WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 47 |

А сейчас вернемся к той девочке, что мочиласьпо ночам. На первом сеансе мы побеседовали часа полтора. Этого было более чемдостаточно для первого раза. Многие из моих коллег-врачей, я знаю, потратили бына этот случай и два, и три, а то и четыре года, а то все пять лет. А ужпсихоаналитику понадобилось бы лет десять.

Помню, был у меня очень способный практикант.И вдруг ему втемяшилось в голову, что он хочет заниматься психоанализом. И вотон отправился к последователю Фрейда, доктору С. В Детройте было два ведущихпсихоаналитика: доктор Б. и доктор С. Среди тех, кто недолюбливал психоанализ,доктор Б. был известен под кличкой “Святейший Папа”, а доктору С. было данопрозвище “Иисусик”. Вот мой светлоголовый и явился к “Иисусику”. Если говоритьточнее, то трое моих практикантов перешли к нему.

При первой же встрече доктор С. заявил моемусамому способному практиканту, что в течение шести лет он будет вести еготерапевтический анализ. Пять дней в неделю в течение шести лет. А после этого,в течение еще шести лет, он подвергнет моего практиканта дидактическомуанализу. Алексу он сразу сказал, что будет анализировать его двенадцать лет.Кроме того, доктор С. потребовал, чтобы жена Алекса, которую “Иисусик” в глазане видел, тоже прошла шестилетний терапевтический анализ. И мой студент убухалдвенадцать лет жизни на психоанализ, а его жена — шесть лет. “Иисусик” заявил, чтоим нельзя иметь детей, пока он не разрешит. А я ведь был уверен, что из Алексаполучится блестящий психиатр, он подавал огромные надежды.

Доктор С. утверждал, что он занимаетсяортодоксальным анализом в точности по Фрейду. У него было три практиканта: А.,Б. и В. А. должен был парковаться в секторе А; Б. ставил машину в секторе Б, аВ. парковался в секторе В. А. приходил на занятия к часу дня и уходил в 1 час50 мин. Он входил в одну и ту же дверь, “Иисусик” пожимал ему руку, и Алексложился. “Иисусик” придвигал свой стул к левой стороне кушетки, устанавливаяего ровно в 18 дюймах (45 см) от изголовья и в 14 дюймах (35 см) от левогокрая. Когда приходил следующий практикант Б., он входил в ту же дверь, а Алексвыходил в другую. Б. укладывался на кушетку, а “Иисусик” усаживался, строгособлюдая свои 18 и 14 дюймов.

Всех троих лечили одинаково: Алекса шестьлет, Б. пять лет и В. пять лет. Как подумаю об “Иисусике”, зло берет: разве этоне преступление — втечение двенадцати лет лишать Алекса и его жену счастья иметь детей, а ведь онитак любили друг друга.

Перейдем к другому случаю: двенадцатилетниймальчик страдал ночным недержанием мочи — очень крупный мальчик: рост 180см, возраст 12 лет. С ним пришли родители и стали мне рассказывать, как они егонаказывают за мокрую постель: и тычут его лицом в мокрые простыни, и лишаютсладкого, и не пускают играть с товарищами. И ругали его, и пороли его,заставляли стирать свое белье, убирать за собой постель, не давали ему питьпосле полудня. А бедный Джо двенадцать лет кряду отправлялся спать и исправнозаливал свою постель каждую ночь без исключения.

Наконец, в первых числах января родителипривели его ко мне. Я сказал: “Джо, ты уже большой мальчик. Послушай, что яскажу твоим родителям. Дорогие родители, Джо — мой пациент, и никто не долженмешать моим пациентам. Вы, мамаша, будете сами стирать белье Джо и приводить впорядок его постель. Вы перестанете его ругать. Вы не будете его притеснять. Иперестанете напоминать ему о мокрой постели. А вы, папаша, не станете егонаказывать или лишать чего бы то ни было. Относитесь к нему как к образцовомусыну. Вот и все, что я хотел вам сказать относительно Джо”.

