WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 52 |

К критике несостоятельности ассоциативнойтеории в объ­яснениивозникновения идеи отношений между идеями добавилось экспериментальноедоказательство реакций животных на отношение раздражителей (опыты Келера надкурами и шим­панзе, азатем опыты многих других исследователей).

Критические замечания о том, что мышлениене может быть описано как слепое взаимодействие случайных элементов, апредставляет собой направленный, упорядоченный, целеустремленный процесс,контролируемый и мотивированный, а также возражения против того, что мышлениестроится из неизменных чувственных элементов, репродуцируемых в ассоциациях,стали отправными пунктами дальнейших исследований психологии мышления. В нихзаложена проблематика, которая определила направление психологическихисследований, специально посвященных мыслительной деятельности. Начались поискиусловий, определяющих переход от механического случайного сцепления элементовсознания к направленному процессу. Поиски эти пош­ли в разныхнаправлениях.

Одни направления, выступающие противассоциаций как ос­новного принципа психической деятельности, оставались вес же впределах общей интроспекционистской концепции сознания. Другие — поведенческие направления,пытаясь преодолеть интроспекционизм, удерживали принцип ассоциативных связей,но переносили его на связь стимулов с двигательными реакциями и, в конечномсчете, снимали проблему мышления как таковую. Несмотря на различное отношение кстержневой идее эмпириче­ской психологии — ассоциационизму — и различие в отношение к проблеме сознания, западноевропейские иамериканские пси­хологические теории оставались объединенными общейпозити­вистскойметодологией.

В корне противоположны были поиски новыхпутей в психо­логии,которые велись на основе материалистической филосо­фии и передового естествознанияИ.М. Сеченовым. Принимая факты ассоциации, он искал их объяснения врефлекторной дея­тельности мозга. Рефлекторная концепция стала основойсече­новскойматериалистической программы развития психологии, а его теория мышления— пробным камнемновой психологической системы.

В западноевропейской и американскойлитературе по исто­риипсихологической науки69 и, в частности, по историипсихо­логиимышления70 утверждается взгляд, согласно которому общая линия развитияпрослеживается от ассоциативной психо­логии к рефлекторной теории И.М.Сеченова, учению И.П. Пав­лова и рефлексологии В.М Бехтерева и далее к современномуамериканскому бихевиоризму, как вершине ассоциационизма. Зарубежныеисследователи объединяют труды И.М. Сеченова, В.М. Бехтерева и И.П. Павлова водно рефлексологическое направление, относят его к объективной психологии ирассмат­ривают, содной стороны, в связи с ассоциативной психологией, а с другой, с американскимбихевиоризмом. Э. Боринг «русской школе объективной психологии» отводит место вглаве «Бихевиористика». В своей книге о мышлении Д. Хамфри в главу обас­социациях включает,наряду с английской ассоциативной школой и ранними эксперименталистами, русскуюшколу Сеченова —Павлова и американских бихевиористов. Последние два направ­ления он называет объективнойтеорией ассоциаций и связывает их с теорией условных рефлексов, а общность сэмпирической психологией видит в принципах ассоциации. Объективная теориястрадает, как указывает Хамфри, теми же недостатками, что и субъективнаятеория, т. е. теория эмпирической психологии. Это те три недостатка, о которыхшла уже речь: механицизм, атомизм и сенсуализм. Для экспериментальнойпсихологии, по его мне­нию, типической формой ассоциационизма и являетсябихевио­ризм.

Хамфри видит в бихевиоризме завершениесеченовско-павловской схемы и переносит на учение И.М. Сеченова и И.П.Пав­лова те жекритические замечания, которые он делает бихевио­ризму. И это характерно. Дело втом, что коренное раз­личие этих направлений в психологии идет от их философскихметодологических основ, а этот вопрос западноевропейские и американскиеисторики психологии обходят в силу своих позитивистских воззрений.

История психологических теорий мышленияпредставится по-другому, если обратиться к теории Сеченова со стороныкорен­ного отличия еефилософских методологических основ и психо­логического содержания от теорииэмпирической ассоциативной психологии и от теорий мышления западноевропейской иамери­канскойпсихологии. Трудами Сеченова был открыт новый мате­риалистический путь исследованиямышления, а рефлекторная теория обусловила новый подход к проблеме ассоциаций.При­знание Сеченовымфакта ассоциации и место, которое он отводит в своем учении ассоциациям, никакне дают основания рассмат­ривать его рефлекторную теорию как продолжениеассоциатив­ной теорииМилля, Бэна и Спенсера, с одной стороны, и как зве­но, связывающее эмпирическуюпсихологию с бихевиоризмом, с другой.

