WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 37 |

Наиболее впечатляющий и непонятный аспектЛСД-сеансов, наблюдаемый мною в первые годы работы, заключался в огромнойварьируемости результатов: используя одну и ту же дозу одного и того жепрепарата в относительно постоянных условиях, мы получали широкий диапазониндивидуальных реакций у разных людей. Доступная в то время литература по ЛСДуказывала на то, что существует стандартный общий паттерн ЛСД-реакции.Классическое описание включало в себя латентный период от 30 до 50 минут, затемтак называемую «автономную» или «вегетативную фазу» с различными физическимиощущениями, большей частью неприятными, и наконец, «психотическую фазу».Бросающиеся в глаза изменения восприятия в зрительной области, такие, какинтенсификация восприятия цвета, возникновение абстрактных образов, иллюзий ипсевдогаллюцинаций, рассматривались как наиболее характерные для ЛСД-состояний.В моих же исследованиях этот классический паттерн мог наблюдаться лишь унекоторых испытуемых. Иногда теория сменяющих друг друга «вегетативной» и«психотической» фаз оказывалась вовсе неприменимой — вегетативные симптомы либополностью отсутствовали, либо преобладали на протяжении всего сеанса, или жевозникали и исчезали в течение испытания. У некоторых индивидов вовсе неотмечалось оптических изменений, и ЛСД-сеанс принимал форму, весьма отличную отпредписанной «оргии видений». Встречались испытуемые, переживавшие весь сеанслишь как период крайнего физического дискомфорта или даже телесногонедомогания. У нескольких человек сеанс характеризовался сильнейшим эротическимвозбуждением и сексуальным напряжением, сопровождавшимися чувствоморгаистического облегчения; не было никаких других изменений восприятия. Привыяснении природы ЛСД-реакций эти испытуемые высказали убеждение, что препаратявляется самым сильным из стимуляторов сексуальных чувств. У других наблюдаласьреакция, которая, казалось, подтверждала гипотезу «смоделированного психоза»:они испытывали эпизоды крайней тревоги или гомосексуальной паники, проявлялипризнаки мании величия или бреда отношений и интерпретировали эксперимент впараноидальных терминах. Нередко весь сеанс или часть его принимали формуглубокого психологического самоисследования. У испытуемых в разные периодыжизни возникали трудные ситуации, и теперь они вновь переживали травмировавшиеих когда-то события и достигали полного понимания основных процессов своейпсиходинамики. Несколько человек, находясь в той же обстановке, испытывалиглубокое переживание мистического или религиозного характера, включавшее в себяэлементы смерти и рождения, космического единения или связи с Богом. Помимовсего этого, при повторном приеме препарата становится очевидным, чтосуществует также уникальная варьируемость всякого индивидуального опыта и чтодля каждого индивида многобразие вариантов не менее поразительно, чем ихотличие у разных лиц.

По мере возрастания числа наблюдаемых мноюсеансов я все отчетливее сознавал, что многие ЛСД-феномены имеют глубокоепсиходинамическое значение и могут быть интерпретированы при помощипсихологических терминов. Следующим логическим шагом была попытка исследоватьвозможность появления общих принципов или, по меньше, мере, некоторойзакономерности, связанной с содержанием, характером и ходом ЛСД-сеанса. В товремя представлялось возможным, что в случае, когда сеанс проводится спсихически больным, феноменология ЛСД-переживания может быть соотнесена с еголичностной структурой и связана с клиническим диагнозом. Две другие переменные,которые следовало принять во внимание, — это биографические данные прошлыхи настоящих жизненных ситуаций. У меня складывалось общее представление оподходе к проблеме, но я еще не знал, как его развить, не затрачивая слишкоммного сил и времени.

Вскоре представилась уникальная возможностьсделать это без затрат на дорогостоящий исследовательский проект. В это время яработал в Пражском научно-исследовательском институте психиатрии, в отделенииизучения психогенных нарушений. Наша задача состояла в изучении проблемынеадаптабельности межличностных взаимодействий у невротиков в различные периодыих жизни. Это требовало детального изучения жизненной истории каждого пациента,так же как и обстоятельств его текущей ситуации. Сотни часов были потрачены наизучение отдельных случаев и на терапевтические беседы с этими пациентами, с ихродными и близкими, с супругами, невестами и женихами, друзьями, начальниками исотрудниками. Продолжающиеся трансакционные групповые сеансы с этими пациентамипредставляли дополнительный источник ценных данных их межличностного поведенияи привычных взаимодействий. Когда изучение завершилось, работа продолжилась сгруппой, состоящей из 72 человек с различными психогенными нарушениями, большейчастью с навязчивыми хроническими неврозами и психосоматическими заболеваниями,о которых у нас имелась обширная подробная информация. Наметилась идеальнаявозможность для изучения проблемы психодинамических и ситуационных детерминантЛСД-реакции. Подписав соглашение, эти пациенты принимали от 100 до 200микрограмм ЛСД в условиях поддерживающего, но неструктурированного окружения.Терапевт присутствовал на этих сеансах в течение всего периода (6-8 часов). Впоследующие дни пациент и врач обсуждали в деталях имевшее место переживание. Окаждом пациенте велись машинописные отчеты. Эти записи включали совокупностьинформации, полученной до сеанса, детальные отчеты терапевта и пациента о самомЛСД-переживании и описание всех важнейших изменений, наблюдаемыхнепосредственно после сеанса и позднее.

