WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 38 |

Как известно, основным эмпирическимметодом, которым пользовались социологи первого поколения (Ф. Теннис, Э.Дюркгейм, Г. Зиммель и другие) было наблюдение, причем не включенное наблюдениев современном понимании этого слова, а обыденное, или «жизненное» наблюдение,дополнявшееся изучением литературы, общением с коллегами и т. д.

Первые попытки использования всоциологической работе систематического эмпирического материала относятся кначалу XX века. Основными видами эмпирических данных в те годы были: письма,дневники, материалы судебных дел, устные истории, позднее — автобиографии, а еще позднее— методы агентурнойработы, заимствованные у спецслужб (разновидность включенного наблюдения).Таким образом, первый этап развития социологии с точки зрения используемыхметодов должен быть охарактеризован как «качественный». Одним из главныхнаправлений эмпирических исследований тех лет было изучение социальных причинпреступности, особенно молодежной и подростковой. Позднее, после начала«великой депрессии», фокус интересов сместился в сторону криминальныхсфер теневойэкономики.

В 20-е годы в США были разработаны и быстровошли в моду количественные стандартизированные опросы. Для нас важно, чтосфера возникновения количественных опросов изначально не имела ничего общего нис теоретическими трудами отцов-основателей социологии, ни с первымиэмпирическими исследованиями, посвященными генезису личности преступников инекоторым другим изучавшимся в те годы проблемам. Если исследования, в рамкахкоторых осуществлялся сбор автобиографий, были научно-поисковыми, то массовыеопросы с момента своего возникновения имели в основном не просто прикладной, акоммерческий характер, поскольку были востребованы и финансировались газетами иполитическими партиями для решения вполне конкретной практической задачи:замера рейтингов политических деятелей и прогноза результатов выборов. В те жегоды были предприняты первые попытки количественного изучения аудитории средствмассовой информации и рекламы.

Считается, и не без основания, что новыеколичественные методы существенно потеснили предшествующую «качественную»традицию, оттянув на себя, в частности, фокус общественного интереса, авследствие этого —финансовые и иные ресурсы, включая и ресурс доступа к средствам пропагандысвоих идей (эффект, свойственный любой моде). Здесь, пожалуй, уместно отметить,что европейские социологические школы, которые могли бы составить альтернативуамериканским, в то время были раздавлены послевоенным экономическим кризисом иокончательно погибли в огне второй миро­вой войны, после которой нанесколько десятилетий установилась так называемая «эпоха американизма», когдавновь возникавшие европейские школы могли выполнять лишь роль реципиентовамериканских достижений.

Разработка и внедрение метода массовыхопросов явились крупным технологическим достижением, на основе которого вразвитых странах сформировалась целая экономическая отрасль, или «индустрияопросов», ставшая неотъемлемым элементом современного общества. Значение ифинансовая мощь этой отрасли существенно возросли с тех пор, как на основемассовых опросов стали проводиться регулярные маркетинговые исследования,ставшие более мощным (и более стабильным по сравнению с политикой) источникомфинансирования.

Система социологического образования,разумеется, не могла остаться в стороне от этих процессов. Методыстандартизованных опросов, включая весь сопутствующий им шлейф методов сбора иобработки данных, стал крупной составной частью системы социологическогообразования и академической социологии. Результаты стандартизованных опросовестественным образом оказались массивами информации, чрезвычайно удобными дляосуществления различных математических операций, в том числе и с помощью ЭВМ.Так родилась математическая социология, имевшая свои несомненные достижения, ноочень сильно формализовавшая процесс социологического образования, потеснив внем собственно гуманитарные направления.

Технология массовых опросов и сопутствующиеей математические методы оказали огромное влияние на социологию в целом,включая все ее отрасли. Это влияние неоспоримо, но неоднозначно. Целостныйанализ данной проблемы выходит за рамки нашего рассмотрения. Для наших целейважно лишь установить, где и почему возникла «... растущая неудовлетворенностьисследователей поверхностью массовых опросов» [7, с. 5].

Прежде, чем дать ответ на этот вопрос,необходимо отметить, что если до 50-х годов мы могли упрощенно рассматриватьэмпирическую социологию как нечто единое, и выделять в ее развитии«качественный» и «количественный» периоды, то в дальнейшем такое упрощениестановится уже неправомерным. В связи с этим необходимо рассмотретьметодическую динамику, как минимум, в трех автономных областях: в теоретическойсоциологии, в системе социологического образования и в коммерческихсоциологических исследованиях.

