WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 48 | 49 || 51 | 52 |   ...   | 55 |

КАТЕГОРИЯ 1. Игры типа И→С. (Локомоционные игры;устанавливаются только непосредственные связи индивида с субстратом игровойактивности.)

Манипуляционные игры

КАТЕГОРИЯ 2. Игры типа И→О. (Манипуляционные игры с пищей,гнездостроительным материалом и тому подобными биологически значимымиобъектами; устанавливаются непосредственные связи индивида с объектомигры.)

КАТЕГОРИЯ 3. Игры типа И→О(О). (Устанавливаются связи,аналогичные связям в категории 2.)

КАТЕГОРИЯ 4. Игры типа И↔О(И). (Устанавливаются связи,аналогичные связям в категориях 2 и 3, но иногда встречаются также элементыимитации обратной связи.)

СОВМЕСТНЫЕ ИГРЫ

Неманипуляционные игры

КАТЕГОРИЯМ. Игры типа И↔И. (Устанавливаютсянепосредственные обоюдные связи с игровыми партнерами.)

КАТЕГОРИЯ 6. Игры типа И↔И(И). (С замещающим игровымпартнером – животнымили человеком –устанавливаются связи, аналогичные связям в категории 5.)

Манипуляционные игры

КАТЕГОРИЯ 7. Игры типа И – О – И. (Соответствуют играм категории2, но с объектом устанавливаются связи одновременно двумя или болеепартнерами.)

КАТЕГОРИЯ 8. Игры типа И = О = И.(Манипуляционные игры, при которых предмет, однако, не замещает биологическизначимый объект или игрового партнера, а служит средством общения междупартнерами; между последними при этом устанавливаются сложные,опосредствованные предметом, обобщенные связи.)

Разумеется, в конкретном поведении молодыхживотных приведенные категории встречаются часто одновременно в различныхсочетаниях или переходят друг в друга. Например, совместные неманипуляционныеигры, будучи по форме выполнения локомоторными, тут же в пределах тех жекатегорий 5 или 6, становятся по форме манипуляционными (точнее,локомоционно-манипуляционными), как только игровые партнеры вступают вфизический контакт друг с другом.

Конечно, существенная разница состоит приэтом в том, что, в отличие от «обычного» манипулирования предметами,манипуляционные движения направляются здесь не просто на физическое тело, а наактивного индивида, на игрового партнера, отвечающего на эти движения такжеманипуляционными действиями, в результате чего между животными возникаетвзаимодействие в условиях общения. А это значит, что в пределах общей для всехкатегорий морфофункциональной формы появилось качественно новое психическоесодержание, что и делает необходимым выделение специальных категорий 5 и 6.Если же индивида (игрового партнера) рассматривать как всего-навсего компонентсреды, то выделение этих категорий делался излишним, и они целиком вольются вкатегорию 2. Не менее четко психическое содержание выступает в компенсаторныхманипуляционных играх категорий 3 и 4. Таким образом, предлагаемая схемаотражает прежде всего психические аспекты, психические векторы и связи игровойактивности животных.

Отмеченные выше субституционныепреобразования проявляются в разных категориях по-разному и в различной степени– в наибольшей онивыражены в компенсаторных играх (категории 3, 4, 6). Однако, как ужеговорилось, все игры являются в своей сущности субституционными, и поэтомуигра, вне сомнения, представляет собой самое лабильное, что вообще существует вповедении животных. Здесь почти все может заменяться и замещаться, всяактивность животного строится на компенсации, транспозиции, опосредованностивоздействий (категория 8) и других субституционных проявлениях.

На игровом этапе онтогенеза самое главноедля развивающегося животного – научиться устанавливать связи, «отработать» это умение, а лишьзатем «уточнить» окончательные (биологически значимые) объекты воздействия ивовлекать их в сферу своей (теперь уже направленной) двигательной активности.Играя, молодое животное должно научиться устанавливать разнообразные связи смаксимальным биологическим эффектом, но с наименьшей тратой сил и времени, дапритом в постоянно меняющихся внешних условиях, в условиях постоянновозникающих ситуаций новизны. В этом и заключается значение игры для молодыхживотных.

Из изложенного вытекает, что игрой можноназвать лишь такую форму активности, которой присущи признаки субституции. Всекомпоненты ювенильного поведения, лишенные таких признаков (например, движения,выполняемые при еде), являются по своей природе персистентными компонентамираннего постнатального поведения. Эти компоненты претерпевают на ювенильномэтапе онтогенеза под влиянием игровой активности определенные модификационные(но не субституционные!) изменения и в результате превращаются в элементывзрослого поведения животных без существенных качественныхпреобразований.

