WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 37 |

С другой стороны, вклад западной психологиив диалог с Востоком состоит в указании на тот факт, что мы не в состоянииприступить к превосхождению эгоцентризма, если первоначально не приобрелисильного чувства этого "я". Учения Востока о пустоте и об отсутствии "я" могутсмутить людей, которые еще не знают, что это значит – почувствовать полноту жизни илиобладать таким "я", которое они сами способны уважать. И несомненная правдазаключается в том, что многие ищут убежища в медитационных или духовныхгруппах, видя в них способ уйти от нормальных задач роста и развития. Средитаких лиц обычным является некоторого рода самообман: воздействие на нихвеликих традиций и духовных идей может оказаться причиной того, что они станутвоображать себя более свободными от привязанностей и просветленными, чем этоесть на самом деле; они могут сделаться раздутыми, увлеченными самими собой илиэмоционально плоскими, бесцветными, лишенными личной теплоты.

Как-то ко мне на консультацию пришлаженщина; это была живая иллюстрация той путаницы, которую вызвало применение кее ситуации учений Востока, говорящих о высших ступенях развития человека. Унее постоянно возникали трудности в отношениях с мужчинами; она слишком скороотдавалась им и всегда оказывалась в конце концов оскорбленной и покинутой. Этоусиливало в ней чувство собственного ничтожества и недоверия к противоположномуполу. Она была весьма начитанна в литературе Востока, и это привело ее кубеждению, что ей следует отбросить представление о своей важности. Но как разстоявшая перед ней задача была явно противоположного характера: нужно быловыработать чувство собственного достоинства, уважение к себе, нужно былоустанавливать пределы, проводить границы, научиться говорить "нет" и охранятьсобственное пространство. Как и многие другие, кто использует духовные учениядля того, чтобы уклониться от задач нормального развития, она имела склонностьнедооценивать собственные потребности и чувства, приуменьшать их. В буддийскойтерминологии это называется смешением абсолютной и относительной истины. Сабсолютной точки зрения не существует никакого прочного, постоянного "я";поэтому различия между нами и другими людьми в высшей степени ненадежны и вконечном счете ошибочны. Однако с относительной точки зрения различия междунами и другими людьми вполне реальны и функциональны. Если наше "я" не отскочитс дороги, когда на него мчится автомобиль другого человека, тогда не остается итого, кто постиг бы абсолютную истину. Если различия между нами и другимчеловеком окажутся определены ошибочно, как это бывает во время психозов, тогдамы никогда не сможем выйти за их пределы в более широкое всеохватывающееосознание большого ума.

Тот вид заблуждений, пример которого являетсобой эта пациентка, знаком многим психотерапевтам и учителям медитации. УченияВостока рассчитаны на человека, уже обладающего здоровой структурой личности.Однако в современном обществе такое предположение может оказаться небезопасным.Распад семьи, традиций и общества подорвал всю систему значений и опор, которыепомогают людям выработать реалистическое чувство самих себя, своих возможностейи ограничений. В тех случаях, когда данный человек не развил у себя способностиздравого отношения к другим людям или лишен способности признавать и выражатьсвои чувства, в качестве первого способа лечения можно избрать психотерапию– прежде чем клиентуможно будет даже только начать думать о медитации. Психотерапия помогает людямпонять себя весьма прагматическим образом. Попытка перескочить через этуступень нашего развития ради какого-то потустороннего духовного блаженстваравносильна призыву несчастья.

Короче говоря, психотерапия и медитацияимеют свои собственные области, смешивать которые не следует. Меня частоспрашивают о том, учу ли я медитации своих психотерапевтических клиентов.Обычно я не пытаюсь смешивать оба этих пути – отчасти потому, что мои клиентыприходят ко мне не для медитации и в большинстве случаев не кажутся готовыми кней. Поскольку медитация випассана является наиболее мощным из всех известныхмне методов растворения прочной привязанности к "я", вводить ее в качествечисто психотерапевтической техники для улучшения самочувствия было бырискованно – этоозначало бы относиться к ней как к "хитроумному приспособлению для созданиядушевного здоровья", против чего предостерегает Харви Кокс. И, как указываетРобин Скиннер во второй главе настоящей книги, "чем более мощной являетсятехника, тем более опасной она может оказаться при злоупотреблении ею,препятствуя подлинной перемене". Кроме того, у некоторых клиентов, например увышеупомянутой женщины, практика внимательности может даже усилить оторванностьот чувств.