Развитие теоретической социологии исвязанных с ней эмпирических исследований, как уже говорилось, шло автономно откоммерческих, и путь этот оказался извилист.

Данный вопрос уже был частично описан впредыдущем учебнике. Избегая повторов, напомним, что в 30-е годы в СШАсформировалась сильная теоретическая школа, получившая названиеструктурно-функциональной. В тот же период на очень высокий уровень вышел ряддругих социологических школ, связанных, в частности, с исследованиеморганизаций, культуро-антропологическими исследованиями и некоторыми болеечастными направлениями. Для нас важно, что эти направления характеризовались нетолько высокой теоретической, но и очень высокой методологической культурой.Поэтому приписывание им примитивных «количественных» или позитивистскихориентации было бы грубой ошибкой. Обладая очень высокой квалификацией (см.,например, статью П. Лазарсфельда в сборнике «Социология сегодня»[30]),названные школы в совершенстве владели всем арсеналом эмпирических методов,модифицируя и комбинируя их в зависимости от возникавших исследовательскихнужд. Основными средствами эмпирической работы этих школ были: наблюдение(включенное и обыденное), эксперименты, в т. ч. групповые, индивидуальныенеструктурированные интервью, стандартизованные количественные опросы. Что жекасается групповых интервью, то они применялись сравнительно редко и ненаходились в фокусе методического внимания теоретиков и эмпириков техлет.

Для более правильного понимания ролиэмпирических исследований в социологической теории следует отметить, что«теоретический уровень науки относительно самостоятелен, он способенразвиваться и без непосредственной опоры на данные эмпирические исследования,поскольку теоретические и эмпирические гипотезы могут появляться в результатеуточнения и развития содержания понятий, а не в результате эмпирическогоанализа связей между теми явлениями, в которых эти понятияоперационализированы» [24, с. 297].

Идейный конфликт между «количественной» и«качественной» социологией обозначился в конце 60-х годов на волне критикиструктурного функционализма со стороны возникшей в те годы феноменологическойсоциологии и смежных с ней направлений. В нашей предыдущей книге мы уже писали,что этот конфликт сопровождался сильными идеологическими перехлестами. Сейчасдля нас важно отметить, что критика феноменологов имела два аспекта:теоретический и методический, причем критикующие в пылу полемики, по-видимому.плохо осознавали, что эти аспекты критики должны были быть направлены на разныеобъекты.

Анализ теоретических аспектов спора невходит в нашу задачу, однако методические аспекты имеют прямое отношение кнашей теме. С нашей точки зрения, методическая революция, происходившаяодновременно с теоретической, имела две основные причины. Первая, достаточноочевидная, состояла в том, что для сторонников феноменологической иэтаометодологической ориентации «живая речь» и «живое наблюдение» действительнобыли более релевантны их теоретическим взглядам, чем данные стандартизованныхопросов. Иллюстрацией могут служить использовавшиеся А. Сикурелом такие методысбора данных, как участвующее наблюдение, запись на пленки дискуссий, изучениепротоколов судебных заседаний и т. д. Позднее под влиянием работосновоположников феноменологической социологии возродился интерес кбиографическому методу и методу устных историй, причем оба они получилисущественное методическое и теоретическое развитие.

Если не считать отмеченных вышеидеологических перехлестов, описанный выше процесс смещения фокуса методическихинтересов в целом следует считать нормальным, поскольку для каждой специфичнойсистемы концептуальных представлений и для соответствующего ей специфичногообъекта существует свой естественный баланс методов, определяемый неидеологическими пристрастиями, а объективными свойствами изучаемых проблем (этоотмечают и сами социологи феноменологической ориентации). Для полноты картиныдобавим, что, с нашей точки зрения, снижение интереса к количественным методамв области теоретической социологии связано с падением интереса к зонамрелевантности этих методов, но не с исчезновением этих проблемных зон кактаковых.

Вторая причина критики количественныхметодов, по-видимому, более важная, чем первая, но до сих пор плохо осознанная,состоит в том, что теоретики феноменологической ориентации, по крайней мере,наиболее молодые из них, выступая против «социологического истеблишмента»,соединили в единый объект структурно-функциональную теоретическую социологию и,как это ни странно, сложившуюся в университетах и колледжах системупреподавания методов эмпирического социологического исследования. Если засилиеколичественных и математических методов никоим образом не было характерно длятеоретической социологии, то оно, несомненно, имело место в системеметодического образования социологов, в основу которого был положен весьмаискусственный гибрид между описанием прикладных количественных методик иобоснованием их валидности в духе позитивистской философии, причем самиприкладные исследования и их реальная специфика в таких описаниях вообще как быигнорировались.

