WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 58 |

Оба подхода к определению границ обществанаходят свое подкрепление в реальных социальных процессах. Действительно,рыночная природа экономики большинства стран обусловливает их тяготение кобразованию максимально емкого общего экономического пространства. Несмотря насильное социокультурное и политическое сопротивление, интеграция сталареальностью: мировые рынки товаров, мировое разделение труда (как мы боимсястать «сырьевым придатком»!), мировые финансовые системы, Европейский союз... Вто же время противоположный подход подтверждают распад СССР, Квебекскоепротивостояние, борьба за суверенизацию Ирландии, кровавый раздел Югославии,Чеченский конфликт и т.д.

Встает и еще один, гораздо болееумозрительный, вопрос. Если границы общества пролегают между людьми, тообщества разделены не тем, что как бы составляет существо их природы. ПочемуВедь потенциально любые несколько человек могут (и часто вступают) в совместнуюдеятельность, даже если никогда (давно) не осуществляли ее. Если же границаобщества проходит прямо «по людям», значит либо общество можно трактовать как«полтора землекопа», что противоречит его заданным параметрам (население илидеятельность), либо в обществе есть особые «пограничники», которые какой-тосилой постоянно удерживаются на «рубеже». Рассуждая логически, в качестве такойсилы можно рассматривать особый тип (характер) социального взаимодействия вкаждом обществе, что слабо подтверждается и в теории, и напрактике.

Более конкретно проблема границ выражается вдругом. Те совокупности людей, которые считаются «обществом», строго говоря,никогда не проявляют себя в совместных действиях как целостность и никогда непроводят формальную границу, очерчивающую действительно устойчивые ивоспроизводящиеся единства (нации и этносы, верующих одной конфессии, носителейобщего языка и культуры т.д.).

Другой пример: «внутри», в социальных недрахкаждого современного общества есть люди, последовательно уклоняющиеся отпроявлений формального или деятельного единства. Социология определяет этиобычные в социальной практике явления как «аномию», «девиацию», «ретритизм»,«мятеж». Что это за «внутренние границы» и чем они отличаются от «внешних»Ответы на эти вопросы есть, но они и поныне носят весьма дискуссионныйхарактер.

Поскольку общество эмпирически трудноопределить через его форму, хотя мы привычно оперируем терминами «американскоеобщество», «советское (теперь – российское) общество», как бы договорившись, что имеем в видучеловеческое наполнение внутреннего ареала государственных границ, или «народ»,можно обратиться к другим индикаторам его материальной телесности. Еслиобщество – реальность,а не плод умопостроений социологов, оно должно спонтанно проявляться какустойчиво повторяющиеся взаимодействия, обусловливающие жизнь общественнойсистемы. При таком подходе объективность общества обосновывается его«телесными» актами, совместными действиями, которые весомо подтверждают, чтообщество – не дух, неидея, не фикция, а верифицируемая (подтверждаемая, проверяемая в независимыхнаблюдениях) материальная практика, изменяющая жизненные параметры вовлеченныхв него людей. При этом представления о социальной структуре неизбежноприобретают характер формальной классификаций, так как объединенные в«общество» люди делятся на группы по потенциальным признакам социальнойактивности: по профессиям, по возрасту или полу, по функциональному типупоселения.

Поскольку берется за аксиому ихпринадлежность к единому обществу, то индикатором различий становится толькохарактер проявленной социальной активности – их в принципе можноклассифицировать на «пассивных», «активных» и «инициативных», а также на«нормативных» и «отклоняющихся». Вот и все вариации. Квинтэссенцией такихтипизаций является собственно классовый подход (в конфликтологической иструктурно-функционалистской перспективе; не путать с одноименными концептами,например, П. Бурдье), в котором разделение общественного труда выступаетосновным источником структурирования общества. Складывающийся при этом«организм», функционально специализированная «система» неизбежно пропитывается«структурными конфликтами», вытекающими из различия социальных положенийфункциональных групп. Эволюционисты считают их неизбежным побочным результатом,а конфликтологи –требующей исправления несправедливостью.

В разветвленной системе современныхсоциальных взаимодействий структура общества приобретает все болеефункциональный вид, т.е. люди подразделяются на группы в зависимости от того,каким родом деятельности они занимаются, а характер их взаимодействий с другимилюдьми и группами определяет их социальное положение. «Индивиды в самом делегруппируются здесь уже не в соответствии со своим происхождением, но всоответствии с особой природой социальной деятельности, которой они себяпосвящают»*.

*Дюркгейм Э.О разделении общественного труда. Метод социологии.М., 1991. С. 173.

