WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 53 | 54 || 56 | 57 |   ...   | 59 |

Защитники женщин не реже, чем защитникиевреев, ссылаются на их меньшую преступность, желая этим доказать и болеесовершенную нравственность их. Аналогия между теми и другими кажется все болееполной. Нет женского черта, как нет женского ангела: только любовь, это упорноеотрицание действительности, дает мужчине возможность видеть в женщине небесноесоздание, только слепая ненависть может заставить ее признать испорченной,подлой, низкой. Что безусловно чуждо женщине, как и еврею, это величие, в какомугодно отношении. Нет среди них ни великих победителей в сфере нравственности,ни великих служителей идее безнравственности. В мужчине-арийце сосредоточеныодновременно и злой, и добрый принцип кантовской философии религии, но оба этипринципа сидят в нем в строго разграниченном состоянии: добрый дух и злой демонведут между собою борьбу за его обладание. В еврее, как и в женщине, добро изло еще не дифференцированы. Нет еврейского убийцы" как и нет еврейскогосвятого. И весьма правдоподобно, чти малочисленные элементы веры в черта,которые остались в еврейских преданиях, идут от парсизма и изВавилона.

Итак, евреи ведут существование не каксвободные, державные, выбирающие между добродетелью и пороком индивидуальности,подобно арийцам. Каждый человек как-то непроизвольно представляет себе арийцевв виде огромной толпы отдельных людей. Евреи же приобретают вид какого-тослитного плазмодия, разлившегося по широкой поверхности. Антисемитизм благодаряэтому очень часто впадал в заблуждение, он говорил о какой-то упорнойсознательной сплоченности, о "еврейской солидарности". Это вполне понятноесмешение различных вещей. Бывает иногда, что самый незначительный, никому неизвестный еврей, на которого возводится какое-нибудь обвинение, вызываетчувство живейшего участия среди всех евреев. Они хотят непременно доказать егоневинность и сильно надеются, что им это удастся. Но ни в коем случае неследует думать, что их интересует этот человек, как отдельный еврей, что ихзанимает его индивидуальная судьба, как судьба единичного еврея, что он, кактаковой, вызывает в них больше сострадания, чем несправедливо преследуемыйариец. Это далеко не так. Угроза всему еврейству, опасение, что этот факт можетбросить невыгодную тень на всю совокупность евреев или, лучше сказать, на всееарейство вообще, на идею еврейства — вот где кроется причинаупомянутых явлений непроизвольного участия с их стороны. Совершенно то жебывает и с женщиной, которая бесконечно рада, когда слышит нелестные отзывы окакой-нибудь представительнице одной с ней пола. Она даже сама непрочь придтина помощь, чтобы тем решительнее низвести ее, но только при одном условии: еслиженщина, как таковая, женщина вообще, не должна быть при этом задета. Толькопри условии, чтобы из-за этого не уничтожалась в мужчине жажда женщины, чтобыникто не усомнился в "любви", чтобы люди по-прежнему продолжали сочетатьсябрачными узами, и чтобы число старых холостяков от этого не увеличилось.Защитой женщины пользуется род, но не личность, пол или раса, но не индивидуум:последний приобретает значение лишь постольку, поскольку он является членомкакой-нибудь группы. Настоящий еврей и настоящая женщина живут толькоинтересами рода, а не так индивидуальности.

Этим объясняется и то, что семья (какбиологический, но не как правовой комплекс) ни у одного народа в мире не играеттакой значительной роли, как у евреев, приблизительно такое же значение имеетсемья у англичан, которые, как видно будет из дальнейшего, в известной степениродственны евреям. Семья в этом смысле есть женское материнкoe образование,которое ничего общего не имеет с госудаством, с возникновением общества.Сплоченность среди членов семьи, как результат пребывания вокруг общего очага,особенно сильна у евреев. Каждому индогерманскому мужчине, одаренному в большейстепени, чем человеку среднему, даже самому заурядному из них свойственнокакое-то непримиримое отношение к своему отцу, ибо каждый ощущает едвазаметное, бессознательное, а иногда и ярко выраженное чувство гнева против тогочеловека, который, не спросясь его, толкнул его в жизнь и наделил его прирождении именем, которое тот нашел наиболее подходящим. В этом именно ивыражается самый минимум зависимости сына от отца, хотя, с более глубокой,метафизической точки зрения, этот момент можно было бы привести в связь с тем,что сын сам хотел войти в земную жизнь. Только среди евреев наблюдается тотфакт, что сын всецело уходит в свою семью и великолепно себя чувствует в самомпошлом общении со своим отцом. Те же, которые заводят дружеские отношения сотцом, почти исключительно христиане. Даже арийские дочери скорее стоят внесвоей семьи, чем еврейки, и они чаще выбирают себе такое поприще, которое ихвполне освобождает и делает независимыми от родственников иродителей.

