WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 47 |

Я объяснил это Рику и сказал: “Лечить тебябудем так. Возьми любую книгу и читай ее вслух от конца к началу, от последнегодо первого слова. Ты научишься произносить слова, не связывая их в мысли. Тебенужна практика для выработки произношения слов. Читай книгу в обратномнаправлении, слово за словом, от последнего к первому. Учись произноситьслова.

Запомни следующее, Рик. Ты вырос в доме, гдеглавенствует ливанская культура. Я не хочу сказать ничего плохого о ливанскойкультуре. Она хороша для ливанцев. Но ты и твои сестры родились в Америке ивашей культурой должна стать американская. Вы первосортные граждане Америки.Ваши родители — этовторой сорт. Я не в обиду им это говорю, они преуспели, насколько позволили ихвозможности. Ты можешь и дальше уважать ливанскую культуру, но это не твоякультура. Твоя культура — американская.

Ты семнадцатилетний американский юноша. Тыработаешь в магазине отца, а получаешь изредка то цент, то пять центов, от силыдесять. Ливанские дети работают задаром и слепо подчиняются отцу. Но ты неливанский мальчик, ты американский юноша. Твои сестры — американские девушки. Поамерикан­скимстандартам, ты уже взрослый семнадцатилетний американец. Ты разбираешься вторговых делах магазина не хуже отцовских служащих. Ты скажешь отцу, что будешьрад работать у него в магазине, но пусть он тебе выплачивает зарплатуамериканского рабочего.

Твои родители, конечно, вправе попросить тебяжить с ними в одном доме, но ты имеешь право платить за свою комнату, питание истирку. Так принято у американцев. Я хочу, чтобы ты объяснил это и своимсестрам.

Воспитанные на ливанских представлениях, твоиродители считают, что после 16 лет учиться не надо. Но по американским законам,каждая молодая американка имеет право, если пожелает и если у нее состоятельныеродители, получить полное среднее и высшее образование. Это право дает ейамериканская культура. Очень подробно растолкуй это своим сестрам и помоги импонять, что они граждане Америки, урожденные американки и американская культуратеперь для них родная.

В твоем ливанском доме, Рик, тебя с детстванаучили, как думать, когда думать и в каком направлении. Но ты — американец. (Эриксон вроде бы смотрит на Кристину.)Американец думает, когда ему заблагорассудится. Достань хорошую книгу, хорошийроман. Прочитай сначала последнюю главу, потом посиди, подумай, поразмышляй, очем может говориться в предыдущей главе. Прикинь и так, и эдак, а потомпрочитай предпоследнюю главу и увидишь, что во многом ошибся. Очень во многом.Прочитай эту главу еще раз и снова погадай о содержании предшествующей главы. Ивот к тому времени, когда ты доберешься до первой главы, гадая, предполагая,воображая и размышляя, ты научишься свободно думать во всехнаправлениях.

А затем, Рик, тебе придется еще кое-чемунаучиться. Дело вот в чем: в произведении хорошего автора всегда четкопрослеживается определенный сюжет, построенный с учетом и знанием логики мыслейи поведения людей. Я тебе расскажу о своем опыте. Когда я начал читать“Волшебную гору” Томаса Манна, я уже на пятидесятой странице догадался, чтогерой книги, Ханс Касторп, собирается покончить жизнь самоубийством. Чем дальшея читал, тем больше убеждался в своей догадке. Я понимал, что он прибегнет кразным способам, чтобы покончить с жизнью, но неудачно. И, наконец, меняосенило, что он все-таки покончит с собой, но таким способом, который вызоветобщественное одобрение. Так что мне пришлось прочитать целую книгу, Рик, чтобыузнать, как покончить с собой и получить при этом одобрениеобщества.