Я погрузил Джо в легкий транс и сказал:“Слушай меня, Джо. Вот уже 12 лет ты мочишься в постель. Чтобы научиться спатьв сухой постели, потребуется время. В твоем случае времени, возможно,понадобится больше, чем обычно. Все нормально. Ты имеешь право на определенныйсрок, чтобы научиться спать в сухой постели. Сейчас начало января. Не думаю,чтобы мы добились успеха менее чем за месяц, ну, а февраль вообще короткиймесяц, так что решай сам, когда тебе кончать с сыростью, я думаю, неплохо бы кПервому апреля, Дню Дураков”.

Срок от начала января до дня святого Патрика(еще раньше Дня дураков) кажется таким большим для мальчика двенадцати лет. Этопо детским меркам. Поэтому я сказал: “Джо, никого не касается, когда ты начнешьсухую жизнь — в деньсвятого Патрика или в День дураков. Даже меня это не касается. Это будет твоятайна”.

В июне пришла ко мне его мать и сообщила: “УДжо уже давно сухая постель. Я заметила это только сегодня”. Она не могласказать, как давно это началось. Я тоже не знал. Может, в день святого Патрика,а может, в День дураков. Это тайна Джо. Родители обратили внимание на сухуюпостель только в июне.

Вот еще один случай ночного недержания.Мальчику тоже 12 лет. Отец перестал общаться с сыном, даже не разговаривал сним. Когда мать привела его ко мне, я попросил Джима посидеть в приемной, покамы поговорим с его мамой. Из беседы с ней я извлек два ценных факта. Отецмальчика мочился по ночам до 19 лет, а брат его матери страдал той же болезньюпочти до 18 лет.

Мать очень жалела сына и предполагала, что унего наследственное заболевание. Я предупредил ее: “Я сейчас поговорю с Джимомв вашем присутствии. Внимательно прислушайтесь к моим словам и делайте все, какя скажу. А Джим будет делать все, что я ему скажу”.

Я позвал Джима и сказал: “Мама мне всерассказала про твою беду и тебе, конечно, хочется, чтобы у тебя все былонормально. Но этому нужно учиться. Я знаю верный способ, как сделать постельсухой. Безусловно, всякое учение — тяжелый труд. Помнишь, как ты старался, когда учился писать Таквот, чтобы научиться спать в сухой постели, понадобится не меньше усилий. Вот очем я попрошу тебя и твоих родных. Мама сказала, что обычно вы поднимаетесь всемь часов утра. Я попросил твою маму ставить будильник на пять часов. Когдаона проснется, то зайдет в твою комнату и пощупает простыни. Если будет мокро,она тебя разбудит, вы пойдете на кухню, зажжете свет и ты начнешь переписыватьв тетрадку какую-нибудь книгу. Книгу можешь выбрать сам”. Джим выбрал “Принца инищего”.

“А вы, мамаша, сказали, что любите шить,вышивать, вязать и стегать лоскутные одеяла. Садитесь вместе с Джимом на кухнеи молча шейте, вяжите или вышивайте с пяти до семи утра. В семь встанет иоденется отец, а Джим к этому времени уже приведет себя в порядок. Тогда выприготовите завтрак и начнете обычный день. Каждое утро в пять часов вы будетещупать постель Джима. Если там мокро, вы будите Джима и молча ведете его накухню, садитесь за свое шитье, а Джим — за переписку книги. А каждуюсубботу вы будете приходить ко мне с тетрадкой”.

Затем я попросил Джима выйти и сказал егоматери: “Все вы слышали, что я сказал. Но я не сказал еще одну вещь. Джимслышал, как я велел вам изучать его кровать и, если в ней мокро, будить его ивести на кухню переписывать книгу. Однажды наступит утро, и постель будетсухая. Вы на цыпочках вернетесь в свою кровать и заснете до семи утра. Затемпроснетесь, разбудите Джима и извинитесь за то, что проспали”.

