WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |
Вывод: цветовой портрет и автопортрет являются формой выражения (визуализации) эмоционального отношения к значимому другому и самому себе, опосредованной относительно устойчивыми эмоциональными значениями конкретных цветов. Следовательно, эмоцию правомерно рассматривать как порождающий фактор для цветов-представлений. В цветовом автопортрете доминирует субъектная установка, при гетероатрибуции – смешенная, с преобладанием объектной установки в «объективных» характеристиках цветового портрета.

Шестая глава посвящена теоретическому исследованию проблемы константности эмоциональных значений цветов в историческом и межкультурном аспектах и экспериментальному изучению устойчивых синестетических взаимосоответствий «цвет - вкус» и цвет - запах». Эти вопросы имеют принципиальное значение при доказательстве объективности цветовых значений, архетипичности их неосознаваемых уровней категоризации. В первом разделе проводится сопоставление реконструированных этнографами (В.У. Тернер, Д. Заан) символических значений цветов с выявленными в психологических исследованиях их эмоциональными значениями. Объектом служат коннотативные значения цветов традиционной трехцветной символизации (красный, белый и черный). Следы этой древней символической системы обнаруживаются от древнеиндийских Вед и африканских ритуальных церемоний, вплоть до алхимических трактатов и текста Божественной комедии Данте. Сравнение нами проводится в четырех аспектах: структура, содержание, символика цвета и культурные функции. Наиболее глубоко в настоящее время изучена символика этих цветов в древнеиндийской натурфилософской системе Сангхья (Б.Л. Смирнов, Г.М. Бомгард-Левин, Х.-И. Хан и др.), где она представлена в форме овеществления универсальных качеств проявления праматерии Пракрити: саттва, раджас и тамас. Саттва: белый цвет, благость, радость, легкость, свет, чистота, потенциальный интеллект. Раджас: красный цвет, активность, движение, возбуждение, страдание, действие, стремительность, кинетическая энергия. Тамас: черный цвет, тьма, тяжесть, масса, затруднение, леность, инерция, потенциальная энергия. Результаты проведенного сравнения демонстрируют, что реконструкция категориальной структуры традиционной классификации по литературным источникам и результаты современных психосемантических исследований (факторы ОСА) совпадают по строению, содержанию и символике цвета. Следовательно, для своего географического распространения бело-красно-черная символика не нуждалась в подражании и заимствовании: ее корни лежат в душе каждого человека, составляя глубинный базис образа мира. Древние люди связывали эти три цвета примерно с теми же эмоциональными характеристиками, что и современные. Изменялись лишь культурно обусловленные денотаты цветовых значений. Второй раздел посвящен исследованию синестетических взаимосоответствий в двух независимых экспериментальных сериях: «цвет – вкус» и «цвет – запах». Применялся метод субъективного шкалирования по четырехбальной шкале сходства. Список цветов: розовый, красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, малиновый, фиолетовый, серый, коричневый, черный. Список вкусов: сладкий, соленый, кислый, горький, их попарные сочетания, щелочной, вяжущий, жгучий, газированная вода, пресный. Список запахов: кофе, цитрусовый, миндаль, лавровый лист, перец, горелый, полынь, ванилин, табак, мята, лук, хлорка, канифоль, камфара, спирт, мускус, хвоя, розовый, нашатырный спирт, кока-кола. В каждой серии участвовало по 33 испытуемых. Данные внутри серий усреднялись и подвергались кластерному анализу «по вертикали» и «по горизонтали», что дало четыре варианта проекции «цвет-вкус» и «цвет-запах». Результаты состояли в следующем. В пространствах запахов и вкусов одинаково различаются приятные - неприятные, теплые - холодные, темные - светлые цвета. Вкусовая чувствительность больше «реагирует» на темновой контраст и контраст насыщенности; обоняние – на тоновые различия, выделяя зеленый цвет, желто-красную и малиново-фиолетовую группы. В пространстве цветов вкусы и запахи дифференцируются достаточно хорошо. Вкусы лучше всего «различаются» черным, желтым и красным цветами, а запахи – черным и зеленым. Это, вместе с различной кластерной структурой, свидетельствует о специфичности цвето-вкусовых и цвето-обонятельных синестезий. Наиболее мощным категоризующим признаком при взаимотрансляции модальностей является эмоциональная привлекательность, т.е. коннотативные признаки. Вместе с тем наблюдалась отчетливая чувствительность к специфическим предметным характеристикам отдельных модальностей. Для цвета это светлота, насыщенность, цветность; для запаха – классические группы цветочных, лиственных, натуральных, химических запахов; для вкусов – все основные группы вкусов.

