WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 59 |

Прежде чем приступить к рассмотрениюосновного различия психической жизни полов, поскольку содержание еепредставляют явления внешнего и внутреннего мира, необходимо предпринятьизвестные психологические изыскания и установить некоторые понятия. В виду тогочто взгляды и принципы господствующей психологии развились без всякогоотношения к нашей специальной теме, то нужно было бы удивляться, если бы еетеории можно было бы применить без дальнейших рассуждений к нашей области. Ктому же в наше время не существует одной психологии, есть много психологий.Присоединение к какой-нибудь определенной школе для исследования, только наосновании ее научных положений, всей избранной нами темы, было бы в большейстепени произволом, чем принятый мною метод, который, присоединяясь ко всемсовременным результатам, стремится обосновать явления, поскольку этонеобходимо, вполне самостоятельно.

Стремление к объединенному рассмотрениювсей душевной жизни, сведение ее к одному определенному основному процессупроявилось в эмпирической психологии прежде всего в отношении, принятомотдельными исследователями, между ощущениями, и чувствами. Гербарт выводилчувства из представлений. Горвич, напротив, предполагал, что ощущенияразвиваются из чувств. Современные выдающиеся психологи указали на полнуюбезнадежность таких попыток. А все же в основе их лежит истина.

Чтобы найти ее, не следует упускать одного,по-видимому, вполне ясного отличия, совершенно обойденного каким-то страннымобразом современной психологией. Первое явление какого-нибудь ощущения, мысли,чувства следует отличать от их повторений, при которых можно уже проследитьпроцесс запоминания. Для целого ряда проблем это различие имеет, как кажется,важное значение, хотя оно и не соблюдается современной психологией.

Всякому отчетливому, ясному, пластическомуощущению точно так же, как каждой резко разграниченной мысли, прежде чем онавпервые будет выражена в словах, предшествует, правда, чрезвычайно короткаястадия неясности. Точно так же всякой еще необычной ассоциации предшествуетболее или менее краткий момент времени, когда намечается только неопределенноечувство, направленное к предмету ассоциации, общее предчувствие ассоциации,ощущение принадлежности ее к чему то другому. Родственные явления, наверное,особенно занимали Лейбница. Они-то и дали возможность (хуже или лучшеописанные) к составлению упомянутых теорий Герберта и Горвица.

Так как в качестве основных формчувствований рассматривают обычно лишь удовольствие и неудовольствие, а вместес Вундтом еще освобождение и напряжение, успокоение и возбуждение, то делениепсихических феноменов на ощущения и чувства для явлений, предшествующих стадииясности, как это будет вскоре подробно указано, слишком узко, а потому инеприменимо для их описания. Поэтому я хочу для резкого разграничениявоспользоваться здесь, насколько можно самой общей классификацией. Этоклассификация Авенариуса на "элементы" и "характеры" ("характер "здесь не имеетничего общего с объектом характерологии).

Распространению своих теорий Авенариуспомешал не одной только, как известно, совершенно новой терминологией (онасодержит в себе много преимуществ, а для известных явлений, впервые имзамеченных и названных, она едва ли заменима), больше всего препятствуетпринятию некоторых его выводов, его несчастное стремление вывести психологию изфизиологической системы мозга, тогда как сам он постиг ее только на основаниипсихологических факторов внутреннего опыта (посредством чисто внешнегоприсоединения общих биологических положений о равновесии между питанием иработой). Вторая психологическая часть его "критики чистого опыта" послужилаему самому базисом для постройки гипотез первой физиологической части. Визложении это взаимоотношение обеих частей перевернулось, и первая частьнапоминает читателю скорее описание путешествия по Атлантиде. В виду этойтрудности, я вкратце поясню сейчас смысл указанного деления Авенариуса,оказавшегося крайне пригодным для моих целей.

