WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 22 |

Некоторые из тех сущностей, что каждый день вас окружают, очень древние, а некоторые — очень недавние. Но лучше ли это или хуже Это просто иначе... Лучше ли быть двадцатилетним Просто иначе. Тогда зачем же судить кого-то за то, что он не так сознателен, как ты Разве вы осуждаете не достигшего половой зрелости за то, что он или она не способны зачать ребенка Вы понимаете. У вас есть сострадание. Если понятие сострадания выразить просто, то это — оставить других людей в покое. Вы никому не навязываете цели. Вы существуете как утверждение собственного уровня эволюции. Вы доступны для любого человека, дабы обеспечить каждому из них то, что ему нужно, — в той мере, в какой они попросят. Но вы начинаете понимать, что думать, будто вы можете возложить какой-то путь на другого — заблуждение.

Я, бывало, встречался с людьми и видел что я мог бы для них сделать, — и оттого, что я проделал немалую садхану и развил некоторые меньшие сиддхи, — я мог взглянуть этим людям в глаза, коснуться определенным образом и кое-что сделать, и они начинали становиться такими, какими я хотел, чтобы они были. Тогда я говорила « Ну как!», а они говорили: «О, спасибо, спасибо». И они меня любили и хотели следовать за мной. Но на следующий день, неделю или месяц они становились прежними, так как жили моим, а не своим умом. Они жили по моему сценарию, а не так, как им нужно было жить на собственном пути эволюции. Лучшее, что вы можете сделать — это стать такой средой для каждого, с кем вы встречаетесь, которая даст им раскрыться тем наилучшим образом, каким они могут раскрыться. Метод, каким вы «воспитываете» ребенка, состоит в создании атмосферы любви и понимания, чтобы дать ребенку возможность стать тем, кем он должен стать в этой жизни.

Точно так же, если вы врач, партнер в браке или духовный учитель; какова бы ни была ваша роль в человеческих взаимоотношениях, игра всегда та же. Если вы контролер на транспорте, ваша работа может состоять в том, чтобы выдавать людям проездные билеты. То, как вы выдадите этот билет — и есть функция вашей эволюции. Вы можете так выдать человеку проездной билет, что тот получит озарение.

Потому что для этой игры форма вообще не важна. Имеет значение — кто в форме. Важно не то, насколько свято вы выглядите, но насколько вы есть дух Христа Живого, сострадание Будды, любовь Кришны, беспощадная мудрость различения Тары или Кали. Нет ни одного действия или эмоции, которые были бы более святы, чем любые другие. Как-то Махарадж-джи сказал мне: «Рам Дасс, перестань гневаться». А я говорю: «Ладно, Махарадж-джи, значит, мне нельзя использовать гнев ради обучения» И он гневно заорал: «Нет, можно!!!». В этой игре много уровней; это вас и подводит.

Конечно, есть определенные действия, которых сознательные существа не совершают ни в коем случае, — не потому, что нельзя совершить осознанно, но они не вливаются в поток. Вы не можете долго прятаться за формой.

Многие спрашивают меня: «Следует мне быть вегетарианцем, или нет». «Следует иметь сексуальные контакты, или нет». «Следует ли мне медитировать по сорок минут». Люди, которые медитируют в точности положенное количество времени, едят именно надлежащую пищу, все делают в совершенстве, тоже могут попасться на золотую цепь, цепь праведности и ритуала. Это не освобождение. Но, в конечном счете, выполняешь духовные упражнения не по обязанности, не из повинности, а потому, что пришел к ним. Потому что это от вас требуется вами же. Вы пройдете через подлинный ад в медитации для успокоения ума не оттого, что кто-то скажет: «Вы должны успокоить ум», а потому, что от своего возбужденного ума вы на стену лезете, и он же удерживает вас от возможности покончить с этим. Вы научитесь молиться, читать святые книги, практиковать послушание и пользоваться песнопениями, открывая сердце свое и прося Христа наполнить его любовью, не оттого, что вы добры, а потому, что вы знаете, что с закрытым сердцем вы не можете войти в мировой поток.

Сейчас есть очень утонченные писания по поводу пассивности и активности, воли и выбора и т.д. И вы должны очень глубоко прислушиваться к себе. Вы постоянно делаете выбор, а выбор сводится к тому, что пойдешь или в направлении гармонии, Воли Божьей, потока вселенной, — или против.

Пусть это основывается на очень простых понятиях. Абсолютная честность с самим собой, абсолютная честность. Если вы сделаете ошибку, признайте ее и поладьте с ней. Не прячьте свои ошибки. Весь духовный путь есть постоянное падение на лицо свое. Поднимаешься, отряхиваешься и идешь с этим дальше. Если бы вы были совершенны, вы даже и не дмтпли бы в путь. Не бойтесь делать ошибки. Вы можете выбрать не того учителя, можете войти в метод, который нехорош. Многое может случиться. Сделаете ошибку — исправьте ее, если сможете, не причиняя вреда духовным возможностям других. Но есть и другое правило этой игры: ни в коем случае нельзя пользоваться одной душой ради другой. Если ваш путь к Богу удерживает другого от того, чтобы идти к Богу, лучше откажитесь от этого пути. Так вы никогда к Богу не попадете. Это очень просто.