Проблема ассоциационизма остаетсяактуальной и до наших дней, так как принцип ассоциации психических явленийреально существует, издавна известен науке, а в действительности еще не получилдостаточного объяснения, Можно отвергать фило­софские и психологические ученияоб ассоциациях, однако факт ассоциации отвергнуть нельзя, его надо принимать иобъяснять. Не случайно учение об ассоциациях в разных формах суще­ствует на протяжении столетий,несмотря на всю его критику. К проблеме ассоциаций снова и снова возвращаются ифизио­логи ипсихологи.

Глава III. Интроспективный эксперимент иисследование мышления в вюрцбургской школе.

Философские основы Вюрцбургскойшколы.

Вюрцбургская школа—это направление интроспективнойпсихологии, представители которого в начале XX в. впервые в истории психологиипопытались экспериментально исследовать особенности мышления.

В группу психологов, образовавшихВюрцбургскую группу, входили, кроме руководителя Освальда Кюльпе, А. Майер, И.Орт, К. Марбе, X. Ватт, Н. Ах, А. Мессер, К. Бюлер, К. Тей­лор и другие.

Вюрцбургская школа возникла в следующейтеоретико-философской ситуации. К началу XX в. в психологии господствовалафизиологическая школа Вундта, которой были свойственны многие внутренниепротиворечия между ее философско-теоретическими позициями и результатамиэкспериментального метода, заимствованного из физиологии, а также междупоследним и интроспекцией.

Физиологическая психология быларазновидностью психоло­гии сознания. Основной своей задачей представители этогона­правления считалиизучение сознания, его составных «элемен­тов» и связей между ними. Этузадачу психологи решали, ис­пользуя методики, заимствованные из физиологии. Применяя различныераздражители, экспериментаторы заставляли испы­туемых реагировать на них либодвигательными, либо словесны­ми реакциями. Подопытные лица должны были сообщать,вос­принимают ли онидействующие раздражители, какое раздра­жение действует сильнее, чем другое, и т. д. Испытуемыедолж­ны были такжесообщать, какие чувства они испытывают при подаче тех или иных раздражителей, ианализировать эти чув­ства. Экспериментальные данные содержали совершенно разнородныесведения, состоявшие частично из интроспективных от­четов, а частью из отчетовиспытуемых о том, что именно они воспринимают в окружающем мире, и, наконец, изпоказателей о зависимости двигательных реакций от тех или иных измененийраздражителей.

Представители физиологической психологииоба вида словесного отчета объявляли интроспекцией, а данные последнего родасчитали лишь вспомогательным материалом. Полученные в экспериментах этогопериода результаты, доказывающие при­чинную зависимость ощущений отдействующих извне раздра­жителей, объективно были направлены против идеалистиче­ского понимания сознания как кругапсихических явлений, до­ступных лишь интроспекции. Однако в этот период соединениенекоторых причин философского порядка помешало краху интроспективного пониманияи изучения сознания.

К началу XX в. среди психологов широкоераспространение получил позитивизм Маха. Как известно, с точки зрения Маха, всетела являются лишь комплексами ощущений. В таком слу­чае любой словесный отчет впсихологическом эксперименте мог быть лишь описанием мира психических явлений ине имел пра­варассматриваться как описание человеком физических предме­тов. Тем самым махизм стиралразличие между собственно ин­троспекцией и описанием объективных условийдеятельности71. Истолкованное с идеалистических позиций психологии сознания, этоположение означало сведение к интроспекции всех форм вербальных отчетов. Врезультате этих обстоятельств психологи пришли к выводу, что при изученииощущений и восприятия метод инстроспекции является действенным.

В этих сложных условиях, когда уже началидействовать, но еще полностью не проявились внутренние противоречияфизио­логическойпсихологии, и начала формироваться Вюрцбургская школа, Кюльпе — ученик Вундта и Г. Е. Мюллера— по своимфилософским убеждениям близко стоял к доктрине Авенариуса, принципиально ничемне отличающейся от позитивизма Маха: Мах утверждал, что психология имеет дело с«элементами» —ощущениями, рассматриваемыми в отношении к субъекту. Со­гласно же Авенариусу, предметомпсихологии является «опыт», определяемый функционированием нервной системы, вто время как физика изучает этот же «опыт», отвлекаясь от работынерв­ной системы.Доктрина Авенариуса была принята Кюльпе в его труде «Основыпсихологии»72, непосредственно предшествовав­шем образованию Вюрцбургскойшколы.