"Элементом" Авенариус называет то, что вшкольной психологии называется "ощущением" (как при "восприятии", так и при"воспроизведении" (репродукции), у Шопенгауэра оно называется "представлением",а у англичан или "impression", или "idea", а в обыденной жизни оно называется:"вещью, предметом", причем совершенно безразлично, (у Авенариуса) происходит липри этом внешнее раздражение органов чувства, или нет, что весьма важно и ново.При этом, как для его, так и для наших целей, представляется совершеннопосторонним вопрос, где собственно нужно остановиться в так называемом анализе:наблюдать ли, как "ощущение", или только как один лист, отдельный стебель, илиже (на чем особенно останавливаются) только краску, величину, твердость, запах,температуру считать действительно "простыми". Ведь можно было бы на этом путипойти еще дальше и говорить, что зелень листа представляет уже комплекс,результат его качества, интенсивности, яркости, насыщенности и протяжения, ичто только эти последние нужно считать элементами. Нечто подобное происходит ис атомами: уже раньше они должны были уступить место "амерам", а теперь"электронам". Итак, если "зеленый", "голубой", "холодный", "теплый" "твердый","мягкий" "сладкий", "кислый" являются элементами, то характером по Авенариусубудет всякого рода "окраска", "тон чувствования", с которым эти элементывыступают. И не только "приятный", "прекрасный", "благодетельный" и ихпротивоположности признал Авенариус психологически принадлежащими сюда же, но итакие понятия, как "странный", "надежный", "жуткий", "постоянный","иной""верный", "известный", "действительный","сомнительный" и т. д. и т. д. Все, чтоя, например, предполагал, во что верю, знаю, составляет элемент, а то что ятолько предполагал, но не верю, не знаю психологически (не логически)—является"характером", в котором заключен "элемент".

Но в душевной жизни есть стадия, в которойтакое общее деление психических феноменов не только не правильно, но ипреждевременно. Именно, все "элементы" являются в начале, как бы нарасплывчатом фоне, как "rudis indigestaque moles", тогда как в то же самоевремя характеристика (приблизительно, стало быть, чувственная окраска)обхватывает все целое. Это подобно процессу, являющемуся перед нами, когда мыприближаемся издали к какому-нибудь предмету, кусту или куче дров:первоначальное впечатление, тот первый момент, когда мы еще не можем различить,какой это в сущности предмет, момент первой неясности и неуверенности. Вот этото именно я и прощу ясно представить себе для понимания дальнейшегоизложения.

В это мгновение "элементы" и "характер"абсолютно неразличимы (неотделимы они постоянно, на основании вполне правильнозащищаемого Петцольдом видоизменения исследований Авенариуса). В густой толпелюдей я замечаю, например, лицо, черты которого тотчас же исчезают у меня,благодаря непрестанно двигающимся массам народа. У меня нет ни малейшегопредставления о том, как выглядит это лицо. Я был бы не в состоянии описать егоили дать хотя его незначительные признаки. И все-таки оно привело меня всильное возбуждение: я спрашиваю с боязливым, жадным беспокойством, где я виделэто лицо раньше

Если человек увидит "на мгновенье" женскуюголову, и она произведет на него сильное чувственное впечатление, то оченьчасто он не может объяснить себе, что собственно он видел. Бывает даже, что онне в состоянии точно припомнить цвета ее волос. Необходимым условием всегдаявляется то, чтобы сетчатая оболочка, выражаясь вполне фотографически, быладостаточно короткое время, не дольше известной части секунды,экспонирована.

Когда приближаются издали к какому-нибудьпредмету, то различают первоначально лишь очень неясные очертания, при чемиспытывают достаточно сильные ощущения, которые стушевываются по мере того, какприближаются к предмету и лучше воспринимают подробности. (Нужно заметить, чтоздесь не идет речь о "чувствах ожидания"). Пусть вспомнят, например, о первомвпечатлении, полученном от вытянутой из швов человеческой клиновидной кости,или впечатлении от некоторых рисунков и картин, наблюдаемых на полметра ближеили дальше правильного расстояния. Я вспоминаю впечатление, произведенное наменя пассажами из одного бетховенского сочинения для рояля, состоявшими из1/32-х, и вспоминаю впечатление от страниц ученого исследования, заполненныхвсецело тройными интегралами, пока я еще не знал нот и понятия не имел обинтегрировании. Это и есть то, что просмотрели Авенариус и Петцольд: всякоевыявление элементов сопровождается известным обособлением характеристики(чувственной окраски).

Некоторые твердо установленныеэкспериментальной психологией факты можно сопоставить с этими выводамисамонаблюдения. Пусть попробуют в темной комнате моментально подействоватьцветным световым раздражением на привыкший к темноте глаз, и наблюдательполучит просто впечатление света, не будучи в состоянии ближе определитьцветового качества. Получится впечатление "чего-то", не имеющее более точногоопределения, "впечатление света вообще". Точное указание цветового качестванелегко сделать и при большей продолжительности раздражения (конечно, доизвестной величины).