Здесь мне предстоит подвергнуть испытаниювыставленное мною в предыдущей главе положение, что индивидуальная жизнь, неотделенная от другого человека пределами одиночества, является необходимымусловием и предпосылкой сводничества. Мужчины, которые сводничают, содержат всебе нечто еврейское. Тут мы дошли до того пункта, где совпадение междуженственностью и еврейством особенно сильно. Еврей всегда сладострастнее,похотливее, хотя что весьма странно и что, вероятно, находится в связи с егоантиморальной природой он обладает меньшей потентностью в половом отношении.Он, без сомнения, менее способен к интенсивному наслаждению, чем мужчина-ариец.Только евреи являются брачными посредниками. Нигде в другой национальностибракопосредничество через мужчин не пользуется такой распространенностью, каксреди евреев. Правда, деятельность в этом направлении здесь более необходима,чем где-либо в другом месте. Дело в том, что как я уже говорил, нет ни одногонарода в мире, где было бы так мало браков по любви, как у евреев: еще однодоказательство отсутствия души у абсолютного еврея.

То, что сводничество является органическимсвойством природы еврея, доказывается его полнейшим непониманием аскетизма. Этосвойство приобретает еще большую выразительность под влиянием раввинов, которыелюбят говорить на тему о размножении и приводят устную традицию в связь свопросом о деторождении. Да иного, собственно, и не следовало ожидать от высшихпредставителей того народа, который видит основную нравственную задачу свою, покрайней мере согласно преданию, в том, чтобы "множиться".

Наконец, сводничество есть не что иное, какуничтожение граница еврей — это разрушитель границ. Он является полярной противоположностьюаристократа. Принципом всякого аристократизма служит точное соблюдение всехграниц между людьми. Еврей — прирожденный коммунист. Он всегда хочет общности. Этимобъясняется полнейшее пренебрежение всякими формами, отсутствие общественноготакта в сношениях с людьми. Существующие формы общения представляют собоюизысканные средства для того, чтобы отметить и охранить границымонад-личностей, но еврей, по природе своей, не монадолог.

Я считаю своим долгом еще раз подчеркнуть,хотя это должно быть и само собой понятно: несмотря на низкую оценку настоящегоеврея, я тем не менее далек от мысли своими выводами служить опоройтеоретическому, не говоря уже о практическом преследовании евреев. Я говорю оеврействе в смысле платоновской идеи. Нет абсолютного еврея, как нет иабсолютного христианина, я также не говорю об отдельных евреях, большинствукоторых я своими выводами не хотел бы причинить боль, и следует заметить, чтомногим из них была бы нанесена жестокая несправедливость, если бы все сказанноебыло применено к ним. Лозунги вроде "покупайте только у христиан" — еврейские лозунги, ибо онирассматривают и оценивают индивидуум только с точки зрения его принадлежности кроду. Точно также и еврейское понятие "гой" просто обозначает всякогохристианина как такового и исчерпывающе определяет его ценность.

Здесь я не становлюсь на защиту бойкота,изгнания евреев, недопущения их ко всяким должностям и чинам. Еврейский вопроснельзя разрешить такими средствами, так как они лежат вне пути нравственности.Но с другой стороны, и "сионизм" далеко еще не разрешен. Он хочет собратьнарод, который, как указывает Г. С. Чемберлен, еще задолго до разрушенияиерусалимского храма отчасти уже избрал диаспору в качестве естественной формысвоего существования — существования корня, распускающегося по всей земле, вечноподавляющего в себе свою индивидуацию. Ясно, что сионизм хочет чего-тонееврейского. Прежде всего евреям необходимо подавить в себе еврейство и толькотогда они вполне созреют для идеи сионизма.

Для этой цели прежде всего необходимо,чтобы евреи сами себя понимали, чтобы они изучали и боролись против себя, чтобыони пожелали победить в себе еврейство.

Но до сих пор понимание евреем своейсобственной природы идет не дальше того, чтобы сочинять относительно себяостроты и смаковать их. Еврей совершенно бессознательно ставит арийца вышесебя. Только твердая, непоколебимая решимость достичь высшей степенисамоуважения могла бы освободить еврея от еврейства. Но это решение долженпринять и осуществить отдельный индивидуум, но не целая группа, как бы сильна,как бы почтенна она ни была. Поэтому еврейский вопрос Может получить толькоиндивидуальное решение. Каждый отдельный еврей должен дать ответ на него преждевсего на свой собственный страх.

Иного решения нет и быть не может. Сионизмтакже не в состоянии этого сделать.