Некоторые психотерапевты ввели медитацию впсихотерапию в качестве способа, помогающего клиентам получить прозрение вструктуру своего "я"; но такой образ действий может оказаться сомнительным. Нетак уж трудно помочь людям проникнуть в глубину привязанности к "я"– это может произойтив разные моменты кризиса, при интоксикации или измененных восприятиях. Но длятого, чтобы помочь данному лицу постоянно жить вне пределов "я" подлиннойжизнью – для этоготребуется огромная преданность делу как со стороны учителя, так и со сторонысамого этого лица, практикующего медитацию. Такого рода преданность делу несоответствует взаимоотношениям процесса психотерапии, ограниченнымпрофессиональными и денежными трудностями. Сверх того, учитель какой-нибудьмедитационной традиции в типичных случаях прошел длительный курс интенсивнойподготовки и дисциплины и от одного из собственных учителей, который тщательнопроверил его понимание, получил разрешение учить медитации. Психотерапевт, необладающий подобной подготовкой и не прошедший проверки, может принести вред,смешивая два пути и раздувшись от претензий на уровень духовного понимания иавторитета, которым в действительности может не обладать. В силу этих причин яв своей работе с клиентами предпочитаю сохранять ясное различие междупсихотерапией и медитацией, видя в них дополняющие друг друга, иногда частичносовпадающие пути, применимые к разным аспектам развития человека. Психотерапияимеет различные уровни с разными функциями в зависимости от задач и пониманияклиента и психотерапевта. На самом последнем из них – это действенный способ разрешенияжизненных проблем и развития функционального чувства "я". Кроме того, она такжеспособна помочь людям углубить чувства и ощущения своей внутренней жизни;наконец, она может помочь им пробиться сквозь охранительную систему, окружающуюсердце, так, чтобы им можно было впустить внутрь себя мир, выйти из скорлупы ис большей пользой встречаться с другими людьми. В этом отношении психотерапияможет в особенности служить ступенью к практике медитации, которая уже способнаповести процесс пробуждения сердца еще дальше.

Важно не стирать это различие междупсихотерапией и медитацией, ибо следствием может оказаться смешениесамоинтеграции с выходом за пределы "я". Такое смешение ослабляет действенностьпсихотерапии, ее способность помочь нам найти самих себя; это происходит, когдамы пытаемся с ее помощью достичь чего-то большего, нежели то, для чего онапредназначена. Подобный образ действий может разбавить силу медитации, исказитьту более широкую реальность, которую она способна раскрыть, снижая этим ееуникальную потенциальную силу раскрыть нам глаза для радикально нового виденьятого, кто мы такие и к чему пригодны.

Часть Вторая

РАБОТА НАД СОБОЙ

Вступление

Принятые на Западе теории личности идушевного здоровья сосредоточены главным образом на причинах и симптомахневрозов и психозов; в то же время они редко дают точные объяснения тогоявления, которое составляет нормальное функционирование психики здоровогочеловека. С другой стороны, восточные традиции подчеркивают состояниеоптимального здоровья и расширенного бытия, не особенно останавливаясь наболезнях или психопатологии. Как для восточного, так и для западного подхода кпсихотерапии требуется внесение в лечебный процесс более широкого пониманиячеловеческого благополучия.

В соответствии с древним изречением "Врач,исцелись сам!" для психотерапевтов и целителей-профессионалов существенно важнообладание большим внутренним знанием природы благополучия, чтобы это знаниестало у них личным внутренним переживанием; тогда они смогут лучше распознаватьего у своих клиентов и пациентов и способствовать его пробуждению. Именно этупроблему исследует данный раздел книги – каким образом самопознание,способ наших взаимоотношений с самими собой и со своими эмоциями, оказываетсяцентральным принципом психического здоровья.

Раздел открывается статьей Эриха Фромма, где рассматривается природаблагополучия – нетолько как нормального функционирования или приспособленности, но скорее какчего-то большего: благополучие – это быть вполне рожденным, преодолеть узкие взгляды на самогосебя, быть полностью пробужденным и правильно реагировать на мир, в котором мыживем. Фромм признает, что задача эта нелегка; он показывает, как это большееосознание может выйти за пределы целей психотерапии, и выдвигает важныепредположения относительно того, каким образом психотерапия могла бы статьполезной для изучающих духовные традиции, как практика медитации могла быповести человека далее того уровня, на котором его оставила психотерапия.

В следующей главе мастер дзэн роси Сасаки просто и ясно описываетдвойственную природу людей как индивидуальных и универсальных существ. Онуказывает на то, как природа человека постоянно изменяется от осуществленияиндивидуальности к освобождению от индивидуальной личности ради связи с болеешироким чувством бытия. Подлинное благополучие явственно требует сознаванияэтих двух движений человеческого сознания и уважения к ним.