Точно также всякому научному открытию,технологическому изобретению или художественному созданию, предшествуетродственная стадия темноты, подобно той, откуда Заратустра вызывает свое учениео вечном возвращении (Wiederkimft). "Встань бездонная мысль из глубины моей! Ятвой петух, твой предрассветный туман, заспавшийся червь: встань, встань! мойголос должен тебя разбудить! "Весь этот процесс в своем поступательномдвижении, от полной запутанности до сияющей ясности, подобен рядувоспринимаемых нами пассивно картин, когда с какой-нибудь пластической группыили рельефа снимают одно за другим обвивавшие его влажные покрывала. Приоткрытии памятника зритель переживает нечто подобное. Точно также, если явспоминаю, например, услышанную однажды мелодию, процесс этот в точностиповторяется, хотя часто настолько быстро, что его трудно уловить, Каждой новоймысли предшествует такая, как я ее называю, стадия "предмыслия", когдавыплывают и рассыпаются геометрические фигуры, кажущиеся фантазмы и туманныеобразы, когда появляются "колеблющиеся формы", окутанные мраком картины,таинственно манящие маски.Начало и конец всего этого хода мыслей, которые якратко называю процессом "просветления", относятся между собой так как двавпечатления, полученные очень близоруким субъектом от находящегося вдалипредмета, одно — вочках, другое — безочков.

И как в жизни отдельного индивидуума(который, может быть, умрет прежде, чем закончит весь процесс), точно так же ив истории исследований "предчувствия" всегда предшествуют ясному познанию. Этотот же процесс просветления, распределенный на целые поколения. Пусть вспомнят,например, о бесчисленных предвосхищениях у греков и в более новое время теорииЛамарка и Дарвина, за которые "предвозвестники" их чрезмерно восхваляются, опредшественниках Роберта Манера и Гельмгольца, о тех случаях, когда Гете иЛеонардо да Винчи, правда, может быть, разносторонние люди, предвосхитилипозднейший прогресс науки и т. д., и т. д. О таких именно предварительныхстадиях идет обычно речь, когда открывают, что та или иная мысль не нова, чтоее можно найти у того или другого мыслителя, поэта и пр. Подобный же процессразвития наблюдается так же при всех художественных стилях в живописи и музыке:от неуверенного прикосновения, осторожных колебаний до полной победы.Умственный прогресс человечества в науке основывается так жена лучшем и лучшемописании и познании одних и тех же явлений. Это процесс просветления,распространенный на всю человеческую историю. То что мы замечаем нового, то всравнении с этим процессом мало достойно внимания.

Сколько степеней выяснения идифференцированности пройдет содержание известного представления, вплоть дополной и отчетливой, не задернутой никаким туманом мысли, может наблюдатьвсякий, кто старается усвоить новый трудный предмет, например, теориюэллиптических функций. Как много степеней понимания нужно пройти (особенно вматематике и механике), пока все не предстанет в полном порядке, в совершеннойсистеме, ненарушенной и стройной гармонии частей к целому! Эти степенисоответствуют отдельным этапам на пути просветления.

Процесс просветления может протекать такжеи в обратном порядке: от полной ясности до полной неопределенности. Этообратное движение —ничто иное, как процесс забывания. Обычно он растягивается на довольнозначительное время, и лишь случайно можно заметить отдельные точки на его пути.Даже прекрасно сооруженные улицы тотчас разрушаются, если не заботятся о их"восстановлении", и подобно тому, как из юношеского "предмыслия" развиваетсяинтенсивная блещущая "мысль", так и от нее происходит переход к старческому"послемыслию"; как брошенная лесная дорога зарастает справа и слева травой икустарником, так стирается день за днем и ясный отпечаток мысли о каком-нибудьявлении, уже не служащим для нас предметом мышления. Один из моих друзей открылотсюда и обосновал самонаблюдением следующее практическое правило: кто хочетчто-нибудь изучить, будь то музыкальный отрывок или отдел из истории философиитот не должен посвящать себя усвоению этой работы без перерывов. Ему нужнобудет повторять отдельные части данного материала по несколько раз. Вопрос втом, как велики должны быть перерывы для более целесообразного усвоенияВыяснилось — и этодолжно иметь общее значение, что повторение следует возобновить, когда неокончательно еще иссяк интерес к работе, когда наполовину владеют еще своимсознательным мышлением. А когда предмет уже достаточно исчез из памяти, так чтоон не интересует нас, не возбуждает ни любопытства, ни любознательности, тогдарезультаты первого усвоения стираются, и вторичное изучение их не усиливает:здесь приходится сделать вновь значительную долю работыпросветления.

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.