Прислушивайтесь к себе и будьте честны с самим собой. Вот правила игры: внимайте внутренне и будьте честны. Так вот, когда вы внутренне прислушиваетесь, вы можете даже и не знать — к чему прислушиваетесь. Десятки голосов говорят: «Слушай меня, я — тот самый. Я — тот, получай все, что можешь». Понимаете — «Я тот. Оставь все». Видите. Это сверхэго, все эти голоса, жаждущие выйти на передний план. А ты продолжаешь вслушиваться в то, что квакеры зовут «тихим голоском внутри». Вслушиваешься все глубже и спокойнее — чем больше входишь в медитативное состояние, тем яснее услышишь свою дхарму, свой поток, свой путь в дом свой, свой путь обратно к источнику.

Эволюционный цикл.

В 60-х годах, когда мы собирались, мы бывали в замешательстве — психотики мы или люди духовные. Нам нужно было собираться, чтобы убедить себя, что даже если мы психотики, то нас, по крайней мере, много. Мы освобождались от общепризнанной модели реальности, которая считалась абсолютной. И когда мы начали освобождаться, было много театральности: неистовство, гнев, замешательство, равно как блаженство и радость. Определенное замешательство происходило оттого, что мы пытались сделать иным внешнее, чтобы проявить тот факт, что внутреннее менялось. Отчасти в этом была чистота — в том смысле, что новое внутреннее бытие проявляло какое-то внешнее бытие, а отчасти — нечистота, потому что вера наша еще была шаткой, и мы нуждались в новых символах, чтобы убедить самих себя, что мы действительно изменились. Некоторые припомнят период, когда начали отращивать длинные волосы, и власть этого символа, на фоне перестановки сил в экономике и социуме. В 60-х годах мы блуждали между внутренней свободой и внешней свободой, между революцией и эволюцией, потому что в голове у нас не было моделей, которые позволили бы нам оценить грандиозность той перемены, через которую мы проходили. Так что мы преуменьшали ее значение и рассматривали ее как перемену социальную, психологическую или политическую.

В конце 60-х — начале 70-х годов в наших поисках пути был фанатизма и путаницы. Мы импортировали модели Востока с огромной скоростью и очень старались обратиться, но в согласии с нашей традицией продвигаться от периферии к центру, — хотя мы и приняли множество символов и всякого снаряжения и могли снаружи выглядеть как Будда, — внутренне мы были просто кем-то, кто старался выглядеть Буддой. Мы были озабочены всякими обетами и обязательствами, отношением к учителям, всей концепцией Гуру и тем, что такое Путь. В 60-х годах слово «Бог» все еще было табу, и мы говорили об «измененных состояниях сознания».

Во всем, что мы делали, все еще подразумевалась привязанность к тому факту, что мы можем это делать, что те, кем мы были, или те, кем мы себя считали, могли изменить себя и стать кем угодно — Буддой или Христом. Мы принадлежали цивилизации, в которой человек привык диктовать природе свои условия — в определенных пределах, конечно, — и мы были настолько преданы рациональному уму и его влиянию, что полагали, будто можем придумать выход из любого затруднительного положения и при помощи одного лишь разума прийти к новому способу бытия. Но трудность в том, что озарение — это не какое-то конкретное достижение; озарение — это такое преображение бытия, когда по сути нет больше ни достигающего, ни самого достижения.

Многие из нас не соглашались с определением пути, на котором мы оказывались. Мы начинали понимать, что он может иметь какое-то отношение к тому, что называли «Богом», «путем к Богу», или, если хотите, иметь дело с непроявленным состоянием Нирваны. А мы их на самом деле не желали, мы желали их желать. Это совсем иной уровень игры. Для большинства из нас вполне достаточно было желать желания Бога, или же желать желания озарения. Это сохраняло нам спокойствие, безопасность, уверенность с ощущением, что мы движемся в верном направлении. Жутковато становится, когда начинаешь растворяться в Пустоте. В книге «Быть здесь теперь» мы назвали это «кудрявый путь».