Вот еще о чтении книг. ЭрнестХемингуэй — хорошийавтор. Когда я читал его “По ком звонит колокол”, где-то в начале книги, вопределенной психологической ситуации мелькнул один второстепенный персонаж.Поскольку Хемингуэй —автор талантливый, этот персонаж, как я сразу понял, обязательно появится ещераз в такой же психологической ситуации, закрепив тем самым определеннуюсюжетную линию.

Послушай, Рик, твое лечение сводится к тому,чтобы уважать своих родителей; помнить, что у тебя и сестер есть свояамериканская культура и научиться свободно мыслить во всехнаправлениях”.

Рик ушел от меня в глубокой задумчивости.Через пару дней мне позвонил психолог, который когда-то наблюдал Рика. Он былпервым после меня, кого Рик навестил. Мой коллега сообщил, что Рику на 90%лучше.

Рик часто писал мне письма. Из них я понял,что он относится ко мне как к отцу. В своих ответах я старался избежать любогосходства с ролью отца. Мои письма, скорее, походили на письма школьноготоварища.

Год назад Рик приехал ко мне на Рождество.Речь у него была четкая, плавная и благозвучная. Отец хотел, чтобы он учился вЙеле или Гарварде, но, как самостоятельный американский юноша, Рик выбралдругой колледж. Отец хотел, чтобы он изучал организацию бизнеса. Но Рик сказал:“Я знаю, что не найду работы в большом бизнесе. Я занимался этим предметом втечение семестра, мне он не понравился и я оставил занятия. Меня большеинтересует химия или психология”.

Проучившись три года в колледже, Рикзадумался: “Нормальный американский студент должен хотя бы частично оплатитьучебу своим трудом”.

И вот, когда мы встретились на Рождество, онмне рассказал о себе: “В этом году я закончил третий курс и оставил колледж. ВМассачусетсе трудно найти работу. Собираюсь поступить на работу к отцу. Я знаюего дела лучше других сотрудников, и мне назначили американскую зарплату. Ябуду платить за жилье, питание и стирку. Одеваться я буду на свои деньги и будукопить, чтобы закончить колледж. Если я накоплю достаточно, я уйду с работы ипоступлю в аспирантуру”.

“Молодец, Рик, — одобрил я. — А как твои сестры” Он ответил:“Мы с сестрами все обсудили, и они согласились со мной, что они урожденныеамериканки и должны жить как американки. Когда им исполнилось по 16 лет, они небросили учебу. Одна сестра окончила Массачусетский университет и живетсамостоятельно. Она преподает в школе. Конечно, по ливанским обычаям,незамужняя девушка должна жить с родителями. Но моя сестра — американка, живет отдельно илюбит свою работу. Другая сестра тоже окончила университет, но она была несовсем удовлетворена полученным образованием и поэтому поступила в юридическийинститут. Теперь она занимается юридической практикой”.

(Обращаясь к группе.) Не знаю, что думают обо мне родители, но я знаю, что они могутгордиться своими тремя детьми. Пожалуй, это случай семейнойтерапии.

Лечение для матери: “Женщина, ты слышала, чтоя сказал. Иди и делай”. (Улыбается и указывает наКристину.) Я достаточно разбираюсь в ливанскойкультуре. Это —смешение многих культур: христианской, мусульманской, зороастрийской идругих.

Запомните главное: работайте с пациентом,исходя из его представлений о жизни, а не из своих.

Ливанцы могут писать справа налево сколько имугодно, но Рик родился в Соединенных Штатах, а здесь следует писать слеванаправо. В Америке принято говорить что думаешь и думать самому, прежде чемговорить.

Надо научиться видеть своего пациента и все онем знать... в этом вся суть.

Конечно, я много узнал о ливанцах, когдалечил братьев Минни. Кстати, они с большим почтением относятся к своей сестре.Они считают Минни умной деловой женщиной и такой же, как они, равноправнойгражданкой Америки.

А вот из вас кто-нибудь пытался читать книгус конца и предугадывать замысел автора Я думаю, всем стоит попробовать.Почитав несколько начальных глав “Кейнского мятежа”, я сказал жене: “Я знаю,что будет с капитаном Квигом”. А книгу еще надо было читать и читать, чтобы доконца добраться.