Карл Шперберобращается к печальным последствиям смешения этих двух видов осознания, попыткиприписать своей личности заслуги в явлениях роста и перемен, которые приходятиз более обширного уровня нашего бытия. Эта короткая глава звучит важнымпредостережением тем, кто избрал своей профессией помощь другим людям. Авторговорит о том, как в самом процессе стараний освободить себя и других мы можемеще прочнее запереться в тюрьме.

В следующей главе я рассматриваю важный вопрос об эмоциях ио работе с ними, подходя к этой теме в контексте как психотерапии, так имедитации. В главе разбираются те бесполезные пути, которым мы следуем вэмоциональных кругах, удаляясь от более непосредственного ощущения эмоций;здесь указывается, как мы можем уважать эмоции и позволить им соединить нас сболее широким потоком жизни, проходящим через нас.

Адриан ван Камдетально останавливается на вопросе о том, как работать со специфическойэмоцией гнева в контексте мягкости. Мягкость – один из важнейших побочныхпродуктов практики медитации; мягкость играет важную роль во взглядах Востокана рост человека. Однако в западной психологии и в ее литературе мягкостьупоминается лишь изредка; поэтому уникальное феноменологическое описание ванКама оказывается весьма ценным; особенно полезным является тот способ, припомощи которого он показывает, что для мягкости не требуется подавления гнева;фактически мы помогаем ее развитию, когда можем дать подлинное выражение гневукак форме общения, а не пользоваться им в качестве оружия для оскорблениядругих.

Наконец, РоджерУолш заключает раздел интересным описаниемсобственного личного путешествия – от общепринятых, унаследованных верований относительно реальностив сторону более исследовательского подхода к жизни – прежде всего благодаря своемуопыту медитации випассана. Эта глава удачно завершает весь отдел, графическииллюстрируя необходимость работы над собой как базиса для работы с другимилюдьми. Юмор и честность Уолш а позволяют читателю самому почувствовать, в чемможет заключаться путешествие к открытию благополучия.

Глава5

ЭрихФромм

ПРИРОДАБЛАГОПОЛУЧИЯ

Эрих Фромм (1900-1980) возглавил развитиегуманистического психоанализа, был одним из первых западных психологов,проявивших активный интерес к мысли Востока. Среди его книг: "Искусство любви","Бегство от свободы", "Человек для себя" и "Разумное общество".

В начале нашего века люди, посещавшиепсихиатра, страдали главным образом от симптомов. У одного оказываласьпарализована рука, у другого появлялся навязчивый симптом вроде вынужденногомытья рук; или же посетители жаловались на неотвязные мысли, от которых невидели избавления. Иными словами, это были больные в том смысле, в каком слово"болезнь" употребляется в медицине; что-то мешало им функционировать всоциальной сфере так, как функционирует так называемая нормальная личность.Если они страдали именно от таких расстройств, их понятие об исцелениисоответствовало точно такому пониманию болезни. Им хотелось избавиться отподобных симптомов, и их понимание "здоровья" заключалось в том, чтобы не бытьбольными. Они желали оставаться здоровыми настолько, насколько бывает здоровсредний человек; мы могли бы выразить эту концепцию и по-другому: они желалиоставаться несчастными и обеспокоенными не в большей мере, чем средний членнашего общества.

Такие посетители все еще появляются упсихоаналитиков в поисках помощи, и для них психоанализ продолжает оставатьсятерапией, целью которой является устранение их болезненных симптомов ивозвращение им способности социального функционирования. Но если раньше вклиентуре психоаналитика они составляли большинство, то сегодня остаются вменьшинстве – возможнопотому, что их число относительно уменьшилось в сравнении со множеством новых"пациентов", которые являются к психоаналитику, не зная, от чего они вдействительности страдают. Они жалуются на подавленное настроение, бессонницу,на неудачные браки, на то, что не получают удовольствия от работы, и на многиесходные расстройства. Обычно они уверены в том, что тот или иной отдельныйсимптом и составляет их проблему, что если бы они смогли избавиться от этогоотдельного расстройства, то были бы здоровы. Однако чаще всего эти пациенты невидят, что их проблема заключается не в подавленном настроении, не вбессоннице, не в неудачном браке или неподходящей работе. Эти различные жалобыпредставляют собой лишь сознательную форму, в которой наша культура позволяетим выразить нечто лежащее гораздо глубже и свойственное разным людям,сознательно уверенным в том, что они страдают от того или иного отдельногосимптома. Общее же страдание – это отчуждение от самих себя, от своих собратьев, от природы; этоосознание того факта, что мы умрем, не успев пожить, что мы живем средиизобилия и все же не имеем радости.

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 37 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.