Профессия (род социальных занятий)действительно считается в современном обществе важнейшим критериемстратификации (расслоения) и главным фактором, предопределяющим общественноеположение человека. Об этом писал в 60-е гг. Б. Барбер («Первым среди рядаравнозначных измерений стратификации... является престиж профессий...»), а в90-е гг. К. Кумар, Д. Нэсбитт и др. отмечают еще большее возрастание егозначимости. Престижность профессии прямо коррелируется с системами социальных ив первую очередь имущественных, денежных, вознаграждений. Даже несмотря назачастую не соответствующий (как в современной России) уровень профессиональнойподготовки конкретных людей, выполняющих важные социальные функции.

Изначально гуманистическая ичеловекоцентрированная, «деятельностная» парадигма общества в своемпоследовательном воплощении приводит к отчужденно-абстрактной трактовкесоциальной структуры (ценность человека – в его социальной функции) инормативно-конфликтологической интерпретации социального развития. Уклонение отвыполнения социально признанных, ценимых общественных функций рассматриваетсякак аномия (ненормальное, болезненное явление в развитии общества), астремление поменять функцию на более ценимую, т.е. завоевать лучшую социальнуюпозицию, – какконфликт.

Социальная структура в таких теоретическихмоделях общества представлена социальными группами в их конкретном воплощении,расположенными над и рядом друг с другом, а система взаимодействий – как эквивалентная (обменная впределах одного социального горизонта) и неэквивалентная (кратическая,экспроприаторская –между уровнями социальной структуры). Динамика социальной дифференциации приэтом очерчена весьма схематично, лишь в общих чертах, а сама структурапредставлена очень обобщенно, поскольку включает только сформировавшиеся ипроявляющие себя в организованной деятельности группы, не вбирающие в свойсостав все «социальное вещество» общества.

«Черными дырами» в общественном строении (исоответственно «белыми пятнами» в теории его познания) оказываютсявысокоактивные группы, не закрепленные в легальной функциональной структуреобщества: теневой производственный, сервисный, наркобизнес, политические лоббии многие другие, а колоссальные массы «космического газа» в социальномпространстве содержательно игнорируются, поскольку безработные,деклассированные, не выполняющие никакой прагматической социальной функции людирассматриваются как «маргинальная масса», «люмпен», или ненужный (взначительной степени «лишний») балласт в основании социальной структурыобщества. Однако, как мы убедились, именно потенциал маргинальных слоевпозволяет реально изменять конфигурацию общества, лежит в основе многих из егодинамик.

Иными словами, изучая общество каксовокупность взаимодействующих людей, мы сталкиваемся с некоторымипротиворечиями, теоретическими препятствиями, которые не позволяют эффективноисследовать «текучие», «переходные» состояния общества и достаточно полноотслеживать процессы развития социальной структуры. А если какая-то версия всущественных частях не работает, а достичь «ясности» нужно, обычно используютсамый простой ход – отпротивного.

Конечно, можно договориться считать«обществом» любую форму локализации общности (очень часто это население, нация,государство), но не приходится рассчитывать на то, что в этих рамках реальносуществует интегрирующая система социальных сил. Когда был юридически оформленраспад советского государственного союза, оказалось, что некие нынесамостоятельные «части», несмотря на сформированное общее экономическое(функционально-производственное, построенное на разделении общественного труда)пространство, никогда не ощущали себя частью единого общества и теперь яростноотскребаются от скверны вынужденного альянса, а значительные социальныесегменты других «частей» столь же эмоционально тоскуют по временам «нерушимогоединства». Конфигурации формально признанного общества и сформированногообщества в этом смысле не совпадают.

Новелла об общественныхотношениях. В научных текстах нет жесткой констатации,что «общество – этосистема человеческих связей и отношений». Во-первых, социологи – очень гибко мыслящие люди:сложность и переменчивость объекта исследования побуждает к этому. Во-вторых,они все-таки «художники» и интуиция играет не последнюю роль в научнойэкспертизе реальности. Поэтому в известных концепциях и теоретических«определениях» причинных связей социальных явлений (фактов) мы частовстречаемся со «смешанными» подходами, т.е. содержательно и эвристически болеебогатыми, а нередко даже с терминологическим заимствованием.

Например, П. Сорокин, один из наиболееизвестных теоретиков социальной стратификации, среди важнейших причинформирования коллективного единства (в деятельностной концепции общества)называет «разнородность социальных функций, выполняемых различнымииндивидами... Каждый индивид своими силами может удовлетворить только частьпотребностей. Для удовлетворения остальных он вынужден обращаться к другиминдивидам и вступать с ними во взаимодействие. Иными словами, социальнаяразнородность индивидов – вот одна из существенных причин, гонящих одних лиц к другим изаставляющих их «связываться друг с другом»*. Интересно, что целый рядизвестных и оригинальных социальных теоретиков – Э. Дюркгейм, Г. Зиммель, К. Маркс– объясняют нечто,скрепляющее общественное единство индивидов и воспринимаемое людьми как «весьмасильное чувство состояния зависимости»**, удивительно сходнымобразом.