Есть одна книга, “Аллея Кошмаров”, гдеописывается бродячая труппа, которая ездит по всей стране и дает дешевыекарнавальные представления. Первой обнаружила эту книгу моя дочь, Бетти Элис, ипосоветовала матери прочитать ее, и обе они рекомендовали книгу мне. Я прочиталпервую страницу и спросил у жены и дочери: “Когда вы узнали, как закончитсякнига” “Когда дочитали до конца”, — ответили обе. “Прочитайте первуюстраницу”. Первая страница и была концом книги. “Аллея Кошмаров” очень хорошорассказывает о карнавалах и о жульничестве. Надеюсь, вы выкроите время ипрочитаете эту книгу хотя бы для общего развития. Я убежден, ее долженпрочитать каждый врач.

(Здесь Эриксон обсуждает отрицательныестороны отдельных новомодных увлечений в психотерапии. Затем продолжает.) Ясчитаю ошибочной любую психотерапию, опирающуюся на единую теорию. Ведь вселюди не похожи друг на друга.

Вам вряд ли придет в голову пригласитьчеловека в ресторан и указывать ему, что он должен есть. Если вы действительнохотите доставить ему удовольствие, вы предоставите выбор блюд ему самому и поего вкусу. А если вы пригласили гостя к себе домой, а сами не любитель музыки,неужели вы запретите ему слушать музыку и заставите смотреть вестерн потелевизору Если вы действительно хотите порадовать своего гостя, выпостараетесь узнать его вкусы.

Если вас интересует психотерапия, вас, впервую очередь, должен интересовать пациент.

Рик был американцем, родившимся от ливанскихродителей, которые выросли ливанцами. Они поженились и натурализовались вМассачусетсе, но культура этого штата резко отличается от культуры Ливана. Им,взрослым, это трудно было понять.

Ну вот и вся история о Рике. (Эриксон просит одного из слушателей положить папку наместо.)

Расскажу вам еще один случай. Я вам вчерапоказывал куколку на часах в моей комнате (во время осмотра дома послевчерашнего семинара).

Однажды мне позвонили из Канады. Женскийголос рассказал: “Я —доктор медицины, мой муж — доктор медицины, у нас пятеро детей. Средней девочке 14 лет. Оналежит в больнице с диагнозом “нервная анорексия”. Только за последний месяц онапохудела на пять фунтов и весит сейчас 61 фунт (около 28 кг — Примеч. перев.). Мы с мужем понимаем, что ее ждет голодная смерть. Ееуговаривают, пытаются поддерживать внутривенно, кормить через трубку, черезпрямую кишку, но все напрасно”.

Нервная анорексия случается, как правило, уподростков, хотя встречается и у взрослых. Это болезнь, психологическоезаболевание, когда человек отождествляет себя с религией, с Богом, Иисусом,Девой Марией или с каким-нибудь святым. Такие больные добровольно обрекают себяна голодную смерть. Им кажется, что им вполне достаточно одного крекера истакана воды в день.

Я лично видел в больнице по крайней мереполсотни таких больных, и все они умерли. С должным медицинским тактом доктораприлагали все силы и все профессиональные знания, чтобы спасти их.

Я помню один случай, когда четырнадцатилетняядевочка (она весила всего 59 фунтов — около 27 кг) до того довелазаведующего клиникой, что он нарушил профессиональную этику. Он полагал, чтоему удастся заставить девочку поесть и изменить свое поведение. Он велел сестрераздеть ее догола, а персоналу приказал ходить вокруг нее и внимательноразглядывать. Но девочка стояла без всякого смущения, не краснея и не отводяглаз, словно на сотни миль ее окружал полный мрак и ни души вокруг. Ей былосовершенно безразлично.

