WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 57 |

Если подходить к культуре строго эмпирически,прежде всего бросается в глаза необязательность, условность норм, которые онапредписывает своим носителям. Ну, в самом деле, разве не могли бы мыприветствовать друг друга, выражать одобрение или осуждение, принимать пищу,обращаться с детьми совсем по другому Ведь наша форма культуры вовсе необязательна в том смысле, в каком обязательно, например, падение тела вгравитационном поле. Естественный, казалось бы, вывод: раз данная формакультуры необязательна, ее можно заменить любой другой. Такое утверждениезвучит достаточно абсурдно, и вслух его пока никто не провозглашал. Но выводы,которые из него можно сделать, молчаливо проводят в жизнь, когда произвольноманипулируют отдельными элементами культуры, и, в частности, вырывают секс изего извечного культурного окружения. Тасовать подобным образом фрагментыкультурного поведения, вырванные из общего контекста культуры, действительно,может быть долом на удивление легким. И вот уже то, что в своей целостностистояло вне каких бы то ни было вопросов и сомнений и само было фундаментом,ценностным тылом любых мотиваций и решений, теряет силу и рассыпается. Там, гдемы не располагаем властью, - там для нас нет и проблемы решения. Соотношениечисла девочек и мальчиков среди новорожденных, связь между половым актом ипоявлением потомства, типы чувствования, связанные с половой сферой, - все этоне ставит перед нами никаких вопросов и само составляет опору житейскогоздравого смысла.

Но лишь до тех пор, пока в дело не вступаетэмпирический подход. Как только это произошло, нам самим приходится решать,кого рожать больше, мальчиков или девочек; что практиковать: эндогенез илиэктогенез; превращать ли секс в инструмент направленной социализации, илипозволить ему и дальше "идти порожняком" и т.п. Что "должно" быть В принципелибо любое решение определяется общим аксиологическим ядром культуры, либо длякаждого отдельного действия неизбежно принимается стратегия, максимизирующаяего возможные эффекты. На практике, однако, все происходит не так. Возможности,открывающиеся с вторжением эмпирического подхода, ловко перехватываютсякапиталом, нуждающимся в новых инструментах рекламы, разными политическими,военными, парламентскими группами давления. Естественная реакция на такойкоммерциализированный и ритуализированный секс - секс анархический,практикуемый контрабандой. Как уже говорилось, и тот, и другой берут себе всоюзники науку, но оба - неправомерно. Ибо совокупный эффект этих двухразнонаправленных тенденций, их равнодействующая всегда разрушительна, они сразных сторон разрушают то, что могло оставаться ценностью лишь до тех пор,пока оставалось автономным. А секс "бунтовщиков" тоже ни в коей мере неявляется автономным, ибо осуществляется всегда в противостояние кому-то иличему-то: социальным институтам, тенденциям цивилизации и т.п.

Как и в других случаях, от недостаточного ипотому дурно используемого знания есть лишь одна защита - знание более полное.Но сегодня ждать его неоткуда: те отрасли науки, из которых оно могло быприйти, развиты очень слабо. Ни разросшаяся до звезд психофармакология, нибиология секса, ни какая-нибудь другая отрасль науки, "приписанная" копределенным телесным феноменам, ничего не подскажут касательно великихрешений, подобных перестройке нормативных систем культуры. Для биотехника тело- мозаика. Если проблему падения ценности сексуальных контактов нужно будетрешать химику, - он прежде всего придумает, если сможет, какой-нибудь препарат,усиливающий наслаждение от полового акта; когда после этого секс начнетпрактиковаться шире, опять станет легче и доступнее и вновь обесценится -разработают какую-нибудь очередную пастилку или сконструируют усилитель оргазмав виде шлема с электродами, который каждый из партнеров должен будет надевать,приступая к акту... Из всех возможных путей такая эскалация - наихудший.Знание, которое здесь необходимо, - это знание о системе оптимизациивнутрикультурных ценностей. Его только предстоит "выковать" в антропологическихисследованиях. Пока же его нет, и когда оно появится, никто не знает. Роковоевлияние такой асимметрии потоков эмпирического знания ощущается ужедавно.

Литература осознает эту ситуацию по-своему:обычная, нефантастическая, показывает, как изгоняемая из реальной жизниромантика чувства вынуждена прятаться (например, в микроповестях Дж. Кабаниса)или замыкаться в коконе извращений, как это происходит у Набокова. Фантастика -пугает и смешит нас картинами "тотально регламентированного секса". Но это уж -традиционная обязанность литературы. Жаль только, что "сайнс фикшн" нечастообращается к реалистическому познанию процессов и явлений. В основном в ней,особенно в классических произведениях, царствует футурологическоевикторианство, которое лишь заменяет архаичные фиговые листки транзисторнымcache-sex (гульфиком - фр.).