К философским взглядам Кюльпе примыкали(хотя и не со­впадалиполностью) позиции и других будущих участников Вюрцбургской школы. Так, КарлМарбе находился под сильным влиянием Евгения Дюринга, которого считал«величайшим философом современности».

Оттолкнувшись от этих философских позицийфизиологиче­скойпсихологии, вюрцбуржцы попытались применить метод интроспекции к изучениюмышления.

В опытах Вюрцбургской школы интроспективныйметод до­стиг своегоапогея. В то же время благодаря специфике приме­нявшегося экспериментальногоматериала и построению некото­рых, особенно более поздних, экспериментов, интроспекцияока­залась четкоотделенной от других форм словесных реакций: испытуемые должны были сообщить нео качестве воздействую­щих раздражителей, а о довольно сложной мыслительной деятельности,вызываемой раздражителями и опосредствующей ко­нечный ответ («да»,«нет»).

Отчет испытуемых об этой умственнойдеятельности рассматривался вюрцбуржцами как достоверное и адекватное описаниедействительного хода мышления. Пытаясь создать теорию интроспективногоэксперимента, Ах настаивает на ретроспектив­ном характере самонаблюдения. Онподчеркивает, что интро­спекция не просто искажает наблюдаемый психический процесс, номеняет его содержание. Возможность же давать ретроспек­тивный отчет о своих переживанияхв ходе мышления Ах обосновывает ссылкой на опыты Г. Мюллера и Пильцекера,указавших на персеверацию, т. е. навязчивое возобновление явленийпере­живания.

Специальное внимание Ах уделял вопросу оботличии применявшейся в опытах вюрцбуржцев интроспекции отсамонаблюде­ния вэмпирической психологии. Основное отличие, по мнению Аха, заключается в том,что в опытах Вюрцбургской школы ин­троспекция применялась в строго контролируемых стандартныхусловиях: каждому испытуемому давались одни и те же раздра­жители и тождественные инструкции.Ах подчеркивает зависи­мость. переживаний испытуемых и, следовательно, ихинтро­спекции отвариаций внешних условий. Систематическое экспе­риментальное самонаблюдение, пишетАх, не имеет никакой цен­ности, если не удается благодаря изменению внешних условийэксперимента и инструкции вызвать соответствующее изменение внутреннихпереживаний и, таким образом, благодаря вариации внешних обстоятельств,осуществить контроль за данными са­монаблюдениями. Это положение означает некоторуютенден­цию к выходу запределы психологии сознания, некоторое при­знание зависимости мышления отокружающих условий. Но для вюрцбуржцев внешние условия выступают более какповоды или способы побуждения мыслительной деятельности, чем причина идетерминирующие факторы. «Как уже было замечено, — пишет Ах, — метод систематическогоэкспериментального самонаблю­дения направлен на то, чтобы в непосредственно следующий за опытомпериод подвергать полному описанию и анализу пережи­вания испытуемого, вызванныевнешним вспомогательным сред­ством»73.

Провозглашение вюрцбуржцами интроспекции вкачестве главного метода исследования мышления связано с неверным пониманиемсоотношения сущности и явления применительно к мышлению. Как и всяинтроспективная психология, вюрцбуржцы неправильно отождествляли сущностьмыслительной дея­тельности с одной из форм проявления этой сущности всамо­наблюдениичеловека.

Грань между экспериментатором и испытуемымпо существу стиралась: каждый испытуемый являлся одновременноэкспериментатором, наблюдающим сущность своего собственного мышления. Почти ковсему циклу проведенных вюрцбуржцами экспериментов относятся слова Бюлера,высказанные им по по­воду работы Мессера. В ходе проведения опытов, пишет Бюлер, Мессерчувствовал себя в некоторой степени лишь редактором того, что высказывали егоиспытуемые Кюльпе и Дюрр74. С точки зренияобъективного подхода к психике ретроспективный отчет о том, какие мысли вызвалу человека раздражитель, вполне до­пустим. Но этот отчет представляет собой сырой материал,ко­торый может служитьподсобным средством для восстановления хода психических процессов. Поэтомуполученные вюрцбуржца­ми факты представляют определенный интерес. Однако приот­сутствии хотя быпредварительной теории мышления отчеты самонаблюдения могут принести лишькрайне разрозненные, от­рывочные и случайные данные об осознавании человекомобъек­тов своегомышления, как это и произошло в Вюрцбургской школе.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.