WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 47 |

Мать: Что явстаю на сторону Патти против тебя

Отец: И,возможно, из-за этого она тебя и не слушает, потому что воспринимает тебябольше как приятельницу, чем как мать. Как кого-то, к кому она может прибежатьпожаловаться.

Мать: Хм... Яникогда не думала... Хорошо, кажется... кажется, я понимаю. Да. Но такой уж уменя характер, я не могу иначе.

Отец: Ну, тогдатебе, может быть, надо бы изменить свой ха­рактер.

Мать:Да.

Терапевт продолжает поддерживать невостребованные в семье функции отца, подчеркивая то, чего там непризнают, — свойственные ему точность формулировок и способность понимать какмаленьких детей, так и процессы взаимодействия. Благодаря тому, чтопокровительство, оказываемое отцу терапевтом, создает дистанцию между мужем иженой, муж оказывается способен реагировать на жену в иной модальности.Человек, который характеризовался как грубое животное и семейный полицейский,теперь обращается с женой как человек понимающий. Терапевт поддерживает вызов,брошенный мужем жене, однако сам не бросает ей вызов.

Минухин: МистерКьюн, почему ваша жена боится ваших вспышек раздражения

Отец: По правдеговоря, не знаю, ведь я, по-моему, никогда ей ничего плохого неделал...

Мать: Я видела,какой он, когда рассердится.

Минухин: МистерКьюн, когда вы в последний раз били жену

Отец: Я никогдане бью жену. Могу только пригрозить ей.(Смеется.)

Мать: Да. И яэтим горжусь.

Минухин: Онаговорит так, будто вы ее регулярно колотите. (Отецсмеется.)

Мать: Нет, этопросто потому, что я боюсь. Я видела, какой он, когда сердится, — тогда он совершенно теряетконтроль над собой и не может сдерживаться.

Минухин: МистерКьюн, что вы переломали в доме во время этих вспышек раздражения Вы билипосуду

Отец:Нет.

Минухин: Ломалимебель Разбивали стекла

Отец: Нет.По-моему, самое страшное, что я сделал, — это как-то раз стукнул по стене,и все.

Мать: Один разты пробил стену кулаком, а другой раз — ботинком.

Отец: Ну да, яшвырнул ботинок и попал...

Минухин: В коговы швырнули ботинок

Мать: Встену.

Отец: Я толькоодин раз швырнул ботинок.

Минухин: А когдавы стукнули кулаком по стене, вы в самом деле пробили стенунасквозь

Мать: Не совсемнасквозь.

Отец: Простовмятина осталась, и все.

Мать: Вмятина наобоях.

Минухин: Значит,ваш гнев ограничивается тем, что вы, срываете его на окружающих предметах,ничего при этом не ломая.

Поддержка мужа со стороны терапевта ивызываемое этим нарушение равновесия системы, когда муж требует от женыизменения, дезактивирует привычную схему семьи. Выявляется существующеепредставление семьи о реальности: отец — суровый сторонник дисциплины, аего свойства, обнаружившиеся в предыдущем эпизоде, — способность проявлять гибкость,чувство юмора и четкость мышления —сведены на нет иррациональными аспектами его способафункционирования, когда он проявляет “свое подлинное лицо”. Оспариваниетерапевтом этого представления о муже принимает форму конкретного исследования“фактов”. В семье существует общепринятый, но не подвергавшийся исследованиюмиф о разрушительном буйстве отца. Терапевт исследует этот миф. В ходеисторического обзора фактов в присутствии терапевта данная семейная “истина”рассыпается в прах, и покровительство отцу со стороны терапевта делаетвозможным возникновение иного мифа.

Отец: Да, но,впрочем, для этого есть причина. Когда я был мальчишкой, мой отец обычноразносил все в доме, и...

Мать: И мебель,и все остальное.

Отец:...И этоединственное, чего я никогда не стал бы делать. Я видел, как этобывает.

Минухин: То естьваша жена боится чего-то такого, чего буквально не существует.

Отец: Да,пожалуй. Потому что, не знаю, вообще эти случаи были много летназад — это тольконесколько случаев, когда я такое делал.

Мать: Да, но онивсе еще сидят у тебя в памяти, и ты знаешь, что...

Минухин: Нет,нет, нет! Не говорите о том, что у него в памяти. Вы хотите сказать, что они сидят у вас в памяти.

Мать: Правильно,и вот почему я все еще его боюсь — я знаю, насколько он может потерять контроль надсобой.

Минухин: МистерКьюн, все, что она вам внушает, — ложь! Пожалуйста, не поддавайтесь. Она внушает вам своепредставление о вашей несдержанности, о вашей жесткости, о вашем буйстве. Носудя по тому, что я слышал, самое страшное, что вы сделали, — вот что (ударяет кулаком по стулу). Ну, можетбыть, немного сильнее.

