WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 37 |

Но теперь такой человек не в состоянии помочьсамому себе. Бесполезно осыпать его моральными императивами. Ибо в нем несуществует "управляющего принципа"; таким образом, ничто не может изменитькурса его внутреннего состояния. Поток воспринимающих чувств, которыйпредназначен для того, чтобы проникать во все бытие в качестве незаменимогооргана познания и воли, вместо этого направляется по особому каналу в "эмоции",свойственные "я", такие, как страх, самоудовлетворенность, жалость к себе и духсоперничества. Смешиваясь с чрезвычайно изменчивыми и комбинативными энергиямипола, эти эмоции делаются настолько всепроникающими, что их принимают заподлинную природу человека – "бессознательную" или "животную" природу, реальность, лежащуюпозади видимости. В древних учениях подлинным бессознательным является скрытаяпсихическая целостность; она оказывается забытой и оставленной еще в детстве;для своего развития этот элемент требует не эгоистических удовлетворений, не"признания со стороны других", не сексуального или либидинального наслаждения,даже не физической безопасности, пищи или жилища. Это "первоначальное лицо"человека, и оно требует только энергии истины – иначе говоря, истинныхвпечатлений внешнего и внутреннего мира, приносимых к эмбрионической сущностичеловека способностью свободного внимания. Таким образом, согласно традиции,внутри человека существует нечто потенциально божественное, рожденное вместе срождением его физического тела, но требующее для своего роста пищи, совершенноотличной от той, которая необходима для физического тела или социального "я".

В великих традициях термин "познание себя"обладал необыкновенным значением. Это не приобретение какой-то информации осамих себе, не глубоко ощутимое прозрение, не мгновенья узнавания на основепсихологической теории. Это самое важное средство, при помощи которогоэволюционирующая часть человека может питаться энергией, такой же реальной илидаже еще более реальной, – как энергия, сообщаемая организму пищей, которую мы едим. Итак,вопрос заключается совсем не в том, чтобы приобрести силу, независимость,самоуважение, безопасность, "осмысленные взаимоотношения" или любые иные блага,на которых основан социальный порядок и которые определены как компонентыпсихологического здоровья. Единственное, что важно, – это усвоить глубинные впечатленияо самом себе, каким я являюсь в действительности от мгновенья к мгновенью:здесь налицо разрозненное беспомощное скопление импульсов и реакций, образующеесущество с дисгармонией ума, чувств и инстинкта.

В сердце великих традиций скрыта идея о том,что искание истины, в конце концов, предпринимается ради него самого. Этитрадиционные учения предполагают показать человеку природу такого искания искрытые за ним законы; как я указал, эти законы слишком часто оказываютсяутраченными в нашем энтузиазме по отношению к идеям и объяснениям, которые мыне впитали глубоко в пламени самой жизни и ее страданий и заблуждений. С другойже стороны, психотерапия – это, несомненно, средство для достижения некоторой цели. В отличиеот пути, предложенного традицией, терапия никогда не была целью самой по себе,никогда не была образом жизни. Она просто мотивирована направлением и целями,которые психотерапевт часто видит более ясно, нежели его пациент. Психотерапевтможет даже экспериментировать, подбирая новые методы для достиженияопределенных целей, и нередко это ему удается. Но не следует ли признать, что впроцессе терапии возможен успех двух видов С одной стороны, успешнымрезультатом может оказаться такой, когда у пациента желание эволюции устраненонамеренным пробуждением в самом себе той самой эгоистической эмоции, которуютрадиции стремятся разрушить и растворить. Но в некоторых случаях бываетвозможен успех и другого рода – появляется пациент, у которого теперь налицо даже большаячувствительность, жажда более глубокого контакта с самим собой. Наблюдателю состороны может показаться, что такой человек выработал некоторую "внутреннююнаправленность"; а в действительности здесь как раз появилась такая личность,которая способна ощущать отчаянную необходимость в том влиянии, какое стремитсяпередать традиция. Усилие современных учителей Востока передать свое посланиеэтим людям в таких понятиях, которые не отягощены мертвой древностью и нескомпрометированы современными психологизмами, составляет подлинную духовнуюдраму нынешней эпохи.

Я подозреваю, что психиатры ощущаютвозможность существования двоякого рода успеха в процессе психотерапии. Нопациент второго рода оставляет психотерапевта еще до того, как лечениепродвинулось далеко вперед, тогда как пациенты первого рода остаются на лечениитак долго, как только могут. Поэтому второй род пациентов, по-видимому,сознательно или официально не признан профессиональной психиатрией.

Итак, вопрос заключается в следующем: какоговида помощи добиваюсь я в случае кризиса моей личной жизни Кто из вас,духовных учителей и психотерапевтов, может обратиться к обеим сторонам моейприроды, к тем двум сторонам, которые, как нам говорят, созданы в человеке дляборьбы друг с другом, так, чтобы из этой борьбы могло родиться новое существо,подлинное "я" Потому что "третий брат" так говорит нам традиция – может появиться и двигатьсявперед только из борьбы между двумя другими.

