вкачестве инструмента осмысления (и освоения) реальности. Затем оно обернулосьиллюзорной, игровой реальностью, которую формируют люди, обозначая и приписываязначения, создавая общие смысловые перспективы, подтверждая актуальность некихценностей и подчиняясь регулирующим воздействиям духовных норм. Существует лиобщество «на самом деле» и в чем оно тогда проявляется, каковы доказательстваего особого бытия, мы рассмотрим вместе со сторонниками оригинальных и не всемиразделяемых современных подходов – культурологических и коммуникативных.

Если «общество» существует, оно должно самосебя воспроизводить, и поддерживать собственную целостность, и контролироватьсвои конкретные состояния (получать информацию и реагировать на изменения). Апоскольку понятие «общество» генетически связано с понятием «люди», необходимоособым образом определиться с отношением этих двух социальных явлений друг кдругу. Например, в концепции общества как системы отношений проблема «личностьи общество» обычно формулируется как «производственная» и вследствие еепринципиально циклического, замкнутого характера (люди создают общество, аобщество формирует людей) ее решение становится предметом веры, выводом изодносторонне принятой аксиомы. Вера обычно придает нашим взглядам большуюопределенность, но ее не назовешь решением проблемы в строгомсмысле.

Казалось бы, концепт «социальных институтов»объясняет процесс воспроизводства общества, да и существование статуснойструктуры (системы оперативно заполняемых социальных позиций) можнорассматривать как самостоятельное бытие общества. Но институты, по определению,воспроизводят только специфические типы социальных отношений, и нужнодополнительно рассмотреть особый «институт институтов», чтобы осмыслитьвоспроизводство системы общественных отношений как целостности. К тому же истатусная диспозиция не существует сама по себе: она требует перманентнойподдержки и признания людей, часто совсем не заинтересованных, а, скорее (всилу вырабатываемых у них «обществом» селективных качеств), «зачарованных»необходимостью соблюдения сложившихся норм. И первый, и второй аргументысклоняют к поиску более корректных определений общества, этого «генераторасоциального гипноза», попадая под влияние которого мы становимся согласованноживущей ассоциацией. Такого рода поиски отчасти ведутся направленно (разработкановых способов концептуализации), отчасти оказываются результатом обобщения«побочных продуктов» других подходов и теорий. Макроуровень новых интерпретацийобщества, как и следует ожидать, представлен «системщиками», микроуровень– как ни странно– в основномкультурантропологами.

Главное подтверждение того, что обществосуществует как особая, самостоятельная сущность, исследователи в первую очередьищут в его самовоспроизводстве. Если нечто производит себя собственнымивнутренними операциями, используя продукты, созданные внутри системы, значит,оно обладает относительно независимой жизнью и не является результатом действияисключительно внешних факторов. О природе такой «самости» высказываютсядовольно смелые (и многих смущающие) гипотезы. «Мы должны несколько рискнутьпри определении способа оперирования, при помощи которого общество производит ивоспроизводит себя... Мое предложение: положить в основу понятие коммуникации итем самым переформулировать социологическую теорию на базе понятия системывместо понятия действия, – пишет Н. Луман. – Это позволяет представить социальную систему как оперативнозакрытую систему, состоящую из собственных операций, производящую коммуникациюиз коммуникаций»*. Столь оригинальную идею (трактовки общества кактранслируемой информации в диапазоне непрерывных актов «сообщения» и«понимания») он обосновывает методологически весьма убедительно.

*Луман Н. Понятиеобщества // Проблемы теоретической социологии. СПб., 1994. С. 31.

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 58 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.