Еврей, который победил бы в себе еврейство,еврей, который стал бы христианином, обладал бы бесспорным правом на то, чтобыариец относился к нему как единичному лицу, а не как к члену, расы, за пределыкоторой его давно уже вынесло нравственное стремление. Он может быть вполнеспокоен: никто не будет оспаривать его вполне основательного и справедливогопритязания. Выше стоящий ариец чувствует потребность уважать еврея.Антисемитизм не доставляет ему особенного удовольствия и не является для неговремяпрепровождением. Поэтому он не любит, когда еврей откровенно говорит оевреях. Кто же это все-таки делает, тот вызовет в арийце еще меньшеблагодарности, чем в самом еврействе, которое так чутко и болезненновоспринимает всякие обиды. Но ариец уже во всяком случае не хочет, чтобы еврейоправдал антисемитизм своим крещением. Но и эта опасность крайнего непониманияего благороднейшего стремления не должна смущать еврея, который жаждетвнутреннего освобождения. Ему придется отказаться от мысли совершитьневозможное: он не может ценить в себе еврея, как того хочет ариец, иодновременно с этим позволить себе уважать себя, как человека. Он будетстремиться к внутреннему крещению своего духа, за которым может последоватьвнешнее символическое крещение тела.

Столь важное для еврея и необходимоепознание того, что собственно представляет собою еврейство и все еврейскоевообще, было бы разрешением одной из труднейших проблем. Еврейство представляетсобою гораздо более глубокую загадку, чем это думает какой-нибудь катехизисантисемитизма, и в своей последней основе едва ли удастся представить его сполной ясностью. Параллель, которую я установил между женственностью иеврейством, и та скоро потеряет для нас свое значение, а потому я постараюсьвоспользоваться ей.

В христианине борются между собою гордостьи смирение, в еврее —заносчивость и низкопоклонство, в первом — самосознание и самоуничижение,во втором —высокомерие и раболепие. В связи с отсутствием смирения у еврея находится егополное непонимание идеи милости. Только рабская природа еврея могла создать егогетерономную этику, его Декалог — этот безнравственнейший из всех законодательных кодексов мира,обещающий за покорное и безропотное соблюдение чужои властной воли земноеблагоденствие и завоевание всего мира. Отношение его к Иегове, этомуабстрактному идолу, который внушает ему страх раба, имя которого он неосмеливается произнести, все это говорит нам о том, что еврей, подобно женщине,нуждается в чужой власти, которая господствовала бы над ним. Шопенгауэр как-тоговорил: "Слово Бог означает человека, который создал мир". Бог евреев именнотаков. О божественном начале в самом человеке, о том "Боге, который живет вмоей душе", еврей ровно ничего не знает. Все то, что понимали под божественнымХристос и Платон, Экгарт и Павел, Гете и Кант, и все арийцы, от ведийскихсвященнослужителей до Фехнера, в своих прекрасных заключительных стихах из"Трех мотивов и основ веры" слова "и пребуду среди вас во все дни до скончаниямира", все это еврею совершенно недоступно, он не в состоянии понять этого. Ибобожественное в человеке есть его душа. У абсолютного же еврея душинет.

Поэтому вполне естественно, что в ВетхомЗавете отсутствует вера в бессмертие. Как может человек ощутить потребность вбессмертии души, раз у него ее нет! Еврею, как и женщине, чужда потребность вбессмертии: "anima naturaliter Christiana", говорит Тертуллиан.

По тем же причинам у евреев отсутствует,как вполне верно доказал Г. С. Чемберлен, истинная мистика. У них есть толькобезрассудное, дикое суеверие и истолковательная магия, которая называется"Каббалой". Еврейский монотеизм не имеет никаких общих точек с истинной верой вБога, он является скорее отрицанием этой веры, не истинным служением во имяпринципа добра, а "лжеслужением". Одноименность еврейского и христианского Богаесть кощунственное поругание последнего. Религия евреев — это не религия чистого разума:это вера старых баб, проникнутых сомнительным, грязным страхом.

Почему ортодоксальный раб Иеговы всостоянии быстро и легко превратиться в материалиста, в "свободомыслящего"Почему лессинг-ское слово "мусор просвещения"— что бы ни говорил Дюринг, этотантисемит на вполне справедливом основании, как бы направлено на еврейство Тутрабская психология несколько отодвинулась с тем, чтобы уступить место своейоборотной стороне —наглости. Это две взаимно сменяющие друг друга фазы одного и того же хотения водном и том же человеке. Высокомерие по отношению к вещам, неспособность видетьили только предчувствовать в них символы чего-то таинственного и болееглубокого, полнейшее отсутствие "verecundia" даже по отношению ко всевозможнымявлениям природы —все это ведет к еврейской, материалистической форме науки, которая, ксожалению, заняла в настоящее время господствующее положение, которая, кстатисказать, отличается непримиримым враждебным отношением ко всякой философии.Если согласиться с единственно возможным и единственно правильным толкованиемсущности еврейства и видеть в ней определенную идею, к которой в большей илименьшей степени причастен каждый ариец, тогда замена "истории материализма"заглавием "сущность еврейства" уже не Должна вызвать особенно резкихвозражений. "Еврейство в музыке" было рассмотрено Вагнером: о еврействе в наукемне придется еще сделать несколько замечаний.

Pages:     | 1 |   ...   | 53 | 54 || 56 | 57 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.