Поэтому я вижу, что в последнем анализеназвания "духовный руководитель" и "психотерапевт" несущественны. Я вижу, чтодаже идеи и методы, предлагаемые мне каким-нибудь духовным учителем, могутстать достоянием моего эгоистического "внутреннего руководства" ииспользоваться им так, чтобы вести меня лишь к меньшей согласованности всоциальном счастье и независимости. А что можно сказать о помощи, предлагаемоймне под названием психотерапии Существуют ли среди вас, психотерапевтов, люди,чувствующие эти две стороны человеческой природы, восприимчивые по отношению ких одновременным требованиям и возможной борьбе между ними, к возникновениювнутри человека того. мира, среднего между небом и землей, где, говоряклассическим языком и пользуясь древними выражениями алхимии, добро и зло,активное и пассивное, мужское и женское заняты войной, которая может открытьмгновенье внутренней любви, внутреннего обмена субстанцией, ведущего к рождениюнового вида человеческого существа

Духовные руководители и психотерапевты, чтоозначают ваши названия Как нам принимать их Кто скрывается за этиминазваниями Кто из вас окажется подлинным духовным руководителем, кто– подлиннымпсихотерапевтом Нам нужно это знать. Мне нужно знать.

Глава 2

Э.С. РобинСкиннер

ПСИХОТЕРАПИЯ И ДУХОВНАЯТРАДИЦИЯ

Робин Скиннер – психотерапевт; в течениеодиннадцати лет преподавал психиатрию в Институте психиатрии и в госпитале им.Модсли, главном центре подготовки психиатров Великобритании. Был первымпредседателем Лондонского Института семейной терапии. Автор "Системы семейной исупружеской психотерапии".

Надеюсь, вы не станете возражать, если я будуговорить в несколько личной манере. К сожалению, я не ученый, а простойремесленник; и даже во время профессионального преподавания я обнаруживаю, чтомне легче всего добиться общения, когда я говорю на основе собственного опыта.Скоро мне стало ясно, что такое положение является единственным, на основекоторого я способен подойти к рассматриваемому мной здесь вопросу. Мне можнобыло бы только постараться жить с этим вопросом более напряженно, чем раньше,привести его в соприкосновение с максимально доступной частью своегоповседневного опыта и оставаться внимательным и открытым по отношению кприносимой мне им информации. Еще раз приходится признать, что такойвопрошающий подход и немедленная восприимчивая реактивность на явления своейжизни, которые приносит этот подход, будут, пожалуй, единственным полезнымответом на наш вопрос, если даже сама идея "вопроса" вообще окажется здесьуместной, поэтому я переношу свой подход и сюда – в надежде, что некоторые изприсутствующих разделят его со мной.

Итак, мне, пожалуй, следовало бы вначалесообщить вам некоторые сведения о пути, который привел меня сюда; тогда вылучше сможете судить о том, насколько можно доверять тому, что я долженсказать. В предыдущей главе профессор Нидлмэн говорил о кельтской сказке, вкоторой двое братьев встречаются на горе; одного тащит вниз на железной цепичерный пес, а другого тянет на золотой нити вверх находящийся где-то вышетаинственный журавль. Этот рассказ глубоко заинтересовал и взволновал меня ссамого начала, может быть потому, что я сам – кельт, и мои кельтские псы особойпороды: они крупнее и чернее прочих, а справиться с ними труднее, чем сбольшинством других собак.

Разумеется, меня привлекала к изучениюпсихиатрии необходимость найти способ как-то справиться с собственнымипроблемами. И мой нынешний интерес к подготовке профессионалов душевногоздоровья привел меня к убеждению, что такая мотивация не только являетсяобычной для работы психотерапевта, но также, сознательно или бессознательно,оказывается наилучшей при условии, что она приведет профессионала к подлинному,прямому и естественному систематическому изучению самого себя, а не ккосвенному подходу к себе через изучение пациентов.

Несомненно, знания, приобретенные мноюблагодаря изучению психотерапии, как-то помогли мне найти иные взаимоотношенияс этим беспокойным животным. Даже до того, как начался мой собственныйгрупповой анализ, первая попытка самоанализа в студенческие годы, основаннаясперва на идеях некоторых ваших так называемых "неофрейдистов", в особенностиХорни, Фромма и Салливана, привела пса к началу необыкновенной серии перемен,продолжающихся и до сего времени. Я упоминаю об этом потому, что идеи,способные произвести такое действие, должны обладать некоторой жизненностью.Чувствую, важно прибавить к сказанному, что эти последствия казались связаннымис пониманием истинности многих основных концепций фрейдизма, в особенностидетской сексуальности и эдипова комплекса; это привело к простому приятиюобычной сексуальности и наслаждению ею не только в постели, но и во всехвзаимоотношениях, поскольку они пронизаны этой тонкой энергией. Помню такжеудивительное признание одного обстоятельства, касающегося ноты насилия, которойбыла проникнута моя семейная история; ее следовало скорее приветствовать,нежели спасаться от нее, как от страшного, не поддающегося приручениюживотного; это насилие можно было использовать в качестве источника энергии,если бы удалось установить с ним правильные взаимоотношения.