Это отражает хорошо известные в психосемантике общие закономерности иерархического построения семантических категорий субъективного образа мира (В.Ф.Петренко). В третьем разделе проводится теоретический анализ полученных результатов в свете современных представлений о синестезии и иерархической структуре психического образа. Выявленные факты свидетельствуют, что обнаруженные современными психологическими методами актуально неосознаваемые глубинные категориальные структуры образа мира (факторы ОСА) в других культурных контекстах являются основой и служат содержанием натур-философских систем или мифологических представлений. Прямой вывод: обобщенные структуры категоризации образа отражают наиболее характерные признаки проявления объективного мира в системе взаимоотношений "человек - мир" (в структуре деятельностей субъекта). Психической основой этого мы склонны считать механизм синестезий. Это глубинный механизм сознания, оперирующий на допредметном уровне репрезентации объекта субъекту, и осуществляющий закономерную трансформацию содержания одной перцептивной модальности в форму любой другой модальности (Е.Ю. Артемьева, В.Ф. Петренко, А.Г. Шмелев, L.E. Marks). В поэтике символизма синестезия выступала в форме "принципа координации" или "соответствия"(Э.-Т.-А. Гофман, В. Хлебников, Ю.С.Степанов). Механизм синестезий рассматривается как обеспечивающий на инициальных этапах формирования образа "голографический изоморфизм" внешнего мира и образа восприятия. Синестезия - это не только универсальный оператор взаимотрансформаций материала модальностей, но и "слепок" наиболее обобщенных системных связей объективного мира в той форме, в которой они раскрываются в отношении к целостному субъекту в структуре его деятельностей. На инициальной стадии возникновения образа субъект осуществляет взаимодействие с миром на эмоциоподобном уровне (Артемьева 1980, 1999). Это объясняет столь тесную связь цветов с эмоциональными состояниями. 

В седьмой главе подводятся итоги исследования и формулируются выводы. Первый раздел кратко резюмирует результаты предыдущих глав диссертации. Второй раздел посвящен теоретическому анализу психологических механизмов выявленных закономерностей в связи с общетеоретическими проблемами восприятия.

Исследование предпочтения цвета выявило ряд фактов, свидетельствующих об участии цвета в механизмах регуляции вегетативного тонуса, уровня психической активации, механизмах эмоциональной регуляции, мотивации и самоотношения (Я-концепции). Обнаружен эффект «перцептивного приписывания» цвета, состоящий в характерных вариациях высоты порогов цветового восприятия в связи с эмоциональным состоянием. Сходные закономерности проявляются в связях между широтой полей периферического зрения к основным цветам с устойчивыми характеристиками личности. Эмпирические факты находят подтверждение в речевой метафорике, буквально отражающей эти закономерности: «мрачное настроение», «радужное настроение», «розовые очки», «синий понедельник» и т.п. Сказанное обосновывает вывод о закономерном участии эмоций, как и других личностных детерминант, в формировании перцептивного цветового образа (колорита восприятия). Анализ зарубежных и отечественных исследований по ассоциированию и шкалированию цветов (F.Birren; Ch. Osgood; B.Wright, L.Rainwater; Ч.А. Измайлов; Н.Н. Волков; Т.А. Ребеко, Н.Н. Корж; О.В. Сафуанова, и др.) указывают на существование амодальных перцептивных эталонов восприятия цветов, тесно связанных с коннотативным уровнем категоризации и эмоциями. Это позволило сформулировать гипотезу о порождающей роли эмоций относительно цвета (цвет-представление) во внутреннем плане сознания субъекта. Эта гипотеза подтвердилась в ряде исследований по цветовой гетеро- и самоатрибуции: цвета закономерно выражают эмоциональное (личностно-смысловое) отношение субъекта к значимому другому и самому себе, осуществляя визуализацию этого отношения. Латентная структура цветовой гетеро- и самоатрибуции сходна с оппонентной структурой цветового анализатора. Многие феномены, выявляемые в сфере взаимодействия цвета и субъекта (перцептивное приписывание, широта периферических полей цветового зрения, воздействие цвета на психологическое состояние), носят неосознанный непроизвольный характер. Те же закономерности мы находим при предпочтении, ассоциировании, шкалировании цветов, при цветовой атрибуции и в устойчивой речевой метафорике.