Мы уже убедились, что секс - это стрелкасейсмографа, регистрирующего потрясения от столкновений цивилизации скультурой, т.е. прагматического технократизма со стихийно противостоящими емусилами. Но вторжение эмпирического начала в сферу секса не сможетограничиваться тем манипулированием, о котором хоть изредка, но говорит "сайнсфикшн".

Ведь можно не просто манипулировать сексом,который дан нам биологически: можно вообще видоизменить его самым радикальнымобразом, преобразовав смелыми операциями саму психическую и физическую природучеловека. Противозачаточные средства и эктогенез могут оказаться лишь первымиробкими шагами далеко идущей автоэволюции. Фантастика об этоммолчит.

...К. Уилсон, enfant terrible (сорванец,хулиган - фр.) английской литературы, утверждает, что сам факт вторжения всферу интимнейшей приватности другого человека для секса жизненно важен. Секс -это временное отступление от нормальной замкнутости в собственной приватности.В норме желание объединяет партнеров в общем согласии на подобное отступлениеНорма может быть нарушена при одном из двух отклонений: либо принуждениепартнера, и тогда перед нами садизм, либо самонасилие - проявление мазохизма.Но лично мне такое понимание не представляется чем-то извечно заданным,безотносительным к характеру культуры Представление о приватности какцентральной ценности личности производно по отношению к общей траекторииэволюции культуры. Чтобы понимаемая таким образом приватность стала ведущейценностью, нужно было сперва узнать, что все люди рождаются свободными и в силуэтого наделены равными правами. С другой стороны, если бы культурные нормынизвели сексуальную услугу до уровня ничтожной мелочи, лишенной всякогозначения, - ее трудно было бы считать ярчайшей из возможных форм вторжения вчужую телесность.

Загвоздка в том, что мы не знаем, где лежитпредел пластичности человеческой природы, возможности изменения ценностныхустановок и начинается абсолютный диктат анатомии и физиологии. Все это я ктому, что сформулировать какие-либо разумные эмпирические гипотезы о"транслокации" половых органов или о возможностях "заново спроектировать"генитальный аппарат мы просто не способны. И дело не в бессмысленности всякихтам "если бы", касающихся заведомо невозможного (ведь когданибудь эти начинаниямогут оказаться осуществимыми), а в том, что последствия осуществления подобныхгипотез для нас абсолютно непредсказуемы. Вот где простор для воображенияфантастов! Но - любопытная вещь! - если когда-нибудь они и приближались к этойпроблеме, то лишь в платоновскомифологическом ключе, создавая сказки о мирах,где можно понести от страстного взгляда, от лунного луча, от золотого дождя,пролившегося на Данаю...

До тех Пор, пока речь идет об универсальномвоплощении принятых культурой идеалов красоты и здоровья, либо о физическом идуховном "подтягивании" всего нашего рода к единому образцу - например, образцуАполлона и Афродиты, программа антропологической инженерии как сознательногопроектирования анатомии и физиологии человека не вызывает особых возражений. Вхудшем случае мы рискуем услышать опасения, что если все вдруг станутпрекрасными, прекрасным не будет никто или что-нибудь в том же роде. Но на этолегко возразить, что если бы все стали богатыми, исчезло бы и само богатство,ибо оно может существовать только как противоположность бедности. Посколькубыть сильным, красивым, здоровым каждому предпочтительнее, чем быть слабым,безобразным, больным, - такого рода программа может быть проведена в жизнь безбури протестов. Думаю, что и оптимизация отдельных подсистем организма прошлабы достаточно гладко. Орган, сочетающий возможности легкого и жабер, выглядитпривлекательнее такого, который, как легкие, жестко привязан к одной лишьвоздушной среде. Орган, который, заменив сердце, улучшил бы кровообращение иобезопасил нас от многих заболеваний и страданий, тоже можно было быприветствовать. Но уже реализация эктогенеза сразу ставит нас перед неимовернотрудными дилеммами. Расстаться с эндогенезом можно: неопровержимых аргументовпротив эктогенеза нет. За всеми нынешними стоит лишь безотчетный страх передчем-то, что может перевернуть все бытование человека. Но мы уже давнопоступились принципом неприкосновенности наследия, завещанного нам эволюцией.Когда-то во имя этой неприкосновенности уже боролись против обезболивающихсредств, против облегчения родов, против исследований человеческого тела - ивсе эти позиции давно сданы их защитниками. Сегодня нам еще кажутсяубедительными другие аргументы, восходящие к "Прекрасному новому миру" Хаксли.Но Хаксли лишь показал, как можно страшно злоупотребить приемами эктогенеза, -ничего больше. Если следовать этой логике, то и бриться, пожалуй, не стоит:ведь бритвой можно кому-то перерезать горло. Между развитием эмбриона вискусственной матке и селекцией выращиваемых таким образом зародышей на "альф","бет" и "гамм" - т.е. на элиту и ее рабов - нет абсолютно никакой необходимойсвязи. Достаточно лишь представить себе, что все выращиваемые в ретортемладенцы будут "альфами", а роль других хакслиевых групп возьмут на себяавтоматы или какие-то другие машины, - и протест против подобных программ тутже спадет (того, чьи именно сперматозоиды и яйцеклетки будут попадать в этуискусственную матку, я не касаюсь - это вопрос совершенно особый).