В то время я был агностиком, подлинным ивесьма воинствующим атеистом, регулярно помещавшим свои статьи в "Ежегодникерационалиста". Но случилось так, что я вместе с другими студентами принялучастие в качестве объекта исследования в изучении действия препаратов ЛСД,только ставших доступными в Англии. У некоторых из моих товарищей появилисьужасные параноидные галлюцинации, которые продолжали преследовать их ещенекоторое время спустя. Мой собственный опыт оказался более счастливым: этобыло восприятие последовательно возвышающихся уровней реальности и сознания,восприятие взаимосвязи и осмысленности всего существующего; все это я сохранилвпоследствии как несомненный факт, в точности совпадающий с описаниямимистического опыта и религиозного экстаза, которые я раньше отбрасывал какфантастические. Я увидел, что именно этого искал все время. И хотя я понимал,что наркотики способны дать не более чем проблеск таких возможностей, а потомуи не пользовался этим средством повторно, переживание привело меня к глубокомуи растущему интересу к -проблеме реальных основ священной традиции.

Мой собственный анализ, явившийся сочетаниемгруппового и индивидуального, имел место через некоторое время после того, каку меня развился этот интерес, так что мое переживание оказалось, пожалуй,несколько необычным –я находился одновременно под влияниями священной традиции и психотерапии. И стого времени я работаю в качестве психотерапевта с индивидами, группами,семьями и институтами, продолжая в то же время искать более глубокий духовныйсмысл в собственной жизни под руководством учителя.

Что же делает психотерапевт Конечно, япостоянно убеждаюсь, особенно благодаря знакомствам, приобретаемым на том илиином из традиционных путей, в том, что хотя люди считают нас способнымиоблегчать их страдания при помощи лекарств и суррогатов успокоения, ониуверены, что у нас нет возможности добиться подлинной устойчивой перемены всостоянии тех, кто обращается к нам за помощью, такой перемены, котораяпринесла бы им облегчение. Конечно, это вздор, такая же неправда, как ипротивоположное утверждение о том, что мы способны Изменить весь мир.

Изменение особого рода, которое частопроисходит в результате психотерапии, можно проиллюстрировать открыткой,полученной мною от одной бывшей пациентки. Это была молодая замужняя женщина,лишенная какого бы то ни было устойчивого чувства постоянства, настольконеспособная контролировать свои отрицательные эмоции, что мне было труднонаходиться с ней в одной комнате; и я по своей воле не взялся бы лечить ее,если бы она не добивалась моей помощи с большой настойчивостью. Как частобывает в подобных случаях, она упорно работала и за год добилась необычайногоуспеха в лечении. Я процитирую полученную от нее открытку, потому что онахорошо передает то значение, какое имел для нее процесс психотерапии:

Считаю нужным сказать самое важное:находясь в общении с вами, я получила огромную помощь в течение труднейшегопериода перестройки. Я по-настоящему ношу вас всех с собой и способна безвсякого сомнения в себе принимать подъемы и падения с гораздо большим душевнымравновесием, нежели раньше. Теперь я могу оставаться более открытой и честной;меня не поглощают и не угнетают сомнения. Я думаю, что никогда не буду житьобщепринятой жизнью, однако теперь я способна лучше воспринимать ее реальность,не пугаясь ее и не тревожась из-за нее (полагаю, что здесь скрыт намек на еебисексуальность); теперь я могу даже наслаждаться ее хорошей стороной. Шлю вамвсем большую любовь и горячо желаю постоянных успехов в той работе, какая даламне способность овладеть собственной жизнью и не чувствовать себя совершеннобеспомощной.

Этой типичной психотерапевтической пациенткене удавалось выработать адекватное чувство устойчивости (по Эриксону); в своемраннем семейном окружении она не сумела построить адекватные внутренние"модели" поведения и взаимоотношений, которые впоследствии могли бы служитьнадежным руководством к действию. Перемена произошла благодаря осознаниюимевшихся несоответствующих "моделей"; вместе с тем при помощи психотерапевта идругих членов группы она усвоила новые "модели", и это стало как бысвоеобразным вторичным корректирующим семейным опытом. Последнее видно сбольшой ясностью из приведенного выше замечания пациентки, когда она говорит:"Я по-настоящему ношу вас всех с собой".

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 37 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.