В итоге вырисовывается следующая картина.Первоначально устанавливаемые детенышем связи с компонентами среды (исоответственные формы психического отражения) являются хотя и элементарными,примитивными, но при этом непосредственно биологически эффективными и жизненнонеобходимыми. Установление этих связей (И – С, И – О, И = И) – это поведение •«всерьез». То же самое имеет местопри соответствующем установлении связей взрослым животным, только это ужезрелое, развитое поведение качественно более высокого уровня. Вклинивающаяся жемежду ними игровая активность молодых животных – это поведение «не всерьез»,поскольку оно не дает непосредственного биологического эффекта (ввидусубституционального характера устанавливаемых связей).

Разумеется, наряду с игровыми животныеустанавливают на ювенильном этапе развития также жизненно необходимые связи«всерьез», которые обеспечивают их коренные биологические потребности. Ноювенильный период тем и отличается, что наряду с такими устанавливаютсянепосредственно «бесполезные», связи, которые и определяют сущность этогопериода. При этом самое важное состоит в том, что формирование взрослогоповедения, поведения «всерьез», происходит не путем усложнения жизненнонеобходимых компонентов поведения молодого животного, например поедания (но недобывания!) пищи (эти компоненты только «дозревают»), а путем развертывания исовершенствования как раз биологически «бесполезных», «несерьезных», «пробных»– одним словом,субституционных игровых действий.

Взрослое поведение, следовательно, не«вырастает» прямо и непосредственно из форм раннего постнатального поведения;процесс прямолинейного развития прерывается здесь на ювенильной, игровойстадии, и после глубокой качественной перестройки разрозненные первоначальныеэлементы поведения в преобразованном, обогащенном, обновленном состоянии вновьгруппируются по прежним направлениям развития (И – О, И = И, И – О – И). В итоге взрослое поведениеотличается значительно большей гибкостью, лабильностью, чем первоначальноепостнатальное. Вот почему мы и называем игру развивающейся психическойдеятельностью.

Все это относится, разумеется, только квысшим позвоночным, и именно в этом кроется причина исключительной пластичностиих поведения. У других же животных взрослое поведение действительнонепосредственно «вырастает» из первичного постнатального поведения, котороеформируется в раннем постэмбриональном онтогенезе на основе созреванияврожденных компонентов поведения, врожденного узнавания и раннего опыта(первичного облигатного научения и элементов примитивного факультативногонаучения). И совсем иного рода закономерности развития поведения у животных,претерпевающих в онтогенезе метаморфозы (земноводные, насекомые и др.), когдауже личиночные формы ведут своего рода «взрослый» образ жизни (за исключениемрепродуктивной функции), который, однако, в корне отличается от подлинновзрослого образа жизни адультных животных (имаго). Таким образом, не приходитсяговорить о неких «универсальных» закономерностях развития поведения вонтогенезе животных.

К характеристике игровой активности следуетдобавить, что с помощью разработанной нами системы классификации элементовманипулирования удалось установить, что при переходе от раннего постнатальногопериода к ювенильному появление игровой активности приводит к подлинному скачкув моторной сфере: резко увеличивается число элементов манипулирования и числообъектов манипулирования. Эти количественные изменения в обращении животных спредметами сопряжены с коренными качественными изменениями, находящими своевыражение в установлении принципиально новых связей с компонентами среды.Следовательно, увеличение количества элементарных двигательных компонентовповедения детеныша приводит к новому качеству психическогоотражения.

Важно также подчеркнуть, что весь процессразвития поведения (а в связи с ним и психического отражения) протекает увысших позвоночных в виде отрицания: первичные связи, установленные детенышем скомпонентами окружающего мира в раннем постнатальном периоде, частичнозамещаются в ювенильном периоде более сложными, но временными и биологическинепосредственно «бесполезными», субституционными игровыми связями, которыезатем (у взрослых животных) также элиминируются и заменяются вновь связямиисходного типа, но наполненными качественно новым содержанием. Этииндивидуальные связи, следовательно, гомологичны элементарным первичным связям,но вторично формируются уже на новом, более высоком уровне. (Повторныекачественные изменения, как уже отмечалось, происходят и в пределах категорий1, 2 и 5, хотя здесь и имеет место, казалось бы, «прямолинейное»развитие.)

Изложенное иллюстрирует рис. 52,изображающий соответствующие переходы с одного «этажа» онтогенеза на другой(цифры – номеракатегорий игр, остальные условные обозначения приведены выше).

Мы видим, таким образом, что у высшихпозвоночных онтогенез поведения и психики представляют собой в целом не плавныйнепрерывный процесс, а благодаря вклиниванию игрового периода процесс,прерываемый периодом отрицания первичного содержания. Подтверждается иправомерность предложенной нами периодизации онтогенеза психическойдеятельности животного с выделением особого, качественно отличного игровогопериода, благодаря которому и возникает эта диалектическая прерывистостьпроцесса развития психической деятельности в онтогенезе животных.