Отец: Намногосиль...

Минухин: Как выэто сделали Вот так (Снимает ботинок и ударяет импо полу.)

Отец: Правильно.(Смеется.)

Минухин: И выникого не ударили

Отец: Ну да,только стенку.

Минухин: Хорошо,так о чем же она говорит Что она вам вну­шает

Мать: Ну, этоменя пугает, этого достаточно, чтобы я боялась.

Минухин: Что онавам внушает Она внушает вам образ чудовища, человека, которого нужно бояться.Я не понимаю, почему вы миритесь с тем, что ваша жена может думать, будто выспособны обидеть вашу маленькую дочку, когда на самом деле вы добродушны, какплюшевый мишка.

Мистер и миссис Кьюн были влюблены друг вдруга с детства, отец мистера Кьюна был городским пьяницей, и он вырос,запуганный буйством и агрессивностью отца по отношению к своей матери и к нему.Миссис Кьюн, наоборот, выросла в семье, где всем заправляла мать, с которой онадо сих пор общается почти ежедневно, и та подчеркивает и поддерживает еебеспомощность. Когда Кьюны поженились, из сплетения своих индивидуальныхбиографий они создали семейный миф о буйстве отца, который программирует ихфункции в семье и многие другие их взаимодействия. Стереотипы взаимногоизбегания у мужа и жены поддерживают этот миф, который, в свою очередь,программирует стереотипы взаимного избегания. Жена, муж и дочь — все согласны с представлением осклонности мужа к буйству. Поддержка мужа со стороны терапевта представляетсобой вызов, брошенный данной семейной истине. Снимая с себя ботинок и бросаяего об пол, терапевт пародирует это буйство. Мужа он называет плюшевым мишкой,нежным и заботливым. О его нежности терапевт заговаривает в тот момент, когдасемья говорит о его буйстве. Это вызов запрограммированной семьей узостипредставления мужа о своей роли в семье.

Изменение контекста в терапевтическойсистеме вынуждает этого человека к определенным действиям. Чтобы сохранитьпокровительство поддерживающего его терапевта, он должен изменить свой прежнийстереотип взаимного избегания с женой и активно потребовать от нее изменениясвоих отношений с ним и с дочерью.

Минухин: Такчто, по-моему, эту вашу мысль — о том, что ваша жена принимает сторону Патти, чтобы защитить ееот ваших вспышек, — вам стоит рассмотреть повнимательнее. Я думаю, выправы, —именно такмаленькая Патти превращается в чудовище.

Отец: Странно, яее так и зову — “чудовище”.

Мать: Так он ееи зовет — “чудовище”.

Минухин: Но эточудовище — дело вашихрук. Вы сами создаете чудовище.

Мать:Хм-м.

Минухин: Из очаровательного, умногочетырехлетнего ребенка вы создаете чудовище, и это нечестно. Я думаю, этонечестно со стороны родителей — создавать чудовище.

Отец: И нечестнопо отношению к ребенку.

Минухин (матери): Вам нужно измениться.

Мать:Мне

Минухин: Вам.Изменить свое отношение к нему, потому что таким способом вы уравновешиваетето, что считаете его авторитарной, жесткой манерой воспитания. Как будтоговорите: я должна быть мягкой, потому что он слишком жесткий.

Мать: Ну да,правильно.

Минухин: Поэтому кое-что между вами обоимидолжно измениться. (Обращается к мужу.) Вы можете изменить ее

Отец: Незнаю.

Минухин: Этоваша задача. Вы должны изменить ее.

Мать: Мненикогда и в голову не приходило, что она может подумать, будто я становлюсь наее сторону против тебя. Ты никогда мне этого не говорил.

Отец: Она знает,что может обратиться к тебе в поисках защиты.

Мать: Мне и вголову не приходило, что она может думать, будто я встану на еесторону.

С изменением стереотипа взаимодействиямежду супругами происходит и изменение точки зрения родителей на дочь. Одно изследствий успешного нарушения равновесия и изменения точек зрения вподсистеме — то, чтоэто волнами расходится по всей семейной системе. Поскольку муж и жена начинаютподвергать сомнению свой стереотип взаимодействия и соглашаются с тем, что женаспособна выработать более эффективные альтернативные способы взаимоотношений смужем, а муж — болеегибкие и заботливые стереотипы взаимодействия с женой, позиция Патти в этомподспудном конфликте между супругами становится ненужной. Из поля битвы, накотором супруги разыгрывают свои конфликты, она превращается всего лишь внепослушного четырехлетнего ребенка. В результате она перестает быть третьейстороной, и возникает более эффективная исполнительная подсистема. В ходе этогосеанса такое вмешательство терапевта кладет начало изменениям в стереотипеповедения подсистемы мать-дочь. Терапия продолжается еще на протяжении двухсеансов. Ежегодные обследования в течение трех лет указывают на то, чтоизменения в семье стабилизировались.