В предыдущей книге мы уже подробно писали,что основной недостаток позитивистской методологической концепции состоял втом, что концентрируя внимание на точности измерений и математической проверкегипотез, она ничего не говорила о том, что такое содержательные теории игипотезы и откуда они берутся. Такая неадекватность системы социологическогообразования имеет, на наш взгляд, достаточно глубокую причину. Трагедиясоциологии как научной дисциплины, состоит в том, что она создала множествовысочайших теоретических трудов, но не создала жанра теоретического учебника, вкотором эти труды нашли бы адекватное обобщение. Вследствие этого каждое новоепоколение социологов в процессе своего профессионального роста в очень большойстепени вынуждено опираться на самообразование. Отсюда — периодическая идеологизациясоциологии, «конфликты поколений», периоды подъемов и спадов, крутыхидеологических поворотов и т. д. Отсюда же — ощутимый крен социологическогообразования в сторону изучения методов исследования, опасность которогонедвусмысленно выразил экономист Ф. Хайек: «… К несчастью, технические приемыисследовательской работы сравнительно легко осваиваются, поэтому и в положенииучителей часто оказываются люди, владеющие техникой, но слабо разбирающиеся впредмете исследования, так что и их работа с научной точки зрения оказываетсянесостоятельной» [33].

Исходя из вышеизложенного, следуетпопытаться определить ту реальную область, применительно к которой критикаколичественных методов опросов действительно была обоснованной. Такая критикаявно не была направлена в адрес организованных по принципу поточногопроизводства коммерческих опросов, которые осуществлялись автономно, имелинезависимые источники финансирования и успешно решали ставившиеся перед нимипрактические задачи. Кроме того, как будет показано ниже, качественные методыактивно использовались в коммерческих опросах еще в начале 50-х годов, т. е.задолго до возникновения описываемых академических споров.

С другой стороны, объектом методическойкритики не была и структурно-функциональная социология, которая, как ужеговорилось, весьма корректно и с высоким уровнем рефлексии пользовалась всемарсеналом социологических методов, включая и количественные, и качественныеопросы. Чтобы не быть голословными, укажем, что нам не известна ни однапубликация, в которой с методической точки зрения критиковались бы результатыколичественных опросов, положенные в основу теоретических работ Р. Мертона, П.Лазарсфельда, С. Стауфера и других наиболее известных социологовструктурно-функционального направления, проводивших эмпирические исследования.Еще меньше оснований считать объектом методической критики социологиюорганизаций, поскольку в этой области стандартизованные массовые опросы хотя ииспользовались, но никогда не были доминирующими (исключение составляютразличные анкеты и формуляры, распространяемые так называемыми «специалистамипо управлению», но их деятельность лишь с большой натяжкой может бытьохарактеризована как социологическая). Что же касается третьей из названныхнами высокоразвитых теоретико-эмпирических школ, а именно,культур-антропологии, то эта область никогда не страдала от засилияколичественных методов, о чем свидетельствует, к примеру, следующеевысказывание К. Леви-Стросса: «Подлинность существования корреляции, дажеоснованной на впечатляющих статистических данных, зависит в конечном счете отправильности производимого заранее выделения тех явлений, между которымиустанавливаются корреляции, что создает опасность возникновения порочногокруга... Статистический метод всегда оказывается эффективным для обнаружениянеправильно установленных корреляций» [20, с. 275].

Итак, если учесть, что растущаянеудовлетворенность поверхностью количественных опросов не могла бытьадресована ни сфере коммерческих опросов, ни ведущим теоретико-эмпирическимнаправлениям исследовательской социологии тех лет, остается констатировать, чтоэта неудовлетворенность вызывалась в первую очередь специфичным освещениемметодических вопросов в самой университетской среде, т. е. в сфере преподаваниясоциологии, а также в связи с поверхностностью работ, выполнявшихся поднепосредственным влиянием рекомендаций учебных курсов по методикесоциологических исследований.

При осмыслении этого вывода следует учесть,что текущая социологическая периодика в существенной мере заполняласьпубликациями неадекватно сориентированных исследователей, чаще всего молодых. Впринципе такое явление следует считать нормальным, поскольку публикациивыполняют, в том числе, и учебные функции. Однако неадекватное и некритическоеиспользование количественного инструментария в этих публикациях простобросалось в глаза и поэтому стало естественной мишенью для критики. В нашейпредыдущей книге мы уже приводили примеры результатов опросов, в которые трудновложить какой-либо определенный смысл. Число таких примеров легкоумножить.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 38 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.