Даже затрудняюсь описать эмоциональноеотношение таких больных к своей семье. Они смиренные, покорные. Никогда неделают ничего дурного. Всем во всем уступают, но не хотят есть и даже незамечают, что от них остались кожа до кости.

Это жуткое зрелище, когда перед вами стоитчетырнадцатилетняя девочка, в которой нет даже полных 28 килограммов. Такиебольные, можно сказать, погибают с попустительства большинства медицинскихработников, которые во время лечения больше озабочены соблюдением медицинскойэтики и собственного профессионального достоинства.

Мать девочки прочитала “Необычайную терапию”,книгу Джея Хейли о моих методах лечения, и обратилась ко мне: “Мы с мужемубеждены, что если кто и может спасти нашу дочь, так это вы”. Я ответил: “Дайтемне подумать пару дней и позвоните”. Я обмозговал этот случай и, когда матьснова мне позвонила, пригласил ее с девочкой ко мне в Феникс.

И вот Барби со своей мамой у меня в кабинете.Барби оказалась очень милой, жизнерадостной и умной девочкой, если не считатьтого, что ее единственной пищей в сутки был один крекер и стакан имбирного эля.И все. Мы начали беседовать с Барби. Я спросил номер ее дома вТоронто — и ответиламамаша. Попросил назвать улицу — и ответила мамаша. Я спросил Барби, в какой школе онаучится, — и ответиламамаша. Как называется улица, где находится школа И ответила мамаша. Беседа сБарби продолжилась и на следующий день, но на все вопросы отвечаламать.

На третий день мать заявилась ко мне сжалобой: “Последние три ночи я совершенно не сплю, потому что Барби тихо плачеткаждую ночь напролет и не дает мне спать”. Я повернулся к Барби и спросил: “Этоправда, Барби” Мать уставилась на Барби, и та ответила: “Да. Я не знала, чтомешаю маме спать. Прости, пожалуйста”. Я заметил: “Знаешь, Барби, твоего“прости” недостаточно. Ты, конечно, не нарочно мешала маме спать, но, мнекажется, тебя надо все-таки наказать”. Барби тут же согласилась: “И я такдумаю”.

Я по секрету предупредил мать, какое этобудет наказание. “Мамаша, приготовьте болтунью из одного яйца и пусть Барбисъест ее в качестве наказания”. Мать сделала яичницу из двух яиц и заставилаБарби съесть ее в наказание. Барби восприняла это как наказание, но ее желудок,я думаю, обрадовался этой яичнице, как манне небесной. (Эриксон улыбается.) Я переборол еефизиологию, и она добровольно приняла наказание.

За первые две недели Барби поправилась на трифунта, затем похудела на фунт, но снова его набрала.

Так вот, на третий день, когда я по секретунаставлял мамашу, как наказывать Барби, я добавил: “О чем бы я ни спрашивалБарби, за нее неизменно отвечаете вы. Усвойте одну вещь: если я спрашиваюБарби, то отвечать должна она сама. Поэтому, мамаша, отныне прошу васзаткнуться”. (Эриксон делает энергичный жест левойрукой.)

Представляете потрясение Барби, когда почтинезнакомый человек предложил ее матери “заткнуться” Мне надо было эмоциональноспровоцировать Барби и заставить ее кардинально изменить свое эмоциональноеотношение к матери. Потому что, пока мать не научилась по-настоящему держатьязык за зубами, беседа с Барби была безнадежным делом.

Лечение сводилось к тому, что я рассказывалБарби короткие истории, иносказательные или держащие слушателя в постоянномнапряжении, загадочные и скучные тоже. О чем я только ей ни рассказывал.Однажды я рассказал Барби, что моя мать родилась в шикарной избе. Барби вырослав богатой семье, поэтому ей не приходилось слышать из первых рук о ком-нибудь,кто родился в шикарной избе. (Обращается кгруппе.) Хоть вы все университеты пооканчивали, анебось не знаете, что такое шикарная изба.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.