Анализ этих записей явно указывает на то, чтоЛСД-реакция взаимосвязана с характеристиками личности. Вместо того чтобывызывать неспецифический «токсический психоз», ЛСД оказалась мощнымкатализатором ментальных процессов, активизирующих бессознательный материал наразных глубинных уровнях личности. О многих феноменах этих сеансов можноговорить на языке психологии и психодинамики. Для этих феноменов характернаструктура, неотличимая от структуры снов. Во время детального внимательногоисследования выяснилось, что ЛСД может стать незаменимым инструментом вдиагностике личности, когда уже стали понятны характерные для нее действия исимволический язык.

Я попытался также определить, могут ли этисеансы, в которых отсутствовала конкретная терапевтическая цель, оказыватьвоздействие на клинические симптомы пациента. Я отметил, что лишь трое из 72пациентов продемонстрировали наглядное стабильное улучшение клиническогосостояния после одного ЛСД-сеанса. У многих можно было наблюдать разные степениулучшения, однако эти благоприятные результаты оказались лишь временными, ичерез несколько дней или недель у пациентов вернулись прежние симптомы и чертыповедения. У нескольких же человек, наоборот, обозначилось усилениепсихопатологии с временным ухудшением клинического состояния. Остальныепациенты имели лишь незначительное и временное изменение в день после сеанса,которое включало улучшение самочувствия, остаточные ощущения слабости,сонливости, рассеянности или же чувство необычайного спокойствия и релаксации.В целом в этой группе не наблюдалось существенной разницы в состоянии до ипосле сеанса.

Для нескольких пациентов, вошедших в этугруппу, ЛСД-процедура не ограничилась одним приемом, им были назначеныдополнительные сеансы. Отчасти это произошло по их собственной просьбе: им либопонравилось переживание, либо они нашли его полезным для себя; отчасти потому,что терапевт обнаружил нечто, стоящее дальнейшего исследования. Случилось так,что по той или иной причине несколько индивидуумов на протяжении последующихмесяцев прошли через 6-8 ЛСД-сеансов. Анализ отчетов об этих серийных сеансахпривел к открытию весьма интересных фактов, что явилось решающим шагом на путиболее глубокого понимания ЛСД-переживаний и указало направление дальнейшихисследований. Когда я изучил материал нескольких последовательных ЛСД-сеансов уодного и того же человека, то стало очевидно, что между ними существуетопределенная взаимосвязь. Это было последовательное раскрытие все более и болееглубоких слоев бессознательного. Общим явилось то, что идентичные или весьмасхожие группы видений, эмоций и телесных ощущений проходили в ряде следующихдруг за другом ЛСД-сеансов. Часто у пациентов было чувство, что они снова иснова возвращались в специфические области переживания и каждый раз могливходить в них глубже и глубже. Через несколько сеансов такие группы виденийпреобразовывались в комплекс воспоминаний о травматических событиях. Когда онипереживались повторно и сливались в единое целое, повторявшиеся ранее феноменыникогда больше не возвращались в последующих сеансах и замещались другими.Вскоре стало ясно, что это наблюдение может занять важное место в практике итеории динамической психотерапии. Применение повторных ЛСД-сеансов дляограниченного числа субъектов оказалось неожиданно более результативным, чемизучение одного сеанса у большой группы испытуемых.

Эта последовательность наблюдений явилась тойпочвой, на которой я взрастил, независимо от других европейских психиатров,концепцию терапевтической серии ЛСД-сеансов, называемую обычно психолитическойтерапией (Термин «психолитическая терапия» был предложен Рональдом А.Сандисоном —английским терапевтом юнгианской ориентации и пионером клинического изученияЛСД. Корень lysis подразумевает растворение напряжений и конфликтов,существующих в человеческой психике, или освобождение от них.). На основе этогооткрытия мы начали новое экспериментальное исследование, направленное на сейраз на систематическое изучение терапевтнческих возможностей серии ЛСД-сеансовв рамках психоаналитически ориентированной терапии. Основная идея этого подходасостояла в том, что последующие сеансы могут помочь пациенту постепенно статьлицом к лицу с различными уровнями своего бессознательного и разрешить глубокиеконфликты, лежащие в основе его психопатологических симптомов.