Через неделю мать обнаружила, что постельсухая, она вернулась к себе в комна­ту, а в семь часов, извинившись, объяснила, что проспала. Мальчикпришел на первый прием первого июля, а к концу июля постель у него ужепостоянно была сухая. А мать все “просыпала” и извинялась, что не разбудила егов пять утра.

Смысл моего внушения сводился к тому, чтомать будет проверять постель и, если она мокрая, то “надо вставать ипереписывать”. Но в этом внушении был и обратный смысл: если сухо, то не надовставать. Через месяц у Джима бы­ла сухая постель. А отец взял его на рыбалку — занятие, которое он оченьлюбил.

В этом случае пришлось прибегнуть к семейнойтерапии. Я попросил мать заниматься шитьем. Мать сочувствовала Джиму. И когдаона мирно сидела рядом со своим шитьем или вязанием, ранний подъем ипереписывание книги не воспринимались Джимом как наказание. Просто он чему-тоучился.

Наконец я попросил Джима навестить меня вмоем кабинете. Я разложил переписанные страницы по порядку. Глядя на первуюстраницу, Джим недовольно заметил: “Какой кошмар! Я пропустил несколько слов,некоторые неправильно написал, даже целые строчки пропустил. Ужасно переписал”.Мы просматривали страницу за страницей, и Джим все больше расплывался отудовольствия. Почерк и правописание значительно улучшились. Он не пропускал нислов, ни предложений. А к концу своих трудов он был оченьудовлетворен.

Джим снова начал ходить в школу. Недели черездве-три я позвонил ему и спросил, как идут дела в школе. Он ответил: “Просточудеса какие-то. Раньше меня в школе никто не любил, никто не хотел со мнойводиться. Мне было очень горько, и отметки у меня были плохие. А в этом годуменя выбрали капитаном бейсбольной команды и у меня одни пятерки и четверкивместо троек и двоек”. Я просто переориентировал Джима в оценке самогосебя.

А отец Джима, с которым я так и непознакомился и который годами игнорировал сына, ездит теперь с ним на рыбалку.Джим не успевал в школе, а теперь обнаружил, что может очень хорошо писать ихорошо переписывать. А это дало ему уверенность, что и играть он может хорошо,и с товарищами ладить. Такая терапия годится именно для Джима.

Приведу случай с еще одним молодым человеком,учеником старших классов. Года за два до того, как я его увидел, у него на лбувыскочил прыщ, и он его выдавил. Подростки всегда сражаются со своими прыщами,давят их нещадно. И вот Кенни два года не оставлял в покое свой прыщ, так чтоон превратился в огромную язву. У родителей кончилось терпение, и они отвелиего к доктору. Тот наложил ему тугую коллодийную повязку, но Кенни машинальнопродолжал подлезать под повязку и расковыривать фурункул. Доктор пригрозил, чтодело может кончиться раком кожи. К каким только наказаниям ни прибегалиродители: били его по рукам, пороли его, отнимали любимые игрушки, не выпускалина улицу играть. В школе Кенни учился только на тройки и двойки, и учителя тожеругали его. Наконец, родители пригрозили Кенни, что они отведут его к доктору,который лечит психов. Кенни разозлился и стал совсем неуправляемым. Бывали дни,когда его держали на хлебе и воде, что уж тут говорить про мороженое, десерты иторты. Сунут ему банку холодной свинины с бобами, вот и весь обед. В то времякак сами родители и сестра питались как положено. Они без конца пилили его зато, что он ковыряет свой лоб, хотя Кенни уверял, что это у него машинальнополучается, а не нарочно.

Когда родители предложили ему показаться мне,он отказался наотрез, поэтому мне пришлось зайти к ним, когда Кенни был дома.“Кенни, — обратился як нему, — я знаю, тыне хочешь у меня лечиться, верно” “Конечно, не хочу”, — ответил он. “Я согласен, этодело твоего выбора. Только послушай, что я скажу твоим родителям”.