Нападки на биотехнические методывоспроизводства людей, связанные с романом Хаксли, - такое же недоразумение,какое мы видим в случае с евгенической программой, чудовищно искаженнойГитлером и дискредитированной практикой массовых убийств. Но ведь гитлеровскаяевгеническая программа была самой заурядной фальсификацией, попыткой (причемочень неумелой) прикрыть псевдонаучными терминами воплощение в жизнь программысоциал-дарвинизма. Понятно, сколь осторожен и осмотрителен должен сегодня бытькаждый, кто захочет добросовестно реабилитировать обесчещенные этим кошмарнымзлоупотреблением принципы евгеники как идеи совершенствования генофондапопуляции. Ибо под действием исторических обстоятельств понятия, сами по себеникак не связанные, оказались намертво скреплены цепочкой ассоциаций. Такпроизошло и в случае "Прекрасного нового мира" с его эктогенезом, и в случаетретьего рейха с его "евгеникой", уничтожением больных и "расовонеполноценных". Но, повторяю, ни те злоупотребления, о которых повествовалафантастика Хаксли, ни те, которые без всякой фантастики, абсолютно реальноосуществлял Гитлер, сами по себе никак не вытекают из конкретных чистоэмпирических положений.

Однако и очистив проблему от случайныхнаслоений, мы вновь оказываемся перед дилеммой. Если уж: мы отдали под опекусовершенной техники множество своих телесных и иных функций, почему бы непоручить ее заботам и появление людей на свет Но после такого перепоручениянам останется лишь голый, лишенный какого бы то ни было биологическогоназначения секс. И как же теперь им распорядиться Во-первых, можноликвидировать его "периферию", никак не затрагивая "центра" - репрезентаторасексуальных ощущений в мозгу. Допустим, у нас нет больше гениталий, но всемозговые центры с их прежними ориентациями остаются в нашем распоряжении, благоих "периферийными реализаторами" ("датчиками") может служить все, что мыпожелаем. Разного рода разрывы и переключения нейронных цепей позволятпоместить эрогенную зону в любом участке тела или даже сделать так, чтобы мы влюбой момент могли усилием воли превращать в такую зону любой участок тела,какой нам заблагорассудится. "Эрогенизировать" любое место своего тела,превращая его в периферийный датчик сексуальных ощущений, каким сегодня в нормеявляются лишь внешние половые органы, либо "деэрогенизировать" его будет нетруднее, чем поднять или опустить руку.

Но можно представить себе и другое"переключение" нервных путей: их можно "подсоединить" таким образом, чтобытипично сексуальное наслаждение автоматически сопутствовало любому действию,какое "инженеру-стрелочнику мозговых путей" прикажут связать с центраминаслаждения. И возникнет мир, в котором каждый будет испытывать к своему труду,к его результатам, к своему рабочему месту более или менее такую страсть, какуюсегодня нам может подарить лишь сфера эротического. Более того, в подобном миретрудолюбие вознаграждалось бы чем-то вроде оргазма. Несомненно, для нас это -кошмар, поскольку речь идет о специфическом виде порабощения - порабощениинаслаждением. Но ведь это порабощение лишь "локализацией" своей отличается оттого естественного порабощения, на которое нас осудила эволюция. Не считаем жемы порабощением "встроенное" в наше тело сексуальное предпрограммирование!(Впрочем, встречаются и исключения, и порой весьма радикальные: например, сектаскопцов, практикующих самооскопление; да и учение Церкви, как уже отмечалось,видит в половом влечении определенное порабощение - не случайно Церковьпочитает воздержание за добродетель.)

В любом случае ясно, что реализацияэктогенеза лишит нас всякого критерия сексуальной нормы и сексуальныхотклонений. Если дети начнут появляться на свет благодаря заботам автоматов (аэто возможно просто как очередной шаг в длинной цепи усилий, избавляющих нас отосложнений эмбрионального развития и родов) - нам уже трудно будет считатьгетеросексуальность нормой, а гомосексуальность отклонением. Ведь нигомосексуальные, ни гетеросексуальные контакты при таком положении дел равно небудут играть никакой роли в продолжении рода.

Рассудок подсказывает нам, что в сферусексуального лучше вообще не лезть ни с какими радикальными переделками. Вполневозможно, что это убережет секс от переделок на многие десятилетия, а то и навека. Но навсегда ли Сердце, легкие, желудок, кишечник будут подвергатьсяпоследовательным совершенствованиям, оптимизации, а гениталии, одни во всеморганизме, останутся незатронутыми автоэволюцией Да почему

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 57 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.