А сила-то кроется в нас, в нашей честности с самими собой, в ясном осознании своих заблуждений. Мы вкусили чего-то, и нас влечет к этому, как мотылька к пламени; мы признаем свой страх, уже меньше театральности и мелодрамы: мы терпеливо и настойчиво осуществляем очищение бытия, необходимое для того, чтобы произошло это преображение. Уже понимая, что мы не можем его ни захватить, ни игнорировать, мы все же пытались сделать это. Пытаешься его схватить — выходишь ввысь и скатываешься вниз, чтобы добавить еще одну вершину к своей коллекции рассыпающихся бабочек. Пытаешься его оставить и вернуться к беспамятству, непониманию, что есть еще что-то, и не можешь этого сделать. Когда ты в самой гуще мощного чувственного наслаждения, в котором ты хотел забыться, тут голос всегда говорит тебе: «Теперь ты оно, твое интенсивное чувственное наслаждение». Ты не можешь ни войти, ни выйти. И вот мы здесь.

Театральность уходит. Мы теперь признаем, что искренне и честно приводим свой внешний мир в гармонию с нашим внутренним восприятием, и нам не нужна больше так стараться создавать какое-то внешнее пространство, чтобы что-то доказать. Мы учимся не убивать своим интеллектом, выдумывая свой путь к святости, так как это кончается тюрьмой иного рода, и мы ловимся на претензии на то, чем мы не являемся.

Мы достигаем более глубокого философского понимания того затруднительного положения, в котором мы оказались как мутанты, как существа развивающиеся. Мы прислушиваемся внутренне, чтобы понять, — что же нас не пускает в то пространство, сознание или единение, которого мы коснулись, вкусили, ощутили, о котором как-то узнали, — и начинаем находить методы для продолжения работы. Мы стали понимать, что хотя мы и собираемся группой и слушаем друг друга, каждый из нас имеет свои собственные особые трудности, и что следует прислушаться к собственному сердцу, чтобы услышать то, что нужно тебе. Нельзя имитировать путь кого-то иного.

Чтобы охарактеризовать эти индивидуальные отличия на языке эволюции, позвольте мне поделиться с вами одной моделью, которая только модель. Представьте себе эволюционные часы.

В 12 часов есть совершенная гармония. «Дао» — как скажут китайцы, «Путь», о котором говорит Христос. Совершенное равновесие, взаимное родство всех вещей и ничего отдельного, все на своем месте. Дерево — это совершенное дерево, река — совершенная река, человеческое существо — это совершенное человеческое существо. Все в своем совершенстве. В 12 часов и 1 минуту — что-то разделилось. В 12 это был Райский Сад: совершенная гармония и равновесие. Затем вкусили яблочка, — и вдруг оделись в фиговые листья, а Бог вопрошает: «Кто вам сказал, что вы наги». Откуда взялся стыд Он появился от самосознания. А откуда взялось самосознание Оно появилось от отождествления с мыслящим умом и, таким образом, восприятия себя отдельным от того, о чем думаешь. В 12.01 создалась двойственность: субъект-объект, мыслящий и то, что мыслится. Отдельность.

С 12.01 до 6.00 имеется постоянная попытка утвердить, уберечь и увеличить силу вашего положения как отдельной сущности, обеспечить безопасность, удовлетворение, власть над окружающим миром, воссоздать то ощущение благополучия, которое существовало, когда вас не было, — но теперь вы есть. Я о вас говорю; вы понимаете, — что я говорю

Представьте себе, что 12.00 — это что-то вроде полного совершенства; хотя на недавно никакого ярлыка не наклеишь, назовем его «Богом», но поскольку оно действительно неопределимо, лучше, быть может, просто назвать его «Б-г», чтобы нас это не сбивало с толку. Так вот, Б-г имеет в своем совершенстве свободу для всякой сущности, вроде человеческой, противопоставить свою волю воле целого, воле Б-га. Так что сначала были существа, боровшиеся против всей системы, против гармонии, и тогда все были «нами», а «ими» были силы природы, бури и т.п. Но между 12.01 и 6.00 произошла странная вещь. Постепенно «ними» начали становиться иные из нас. Наше племя было «нами», а другие племена — «ими». Затем внутри племени оказалась семья, и довольно скоро это стала «наша семья», а все прочие были «ими». А потом внутри семьи дядя Дэвид пытался «подвигнуть» нас на нечто сомнительное, так что он стал вроде «них». Нельзя даже было так уж верить в большую семью, «мы» — стало твоей непосредственной семьей. Это около 4.30 — 5.00. Затем произошел разрыв поколений, когда нельзя было верить в старших или младших; так, быть может, теперь это только я и моя жена, или -я и мой муж. А потом есть разница полов, так что я не вполне могу считать супругу «нами», и теперь «мы» — это я, а все иное в мире — «они». «Я очень сильный, я обеспечил себе защиту, я знаю — где я — видите» Думаете, этим кончится Но вот примерно 5.45. В последние пятнадцать минут происходит то, что сейчас называют полным отчуждением индивидуума. От кого От себя. В конце концов смотришь на себя со стороны, и даже себе не веришь, так что и ты уже — «они».

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 22 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.