При выборе потенциальных кандидатов дляЛСД-сеансов мы руководствовались несколькими принципами. Во-первых, добивалисьтого, чтобы в группе испытуемых были представлены все основные диагностическиекатегории — отдепрессивных нарушений, психоневрозов и психосоматических заболеваний допсихических расстройств и пограничных случаев, таких, как явно выраженныйманиакально-депрессивный психоз, бред навязчивых идей и шизофрения. Причинойэтому послужило то, что необходимо было не только обнаружить специфическиеразличия в реакции пациентов на психотерапию при различных эмоциональныхрасстройствах, но и определить характеристики их реакций на ЛСД и характерсеанса. Во-вторых, все отобранные для этого исследования пациенты имелиинтеллект выше среднего, изморенный как по результатам выполнения имипсихологических тестов, так и по образовательному уровню. Это было важнымтребованием, поскольку ЛСД-переживания довольно трудно вербализовать. Чтобыполучить в исследовании высококачественные данные, предстояло выбратьпациентов, наделенных даром самонаблюдения и достаточно высоким уровнеминтеллекта. В-третьих, имелась тенденция в сторону неясного клиническогопрогноза. Большинство пациентов имели серьезные устойчивые нарушения вэмоциональной сфере, длившиеся уже много лет и, как правило, не поддающиесяизлечению обычными методами. Это, казалось, давало моральное право на то, чтобыподвергать их экспериментальной процедуре, включающей повторные приемы нового инедостаточно изученного мощного психоактивного препарата.

Прежде чем начать ЛСД-лечение, каждый пациентпрошел психотерапию без лекарств, длившуюся несколько недель. За это время врачвместе с пациентом исследовал его прошлое и пытался помочь ему понять природуего проблем, а также связь его симптомов с жизненной ситуацией. Не менее важнойцелью этого периода было установление доверительных отношений. С самого началаподготовки пациентов к эксперименту стало ясно, что элемент доверия являетсясамой важной переменной для успешного завершения ЛСД-терапии. По достижениицелей подготовительного периода с пациентами была начата серия ЛСД-сеансов.Интервалы между сеансами варьировались от одной до двух недель. Обычнаяпроцедура включала в себя начальный прием от 100 микрограмм препарата сувеличением дозы в каждом последующем сеансе — до тех пор, пока не приходили коптимальному результату. Критерием оптимальности дозы являлась адекватнаяглубина самоисследования, степень преодолеваемости важнейших психологическихзащитных механизмов, появление значительного количества бессознательногоматериала и в то же время способность к поддержанию хорошего терапевтическогоконтакта. Когда такая доза устанавливалась для конкретного пациента, то впоследующих сеансах она повторялась до тех пор, пока не возникала необходимостьв ее увеличении или снижении. Средняя доза в моих терапевтических экспериментахсоставляла около 200 микрограмм, но временами она доходила до 400 или 500. Вцелом она была низкой у истерических пациентов, весьма чувствительных кдействию ЛСД, и довольно высокой у невротиков, чрезмерное психологическоесопротивление которых представляло собой другую крайность. Общее число сеансовдля одного пациента колебалось от 40 до 100.

Во время каждого из сеансов серии врачпроводил по нескольку часов с пациентом, оказывая ему моральную поддержку иобеспечивая необходимые меры защиты, профессиональную помощь и руководство. Наначальной стадии этого исследования подход ко всем ситуациям был весьма близокк подходам психоаналитически ориентированной психотерапии. По существу, вЛСД-сеансах он был похож на методы Фриды Фромм-Рейхман в психотерапиипсихотиков. Позднее, когда мы более обстоятельно познакомились сЛСД-состояниями и стали более чувствительны к их специфическим характеристикам,у нас появился целый ряд модификаций первоначальных приемов. Наиболее важнымииз них были использование физического контакта, введение разнообразнойэмпирической техники, прослушивание стереофонической музыки и, самое главное,серьезное внимание к терапевтическому потенциалу мистической и религиознойсферы ЛСД-переживаний. В результате сложился уникальный метод лечения,претерпевший значительные изменения по сравнению со своей первоначальнойпсихоаналитической моделью.

Когда прекращалось основное действиепрепарата, врач обсуждал с пациентом наиболее важные события дня и помогал емусобрать воедино результаты сеанса. Затем пациента оставляли в компании людей,прошедших, как и он, ЛСД-сеансы. При этом опытные медсестры, остававшиеся сними, знали характер ЛСД-переживания, поскольку сами проходили тренировочныесеансы. В экспериментальной палате существовало четко выраженное правило:человек, принимавший ЛСД, не должен оставаться без надзора в течениепоследующих двадцати четырех часов.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 37 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.