Рис. 52. Развитие форм игровой активности умлекопитающих (объяснение см. в тексте)

* * *

При сопоставлении игр животных с играмидетей исследователь наталкивается на те же трудности, что и при сравненииповедения животных и человека вообще. Трудности эти возникают из-занеобходимости всестороннего учета коренных, качественных отличий поведениячеловека от такового даже наиболее высокоорганизованных животных, напримершимпанзе. Вместе с тем возможность и даже необходимость такого сравненияопределяются тем, что поведение человека наряду с ведущими, социальнообусловленными включает в себя и биологические, унаследованные от нашихживотных предков компоненты и признаки, которые являются до своей форме в такойже степени общими с таковыми высших животных, в какой у нас с ними общимиявляются строение и функции организма. Сюда относятся, в частности,биологические механизмы поведения (врожденные пусковые механизмы, процессысмещения активности, запечатления и др.), определяющие во многом общую сживотными форму протекания ряда важных поведенческих актов.

Основную предпосылку научно достоверногосопоставления поведения человека и животных мы видим в том, что при всех безисключения сравнительно-психологических исследованиях необходимо прежде всегоисходить из четкого различия формы и содержания поведения. Содержание поведениячеловека всегда отличается качественно от такового животных, причем этиспецифически человеческие признаки его поведения возникли в результатеантропогенеза вместе с зарождением трудовой деятельности, членораздельной речии общества, в то время как поведение животных осталось всецело биологическидетерминированным, никогда и ни в одном случае не выходило за пределыбиологических закономерностей, чем и определяется чисто биологическоесодержание этого поведения. Поэтому содержание поведения животных и человекапринципиально несопоставимо, точнее сказать – здесь возможно толькосравнительное выявление различий.

Другое дело – форма человеческого поведения,которая в большинстве случаев, правда, также претерпела в ходе историческогоразвития социально обусловленные качественные изменения и в результатеприобрела специфически человеческие черты, но в отдельных случаях сохранила вбольшей или меньшей степени животнообразный вид. Вот здесь и открываетсяплодотворное поле деятельности для сравнительной психологии, для выявлениягенетически обусловленных признаков сходства или даже общности в поведенииживотных и людей. Иными словами, если не считать некоторых примитивныхповеденческих актов, сравнительно-психологический поиск общих для человека иживотных признаков поведения (или признаков гомологического сходства) возможентолько в отношении форм поведения, а также первичных сенсомоторных компонентовбиологических механизмов поведения, но не его содержания.

Сказанное всецело относится и ксравнительно-онтогенетическому анализу поведения человека и животного,поскольку содержание поведения человека не только во взрослом состоянии, но ина всех этапах его постнатального развития качественно отличается от таковогоживотных. Однако в некоторых случаях на начальных этапах онтогенеза этокачественно новое, специфически человеческое, психическое содержание ещесохраняет некоторое время старую, унаследованную от наших животных предков ипоэтому во многом общую с животными форму. Это сказывается и на общем ходеразвития поведения.

Очевидно, мы имеем здесь дело с частнымпроявлением общей закономерности – развитием нового содержание при первоначальным сохранении старойформы до ее замены новой адекватной формой. Есть основания полагать, чтоподобные соотношения определили и начальный этап антропогенеза, точнее– условия зарождениятрудовой деятельности.

В некоторых ранних играх детей младшеговозраста, которые только и можно сопоставить с играми детенышей животных,обнаруживаются определенные компоненты, гомологичные формам игровой активностидетенышей высших животных, хотя содержание и этих игр уже социальнодетерминировано. У детей же более старшего возраста почти всецело специфическичеловеческими становятся и формы игры. Об этой специфике содержания детскойигры, в частности, в раннем возрасте дают представление обстоятельныеисследования М.Я. Басова, Л.С. Выготского, С.Л. Рубинштейна, А.Н. Леонтьева,Д.Б. Эльконина и труды других советских психологов, посвященные играм детей.Так, например, А.Н. Леонтьев усматривал «специфическое отличие игровойдеятельности животных от, игры, зачаточные формы которой мы впервые наблюдаем удетей предшкольного возраста», прежде всего в том, что игры последнихпредставляют собой предметную деятельность. Последняя, «составляя основуосознания ребенком мира человеческих предметов, определяет собой содержаниеигры ребенка».*

* ЛеонтьевА.Н. Проблемы развития психики. М., 1959. С.384–385.

Pages:     | 1 |   ...   | 48 | 49 || 51 | 52 |   ...   | 55 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.