Я обратился к папе и маме Кенни: “Вы должныобращаться с Кенни точно так же, как с его сестрой. Кенни будет питаться также, как и другие члены семьи. Вы вернете ему футбольный и бейсбольный мячи, егобиту, лук и стрелы, пневматический пистолет, барабан и все остальное, что вы унего отобрали. Теперь Кенни мой пациент, и лечить я его буду, как сочту нужным.А вы должны обращаться с сыном, как положено нормальным родителям. А теперь,Кенни, согласен быть моим пациентом” “О чем речь!” — ответил Кенни. (Смех.)

“Послушай, Кенни, я думаю, ты не в восторгеот своей болячки на лбу, мне она тоже не нравится. Да и вряд ли она кому-нибудьможет понравиться. Я буду лечить ее своим способом, но потребуются значительныеусилия. Я думаю, ты работы не испугаешься. А работа будет вот какая. В течениенедели тебе придется написать тысячу раз следующее предложение: “Я полностьюсогласен с доктором Эриксоном и осознаю, что продолжать расковыривать болячкуна лбу неумно, нехорошо и нежелательно”. И так тысячу раз в неделю в течениечетырех недель”. Через две недели болячка зажила. (Эриксон улыбается.)

Увидев это, родители воскликнули: “Славатебе, Господи, наконец-то перестанешь переписывать свое предложение!” На чтоКенни резонно ответил: “Доктор Эриксон сказал вам не вмешиваться в лечение.Доктор Эриксон велел мне переписывать в течение четырех недель, что я ивыполню”. И выполнил. Каждую неделю он приносил мне свои труды.

Через четыре недели я сказал Кенни: “Все идетхорошо. Ровно через месяц, в субботу, зайди, пожалуйста, ко мне”. “Будетсделано”, — ответилКенни. И пришел. Я разложил по порядку все его листочки, и мы стали ихрассматривать. Прочитав первый лист, Кенни сказал: “Жуткий почерк. Ошибокмного, слова пропущены и строчки кривые”. По мере того как мы переворачивалилист за листом, глаза у Кенни удивленно расширялись и он заметил: “Почерк-товсе лучше и лучше. Нет ни ошибок, ни пропусков”. “Скажи-ка, Кенни, — спросил я, — как у тебя дела в школе” “Запоследний месяц у меня одни пятерки и четверки. Такого со мной раньше небывало”.

(Эриксон смотрит на Кэрол и на другихстудентов.) Надо было направить в другое русло егоэнергию, которая приносила зло. В результате пациент исцелился, а родителизначительно исправились. (Эриксонулыбается.) Учителя тоже.

Был у меня десятилетний Джерри, тоже изводоплавающих по ночам. У него был восьмилетний братишка, повыше и покрепчеДжерри. Тот блаженствовал в сухой постели.

А над бедным Джерри издевался всяк кому нелень. Родители пороли его и оставляли без обеда. Они принадлежали к одноймалочисленной религиозной конфессии. И вот в церкви вся паства молилась, чтобыДжерри перестал мочиться в постель. Такая огласка принесла ему одни унижения ииздевательства. На него вешали картонные щиты спереди и сзади и стягивали ихматерчатой полосой с надписью: “Я мочусь в постель”. Родители измывались надним как могли, но он все равно продолжал мочиться.

Я очень подробно побеседовал с родными Джеррии выяснил, что они чрезвычайно религиозны. По моей просьбе они привели мальчикако мне на прием. Отец с матерью втащили его за руки в мой кабинет и заставилилечь на пол лицом вниз. Я попросил родителей выйти и закрыл за ними дверь.Джерри вопил что есть мочи.

Если человек вопит, то иногда ему надопередохнуть. Терпеливо дождавшись, когда Джерри на минуту смолк, чтобы набратьвоздуха в легкие, я завопил сам. Джерри изумился, а я сказал: “Это была мояочередь. Теперь твоя”. Джерри снова заголосил. Когда он выдохся, заголосил я.Так мы орали по очереди, пока я не заявил: “Сейчас моя очередь сесть в кресло”.Джерри сел в другое кресло. Теперь я мог поговорить с ним.

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.