Попеременное покровительство

В некоторых семьях к изменениям виерархическом устройстве может привести покровительство, оказываемое то одной,то другой конфликтующей подсистеме. Покровительство по отношению к обеимсторонам по очереди — прием, трудный для эффективного применения: подобноевмешательство может быть воспринято членами семьи таким образом, что оно будетподдерживать существующую симметрию и дистанцию вместо того, чтобы создатьальтернативы. Кроме того, конфликтующие семейные подсистемы обладают свойствомподталкивать терапевта к тому, чтобы взять на себя роль “весовправосудия” — судитьи распределять свои милости поровну, и тогда задача нарушения равновесия будетподменена задачей установления справедливости.

Цель этого приема — наделить каждую подсистемуразличными и дополняющими друг друга функциями, чтобы вместо соперничества заиерархическое положение в том же контексте члены семьи исследовали новыеспособы соотносить себя с другими в более широкой структуре. Подобные стратегииполезны при работе с семьями, в составе которых есть подростки, — здесь терапевт поддерживаетправо родителей принимать родительские решения и в то же время право подростковподвергать сомнению процесс принятия решений в семье и требовать изменений внем.

В семье Уинстонов пятнадцатилетний сын иего родители находятся в конфликте. Юноша считает, что родители крайненесправедливы: требуют, чтобы он ходил в школу, приходил домой в определенноевремя и уважительно с ними разговаривал. Кроме того, сына приводит в ярость то,что родители заставляют его поддерживать чистоту в своей комнате, каждый деньстелить постель и раз в неделю менять простыни. Терапевт вмешивается,поддерживая юношу в его желании считать комнату, в которой он живет, своейкрепостью. Это та часть дома, где он должен обладать полной самостоятельностью.В то же время терапевт поддерживает родителей в их стремлении добиться, чтобымальчик ходил в школу, проявлял к ним уважение и подчинялся элементарнымправилам, — например,требованию не приходить домой поздно.

Игнорирование членов семьи

Этот прием нарушения равновесия идетвразрез с прочно привитыми терапевту культурными навыками, потому что требуетот него умения говорить и действовать так, словно он просто не видит того илииного человека. Члены семьи, оставляемые без внимания, воспринимают это какотрицание своего важнейшего права — права на то, чтобы с ними считались. Они восстают против такогонеуважения, что проявляется в виде тех или иных требований или нападок. Ихмятеж против терапевта может принять форму прямого вызова, но чаще представляетсобой призыв к сплоченности, обращенный к другим членам семьи. Такоевзаимодействие, часто влекущее за собой призыв к созданию коалиции противтерапевта, делает возможной перестройку семейной иерархии.

В самой мягкой форме этот приемприменяется, когда терапевт игнорирует чересчур капризного ребенка, требующегок себе внимания. При эффективном применении такое вмешательство вызываетнемедленное прекращение сфокусированности на ребенке, что может оказать на негоуспокаивающее действие. Более активная разновидность того же приема имеетместо, когда терапевт формулирует свой вызов в явной форме. Он может сказать:“Я не люблю разговаривать с людьми, поведение которых не соответствует ихвозрасту”, или: “Я стараюсь не иметь дела с детьми, которые в четырнадцать летведут себя, как четырехлетние; когда вашей дочери снова будет четырнадцать, ябуду с ней разговаривать”, или: “Не странно ли — ваш муж считает, что стоит емувысказать любую чепуху, как все подумают, будто он говорит дельныевещи”.

Такой тип вмешательства, когда терапевтразговаривает с членами семьи о человеке-“мишени”, может сильно обескуражитьего, потому что влечет за собой объединение членов семьи с терапевтом, внерамок которого остается человек-“мишень”. Он может быть применен при работе супрямыми детьми, которые сопротивляются терапии, отказываясь разговаривать.Терапевт должен уметь вызывать у ребенка стресс, сохраняя такое невнимание кнему на протяжении всего сеанса и в то же время затрагивая темы, которыесодержат адресованный ребенку вызов.

Десятилетняя Патти Делл проходит терапию,потому что не желает сотрудничать с хирургами, которые намерены ее оперировать.Больше года она отказывалась разговаривать со своим педиатром. Все общение сним происходит исключительно через мать. Патти и ее мать крайне сосредоточеныдруг на друге. В ходе первого сеанса семья проявляет склонность поддерживатьвзаимозависимость между матерью и дочерью. Патти отказывается разговаривать; еемолчание неизбежно влечет за собой вмешательство матери, которая такразговорчива, что это дает Патти возможность продолжать молчать. Чем дольшетерапевт беседует с матерью о Патти, тем больше он укрепляет статус-кво. Черезтридцать минут после начала сеанса Патти по-прежнему отказывается разговариватьнепосредственно с терапевтом.

Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.