*Сорокин П. Система социологии. 1993. Т. 1. С. 346.

**См.: Там же. С. 347. (П. Сорокин цитируетЭ. Дюркгейма.)

Чтобы общество взаимодействующих индивидовпостоянно не «рассыпалось» теоретически, как оно и не рассыпается в реальнойдействительности, наука должна найти специальные объяснения для такойсамоинтегрированной практики. Сорокин изящно решает эту проблему, считая, чтокогда между индивидами «существует функциональная связь, тогда мы говорим, чтоэти индивиды взаимодействуют...»*. Иными словами, априорная дополнительность икомбинирование социальных функций приводят к взаимодействию, порождающемуколлективное единство и, в конечном счете, общество. Поистине божественная,демиургическая роль для «функций»!

*Там же. С. 102.

К. Маркс, напротив, материалистичноопирается в своих объяснениях на «определенную ступень развития...производительных сил» (взаимодействующих посредством техники индивидов),которым соответствует «экономическая структура общества, реальный базис»производственных отношений, определяющих «анатомию гражданского общества» с егоидеологическими надстройками *. И в том, и в другом случае исследователипризнают, что общество скрепляет в единое целое некая «зависимость», «связь».Такой теоретический ракурс предполагает относительно самостоятельную областьзначений для определения «общества», которое предстает как «система отношений»,или объективно обусловленных (в значительной степени вынужденных) и потомупостоянно воспроизводящихся контактов между людьми.

* См.: Маркс К. К критике политической экономии// Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 13. С. 6-7.

Здесь сразу нужно оговориться, чтосамопроизвольные (спонтанные), эмоционально окрашенные связи (любовь, вражда,дружба, соперничество, преклонение, лидерство), возникающие в «микромире»индивидуальных отношений и очень вариабельные, изменчивые по своему характеру,как бы не принимаются во внимание – они «случайны» и потому расположены на смысловой перифериитеоретической модели «общества». По крайней мере, им не придают особогозначения («Все это мелочи по сравнению с мировой революцией...»).

Вообще говоря, такое пренебрежение логическитрудно объяснить. Система общественных отношений в первую очередьхарактеризуется устойчиво воспроизводящимися или объективно обусловленнымисвязями (некоторые считают, что это одно и то же). Но вот объективность иустойчивое воспроизводство любви эти теории не объясняют, а социальнуюобусловленность брака объясняют (и находят ее не в любви: распределениесексуальных партнеров, эффективное ведение личного хозяйства, групповоевыживание, контроль над репродукцией и многое другое выводится в качествеведущих причин. Одна из теорий возникновения общества и социальной структурыисходным пунктом считает распределение женщин – фундаментальное правило, котороетем не менее мужчины нарушали всегда, и наиболее болезненно карали друг друга иженщин: за «попустительство»).

Отнюдь не безукоризненно, но достаточнопоследовательно теоретики «общества как отношений» обращаются к проблемевоспроизводства социальных связей, которые вынуждают совсем непохожих, такихиндивидуально разнящихся людей попадать в стандартные ситуации, действовать вних стандартным образом, выносить из них стандартные жизненные уроки и обучатьизвестным алгоритмам поведения своих потомков, которые (уж будьте уверены!)найдут «правильно» организованный сегмент общества для послушной демонстрацииосвоенных правил.

Исследователи, конечно, обнаружили, что сразвитием общества для «дальнейшего упорядочивания» социальных взаимодействийсоздавались специальные организации, состоящие из людей, объединенных важноймиссией (социальной функцией) – указать верный путь остальным. Чтобы даже те, кто и не участвовалв заключении «общественного договора», а просто родился в пределах его«юрисдикции», стал заложником существующего негласного (но отчасти иформализованного в праве) сговора остальных соответствовать социальныможиданиям друг друга. Это придает коллективной жизни определенность, рутинностьи позволяет экономить ресурсы для принятия частных решений.

Складывающиеся в процессе совместной жизнилюдей, передающиеся потомкам и «приемным» членам привычки контактироватьопределенным, типическим образом, а в ряде случаев – и собственно организации,поддерживающие их воспроизводство (государство, право, образование, церковь,семья), исследователи системы общественных отношений определяют понятием«институты».

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 58 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.