Изоморфность двух текучих целостностей (эмоций и цвета) в совокупности с множеством фактов их взаимосвязей дает основание считать цвет и эмоции единой семантико-семиотической системой. Вместе с тем цвет, рассматриваемый в аспекте физиологических реакций, является символом своего собственного воздействия на субъекта. В психологическом смысле этого понятия цвет, как совокупность оттенков, представляет собой устойчивую символическую структуру, соотнесенную с эмоционально-личностными особенностями человека. Цвет здесь выступает как устойчивый фактор ориентации человека в действительности, что следует из наличия определенного "идеального" порядка предпочтения цветов. Человек внутренне определенным образом ориентирован к цветам, а изменение этой ориентации прямо соответствует нарушению внутренней ориентировки (психоло-гической дезадаптации). Это в первую очередь эмоциональная ориентация, тесно связанная с Я-концепцией и самооценкой субъекта. 

Рассматривая цвет как образ, мы обязаны указать его предмет-ное содержание, выраженное в предметных значениях. В феномене перцептивного приписывания колорит воспринимаемого образа отражает эмоциональное состояние субъекта. В феномене цветовой ат-рибуции предметным содержанием цветового портрета является эмо-циональное отношение к оцениваемому объекту. В обоих случаях цветовой образ (колорит) является аналогом высказывания, т.е. допускает закономерную "проекцию" своего содержания в категориальную систему развитых форм (вербальных) значений. Эта проекция может быть представлена в форме "развертки" (В.Ф.Петренко): категоризованность цвета на уровне коннотативных значений закономерно спроецирована в развитые структуры значений предметного уровня, например, списки предметных чувств. При восприятии (интерпретации) цвета коннотативные признаки заменяются, хотя и вполне предметными, но эмоциональными значениями (словесными обозначениями чувств и эмоций). Фактически мы наблюдаем описанный художником В. Кандинским переход от "физического действия краски к психической силе краски, рождающей вибрацию души". Вышесказанное обосновывает вывод: эмоциональный компонент, закономерно соотнесенный со словесным значением (названием эмоции, состоянием или идеей), является предметным содержанием цветового образа. В третьем разделе формулируется наиболее общее психологическое определение цвета. То, что в сознании человека присутствует как эмоциональное отношение, характеристика, настроение, в живописи представлено как цветовая гамма, колорит. Исходя из положения об изоморфном соотношении синестезий с наиболее обобщенными системными качествами реальности, раскрывающимися в структуре деятельностей субъекта, и об изоморфной проекции синестетической категориальной структуры в плоскость цветов, правомерно говорить, что цвета существуют как представления и как перцептивные образы, сохраняя относительно константную связь с эмоциями. Следовательно, во внешнем по отношению к человеку мире то, что субъективно переживается как эмоция, существует в форме цветов. Или, что то же самое, - в форме колорита человеку дано видеть эмоции (настроение). Этим признается определенная двойственность цветов. Цвета эмоциоподобны, а эмоции цветоподобны. Исходя из этого, правомерно обозначить цвет как психоидный, или квазипсихический (термин К.Г. Юнга), феномен в окружающей человека действительности. В четвертом разделе строится семантическая мо-дель цветового образа. В теории М.Люшера (Luscher, 1969, 1993, 1996) семантическая модель цвета выступает в функции метамодели (порождающего и объяснительного принципа как отдельных явлений, так и их классификации) для характеристик личности, самосознания, самооценки, отношения к миру, стереотипов социального поведения и их ритуальных индикаторов. В этой системе по сути цвета играют ту же роль, что и в традиционной трехцветной символизации. Они являются неконвенциональными символами обобщенных категорий действительности, изоморфно соответствуя различным аспектам жизне-деятельности субъекта. Это совпадает с культурно-исторической практикой использования цвета (В.У. Тернер) как регулятора социального и ритуального поведения, что продолжает теоретическую линию, намеченную Гёте. Цвет несет в себе те или иные качества, совпадающие с символизируемыми им свойствами вещей в контексте субъект-объектных и субъект-субъектных отношений, либо воспроизводит эти свойства по ассоциативным цепям (А.Г. Устинов). Главная роль, од-нако, принадлежит не ассоциациям по смежности или сходству, а ме-ханизму синестезий, что делает возможным использовать цвета как символы предметов потребностей в процессе психодиагностики (цве-товой тест М.Люшера).

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.